Болит.

Чимин просыпается, когда солнце сквозь оконное стекло начинает слепить глаза. Он начинает ворочаться в чужих объятиях, чтобы найти более удобное положение и скрыть лицо от надоедливого света. Их с Юнги скрывает большое одеяло. Не то, чтобы холодно, можно сказать теплее нормы. Пак утыкается лицом в чужую грудь и успокаивается. Юнги дышит в рыжую макушку, улыбается и прижимает к себе ещё крепче. Жарко. Мину всегда нравилось слушать сердцебиение младшего. Он настолько привык к этой мелодии, что принимает за свою. Когда Чимин уходит из дома по делам, кажется что вырвали сердце. Сегодня выходной, никто никуда не спешит. - Чонгук несколько раз приходил и требовал твоего перемещения на кухню. Но я ему тебя не отдал. Без завтрака один день переживет, давно худеть пора, - тихо произносит Юнги и Чимин открывает глаза, смотрит на любимое лицо. За последние два года многое в их жизни изменилось. Начиная с меблировки квартиры, заканчивая отношениями. Теперь Чимин жил на солнечной стороне вместе с Шугой. У них появилась широкая двухместная кровать с белым постельным бельем. Намджун прижился в гостиной. Теперь это официально был его штаб. Тэхен собрал пожитки и сместился к Хосоку. Точнее, ему так посоветовал Намджун. Комната Джина осталась нетронутой. Никто не припоминал в слух. Младшие все еще прибывали в неведении о судьбе хена. Чимин стал по-настоящему близок с Тэхеном. Еще он поражался тому, как вымахал Гук. В свои шестнадцать лет он казался небоскребом, по сравнению с тем же Паком.

***

С Юнги они больше не ссорились. Их отношения вообще были на грани фантастики, почти нереальными. Они были обвенчаны. Спросите как? Разве закон позволил? Нет. Но им закон не писан. Это была не официальная роспись и регистрация. Со стороны, может, их маленькая церемония казалась лишь забавой, но для ее главных героев действительно, негласно, ставила печати на сердцах. Произошло все как-то спонтанно. Просто, стояли однажды рядом у окна и солнце светило так же. Юнги неожиданно подорвался к своему столу и стал рыться в ящичках. Затем подошел к Чимину и протянул раскрытую ладонь, на которой лежали те самые заветные перстни с камушками бордового и зеленого цвета. Негласное обещание, связь навечно. Надевая перстень с красным камнем на чужой палец, Юнги сказал: - Никогда не снимай. Пока бьётся мое сердце, ты будешь знать это. И я тоже... Чонгук совершенно случайно стал подсматривать за этим процессом. Ему было завидно от того, как эти двое смотрели друг на друга. Еще ему было отчего-то радостно. - Хэй, Шпион! Руки вверх!- вскрикнул довольный Ви. - Тихо...- отмахивался младший. - Чего хоть смотришь? Интересно? - Тэхен тоже прильнул к двери и замер. Потом он схватил Гука за руку и потянул за собой. Чону не нравилось, когда в голове Ви появлялись какие-то грандиозные идеи. - Ты чего? Руку сейчас оторвешь! - Поторапливайся. Мы ещё успеем. Они только начали. - Да о чем ты? - Ну как же, молодоженов обязательно посыпают монетками, рисом и лепестками. Риса нет и лепестков тоже. Монетки щас сварганим. Тэхен смотрит восхищенно и одновременно с подозрением. Ви вспарывает две подушки и протягивает одну младшему. - Ты бьешь Юнги. Затем Тэхен зависает, вспомнив про монетки, подходит к столу. Чон видит спину своего друга и слышит, как сыплются маленькие, плоские, золотые пластинки. Он берет одну и приглядывается. На ней необычная гравировка. Иероглифы и дополнительное изображение. - Что это? - Вещи, символизирующие все хорошее,- бросает Тэхен, набивая мелкому карманы. Чимин взволнован. Он тянется, чтобы обнять Юнги, но получает подушкой по лицу. На них высыпается пух, который забивается под одежду и путается в волосах. Не успев отойти от первой волны, Юнги и Чим попадают под обстрел мелочью. Мин закрывает собой любимого и смеется. - Почему не позвали на свадьбу? - обижено тянет Тэхен и швыряет монетку в лопатку хена. - Где букет? Я так хотел поймать букет невесты. Ну то-есть он по умолчанию мне отошел бы, - возникает Чонгук. - Идиоты,- ворчит Юнги. А Пак заливается смехом и обнимает Шугу.

***

Тэхен боится Хосока. Боится, потому что Чонгук по детской наивности рассказал брату о своей недолюбви. Старший не одобрял, Тэ в первую очередь, но молчал. А у Гука не проходило. Он признал себя абсолютно проигравшим, потому что Тэхен теперь точно никогда не взглянет на него. Он будет вечность ждать. Ви бестолочь. Он не прогуливает первые пары, только потому что дома Чон Чонгук, который не оставит в покое. Потому что вредный и может немного мстить. Зараза, на зло запрыгивает на хена спрятавшегося от мира под одеялом и дополнительно прикрыв голову подушкой. Младший ерзает, почти прыгает и щебечет: - Хен! Вставай, вставай! Уже утро. Ты же не хочешь пропустить лекции? О боже! Ты именно это и собираешься сделать! Тэхен подскакивает, скидывая с себя тушку мелкого и спешит поскорее скрыться от этого кошмара. Он воет в ванной, одной рукой поспешно натягивая брюки, а другой застегивая рубашку, временно оставляя зубную щетку во рту без поддержки. Гук в это время лежит на кровати хена, усмехается и довольно дергает ногой. - А ты чего подорвался? - спрашивает маленький злодей брата, который безуспешно пытается завязать галстук. - Я проспал... Гук так, что кажется сейчас почки откажут, а к прессу прибавится кубика два. - Сегодня выходной, - сквозь слезы доносит младший. - ЧЕЕЕРТ!!!ЧОН ЧОНГУК! - доносится из прихожей. Тэхен не собирается снимать костюм, не зря же пятнадцать минут красоту наводил. Не в университете, так пусть дома любуются. Где-то к 16:00 ему становится скучно и он начинает патрулировать квартиру. Ви заходит в комнату Чонгука. Мальчишка спит. Видать, после обеда разморило. Тэхен тихонечко приближается к его кровати и присаживается у изголовья. Смотрит на такого беззащитного, такого спокойного Чонгука и жалеет. Потому что виноват. Причинял столько боли такому нежному и светлому существу. Чем Чонгук заслужил это бремя. Какого черта повторяет проклятую первую любовь Кима. Тэхен немного завидует, потому что в отличии от него самого у Чона все не безнадежно. Может хватит уже тормозить? Ви улыбается и тянется рукой к лицу младшего, чтобы убрать волосы. Пошло. Ким склоняется к Чонгуку и совсем невесомо касается своими губами чужих, оставляя на них тепло. Банально. Потом Тэ быстро удаляется в свою комнату. Чон лениво переворачивается в постели, а потом резко вскакивает. Что-то лежит на столе. Что-то блестящее. Он скатывается на пол и подползает к столу. Камушки. Цветные, яркие. Чонгук боится коснуться их. Но самое главное не они. У Чона слезы бегут по щекам и он улыбается так по-дурацки. Перед ним лежит величайшее творение, верх мастерства Тэхена. Оно окружено хрустальными лилиями и венком из невообразимо прекрасных цветов, из материала, который, наверное, никто никогда и не видел. Сердце из золота. Не такое, какое рисуют в валентинках или вырезают из цветной бумаги. Оно настоящее. Только украшено мелкими кружевными узорами и бесконечными словами. Есть еще маленькая записка, которую Чонгук боится читать, но берет дрожащими руками. Слова отраженные на бумаге остаются на кончиках пальцев и гравируются где-то на обратной стороне правого полушария. Он прощает все и пьет до дна.