Болит.

Пак Чимину 16 лет. Он убирается в квартире, кормит всех, ухаживает за растениями и каждый вечер, зажигая свечу, тихонечко молится уже семнадцать месяцев. Отношения с Юнги сглаживаются, а точнее сводятся к нулю. До сих пор не привычно спокойно дома. Чонгук чаще всего пропадает со своими друзьями, а бестолковый Тэхен наконец-то взялся за учебники, потому что экзамены на носу. Единственное, что никогда не меняется это традиция Намджуна пролеживать свободное время на диване перед телевизором. Однажды Чимин слышит звонок в дверь. Он в недоумении, кто бы мог наведаться сюда? Чонгук всегда задерживается до четырех часов, а сейчас 13:09. Тэхен засел в библиотеке, Юнги на работе, а Намджун вообще уехал за город помогать родителям на даче. Сам Чимин просто смог удачно отмазаться от уроков, чтобы по-релаксировать в одиночестве дома. Парень лениво поднимается и плетется в прихожею, все ещё раздумывая стоит ли открывать дверь. На пороге стоит молоденькая девушка, очень милая. У неё выжженные светлой краской волосы и добрая, немного растерянная улыбка. В руках пакеты. Они смотрят друг на друга одинаково взволнованно. Тишину прерывает незнакомка. - Здесь живет Мин Юнги? - вопросительно смотрит на собеседника. - Ээ..А да...да, - неловко отвечает Пак. - Мое имя Тэён. Я сестра Юнги, - оживляется девушка. Чимин пропускает её наконец-то внутрь и изымает пакеты, чтобы отнести на кухню. Он никогда не видел сестру Юнги в живую, но много слышал. Раньше хен постоянно встречался с ней, а год назад она переехала обратно в Дэгу. Гостья присаживается на кухонный стул и неуверенно спрашивает: - Ты тоже имеешь сверхъестественные способности? - Верно. - Что ты умеешь? - все так же мягко спрашивает Тэён. - Я усыпляю людей. Могу спеть пару строчек и ты отправишься в мир снов, - улыбается Пак. Тэён предлагает приготовить обед. Все время пока они находятся на кухне, беседа не прекращается. Пак отмечает, что с Тэён очень приятно общаться. Еще он узнает, что девушка является совершенно нормальным человеком. Она треплет его волосы по-сестрински и звонко смеется. - Ты милый Чимин, - и грустно добавляет, - Юнги о тебе не рассказывал... - Юнги... - шепчет Чимин. Наверное, нужно предупредить его о приезде сестры. Пак покидает ненадолго кухню, чтобы взять телефон. Дрожащими пальцами парень набирает номер Мина. Ему в первые приходиться звонить хену. "Чимин?"- удивленно произносит Юнги на другом конце. "Прости... Я не буду долго отвлекать. Просто, хен, в гости пришла твоя сестра. Вот." "Что? Когда она успела? Чимин..." - Пак не дослушивает и быстро сбрасывает трубку. Вернувшись домой Тэхен и Чонгук накидываются с объятиями на Тэён. Они сразу же забрасывают её вопросами и преследуют по пятам. Намджун кланяется и тоже вставляет свое радостно-удивленное "Нуна". Когда возвращается Юнги, складывается ощущение, что он очень спешил сюда. - Тэён! Чего это ты решила порадовать нас своим визитом? - Ну как я могу жить без своего вредного брата. Ты покрасился? Тебе идет белый. - Да, из нас с тобой получились божественные блондинки, - усмехается старший. В углу хохочут Тэ с Гуком, потому что на самом деле изменения в имидже хена, это их рук дело. Однажды они решили пошутить над Юнги. Это было по-детски, но забавно. Мин хотел лишь стать шатеном, но с подачи младших обесцветил волосы. Его злость на столько превышала норму, что он даже никак не среагировал. Однако перекрашиваться не стал. После душевного семейного ужина Тэён стала прощаться с ребятами, на последок пообещала зайти ещё пару раз, пока будет пребывать здесь. Юнги вызвался проводить сестру и они вместе скрылись за дверью.

***

За последнее время чрезвычайное положение стало привычным. Никто уже не боялся так, как это было по началу. Жизнь просто текла своим чередом, как будто ничего и не происходило, как будто никто не охотился за особенными. Правда, одна проблема все ещё преследовала их в такие времена. Бюджет семьи резко сокращался. В этот раз было особенно туго, но никто даже представить не мог, что скоро столкнется с более тяжелой ситуацией. А пока Чимин и Юнги по вечерам сидели за счетами и пересчитывали деньги. В очередной день Мин выложил перед ребятами мешочек с камушками Тэхена. Ви возмущенно взмахнул руками (хоть он и не собирался вступать в ряды защитников, кличку себе придумал): - Да, что они все там. Не ценят меня, не ценят! Чимин вздохнул и стал размышлять, куда можно прибрать драгоценности, которые невозможно продать. Ви и так все время на зло оставлял за собой кучу стекляшек. Хозяюшка Чим сначала прибирала их, а потом забила и стала оставлять так как оно лежит. На почве финансовых проблем Пак и Мин начинают снова ссориться. Денег почти не осталось. Чимин без сожалений собирает свои вещи: книги, одежду, прочие безделушки. Все это отправляется на продажу. Комната становится почти пустой. Себе Пак оставил лишь рваные джинсы, две майки, ветровку и потертые кеды. Остальное таскает у Тэхена. Старший кажется не против. Заработанных Чимой денег на долго не хватает. Они снова голодают неделю, все, кроме Чонгука. Его подкармливает кто-то из друзей, да и для него специально приберегают еду дома. Его лафа также не длится долго. Сегодня им повезло немного больше, делят на шестерых одну тарелку рамёна. Все становится хуже и хуже. Намджун исчезает по особым поручениям, а Хосок попадает после очередной ночной вылазки в больницу, в тяжелом состоянии. Чонгук практически переселяется в клинику. На Юнги ложатся все основные обязанности, он теперь за главного. Мин чувствует, что не справляется. Снова грызется с Паком. - Да откуда я тебе возьму эликсир от всех проблем? Что я могу сделать?! Скажи мне где и я достану деньги, чтобы всем стало легче!!! Юнги понимает, что перегнул. Чимин и впрямь не виноват ни в чем. Он справляется намного лучше самого Мина. Это Юнги должен был продавать свои вещи, Юнги должен быть опорой всем. Ему не хочется обижать Пака. Просто не знает как иначе обратиться за поддержкой. Юнги так хочет разделить все переживания с Чимином, хочется говорить с ним, хочется найти одобрение у него. Что-то внутри все ещё не позволяет открыться до конца. - А может нам с тобой начать зарабатывать натурой, мордашки-то у нас милые, - усмехается Мин, не злобно, а очень даже спокойно и огорченно. Он взял парня за подбородок и немного приподнял его лицо. В глазах напротив зависли тлеющие угольки, не добрые. - Это шутка, - тихо прибавляет Юнги. Хотя он старался не обидеть Пака, мало ли, что мелкому в голову взбредет. А Чимин молчит, потом убирает руку Юнги и с задумчивым видом идет в свою комнату. - Это шутка. Прости...- ещё раз повторяет Юнги. С каждым днем все хуже и хуже. Чим лежит на кровати и вспоминает недавнюю шутку Шуги. "Зарабатывать натурой". Мин похож на призрака: исхудавший, бледный еще и его белые волосы. Мертвец на лицо. Его нагружают в том чертовом офисе, который он обязан посещать вместо своей работы. Тэхен усиленно готовится к экзаменам. Намджун звонил раз-два, похоже не скоро вернется домой. Чогук не ел три дня, а Чимин вообще забыл, что такое питание, и существует ли оно. Чон Чонгук. Он ещё юн, моложе всех. Ему нужно кушать. На днях он падал в обморок от переизбытка эмоций и голода. Одно решение. Пак натягивает единственные рваные джинсы. Он идет к порогу, натягивает свою ветровку, выходит из квартиры и быстрыми шагами движется кое-куда. Ему страшно, противно, но нужно спешить, пока еще есть порыв. Это на благо остальным. Больше некому. Юнги мирно спал, пока не почувствовал, что кто-то его дергает за плечо. Перед ним стоял Тэхен. Он выглядел обеспокоенным. - Хен, Чимин ушел. - И что? - Он обычно так не уходит. Спешил, шел без ничего. Ви вкратце описывает все, что успел надумать по этому поводу. Юнги начинает волноваться. Что делать? Пак ушел двадцать минут назад. Его уже не догнать, да и знать бы куда он направился. Мин говорит, что нужно подождать, пытается снова заснуть, но не может. Он перебирается к входной двери. Сначала подрывается куда-то, даже натягивает обувь, а потом садится на пол и смотрит в стену напротив. Тэхен и Юнги не спали всю ночь, но так и не дождались Чимина. Он заявляется только к полудню, когда дома только Шуга, на силу отпросившийся у начальства. Все его движения замедленны, ветровка на распашку. Он кажется таким опустошенным, потеряным, обессиленным. Тихонечко идет на кухню, игнорируя причитания Юнги и молча кладет на стол деньги. Мин смотрит непонимающе. Чимин поворачивается и удаляется в свою комнату, запирается там и падает на пол. Даже не приходится применять свои способности, чтобы отключиться. Юнги успел уловить взгляд Чима и то, каков был его взгляд пробудило тревогу в Шуге. Смотря ему вслед он заметил красное пятнышко на шее младшего. Сначала Юнги оцепенел, потом его окутала мелкая дрожь и наконец-то страшная догадка ударила в голову. Он осел на пол и схватился за свои волосы. Чимин предпринимает еще три-четыре подобные вылазки за месяц. Юнги в бешенстве. Он ненавидит. Ненавидит себя. Его сводит с ума героизм младшего. Он же видит, как тот сломлен, подавлен, но продолжает уничтожать себя. Юнги плохо, у него болит сердце. Чимин не должен всего этого терпеть. Его надо спасти. Мин окончательно запутался в себе, потерялся в происходящем. Шуга залезает в ванну, наполненную до краев, прямо в одежде. Вода льется на кафель. Мин ненавидит себя, он виноват в том, что Чимину больно, в том, что ему плохо. Не смог сам остаться на плаву в трудной ситуации. Сначала было противно, омерзительно, сейчас тоже. Только теперь Чимин более спокоен, смирился. Ему никогда не забыть, как тошнота подбиралась к горлу, когда чужие руки пытались отыскать последние нетронутые части тела. Было больно и сейчас тоже больно. Чимину стало стыдно возвращаться домой, стыдно появляться на глазах соседей, хотя о его подвигах догадывался только Юнги. Пак смирился с мыслью, что Мин теперь точно уже никогда не примет его. Такого обесчесщенного. Чим больше не заимствует одежду Тэхена. Он думает, что друг узнав, кто и после чего надевает его шмотки, будет зол. Теперь Пак не зажигает свечей и не молится. Таким, как он нет ответа на небесах. Чимин имеет на своем счету уже целых два страшнейших греха. Надеюсь, в слух озвучивать их не надо. Юнги настолько задумался, что не заметил как стал уходить под воду. И только, чуть не вдохнув жидкость, стал барахтаться. Он выскочил из ванной и выдернул пробку, чтобы прогнать это маленькое море прочь. Шуга стоял и дрожал. С его одежды капала вода. Дверь в ванную комнату отворилась и в ней появился Чимин. Они стояли друг напротив друга. Никто не спешил что-то делать или говорить. И Шуге следовало бы освободить помещение, да только что-то его цепляло в Паке. Чимин в свою очередь не выгонял хена. Вдох. Юнги хочет найти кнопку перезагрузки, начать сначала. Выдох. Он внимательно осматривает Чимина, начиная с ног. Чим стоит на полу босиком. На нем эти вечные рваные джинсы и белая майка. Кажется, парень пытался расцарапать себе руки, что видно по царапинам. Частично видно уже пожелтевшие синяки. Юнги пропускает рыжие, растрепанные волосы и цепляется взглядом за лицо. Глаза грустные, опущены в пол. Избегает встречи с глазами Юнги. - Чимин, не ходи больше туда... Пожалуйста, - Пак вздрагивает и поднимает взгляд. И тут у Юнги срывает все замки. Он рушит многолетнюю систему изоляции. Подходит ближе и ближе. А Чимин отступает назад, пока не встречается спиной с дверью. Юнг вдруг падает на колени, берет руку Чима и начинает целовать, - не надо больше... Я так виноват. Прости меня. Все это время ты был сильнее меня, только ты смог столько отдать и вытерпеть, чтобы другие.., - его речь обрывалась периодически, но он снова подхватывал и продолжал шептать.- Прости, что раньше, что всегда поступал с тобой не так. Это я должен был страдать, не ты... Не ты. Чимин в шоке, а Юнги продолжает исповедь. Говорит долго и много, говорит все, что не мог сказать годами. Он клянется, просит, молит. Чимин не перебивает. Шуга смотрит на него, снизу вверх, смотрит как на святого. Разве такое возможно, чтобы его, такого жалкого, кто-то принял. Но Юнги не выпускает паковской руки. Чимин оседает на пол и кидается в объятия Мина. На него не злятся, его не осуждают. В глазах скапливается влага. Юнги аккуратно стирает чужие слезы. Еще он боится, что Чим сейчас растает в его руках или исчезнет. Теперь Пак кажется чуть ли не хрустальным. Как бы не сломать. Они вместе плачут, вместе хоронят несчастье. Юнги все ещё мокрый, но Чимину без разницы. Юнги говорит: - Люблю. Всегда любил... Потом старший позволяет Чимину принять душ и остается ждать у дверей. Шуга настаивает, чтобы Чим надел его вещи и избавился наконец-то от своих чертовых джинсов. Потом он ловит Пака в объятия и целует так, чтобы аннулировать все долги, те долгие шесть лет, что пришлось ждать Паку. Чимин перечеркивает все прошлое, чтобы они начали сначала.