The path of memories

— Робин, мне срочно нужны отчеты за последний квартал и по делу Миллс. — Они готовы и лежат у меня в кабинете, обязательно нужно было меня вызывать? — Ты предлагаешь мне шарить в твоих вещах? — Тебе когда-то нужно было мое согласие? — В смысле? - Кэти удивленно захлопала ресницами. — Какого черта, Кэти?! Почему я не в курсе, что ты влезла в моё дело? — Ну почему же, видимо, в курсе, — она усмехнулась, — твоя брюнеточка не умеет держать язык за зубами. — О, то есть ты хочешь сказать, что даже не думала рассказывать мне о своём визите в Сторибрук? — Нет, Робин, не думала, — она поднялась со стула, упираясь руками в стол и наклоняясь к нему, — это касается только меня и ее. — Это действительно было бы так, если бы ты не украла у меня год её воспоминаний! — Ты огорчен тем, что я ускорила процесс, или тем, что не сделал этого сам? Могу тебя обрадовать: ничего приятного я там не увидела. Можешь забрать запись, если она тебе так нужна. — Кэти, зачем ты это делаешь? — Она дурит тебя, идиот! Тебя не смущает тот факт, что почему-то у нее не было припадков, когда я собрала у неё год? Год, Робин, это не два воспоминания и даже не десять! — Нет, не смущает, потому что ты никогда не отличалась особой деликатностью в этом вопросе, и ты чуть не довела ее до эмоционального "перегорания"! Робин был жутко зол, Кэти удивленно посмотрела на него. Она всерьез усомнилась в том, что все сделала правильно. — Единственная из вас двоих, кто меня дурит — это ты! — Робин, не говори так… — Кэти вздохнула, подходя к нему и приобнимая за плечи, — да, я виновата, прости меня. Я не удержалась, мне стало интересно чем она тебя так зацепила. И я не нашла в ней ничего такого, что ты так ценишь в людях. Она злая, мстительная, агрессивная… — Ты не можешь судить, Кэти. — Робин убрал от себя ее руки, — и ты понятия не имеешь о том, какая она. Не лезь не в свое дело. И отдай мне папку. — Я поздно спохватилась, да? Эта ведьма уже добавила твое сердце в свою коллекцию. Робин окинул начальницу долгим взглядом. - Она разобьет его, Робин, сотрет в порошок. И ты останешься один с уже знакомой пустотой, поселившейся в твоем сердце после смерти Мэриан. - Тогда так тому и быть, - он забрал дело Реджины и покинул кабинет Кэтрин.

***

— Куда ты меня ведешь? — она аккуратно переставляла ноги, боясь споткнуться. — Ещё немного... — Робин... — Потерпи еще чуть-чуть... — Робин крепко обнял её за талию и снял повязку с глаз. — Оооох! — Реджина восторженно смотрела на уголок, который он обустроил для них, — это невероятно! Робин довольно улыбнулся, пользуясь ее растерянностью и крепко обнимая ее. На улице уже стоял вечер, и свет свечей, расставленных вокруг, создавал удивительную атмосферу. Столик, стоявший чуть в стороне, был полон съестного, а в ведерке расположилась бутылка хорошего французского шампанского. — Прошу Вас, — Робин с улыбкой усадил её на диван. В камине весело плясало пламя. Ей никогда никто не устраивал романтических ужинов. Когда она была совсем девчонкой, Дэниэл отвозил ее на Светлячковую Гору, откуда открывался вид на весь городок, в котором они жили. И тогда ей это казалось самым необыкновенным подарком, что ей когда-либо преподносили. Муж, в принципе, был далек от романтики и воспринимал жену как бесплатное приложение к себе. Поэтому ждать от него подобных жестов было просто глупо. — У меня нет слов... — У меня есть... – Робин с громким хлопком откупорил бутылку шампанского, - с днём рождения, Реджина!

***

Реджина проводила его и закрыла дверь, с улыбкой вспоминая проведенный вечер. Она запуталась в числах и совсем забыла о своём дне рождения. Ровно как и все, кроме Робина и Генри. Хотя она обнаружила поздравление от сына уже после того, как уехал Робин. С одной стороны, получить поздравления от двух ближайших людей — гораздо лучше, чем получать сотни открыток от тех, кому до нее нет дела. Но именно сегодня Реджина почувствовала себя как никогда одинокой. Все, кто у неё был — сын, который все ещё не доверял ей, и Робин, который по неясной причине как никто другой верил в нее. В последнее время она часто ловила себя на мысли, что каждый день безумно ждёт встречи с ним. Как удалось обычному мужчине приручить Королеву — так и оставалось для неё загадкой. Единственное, что она знала наверняка — чувства специалиста по воспоминаниям абсолютно взаимны. И поняла она это задолго до того, как увидела злосчастную татуировку на его руке. Судьба ли это? Или стечение обстоятельств? Сможет ли Злая Королева найти свой хэппи-энд, несмотря на все зло, совершенное ею раннее? Словно балерина, принявшая безрассудное решение встать на пуанты после травмы, Реджина посмотрела на единственную фотографию с падчерицей и тихо шепнула: — Снежка, мне как никогда хочется, чтобы твоя вера в надежду меня не подвела...