Прятки продолжаются
8 января 2016 г., 22:03
Если Скуало и Такеши ещё относительно повезло (если не считать того факта, что они застряли внутри большой стиральной машины, что, согласитесь, не очень-то приятно), то Занзас влип по полной — Тсуна выбрал босса Варии в качестве своей основной жертвы.
— Занзас, подлый трус, выходи, — Тсунаёши раскидывал всё на своём пути, включая им же поставленные ловушки.
«Почему именно мне так «повезло», а?» — злился босс элитного отряда убийц, прячась за углом. Его храбрые офицеры внезапно проявили отличные навыки маскировки. В особняке снова восстановилась относительная тишина, нарушаемая лишь Тсуной и Гокудерой. Последний слонялся по коридорам, тоскливо призывая Джудайме. Хаято к виски вековой выдержки тоже оказался не готов ни физически, ни морально.
— Занза-ас, я знаю, что ты здесь, — перед лицом варийца пролетела табуретка.
— Вот надоедливый мусор, — пробормотал «подлый трус», готовя пистолеты.
— Я тебя слышу! — заорал Тсуна и разнёс часть стены прямо над головой своей мишени. Занзасу едва удалось унести ноги. Но ненадолго — Тсунаёши заметил, куда он побежал.
— Стоять! — горящий стул просвистел над головой босса Варии и попал в одну из ловушек, виселицу. Стул дёргался, схваченный верёвкой за ножку, словно живой. Занзас невольно представил петлю на своей шее. Зрелище его не порадовало.
— И куда ты убегаешь? — Тсуна выглядел обиженным. — Я же поговорить хочу.
— Я заметил, — заведя руку за спину, Занзас заряжал пистолет пламенем.
— Ты же сам меня напоил. Я тебе очень за это благодарен.
— А Гокудеру ты зачем споил, мусор? Обязательно мой опыт надо было повторять?
Тсунаёши на секунду задумался.
— Ну, Гокудера-кун обычно мной восхищается, а тут я увидел, что ему не нравится моё поведение. Я решил так: если он будет пьяный, как я, то он меня поймёт.
— Он понял. Кстати, штаны потом не забудь постирать. Помнится, твой недохранитель в них высморкался.
— Правда, что ли? — по отсутствующему взгляду Савады Занзас понял, что у того слегка отшибло память.
Наступила неловкая пауза. Пистолет в руке варийца от накопленного пламени стал обжигающе горячим. Первым тишину прервал Тсуна.
— Занзас, а давай ещё выпьем. По-дружески. Ты вроде бы не такой ублюдок, каким казался поначалу.
— Я с психами не пью.
— Какая досада, — Тсуна кинулся на босса Варии, дабы молниеносной атакой вырубить его, но Занзас среагировал мгновенно. Выстрела Тсунаёши не ожидал и поглотить успел далеко не всё Пламя Гнева. Пока Савада отходил от неожиданности, Занзас благополучно унёс ноги.
Тем временем Скуало уже кипел от негодования.
— Врой! — орал он. — Почему я должен торчать в этом дурацком аквариуме, словно какая-нибудь жалкая килька?! Я акула, а не шпротина!
— Ну-ну, не кричи так, — Такеши воспринимал всё происходящее как игру. — Иногда побыть рыбой не так уж плохо.
— И что мне теперь, плавники отращивать?
— Можно изображать весёлых карпов, — Ямамото сложил руки, как будто собрался молиться, и принялся загребать ладонями воздух. — Буль-буль!
Ладонь Скуало приземлилась на лицо своему хозяину, выражая глубочайшую скорбь Суперби по поводу идеи собрата по несчастью.
— Ух ты, — отвлёкся Ямамото от карповедения. - Я, кажется, видел такую картинку в Интернете. Как же она называлась… — Такеши задумался. - А, вспомнил! Лицо-рука!
Во взгляде Суперби появилась щемящая сердце тоска.
— Я умру здесь, слушая бред этого идиота. Или сойду с ума. Интересно, чёртову боссу нужен будет помощник с расшатанной нервной системой? Хотя, если подумать, Бельфегора он же как-то терпит.
— Ты о чём? — удивился Такеши.
— Ни о чём, — огрызнулся Скуало. — Просто в скором времени мне придётся использовать душ вместо телефона и хлебать шампунь, как твоему дружку, чтобы не свихнуться.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Ага. Не капай мне на мозги.
— Ладно, — Ямамото улыбался так широко, что Скуало диву давался, как у того ещё лицо не треснуло. — Давай поговорим о чём-нибудь.
— Врой! Выпустите меня! Я слишком молод, чтобы умирать! Чёртов босс, где ты, когда так нужен?
«Ик», — вырвалось у Занзаса. «Странно, — подумал босс Варии, — вроде выпить-то ещё не успел. Из мусора меня кто-то поминает, что ли?». Задумавшись таким образом, он побрёл дальше, чтобы разыскать своих подчинённых.
А Реохей брёл по коридорам, минуя ловушки благодаря советам Вайпера. К их разношёрстной компании присоединился Леви-А-Тан, прокачавший свой уровень маскировки — теперь у него на голове красовался самый настоящий фикус, вынутый из первого попавшегося под руку цветочного горшка. Сасагава, между прочим, до сих пор считал, что весь особняк утыкан человекоподобными растениями, и не узнавал в Леви хранителя Грозы. Маммон же украдкой фотографировал «ходячую пальму» в надежде использовать эти фото как компромат, когда заварушка с Тсуной закончится.
Вдруг потолок перед весёлой компанией обвалился. В облаке пыли виднелся мальчишеский силуэт. По отблескам пламени в районе головы и рук было нетрудно догадаться, кто буквально упал им на голову.
— У нас проблемы! — закричал Вайпер.
— Это экстремальная комета!
— Хмпфм, — Маммон прикинул свои шансы сбежать в одиночку, - мда, с соображалкой у тебя действительно плохо. Взял бы хоть пример с Леви, он, по крайней мере… — взгляд иллюзиониста упал на хранителя Грозы, старательно изображавшего в углу фикус, — … такой же кретин. Да уж, меня окружают одни идиоты.
Облако пыли рассеялось. Тсунаёши обвёл мутными глазами всех присутствующих.
— Вы кто?
— О, Савада! Откуда ты здесь?
«Реохей, ты кретин», — подумал Вайпер.
— Я не помню, — растерянно ответил Тсуна.
— У тебя экстремальный склероз!
— Я фикус, фикус, фикус, я вовсе не хранитель Грозы… — нервно бормотал Леви-А-Тан, вжимаясь в стену с такой силой, что та, казалось, вот-вот треснет.
— Кажется, вспомнил, — пламя на перчатках усилилось. — Вы те, кого я должен убить, чтобы выиграть пари и остаться в особняке.
— До свидания. Было приятно с вами работать, но помирать я не собираюсь, — с этими словами Вайпер растворился в воздухе, предоставив Реохею и Леви выкручиваться самим.
— Я фикус… — продолжал напевать дрожащий от страха хранитель Грозы.
Тсуну охватило ослепительное пламя. Он молнией метнулся вперёд. Фикус на голове Лев-А-Тана обуглился и осыпался мелкими кусочками почерневшей листвы. Реохей, сообразив наконец, что дело пахнет керосином, побежал прочь. Несколько раз свернув и едва не попав в ловушки, он оказался в той же комнате, куда раньше забежали хранители Дождя. Выдохнув с облегчением, боксёр прислонился к огромной стиральной машине, как вдруг с той стороны стекла послышался стук. Повернув голову, он увидел упёршуюся в прозрачный барьер ладонь. Взгляд Сасагавы успел выхватить чьи-то длинные и седые волосы, словно у мумии. Этого оказалось достаточно, чтоб напугать Реохея.
— Это экстремальные призраки! — заорал боксёр и выбежал из комнаты.
— Врой! — крикнул ему вслед Скуало. — Вернись сюда и освободи нас!
— Кажется, он не перепугался до смерти, — засмеялся Такеши. — Боюсь, он тебя не слышал.
— Пугливые молокососы! Офицер Варии никогда бы не наложил в штаны, даже если бы увидел настоящее привидение!
— С-савада-доно, вы меня с кем-то путаете, — блеял испуганный Леви-А-Тан, схваченный Тсуной за шиворот. — Я всего лишь разыскиваю босса.
Тсунаёши оскалился.
— Какое совпадение — я тоже. Почему бы нам вместе не поискать?
— Мне кажется, он не очень обрадуется, — тихонько пробормотал Леви.
— Хватит болтать! — Тсуна нацепил хранителю Грозы на шею верёвку — ту самую, на которой до недавнего времени висел стул. Леви оказался как бы на поводке. Савада пнул его, и тот плюхнулся на четвереньки. Тсуна сунул под нос многострадальному хранителю Грозы маленький обрывок кителя, который удалось оттяпать у Занзаса в последней стычке. — Ищи! Фас!
— Меня приняли за пса, — сокрушался Леви, но выбора не было: в случае неподчинения Тсунаёши мог и поджарить. Хранитель Грозы неуверенно пополз вперёд.
— Не похоже что-то на собаку, — голос Тсуны звучал угрожающе.
— Гав, — чуть ли не плача, тяфкнул Леви-А-Тан.
— Хороший пёсик, — одобрил Тсуна.
«Кто бы мог подумать, что сегодня мне так повезёт, — думал тем временем Вайпер, под прикрытием иллюзии снимающий всё происходящее на видео. — Леви отвалит всю свою зарплату, лишь бы запись исчезла. Я её удалю при нём, конечно. Главное — не забыть перед этим скопировать её в мой архивчик. В конце концов, с Савады тоже деньги не грех бы получить».
Бельфегор всем своим видом показывал, как ему плохо.
— Без Маммона ску-учно, — ныл Принц, перегибаясь через перила.
— Бел, прекрати. Упадёшь.
— Отстань от меня, педик.
— Какой ты грубый, — Луссурия вздохнул. - Я, конечно, тоже очень волнуюсь за малыша Вайпера, но, согласись, у него больше всего шансов остаться в порядке, а мне так не хочется возвращаться туда, где все пытаются друг друга убить. Не лучше ли обождать?
— Чего? — Бельфегор плюнул вниз. Слюна пролетела несколько пролетов и разбилась об пол. — Пока Савада не разнесёт весь особняк под корень? Я не против, чтобы Маммон оплачивал ремонт, но какие мы киллеры, если не можем справится с одним пьяным подростком?
— А подождать, пока он протрезвеет?
— Да у босса там такой запас, что хватит целую армию споить, — и тут Бела осенило. — Мы ведь можем…
— … уничтожить всё спиртное, правильно. Только одна проблемка: босс сравняет нас с землёй, когда узнает, куда делось его любимое виски.
— Ши-ши-ши, — Бел облокотился на перила. — Он не узнает. Свалим всё на Тсуну. Пусть Вонгола платит.
— Тогда — в подвал?
— Типа того. Только учти: это первый и последний раз, когда я работаю с тобой в команде, принцесска.
— Взаимно, глупый подросток.
— У меня, между прочим, уровень IQ выше, чем у тебя, так что тупой тут ты.
— Я терплю эти оскорбления только до тех пор, пока мы не уничтожим запас алкоголя, — стёкла тёмных очков блеснули.
Двое киллеров спускались по лестнице в сырой в подвал. «Может не получится, — беспокоился Луссурия. — Если нас заметят, придётся, как ни печально, подставить Бельфегора. Не могу же я брать ответственность перед боссом на себя — это слишком самоубийственно. Прости, малыш Вайпер, если огорчу тебя этим, — хранитель Солнца взглянул на идущего впереди Принца, — но этот подросток может поплатится за свой острый язычок».
С лица Бельфегора не сходила широкая улыбка, больше похожая на оскал. «Какая мерзость — Принц должен делать что-то сообща с этой гееватой личностью. Но ничего. Если что-нибудь пойдёт не по плану, я просто оставлю Луссурию в подвале, а сам сбегу. А может, мне выдастся неплохой шанс угробить его, чтобы никогда больше не слышать нытьё этой неженки? Интересно, Маммон бы одобрил такой план? — Бел улыбнулся ещё шире и тут же ответил сам себе. — Конечно, одобрил бы. Это же Вайпер».
Занзас крался по коридору, прислушиваясь к шуму вдалеке. «Надо бы спрятаться», — решил босс Варии, открывая дверь ближайшей комнаты. В темноте он с трудом разглядел очертания большой стиральной машины. «Подойдёт», — ухмыльнулся Занзас и захлопнул за собой дверь…
