Новая История

      Проводив Лухан, Блас вернулся домой. Вроде все было хорошо, как раньше. Он живет своей одинокой жизнью, погружаясь с головой в работу и утешается воспоминаниями о единственной женщине, которой он не мог отказать.       Терзая себя за то, что он не смог переступить через свой страх и рассказать обо всем, он подумал, что время лечит, и поможет забыть эту девушку. С понедельника граф взял отпуск на месяц и уехал. Куда он уехал — никто не знал. Да и он то особо не понял, куда поехал. Главное — подальше, чтобы стереть из памяти мысли о графине, которая навсегда поселилась в его сердце. Поначалу он думал, что не может ее забыть из-за близости, которая была между ними. Но нет, он видел много девушек, одна краше другой. Его бы никто не смог уличить в интимной близости, ведь в отпуске он не хвастался своим титулом. Наоборот, тщательно это скрывал, желая убедиться в том, что к Линарес у него было всего лишь влечение и ничего больше. Девушки с удовольствием раздевались перед ним, желая записать его в список своих любовников, но ни одна мышца на его теле не дрогнула. Максимум, что он мог себе позволить, это поцелуй. И даже в этот момент, закрывая глаза, он представлял себе Лухан.       По закону, руководитель, у которого по результатам проверки, не обнаружили нарушений, мог нанести ответный визит в королевство проверяющего, что и решил сделать Эредиа, по возвращению из отпуска. Она уехала, но он же может и сам в ней приехать и снова любить ее, как и раньше, а дальше он что-нибудь придумает. Но новость, разосланная королевой по скайпу, в понедельник рано утром, не только нарушила все его планы, но и расставила все точки над «i». Граф стал белым как мел, когда прочитал короткое сообщение, следующего содержания: «Сегодня утром, королева Клаудия уезжает в Бразилию, на свадьбу графини Линарес, поэтому очередное собрание отменяется.»       После этой новости последовали еще несколько сообщений от графинь, с просьбой передать поздравления для Лухан. Никто не удивился тому, что свадьбу играют в понедельник. В такой ситуации медлить не стоит и потом все знали, что титул графини, достался ей совсем недавно и что она выросла на улице и не любила излишков, поэтому ее свадьба была очень скромной.       Клаудия собиралась на свадьбу вместе с графиней Андраде. Лучшую подругу Лухан не могла не пригласить, но она была вынуждена отказаться из-за внезапного обморока. Королева была не в восторге от того, что могла пропустить праздник из-за, как оказалось беременности Мариссы, но взяла себя в руки. Хорошо, что в ее распоряжении был личный самолет и она как раз успевала попасть на венчание. Уже в дверях она столкнулась с графом Эредиа. Безумный, но уверенный взгляд, наполненный застывшими слезами, помятая рубашка, взъерошенные волосы и белое лицо. — Что вам нужно? Я уже опаздываю. — бросила гневный взгляд Клаудия. — Эта свадьба не может состояться. Я хочу сделать заявление, — он протянул королеве документы, подтверждающие его титул, — я пал перед графиней Линарес и не достоит носить титул графа.       Белое платье с пышной юбкой, не туго затянутый корсет, фата, скрывающая лицо и прическу. Лухан не спеша шла к алтарю, продумывая каждый свой шаг. Сейчас она станет женой своего первого мужчины, который будет всю жизнь любить ее, содержать, так и не узнав о том, что его жена никогда не будет принадлежать ему. Совсем скоро она станет графиней Агилар и через семь месяцев подарит ему ребенка, уверив мужа в том, что у нее начались преждевременные роды.       Маркос был счастлив, что Лухан согласилась выйти за него замуж. Он решил, что она осознала, что любит его, когда сразу по возвращению из королевства Буэнос-Айреса, пришла к нему и провела с ним ночь, после чего дала официальное разрешение на брак. Честно сказать, он и не ожидал, что это когда-то случится, но как всегда верил чудесам, не зная о том, что Лухан вернулась не только с результатами проверки, но и с любовью к графу, что оставил после себя лишь сладко-горькие воспоминания и маленький плод их любви, который она носит под сердцем.       Свадьбу прервали внезапно. Лухан не успела даже дойти до Маркоса, когда ее с силой увели из церкви и посадили в самолет. Узнав Гвидо и Франсиско, графиня догадывалась по какой причине прервали церемонию.       Королева Клаудия сидела на троне, а перед ней стоял стол. Зал был наполнен титулованными гражданами этого королевства. Блас стоял в центре растрепанный, потерянный, одинокий, но уверенный в своих действиях.       Лухан завели в залу и поставили в центре, рядом с инициатором этого собрания. Она даже не взглянула на него, хоть ее глаза и были покрыты фатой. А вот Блас сразу заметил ее и был рад, как ребенок и счастлив, что она рядом. Он никогда не был так уверен в своем решении, как сейчас. — Поднимите фату, графиня, — приказала Клаудия, но Лухан не стала этого делать и тогда, верный слуга королевы, Гвидо вытянул шпильку из волос невесты и снял белую ткань, распустив тем самым ее волосы. — Извините, графиня, что прервала вашу свадьбу, — любезничала Клаудия, наблюдая за тем, как оба провинившиеся, стоят с опущенными вниз глазами. — Блас заявил, что пал перед вами. Это правда? — Нет, — четко ответила девушка, чем вызвала язвительную улыбку на лице королевы. — Я польщена тем, как рьяно вы пытаетесь сохранить титул графа Эредиа, но хочу вас заверить в том, что он потеряет его при любом раскладе. Либо за то, что не смог устоять перед вами, либо за клевету. От вашего ответа зависит только ваш титул. — Я соврал, — громко заявил Блас, чем вызвал удивление Лухан, ахи всех окружающих и заливистый смех королевы. — Мне даже интересно, наблюдать за тем, как вы оба врете мне в лицо, — крикнула Клаудия, с нарастающей злобой. Лухан вздрогнула от ее голоса, и Блас, заметив это, прикоснулся к ее руке. Дрожь по телу продолжилась, но уже не только от испуга, а еще от нежности. — Гвидо! — воскликнула Дунофф, щелкнув пальцами и он протянул ей конверт. — Как вы могли подумать о том, что я ничего не знаю. Как вы могли меня обмануть? Мне прекрасно известно обо всем, что творится в моем королевстве. — Она вынула из конверта снимки, и стала разглядывать их, — Я знаю, о первой и горячей ночи любви на конюшне и о не менее горячем пробуждении, — Клаудия швырнув фотографии на стол, встала с трона и стала подходить ближе. Оба уже уверенно смотрели на нее, держась за руки, — О вашем страстном, запретном разговоре в комнате для клиентов, — Клаудия встала на против Эредия, — неужели вы решили, что я оставлю хоть одну комнату без камер?       Блас ничего не ответил. Действительно, было глупо так думать и, должно было насторожить его, ведь про то, что именно эта комната не оснащена камерами видео наблюдения, он узнал от королевы. Но графиня смогла так затуманить его мозг, что он перестал здраво мыслить. — А какое нежное прощание вы устроили на поляне. Скажите мне, граф, зачем вы признались сейчас, если раньше промолчали? — Я хочу, чтобы вы позволили нам поженится.       Королева повела бровями и ухмыльнулась: — Вам ведь известно, что она ждет ребенка? — Это мой ребенок. — Почему вы в этом так уверенны? — съязвила она, — В нашем королевстве она провела ночь не только с вами, но и с Гвидо и по возвращению в Бразилию, она была близка со своим несостоявшимся мужем. — Вам не хуже меня известно, что все ваши слуги предохраняются. Графиня ждет ребенка от меня. — уверенно заявил Эредия, но тут же осел и уже шепотом добавил, — я знаю.       Клаудия помотала головой, сделав шаг в сторону и оказалась напротив графини: — Что вы ответите?       Лухан молчала, накаляя обстановку еще больше, словно над ними нависла грозовая туча, которая вот вот прольется на их головы и смоет титулы. А Клаудия продолжила вести свой рассказ, который только будоражил кровь. — Как бы вы объяснили своему мужу рождение ребенка раньше срока? Или ваш гинеколог пообещал вам подтвердить преждевременные роды, за вознаграждение?       Линарес испуганно взглянула на нее. Откуда она знает? — Я знаю все, что касается моего королевства. — Клаудия ответила на ее безмолвный вопрос, — А ребенок, которого вы носите, относится к моему королевству, ведь вы с графом зачали его именно здесь.       Королева поменялась в лице, величественно произнеся: — Лухан Линарес, словом королевы, я лишаю вам титула графини за ложь. Я сообщу о вашей провинности, королеве Монике и она уничтожит ваши документы, подтверждающие титул.       Клаудия вернулась к столу и села на трон: — А вам, Блас, я предлагаю сделку. Я оставлю тебя при дворе и сохраню титул графа, но при условии, что ты будешь моим любовником. Я сию же минуту издам закон, где будет сказано, что граф лишившийся невинности, сможет сохранить титул, если покается и докажет преданность своей королеве. — она сделала паузу, после чего щелкнула пальцами, и Гвидо принес уже составленный приказ на подпись. — смелее, граф, соглашайтесь.       Блас задумался. Ему дают еще один шанс. И он снова сможет обрести титул, но потерять любовь Лухан. Однажды он уже чуть не совершил ошибку, когда решил сделать ей предложение, но именно она тогда спасла его от потери титула, своим отказом. А сегодня она не смогла его спасти, но его спасает сама королева, которая была не дурная собой и очень привлекательна. — Вы можете забрать свои документы, — голос королевы вывел его из раздумий, и Блас отпустил руку любимой девушки и шагнул вперед. Окружающие ахнули, а Марисса упала в обморок, заметив слезы на глазах подруги. Это были слезы обиды от того, что она позволила себе поверить ему и разочаровалась. Но на ее лице была так же и улыбка. Она была грустной, но она была. От радости, что любимый мужчина сохранит то, что ему дороже всего в этой жизни.       Клаудия облизнула губы с вожделением разглядывая тело того, кто скоро будет принадлежать ей. Разглядев среди кипы документов нужный, Блас взял его в руки и, демонстративно разорвав на части, бросил в воздух. — Мне не нужен титул без любви.       Эредиа развернулся и подошел к Лухан. — А ты молодец, Линарес! — снова голос королевы раздался за спиной. — Ты помнишь наш разговор, в первый день приезда? — Помню, — тихонько ответила девушка и увернулась от поцелуя Бласа.       Клаудия снова встала из-за стола и прихватив со стола какие-то бумаги подошла ближе. — Она соблазнила тебя ради денег. — выпалила королева, чем вызвала аханье и перешептывание среди окружающих. Никто и понятия не имел, что они так долго обсуждали в кабинете у королевы. Лухан сглотнула слезы, потупив взгляд, а Блас застыл на месте переваривая сказанные слова. — Я была удивлена, когда ты промолчала о вашей связи с графом. Но не стала возражать. Мне не очень хотелось расставаться с многочисленными землями и внушительной суммой денег, которую я проспорила, потому что была уверенна в победе. Я же не знала, что он влюбится в тебя и потеряет голову. — Клаудия обошла вокруг, пытаясь заглянуть в глаза Лухан, — А ты молодец, смогла его сломать. Так забери же свой выигрыш. Кажется ты хотела построить приюты для сирот на этих землях. — королева всунула ей в руки бумаги. Линарес сжала их, после чего закрыла лицо руками и зарыдала, а документы упали на пол. — Ты еще хочешь на ней жениться? — словно издеваясь спросила Клаудия у Эредиа и была ошарашена, когда он ответил положительно и обнял Лухан. — Я соблазнила тебя ради денег, — проплакала девушка, но Блас не перестал обнимать ее, понимая, что она так же как и он не знала, что полюбит. — Почему ты опять мне врешь? — тихонько спросил он, убирая руки с лица и собирая губами ее слезы. — Я тебя люблю, я не думала…       Все кто был в зале с умилением наблюдали за их нежными признаниями, но королева перебила эту идиллию. — Вы оба лишены титула и не имеете права находится в королевстве.       Блас поднял документы с пола и взяв Лухан за руку, вывел из здания.       Они обвенчались в Бразильском королевстве. Потеряв титулы, они обрели настоящее счастье и маленькую крошку Роузи, родившуюся от запретной, настоящей и большой любви.

«Любовь не заменит ни что на свете. Ни титул, ни деньги, ни чей-либо страх Настоящее чувство не спрятать под маской Оно рвется наружу, оставаясь в наших сердцах»

P.S. Спустя два года большая часть графинь ушли в декретный отпуск. Именно поэтому, но главное по причине того, что королева Клаудия после того, как развелась с мужем, подарила своему верному слуге Гвидо Лассену, сына Факундо, были отменены титулы и в стране воцарило равноправие.