Трасса длиною в жизнь

Весь день я не мог собраться с мыслями. Максимову тачку пришлось отдать пацанам, потому что я в таком состоянии мог сделать только хуже. А вот свой мотор я перековырял от и до и поставил пару обновок — больше ради ЧСВ, чем для того, чтобы реально поднять скорость. Вечером успел поймать за хвост Яна, собиравшегося убегать в клуб. — Тебя проводить? — спросил я. — Меня отвезти, — Ян усмехнулся и, перехватив дверь, которую я не успел закрыть, понёсся вниз по лестнице. Раньше я на своей машине не ездил даже домой, не то что не пробовал отвозить Яна, хотя провожал и встречал его с работы частенько — мальчик у меня всё-таки был красивый, а публика в клубе наглая. Ян же, напротив, всегда брал машину и на работу — как я теперь догадывался, чтобы не так бросались в глаза его выезды на базу. Сейчас же он, видимо, решил лишний раз продемонстрировать мне, что тачки у него теперь нет — картинно повздыхал вокруг трупика своей Тойоты и забрался ко мне на пассажирское сиденье. — Починить? — спросил я прямо. — Не успеешь, — Ян вздохнул и привалился к моему плечу. Ага, собрался на Чек-пойнт. Я стал выводить машину с парковки и, когда оглянулся через плечо, невольно заметил расстроенное лицо Яна. — Там десять штук на кону будет, — сказал он. — Тебе мало того, что ты сорок должен? Ян поджал губы. — Вить, я хорошо вожу. Мне просто не повезло. Ну не делай из меня идиота, а? Я притянул его к себе, коротко поцеловал в висок и снова посмотрел на дорогу. Мне было как-то даже пофиг, хорошо он водит или нет. На одной чаше весов был тот факт, что в следующий раз он может вписаться во что-то с летальным исходом, а на другой — его расстроенная мордашка. — Свою машину не дам, — сказал я наконец твёрдо. Ян фыркнул. — Собственник и самодур. — Давай поковыряю твою…. Только не ночью, Ян, я вчера всю ночь не спал. — Конечно, нет, — Янко обнял меня и чмокнул под ухом. — Спасибо, Вить. В зеркале заднего вида я поймал его улыбку и вздохнул. Странно он на меня действовал. И по-своему тоже сводил с ума — в том плане, что отказать ему не было никаких сил. Больше мы почти не разговаривали. Я только думал, как бы обрадовать Яна, что тоже собираюсь на тот же Чек-пойнт. Когда я всё-же решился и сказал ему об этом — он уже вылезал из машины и замер на месте — уверен, в его голове были те же мысли, что и у меня за полчаса до этого. — Ты поэтому тачку не даёшь? — Да. — Витька… — Ян, не обсуждается, — я посмотрел на него в упор. Ян вздохнул. Наклонился и поцеловал меня — нежно так, но ни разу не по-дружески. — Домой придёшь — сразу спать. Утром маршрут посмотрим, хорошо? Я кивнул. Ян закрыл дверь и направился к своему клубу. Со странной смесью стыда и беспокойства я выполнил его последнее распоряжение. Уснул быстро, хоть и спал не очень крепко — мне всё время снились визг шин и звуки сталкивающихся друг с другом и с бетоном автомобилей. В итоге разбудил меня Ян около семи утра — сам он был сонный, но в руках держал две кружки с дымящимся кофе. Поставил чашки на столике рядом с кроватью и, забравшись ко мне под одеяло, устроился спиной на подлокотнике, а меня подтянул так, чтобы я оказался макушкой у него на груди. Выдал мне, толком ещё не проснувшемуся, мою чашку, отхлебнул из своей. Придерживая меня другой рукой за плечо, взял в неё телефон и принялся щёлкать по экранчику — телефон у Яна, кстати, был хороший. Не такой крутой, как у Макса, но денег на него Ян явно не пожалел. — Вот, видно? — спросил он. Не видно было нифига. Стараясь не пролить кофе ни на кого из нас, я устроился поудобнее и кое-как разглядел отобразившуюся на экране карту. Маршрут состоял из нескольких поворотов и развилок. Не обращая внимание на то, что я прихлёбываю кофе, Ян начал объяснять мне все нюансы. На самом деле слушал я внимательно, хоть и не осознавал тогда ещё до конца, насколько важно каждое его слово. Закончил он около восьми — когда прозвучал звонок будильника. — Вроде всё, — сказал Ян, который на самом деле уже успел некоторые моменты повторить по два раза, видимо, чтобы они прочнее засели в моей дурной голове. — Спасибо, — я отставил чашку на стол и чмокнул его в висок. — Вечером встретимся? — Уже на месте. Я оставлю тебе свою машину, а вечером подгоню твою. — Спасибо, Вить. — Забей. Я стал выбираться из-под одеяла, хотя делать этого не хотелось абсолютно. Полдня Пашка стоял на обороне моего гаража, старательно отмазывая меня от любой работы, — я же ковырялся в остатках Янкиного самосборного агрегата, и пока обнадёжить его мне было нечем. Тойота пыхтела, иногда ездила, но делала это настолько произвольно, что я и до мастерской то её еле довёл. Что он там повредил — было понятно, а вот как это исправить — пока не очень. Пообедать я, естественно, не успел — едва собрался за шаурмой, как в дверях гаража показался Макс, сияющий и самодовольный. По крайней мере, в этот раз он был в джинсах. Я залюбовался его походкой — Макс не вынимал рук из карманов и вроде как даже не торопился. Остановился у двери, выжидая, когда я сам к нему подойду. — Что, в лотерею выиграл? — спросил я, приближаясь к нему. — Реферат защитил. Я присвистнул. — Золотые мальчики тоже защищают рефераты? И куда поступил? — Как и хотел, в МГИМО. Мы оба замолчали. Максим помрачнел, будто вспомнил что-то. Я так точно вспомнил — о том, что, оказывается, всё это время знал, где его искать, но даже не попытался найти. — Я и Руслана там встретил, — сказал он наконец, то ли решив меня добить, то ли так неудачно пытаясь поддержать разговор, — мы в одной группе с ним. — Ясно, — я отвернулся. Снова наступила тишина. — Машина готова, я ещё утром проверил. Макс вскинул на меня недоумённый взгляд. — Ты же не думал, что я сам в неё полезу? У меня для этого ребята есть. Макс фыркнул, давая понять, что понт не прокатил. — Ничего не меняется, — сказал он. — Странно, что ты так думаешь. Максим пожал плечами. — Показывай тачку. Не разговаривая больше, мы прошли в соседний гараж. Я открыл капот, демонстрируя, что ничего мы там у него не открутили. Макс кивнул. Я закрыл капот и приглашающим жестом предложил ему оценить косметический ремонт. Ещё один кивок. — Сколько с меня? Я посмотрел на Макса. Как-то мы опять не так начали, и от этого было противно. Столько вопросов, столько чувств… А мы всё говорим о какой-то фигне и то не можем понять друг друга. — Поцелуй, — сказал я, поворачиваясь к нему и подпирая спиной стенку. Макс поднял брови. В этот раз такого яростного отторжения не было, он только заметил: — Дороговато берёшь. — Эксклюзивный тариф. Макс колебался. То, что он колеблется, уже было неимоверно приятно, потому что если бы он не чувствовал совсем уж ничего, то уже послал бы меня на все четыре стороны. Чувствуя эти колебания, я шагнул к нему и замер в десятке сантиметров. Макс внезапно опустил руку мне на плечо, скользнул пальцами вдоль шеи, рассылая по всему телу волны мурашек, а затем резко притянул за затылок к себе и скользнул языком между моих ещё не успевших раскрыться губ. Колени стали ватными в один миг, когда он по-хозяйски проник внутрь меня и принялся исследовать, осваивать мою территорию, будто возвращая себе давно утраченную власть. А утраченную ли? Никто не целовал меня так с тех пор, как я потерял его. Я пытался ответить, но смог лишь ласково погладить его язык своим, давая разрешение продолжить. Поймал его за плечи и прижал к себе, пользуясь моментом, когда он был слишком увлечён, чтобы меня оттолкнуть. А он был увлечён, я был в этом уверен. И его напряжённый пах служил лучшим доказательством. В какой-то момент Максим всё же заметил, что мои руки давно уже путешествуют по его ягодицам, притискивая его бёдра вплотную к моим и, отклонившись назад, посмотрел на меня с укоризной. — Прости, — я легко улыбнулся. Попытался легко поцеловать его напоследок, но он уклонился и выскользнул из моих рук. Макс обошёл машину и открыл дверцу, выставив её между нами на манер щита. — Я с Русланом, — сказал он твёрдо, — тебе лучше это понять. Вернее, нам всем будет лучше, если ты это поймёшь. В том числе и твоему пареньку. Макс скрылся в салоне и завёл мотор. Я отошёл в сторону, не мешая ему проехать, но, продвинувшись на метр, он перегнулся через пассажирское сиденье и, высунувшись в окно, напротив меня спросил: — Ты придёшь вечером? — Конечно. — Жду. Он поднял стекло и теперь уже всерьёз тронулся с места, оставив меня наслаждаться странной эйфорией — может и не такой сильной, как после победы в гонке, зато более долгой и упоительной. *** Починить Янкину машину я так и не смог. Часам к шести плюнул и решил сделать проще — задержался в мастерской, пока остальные не разошлись, и вывел на пробежку оставленную на тюнинг Nissan GT-R. Ян, увидев на базе, на чём я приехал, немного поворчал, но смирился после третьего поцелуя. Подогнав машины к старту, мы немного обсудили соперников — ничего из ряда вон выходящего тут не было, и у нас вроде были все шансы на победу, тем более, что, по словам Яна, тут всё же больше решали мозги, чем мотор. Макса я увидел минут за двадцать до старта — он стоял со своим Русланом в отдалении всё так же в обнимочку и внимательно смотрел на участников. Я не смог не улыбнуться, поймав его взгляд, и на сей раз Макс коротко кивнул мне в ответ — наверное решил, что проще отделаться так, чем ждать, пока я приду здороваться. — Что ты там увидел? — услышал я голос Яна и поспешил отвернуться. — Тачка ничего. Ян проследил за моим взглядом и нахмурился. — Ты эту тачку уже и видел, и изнутри щупал, — сказал он зло. — Ян, перестань, а? Ян перестал, но тема явно не была закрыта. Он молча забрался к себе в салон и захлопнул дверь. Мне оставалось только вздохнуть. Как оказалось, улыбочки мои заметил не только Ян. Не прошло и двух минут, как я ощутил неслабый толчок в плечо и, обернувшись, увидел Руслана. — На дороге не стой. Я пожал плечами и отошёл в сторону. Не хотел портить себе настроение перед заездом. Руслан подошёл к организатору — пареньку в просторном пиджаке по имени Люр — и стал о чём-то договариваться. Организатор поначалу явно колебался, но увидев в руках Руслана пачку стодолларовых купюр, сдался и указал ему на предпоследнее свободное место у старта. Руслан не успел подойти ни к месту, ни к своему Мерсу, потому что на полпути дорогу ему перегородил Макс. — Ты что творишь? — прошипел он удивительно знакомым тоном. Слышал я их с трудом, но слова разобрать всё же мог. — Развлекаюсь, ты против? — Ну тогда, может, и я развлекусь? Взгляды их встретились. — Ну развлекись, — сказал Руслан спокойно через несколько секунд, — только не забывай, развлекуха развлекухе рознь. Макс скользнул мимо него, не забыв задеть плечом так же, как Руслан задел меня пару минут назад и всунул немного ошалевшему организатору ещё одну пачку купюр. Остальные участники взвыли, предчувствуя, что любительский турнир стремительно превращается в сражение насмерть. Двое подошли к Люру и после недолгой перебранки забрали свои деньги. Я видел, как хмурится Ян за стеклом ниссана, но отступать он явно не собирался. Красный шевроле припарковался рядом с моим Франкенштейном, и тут же по другую сторону от него приземлился Мерс Руслана. Мы прождали ещё минут десять — никто не смотрел на остальных, только на асфальт перед лобовым стеклом. Атмосфера потяжелела так, что даже мне стало неуютно. Как я узнал потом, Макс никогда не катался в одном заезде с Русланом. Это было что-то вроде негласного правила в их паре, чтобы не выяснять, кто же по-настоящему сверху. Мне стоило ввести для Яна такое же, но я не догадался. Потом вышла девушка, которая явно должна была пустить нам тестостерон по венам — вот только никто из фаворитов этой гонки не завёлся от вида её ляжек, в этом я уверен на все сто. Цветная ткань взметнулась вверх и вниз, и мы дали газ.