У Любви свои Герои

      За неделю Джон уже начал беспокоиться. Шерлок явно бросался из одной крайности в другую. И если раньше он не придавал особого значения физическим тренировкам, то сейчас все свободное время посвящал именно этому. А поскольку свой сайт и консультирование он совсем забросил, то свободного времени у Шерлока было много. Очень много.       Столь интенсивные и большие нагрузки тоже не были слишком полезны неокрепшему организму. Тем более, что Шерлока по-прежнему преследовали боли в области ранения. Джон, как мог, сдерживал его, с опаской глядя на фанатичный блеск в серых глазах. А еще Шерлок стал очень нежен и заботлив с Джоном. С того самого злополучного падения на лестнице, он все время крутился где-то поблизости, стараясь чем-то помочь, что-то подать, постоянно прикасался к Джону и преданно заглядывал ему в глаза. Апофеозом ситуации стал чай, который Шерлок сподобился приготовить совершенно самостоятельно, воспользовавшись вертикализатором в своем кресле. Он приволок в спальню, еще спящему Джону чуть теплую неимоверно сладкую бурду с таким видом, будто лично вырастил этот чай на плантации.       Это было неимоверно трогательно, но уже слегка пугало. На Шерлока до аварии нынешний Шерлок походил еще меньше, чем тот, который очнулся в палате после операции.       - Шерлок, мне кажется, нам надо поговорить, — после обеда в понедельник Джон вернулся из магазина и застал партнера за привычными уже физическими упражнениями.       - Мммм? — невнятно, по причине того, что раз за разом пытался установить кресло около параподиума, отозвался тот. Шерлок был крайне сосредоточен, нижняя губа закушена, а руки уже подрагивали от усталости.       - Тебе не кажется, что ты увлекся?       - Что? Не мели чепухи.       Джон поставил на кухонный стол пакеты с едой и подошел ближе, наблюдая за усилиями Шерлока. У него получалось хуже, чем вчера по причине того, что ладони его были забинтованы. Раз за разом подтягиваясь на руках, Шерлок натер жуткие мозоли и на некоторое время вынужден был отказаться от активных силовых нагрузок. Это раздражало его неимоверно.       - Я что-то не пойму тебя, Джон. Тебя расстраивало то, что я мало занимаюсь. Теперь же, когда я уделяю своей физической подготовке достаточно времени, ты снова недоволен. Определись уже!       Крепление снова сорвалось, и Шерлок в раздражении стукнул по тренажеру кулаком, тут же скривившись от боли. — Проклятая железяка!       - Шерлок, меня не устраивает, что ты все воспринимаешь, как крайность. Твое настроение скачет, как на американских горках — от злости и раздражительности к апатии и нежности. Я знаю, что все, за что бы ты не брался, удается тебе на тысячу процентов, но тут дело касается твоего здоровья! Ты не можешь так изнурять себя тренировками. Это тоже плохо. Я не знаю, куда ты торопишься, но я не успеваю за тобой, Шерлок!       - Куда я тороплюсь?! Я?! Ты шутишь, Джон? Куда я могу теперь торопиться? От кухни до спальни?! Моя жизнь полетела к чертям, и все мои попытки вернуть хоть часть собственной личности терпят крах. У меня ничего не осталось. Ничего. Только ты. И если я не смогу тебя… — он резко замолчал, сказав больше, чем рассчитывал.       - Что? Ты не сможешь меня… что? — Джон нутром почувствовал, что это и есть тот самый корень зла, который разъедает Шерлока изнутри. И отступать был не намерен.       - Шерлок, помнишь о чем мы с тобой договаривались? Ммм? Прежде всего мы — команда. Мы должны доверять друг другу. А для этого нам надо разговаривать друг с другом, Шерлок! Что ты имел ввиду? Если ты не сможешь меня что?       - Удержать… — из Шерлока словно выпустили весь воздух. Он застыл в кресле сломанной куклой, глаза невидяще рассматривали что-то за спиной Джона, и в них застыла паника, смешанная с безумием. Неосознанно он с начала разговора крутил бинты на ладонях, пока они не размотались и не повисли на запястьях. Не замечая этого, он продолжал растирать и расчесывать свои мозоли.       - Что держит тебя рядом со мной Джон? Жалость? Любовь? А что такое Любовь, ты можешь мне ответить? Это привычка или потребность. Это общность интересов, это интимные отношения. А что осталось у тебя из всех этих составляющих? Интимных отношений у нас нет, и трахать меня ты отказываешься, — Джон вздрогнул от непривычного грубого слова, — я больше не могу обеспечить тебе адреналиновую дозу. Я больше не могу вызывать восхищения своим интеллектом, я могу только обременять. И если даже ты останешься со мной на таких невыгодных условиях, у меня тебя может отобрать любая мелочь, даже проклятая лестница и пара кружек чаю! Я должен быть достаточно сильным, чтобы ты хотя бы в чем-то мог на меня положиться. И чтобы защитить свое.       Джон слушал и холодел. Он и не ожидал, что Шерлок НАСТОЛЬКО испугается и будет выбит из колеи тем небольшим происшествием на лестнице.       - Шерлок… — прошептал он, присев на корточки около кресла, осторожно накрывая своими ладонями растертые в кровь, ледяные пальцы, останавливая судорожные расчесывания. — Ты городишь страшную, несусветную чушь. Я не знаю, откуда ты взял это нелепое пояснение любви, но она заключается не только в том, что ты перечислил. По крайней мере, у меня. Моя любовь к тебе — это нечто неизменное, вросшее на клеточном уровне. Это воздух, которым я дышу, это то, что делает меня — мной. Это чувство не нуждается в подкреплении и тебе не нужно пытаться заслужить его. Это бессмысленно, потому что и так уже все — твое. Без остатка.       Шерлок попытался что-то сказать, но Джон остановил его, чуть сжав его пальцы в ладонях.       - Я никуда не денусь, правда. Лестница — всего лишь досадное недоразумение. Я понимаю, что переубедить тебя сейчас будет сложно, страх так просто не забывается, но я прошу тебя, просто поверь мне. Поверь, что я всегда буду рядом, что я люблю тебя. Дай, я умоляю тебя, дай себе отдых и возможность расслабиться. Ты всего достигнешь, всего добьешься, я не сомневаюсь в этом. Просто пусть это будет правильно, хорошо? С пользой для здоровья?       Шерлок больше не пытался его перебить, он затих, и Джон с удовольствием отмечал, как уходит из его глаз паника. Нет, фобия никуда не делась, но острый приступ снять удалось.       - Я сейчас, — Джон быстро прошел на кухню и снял с полки аптечку, — Дай-ка сюда руки. Ну вот посмотри, что ты натворил. Дай промою, — он наклонился над руками Шерлока.       - Джон… — прости, — устало донеслось сверху. — О… нет… не может быть… пусти–ка…       Шерлок попытался вывернуться, выдернуть руки из надежного захвата, но Джон не пустил.       - Шерлок, ну в чем дело? Что ты вертишься?       - Джон, — пациент все настойчивее выдирал руки, — пусти, пусти, мне нужно…       - Куда тебе нужно? Да что такое?! –Джон выпустил руки Шерлока, недоуменно глядя на него. Что опять на него нашло?       - Мне нужно… в туалет, — недоверчиво-настороженно закончил Шерлок и изумленно уставился на Джона, сам пораженный своим открытием. Джон так же замер напротив, открыв рот.       А потом Шерлок быстро-быстро рванул в сторону ванны.       И вот уже минут десять Джон подпирал косяк двери. Внутрь его Шерлок не пускал.       - Ну, что? — Джон спрашивал это уже в пятый раз, стоя под дверью и прислушиваясь к невнятным звукам в ванной.       Дверь открылась, и показался Шерлок с нечитаемым выражением на лице.       - Ну?!       - Не знаю, — проронил он. — Я… не уверен. Мне могло и показаться.       - Раньше что-то не казалось. Шерлок, завтра же нам нужно съездить в клинику. Ты понимаешь, что если это правда… Ты понимаешь?!       - Я понимаю. Я понимаю, что если мне показалось, то мы угробим на очередные бессмысленные обследования целый день только для того, чтобы в конце нам снова сказали, что все впустую и надежды нет.       - А если это правда? Мы можем упустить шанс восстановления некоторых функций, Шерлок! В твоем случае это очень важно. Ты же знаешь, что каждый маленький успех…       - Мне могло показаться, — не терпящим возражений тоном отрезал Шерлок. Для того чтобы добровольно отправиться на эту пытку, у меня должно быть что-то весомее, чем мимолетное ощущение. Ты хоть знаешь, какая это для меня пытка, Джон? Ты знаешь, что такое ложная надежда?!       Джон знал. И не знал, что еще сказать.       - Мы съездим в больницу. Правда. Но только когда я буду абсолютно уверен, — Шерлок проехал мимо, направляясь на кухню. Звонок в дверь заставил его обернуться.       - Не говори пока никому, хорошо?        Джон секунду на него смотрел, а потом кивнул, соглашаясь.       За дверью оказался Грег. Выглядел он неважно — уставший, помятый и слегка вымокший. И постоянно отводящий глаза. Джон припомнил, что последние две недели от инспектора было ни слуху ни духу. Он не заходил и не звонил поинтересоваться, как у них дела. Скучать им, правда не приходилось, поэтому Джон этого раньше и не заметил.       - Привет, Джон. Как вы, как дела? — он прошел в гостиную и передал Джону бутылку Cabernet Sauvignon.       - Ого, спасибо! Что это ты? Мы пропустили какую-то дату?       Джон принял бутылку и пристроил ее на столик, соображая, что можно сообразить по-быстрому из тех продуктов, что он купил. Пожалуй, стейки с зеленым горошком будут самое оно. Как раз к красному.       - Это взятка, Джон. Вернее, откуп. Не так ли, инспектор? Вы оценили меня только в бутылку вина или есть еще что-то? — равнодушный голос Шерлока заставил Грега Лестрейда, инспектора полиции вот уже чертову тучу лет и довольно бесстрашного человека поежится. Сейчас он хотел оказаться где угодно, только подальше отсюда.       - Что это значит, Шерлок? Грег? — Джон недоуменно переводил взгляд с одного на другого. – О, черт… не может быть… Неужели это правда? Да как вы могли, инспектор?!       - Джон, не заводись, — Грег устало приткнулся на краешек кресла. — Я ничего не мог сделать, веришь?! НИЧЕГО! — Внезапно взорвался он, пряча боль за гневом. — Знаете, откуда мне позвонили?!       - Догадываюсь, — все так же бесстрастно отозвался Шерлок. — И что вы написали в отчете?       - Что дело закрыто за недостатком улик.       В комнате повисла тишина. Вот и все. После встречи с братом, Шерлок подозревал, что закончится чем-то подобным. Никто не будет искать тех, кто стрелял в него.       - Что ж… Спасибо, что хоть нашли в себе силы сказать лично, — Шерлок был так же абсолютно бесстрастен.       - Но… как же так…, — начал Джон.       - Вот так. Джон, проводи инспектора. Я, думаю, сейчас не лучшее время для посиделок за бутылочкой вина, — Шерлок откинулся в своем кресле, прикрыв глаза. Пока Джон выпроваживал совершенно раздавленного, поминутно извиняющегося инспектора, он напряженно размышлял о мотивах и интересе собственного брата в этом грязном деле. Но сейчас это было не главное, он сможет разобраться с этим позже, как только немного окрепнет.Он чувствовал себя таким вымотанным. Сегодняшняя эмоциональная вспышка и так здорово его подкосила.       Джон вернулся в комнату, немного покачался с пятки на носок, явно не зная, как начать разговор.       - Я завтра же убью Майкрофта, — мрачно пробормотал он, не отрывая глаз от носков своих ботинок.       - Джон? — Шерлок поднял на него глаза.       - Да?       - А что у нас на ужин к великолепному французскому вину?       Джон моргнул от неожиданности, а потом слегка хмыкнул, принимая правила игры.       - О, могу предложить только телячьи стейки.       - Идет.       - Тогда ужин через двадцать минут.       Они оба, по обоюдному согласию решили пока не касаться этой темы. Не сейчас. Сейчас было не время.       Поужинав, они переместились в спальню, Шерлок выкупался и, задумчиво взглянул на мочеприемник. Стоит или нет? Он действительно был не уверен в том, что что-то почувствовал. С тех пор прошло вот уже несколько часов, в мочеприемнике было немного мочи, но больше позывов так и не было. Приняв решение, он снова закрепил мочеприемник и позволил Джону помочь облачиться в пижаму.       Они немного посмотрели телевизор, потом почитали, потом Джон заснул, вымотанный сегодняшним днем не меньше Шерлока. Шерлок еще долго крутился, пытаясь устроиться поудобнее. Привычная поза почему-то раздражала, подушка казалась неудобной. Наконец, он задремал, приткнув голову Джону в подмышку.       А через два часа проснулся от того, что очень хотел в туалет.