Болит.

Пак Чимин смело утверждает, что во всем его существовании самую зловещую и подлую роль сыграли "фокусы". Если бы сейчас на дворе был 13-15 век, он лично бы возгласил инквизицию и сам себя сжег бы на костре, как ведьму. В пять лет начался его личный кошмар. Мама тревожно прижимала его к груди, пока папа нервно ходил по кухне назад-вперед и боролся с истерикой. - Мамочка, прости меня. Прости пожалуйста...но скажи, скажи, что я сделал?- тихо всхлипывая, лепетал мальчишка. - Пожалуйста прости... - Чимини, все в порядке. Все будет хорошо, только давай... ты больше не будешь показывать свои эти...фокусы. - Фокусы? -Да, милый. Что он мог сделать, как мог знать, что именно его бог одарит особенной способностью. Виноват ли был он, что черт возьми, люди вокруг падали на земь, когда Чимин начинал что-то напевать. Тогда его "дар" только открылся, поэтому порой хватало лишь слова, чтобы усыпить, неосознанно. Чимин не понимал, почему вдруг родители стали так тревожны. Во имя безопасности он перестал разговаривать. Нельзя было даже смеяться. Кто-то из детей не понимал его, злился, большинство просто сторонилось и заранее перечеркнули хрупкое, ещё существовавшее "нормально" для маленького Чимини. Мама создала себе крепость из книг, журналов, листков и погрузилась в изучение подобных случаев. Чимину разрешалось проникать в мамино укрытие, и тогда он обнимал её и смотрел долго-долго. Её лицо было всегда спокойно, на носу тонкая оправа очков, волосы аккуратно подобраны. Женщина медленно перелистывала страницы и внимательно, чтобы не упустить ни слова, вглядывалась в бумагу. Чимин старался дышать медленнее и тише, чтобы дышать вровень с мамой. Тогда было тепло... Однажды он подслушал: Родители тихо разговаривали в гостиной. Отец сжимал в своих ладони жены. - Господи, если ты слышишь... Пусть они никогда не найдут нашего сына, - никогда ещё голос папы не звучал так мягко, с такой надеждой. - Сможем ли мы его укрыть? - Чимин не один такой. Другие же не обнаруживаются годами. - Мой милый Чимини... Мама тихо плакала, а отец улыбался нежно и немного грустно. Однажды в дом стал приходить другой мужчина. Родители всегда долго говорили с ним. А Чимин боялся, хотя к нему и не подходили. Те два года до семилетия были пропитаны тревогой, страхом и надеждой. Мальчик узнал, что он относится к особым людям, которых не очень любят те, кто у власти, что за такими охотятся. В один день рухнул весь его мир. Солнечное утро, теплое одеяло и конец света. - ЧИМИН!- Кричала мама подбегая к кровати сына, сгребая его к себе. Женщина была напугана и очень спешила. Она наскоро одела сына и не успела застегнуть ему пальто до конца. Где-то что-то хлопало и стучало, слышались крики. Чимин был так напуган. Ему дали рюкзак и передали тому мужчине, который посещал их ранее. - Чим, - мама не успела сказть, что хотела, а хотела сказать очень много. Последнее, что запомнил Чимин - отец треплет его волосы и заклинает быть счастливым. Чимина вырывают из дома, их маленького уютного дома, и тянут в машину. Сопротивляться уже поздно и бессмыслено, но он плачет и бьет ладонями по стеклу, когда исчезает его дом, когда его город уплывает далеко, почти навсегда. Чимина привозят в какой-то офис, где много людей и где свои. Он чувствует присутствие одаренных. Серьезные дяденьки и тетеньки в черном спорят, и что-то решают. Чимина вкратце вводят в курс дела. Ему предстоит специальное обучение, научат контролировать силы, это все, что запомнилось. Он отчаянно пытается расспросить про родителей, за что его отводят в темную комнату с зеленой лампой. После он смутно помнит произошедшее и не задает вопросы. Три года приравнивает к пытке. Он чужой, теперь это официально. Нет ни единого друга, никто не позволяет пустить доброго или нежного слова ребенку. Все становится нейтральным и бесчувственным. А Чимин не сопротивляется, хотя и ненавидит. Покорно запоминает все, что надо помнить и не спрашивает. За ним приходят двое парней. Один неуклюжий и забавный, другой изящный, красивый. Чимин сталкивается с ними впервые случайно в коридоре. Тот, что неуклюжий подскальзывается и до нелепости смешно пытается удержать равновесие. Чимин улыбается, смеется... в последний раз. Он снова подслушивает у дверей кабинета главного: - Кого определили к нам? - удивленно спрашивает забавный парень. - Мы читали... - Вас смущает его профайл? - недовольно кидает главный. -Приказ старый, поэтому вы уже должны были быть готовы. Заберете сегодня. - Как позже узнал Чимин красивого звали Сокджин, Джин. Он тогда пол часа просидел один на последнем этаже в пустом холле. Чимин просто подсел к нему и задал мучающий сознание вопрос: - Вы ведь не хотите меня забирать? - А, ты Чимин? - тут же ободрился Джин. Чим вздохнул и что-то буркнул в ответ. Снова повисла тишина, не нарушаемая до шести вечера. А потом Джин потянул его за руку к лифту. Он что-то радостно щебетал и смеялся. Вещи Чима уже были погружены в транспорт. Снова машина. Чимин слушал и смотрел в окошко. Еще светло, лето. Ему пообещали новую семью и новый дом. Последняя надежда. Он тихонечко молился, как когда-то молилась мама... Сцену своего первого появления в новом доме он запомнит навсегда. Успев завязать приятную беседу с Намджуном и Сокджином Чимин не заметил, что путь окончен. Ему было вполне комфортно с этими двумя, и он совсем не хотел подниматься в квартиру, лучше всю жизнь в машине. Тринадцатый этаж. Шутка судьбы. Его буквально проталкивают в квартиру. Сразу две пары любопытных глаз уставилось на него. Двое мальчишек вывалились из какой-то комнаты. - Шептун? Баюн? - нетерпеливо спрашивал лохматый и похожий на львенка дрыщавый мальчик. - Уу. Зачем нам ещё сожители. Хватает и наших агрика и лошадины, - разочарованно скулит мальчик, который по-младше. Джин как-то по родственному приобнимает Чимина, мол ничего, как-нибудь приживемся, и ведет показывать апартаменты. Когда Чимини немного отпускает, все садятся пить чай. К этому времени появляется ранее упоминаемый конь, который очень даже человек. Он удивляется новичку, но ничего не высказывает. И наконец, последний член семьи. Его появление самое фееричное, самое запомнившееся. Подросток громко хлопает дверью, оповещая о своем приходе. Слышно, как он швыряет куда-то в сторону портфель. Пришедший не спешит показать себя, зависает где-то там же в прихожей. Чимин уже чувствует не доброе. Сердце замирает при виде худощавого брюнета. Мальчишка смотрит Чимину в глаза с презрением, колко, холодно. - На черта нам тут ещё одна принцесса? Настроение и атмосфера тут же упали ниже минус бесконечности. Чимин опускает голову, челка закрывает глаза. Он боится вновь. Неловко, снова чувствует себя чужаком. Мысленно благодарит за два часа теплоты и уюта, подаренных, наверное, зря. Потому что так больнее падать в объятия реальности. Он слышит, хотя это и не произнесено в слух. Слышит отчетливое: ""Тебе здесь не рады, ты не нужен!". Рука Сокджина соскальзывает с чиминового плеча.