Другая история

Мы молча шли в старый лагерь. Днем, конечно, было не так страшно, как ночью. - Спасибо, что пошла со мной. Не боишься, что я на тебя нападу? - Ни капли. Еще бы, наверняка у нее где-то в кармане лежит нож. Эта девочка ничего не боится. Дорога была недолгой. - Надо было взять что-нибудь поесть, - заметила Маша, когда заброшенное здание показалось из-за кустов. - Ничего, я знаю это место. Был тут уже не один раз. Мы быстро выберемся. Мы вошли внутрь, и я тут же подбежал к люку. - Может, сначала проверим наверху? – спросила Маша. - Не имеет смысла, ее там нет. Если не хочешь идти туда со мной, я пойму. Я могу и один. - Нет, раз пошли вместе, то до конца. Я улыбнулся и спустился вниз. В свете фонаря все было до боли знакомо. Мы быстро дошли до бомбоубежища, но я даже не стал осматриваться, в отличие от Маши, а прямиком направился ко второй двери. - Подай мне фомку, - протянул я руку. - Ты думаешь, Ольга Дмитриевна там? – спросила Маша. - Я не думаю, я знаю. Фомку, пожалуйста. Маша подала, я подцепил дверь и тут же ее откинул. - Семен, но как Ольга Дмитриевна могла оказаться там, если дверь эту никто не открывал? - Эм… - я задумался. В прошлые разы меня это не особо волновало. - Она провалилась, - вспомнил я, - там в лесу есть дыра. Но так вернее ее найти. - Хорошо, - пожала плечами Маша и последовала за мной. Мы дошли до обрыва, и я уверенно спрыгнул вниз. - Думаешь, мы потом сможем выбраться отсюда? - Как же ты не поймешь, что я сто раз уже отсюда выбирался, просто верь мне! – усмехнулся я. - Хорошо. Когда мы подошли к развилке, Маша предложила оставить метку, но я лишь махнул рукой. Налево, направо, налево и еще несколько раз направо. Мне было вообще плевать, как идти, все равно скоро выйдем к тому помещению. Вскоре мы оказались возле деревянной двери. Надеюсь, у Ольги Дмитриевны еще не успела поехать крыша и она на нас не набросится. - Вуяля! – распахнул я дверь и вошел во внутрь, - Ольга Дмитриевна, мы здесь! – я осветил фонарем мусор и надписи на стене. - Семен, мне кажется, ее тут нет. - Еще как есть! Ольга Дмитриевна, это мы, Семен и Лена… то есть Маша! - О нет… - проговорила Маша. Я сначала не понял, но, направив луч фонаря, увидел тело. - Ольга Дмитриевна? – я подошел поближе и обомлел. Вожатая лежала в луже крови, а в ее животе виднелось огнестрельное ранение. - О нет, все не так… все не так… - я присел на колени и стал нащупывать пульс, - так не должно быть, не должно! - Семен… она мертва, - проговорила Маша и заплакала. - Так не должно быть! – закричал я. - Нет, я не верю… Кто? Откуда? - Семен, пошли… Надо рассказать остальным… - всхлипнула Маша. - Готовь нож, - сказал я. - Что? - Маша, я сто раз был в этом долбаном лагере. Готовь чертов нож, потому что тот, кто ее убил, наверняка здесь. - Держи, - протянула она мне кухонный нож. Я взял ее за руку, и мы пошли дальше. - Если на меня набросятся или убьют, немедленно уходи, убегай, ясно тебе? - Семен… я… - Убегай! – настырно повторил я. - Спасайся, если я не смогу выжить, то хотя бы ты должна. Я не могу больше тебя потерять. Маша ничего не ответила и только крепче сжала мою руку. Мы вышли к знакомой лестнице, но никого здесь не было. Я поднялся и обнаружил, что решетка чем-то закрыта. Словно, кто-то поставил на нее большую коробку. - Дай фонарь, - сказал я и принялся изучать. Несколько раз я ударил решетку ножом, но что-то, придавившее её, не сдвинулось с места и даже не получило царапин. - Какая-то металлическая пластина или типа того, - проговорил я, - все совсем не так… Чтоб его. Мои попытки не увенчались успехом, и я слез вниз. - Идем обратно. Когда мы прошли мимо трупа Ольги Дмитриевны, Маша прижалась ко мне и закрыла глаза. Я ничего не сказал. Мы молча прошли по шахте, поднялись, прошли через бомбоубежище и дошли до выхода. Я поднялся и обнаружил, что люк закрыт.