У Любви свои Герои

      Джон уже третий день был на взводе.       Несмотря на очевидные признаки улучшения, ехать в больницу Шерлок отказывался наотрез, сжимаясь и каменея, как только Джон пытался завести об этом разговор. Все попытки убедить его не приносили положительных результатов. Майкрофт, приехавший на следующий день, также ничего не добился от брата, возможно, впервые его блестящие навыки дипломата оказались бессильны. Более того, Шерлок отказался с ним даже разговаривать.       Что делать, было совершенно не понятно. Ну не тащить же взрослого, вполне состоявшегося мужчину в клинику насильно? Хотя, еще чуть-чуть и Джон готов был попробовать.       Самое худшее было то, что Шерлок молчал. Он не только не желал никуда ехать, он снова закрылся в себе, часами не реагируя на окружающую действительность.       -А знаешь, ты был прав — в утро третьего дня «тотального сопротивления» устало проговорил Джон, вяло возя мыльной губкой по посуде, — я действительно больше не могу так.       Шерлок, до этого безучастно гипнотизировавший свой завтрак, оторвал взгляд от полуостывшего омлета и впервые за утро посмотрел на Джона.       - Я действительно, кажется, переоценил свои силы, Шерлок. Я смертельно устал. Но не от того, что мне трудно ухаживать за тобой или помогать в чем-либо. Просто меня до печенок достали твои херовые выкрутасы.       Бранное слово, столь редкое в устах Джона, заставило Шерлока приоткрыть от удивления рот. Его партнер был поистине долготерпимым человеком, но уж когда (очень редко) выходил из себя, на пути его лучше было не стоять — сметет и не заметит. Шерлок еще ни разу не испытывал на себе этого разрушительного влияния, поэтому, почувствовав первые признаки катастрофы, зачарованно замер.       - Завтра мы едем в клинику, — припечатал Джон, не терпящим возражения тоном. Он перевел дыхание, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не заорать. — Это не обсуждается, Шерлок. Ты поедешь добровольно, или я свяжу тебя и приволоку туда насильно, а у меня получится, можешь не сомневаться. Я не позволю тебе загубить единственный шанс на улучшение.       Что-либо возразить бледному, напряженному супругу Шерлок не рискнул. Он знал, что в таком состоянии тот вполне мог и воплотить свою угрозу в жизнь. Поэтому только обиженно поджал губы и откатился к окну. Он понимал Джона, знал, как тот переживает за него, насколько любит. Но ничего не мог поделать с собой.       Шерлок знал, что будут представлять собой все эти тесты и обследования. Что его будут трогать, хватать и лапать чужие руки. Что он будет раскрыт, распят, выставлен на всеобщее обозрение. Что чужие пальцы будут проникать в самые интимные места его тела, туда, куда, до этого времени, доступ был только одному человеку — Джону. Это было противно, мерзко и гадко. Это было почти невыносимо, но на это можно было пойти ради Джона и его спокойствия. Что было гораздо хуже — так это вердикт, который ему, в очередной раз, вынесут безжалостные судьи.       Ничего не изменится.       Восстановление невозможно.       Параплегия.*       Ты чертов инвалид до конца своих дней.       Шерлок наслушался этого сполна, он почти смирился со своей новой жизнью, когда неожиданно начались улучшения. Стоило неимоверных усилий держать под контролем безумную, безудержную надежду на лучшее, которая была настолько хрупка, что могла треснуть и рассыпаться от одного только сочувствующего взгляда очередного эскулапа.       Невозможно.       Глубоко вздохнув, он с силой провел ладонями по лицу. Нужно сцепить зубы и перетерпеть. В конце концов, Джону тоже нелегко, возможно, даже сложнее, чем ему самому. Сейчас, как никогда, нужно было быть сильным. Ночью Шерлок не спал. Джон забылся сном, едва посеребренная сединой макушка коснулась подушки. В изрядном количестве этой седины был виновен и сам Шерлок, он это хорошо знал, хотя и никогда не говорил вслух. Потолок над кроватью подсвечивал фонарь на улице и все, даже едва заметные трещинки и щелочки были давно изучены, пронумерованы и занесены в мысленную таблицу.       Шерлоку не нравился этот потолок.       Он был чужим, безликим и слишком идеальным. Как и этот дом, как и все, что его окружало. Все удобное, просторное, но … не свое. Подспудно он часто ловил себя на мысли, что, несмотря на то, что уже смирился, принял свое положение и состояние, он все еще не живет этой новой жизнью, а ждет. Ждет, когда все закончится, и можно будет вернуться домой.       Домой…       Дом ассоциировался только с небольшой, захламленной квартирой на Бейкер-Стрит, которой он оказался лишен так быстро — всего за несколько часов. Все привычные и родные вещи, обстановка, даже запах, остались где-то там — в недосягаемости проклятых семнадцати ступенек, которые ему, безногому, никогда больше не преодолеть.       Он никогда не сможет вернуться домой.       Шерлок отчаянно скучал. По той жизни, по расследованиям, по своей комнате. Там, под его кроватью осталась интересная подборка дел, которые он хотел разобрать, вернувшись, тем вечером. Там остался незаконченный эксперимент. А в ванной, на полочке около зеркала, он забыл свой набор отмычек. Он отдал бы пять лет своей теперешней никчемной жизни, лишь бы иметь возможность пять минут посидеть в своем старом кожаном кресле около камина, впитать теплый родной дух, надышаться домом. Никогда не поддающийся сантиментам консультирующий детектив Шерлок Холмс, холодная глыба сарказма, не плакавший по своей воле ни разу, почувствовал, что не может сдержаться. Слезы предательски обожгли глаза, горло перехватило спазмом, и горячая влага на щеках без слов подтвердила, что, несмотря ни на что — он тоже человек.       Со своими слабостями и горестями.       Негромкий, прерывистый выдох разбудил Джона.       - Шерлк? — невнятно, как и всегда сразу после пробуждения, окликнул он. – Ты что? Болит что-то? Шерлок глотал слезы и не мог выдавить из себя ни слова. Он чувствовал себя таким жалким и беспомощным, каким не был даже в больнице.       - Что с тобой? — Джон судорожно пытался одной рукой нащупать выключатель лампы, а другой — притянуть Шерлока ближе. — Господи, родной, скажи мне — что случилось?!       Шерлок сжался, стараясь отвернуть лицо от мягкого света настольной лампы. Ему не хотелось, чтобы Джон видел его слезы.       Должно быть, Джон это понял, потому что, убедившись, что внешне с Шерлоком все в порядке, он не стал больше пытаться заглянуть ему в лицо. Только обхватил руками за подрагивающие плечи, утыкаясь лицом в темную, взлохмаченную макушку. Он чувствовал боль Шерлока так остро, что сам еле удерживался от слез.       - Все хорошо, слышишь? Все хорошо. У нас все будет хорошо. Мы справимся, ты слышишь меня, Шерлок?       Джон, не переставая покачивался, все повторяя и повторяя эти слова, как мантру, укачивая и Шерлока, пока плечи не перестали дрожать, а судорожное дыхание не стало более размеренным.       - Джон? — голос Шерлока был хриплый и чуть приглушенный подушкой.       - Да?       - Я… поеду завтра в больницу.       Джон не знал, что сказать по этому поводу.       - Эм… хорошо? То есть, это правда хорошо. Ты же понимаешь, насколько это важно, насколько это большой шаг вперед? Мы можем надеяться на очень большие изменения к лучшему, если не упустим это время.       - Я понимаю. Но у меня есть условие, — Шерлок высвободился из обнимающих его рук, и устало откинулся на подушки. О его несдержанности сейчас напоминали только слегка покрасневшие глаза.       - Да? — осторожно поощрил его откровеность Джон.       - Ты должен отвезти меня на Бейкер-Стрит.       ***       Обследование было трудным.       Несколько раз Шерлок доходил практически до точки невозврата. Унизительный первичный осмотр у нейрохирурга вызвал острое чувство гадливости и отвращения к собственному телу. Особенно сейчас — когда он чувствовал при обследовании чужие пальцы на своей промежности. Ужасно хотелось в душ и не выходить оттуда, пока вода не вымоет даже воспоминания из головы. Шерлок терпел только ради Джона и его больных глаз, которыми он смотрел на него из-за ширмы. Безусловно, Джон догадывался, чего это стоило Шерлоку.       Инструментальные исследования были не лучше. Во время электронейрофизиологического** обследования он никак не мог расслабиться из-за присутствия в комнате постороннего человека, а на МРТ*** несколько раз ловил себя на том, что непроизвольно зажмуривался, когда аппарат начинал издавать жуткие дребезжащие звуки. Ему казалось, что вот-вот он обрушится ему на голову и погребет под тяжелым металлом и верхнюю часть его туловища.       Бесконечная вереница кабинетов, людей и преследующий повсюду резкий отвратительный больничный запах, от которого перехватывало дыхание.       Они еще некоторое время ждали в узком коридоре, прежде чем невысокий плотный доктор Пленсон не пригласил обоих в кабинет. Шерлок внутренне подобрался — вот и наступила самая неприятная часть сегодняшнего дня. Джон, инстинктивно почувствовав его состояние, сжал ледяную ладонь Шерлока в своей.       Все хорошо. У нас все равно все будет хорошо.       - Ну что ж, доктор Ватсон, мистер Холмс. У меня для вас новости и, безусловно, хорошие — он поднялся со своего места и переместился к подставке, на которой расположились снимки МРТ Шерлока. Перелистывая результаты анализов, он обращался к Джону, как человеку, который понимал, о чем идет речь.       - По шкале ASIA**** у нас, на данный момент, уровень «В». Появилась чувствительность, но отсутствует двигательная функция в сегментах ниже уровня повреждения. На МРТ отчетливо видна анатомическая целостность спинного мозга*****. Посттравматические изменения, несомненно, есть, но все же. ССВП****** показывают наличие всех компонентов, пусть и со сниженной амплитудой сигнала выше уровня повреждения, на КТ******* — консолидирующиеся позвонки********.       - Что? — едва выдавил из себя шокированный Джон. — Но… как же так? Нам же сказали — никогда… надежды нет. Полное прерывание… — он выглядел одновременно обрадованным, шокированным и растерянным.       - Судить о полном или частичном прерывании спинного мозга можно только спустя полтора месяца после травмы, доктор Ватсон, когда полностью спадет отек. Мистер Холмс сейчас находится в промежуточном периоде*********. МРТ сразу после операции была малоинформативна — на снимке все равно ничего невозможно было бы разобрать из-за отека. Так что могу с уверенностью утверждать, мистер Холмс, — вы в рубашке родились. Если бы пуля прошла буквально в паре дюймов левее — вы бы до конца жизни не расстались с мочеприемником. А так, при должном старании, у нас появился шанс на успех. Большой успех. Я сейчас выпишу вам лечение, направления на физиопроцедуры, безусловно, полезен будет курс гиперборической оксигенации**********, комплексы упражнений и вот эти медикаменты…       Дальше Шерлок уже не слышал — уши словно заложило ватой, сердце колотилось часто-часто, лоб и ладони взмокли и неприятно холодили. Это что? Насмешка или безумная надежда? Вполне ли он понял то, что услышал?       - Я… я смогу ходить? — голос не слушался, сорвавшись в хриплый шепот.       - Ну, об этом судить пока рано. Успех будет зависеть от слишком большого количества факторов — правильное и своевременно начатое лечение, ресурсы организма, настрой больного на выздоровление… Не буду скрывать, в случае подобных травм есть процент больных, у которых восстановление двигательных функций так и не наступает. Но вы должны понимать, что сегодня у вас появился шанс. При полном прерывании спинного мозга восстановление невозможно. Ни при каких условиях. В вашем случае — успех вероятен, но путь к нему будет долгим и, скорее всего, болезненным.       Шерлок слушал и кивал, только сейчас осознав, как сильно был напряжен до этой минуты. От количества адреналина, гуляющего сейчас в его крови, он чувствовал себя почти пьяным. Захотелось глотнуть свежего воздуха, побыть немного наедине с самим собой, чтобы осознать все, что только что услышал.       Джон еще что-то обсуждал с доктором, когда он осторожно выкатил кресло в коридор. Тишина и прохлада слегка приостановили бешеный круговорот мыслей.       Чуть дальше по коридору, около второй двери налево слегка сгорбившись в обычном инвалидном кресле, сидел мальчик, лет десяти-одиннадцати. Он оторвался от своего телефона и с любопытством уставился на Шерлока. Слегка передвинув рычажок на пульте управления, Шерлок заставил свою чудо-коляску откатиться дальше от кабинета, чтобы его не задело открывающейся дверью. Маленький пациент напротив с любопытством следил за его манипуляциями.       - Крутая коляска, — наконец проговорил мальчик.       - Да. Спасибо.       Шерлок растерянно оглянулся. Рядом с детьми он всегда чувствовал себя… неуютно. Он не знал о чем с ними говорить. В прошлом все его контакты с детьми и подростками ограничивались его сотрудничеством с сетью бездомных. Но дать задание, а потом заплатить за результат — это же не общение в полном смысле этого слова.       - Ты в первый раз тут? — Мальчишка сунул телефон в карман и полностью сосредоточился на своем взрослом собеседнике.       - Во второй, — Шерлок позволил себе отвлечься от круговорота мыслей.       - А я тут уже тысячу раз был, — забавно потряхивая головой, проговорил мальчик, доверительно подкатывая коляску чуть ближе. — Реабилитация эта дурацкая, обследования по три-четыре раза в год. И дома все время упражнения. Меня Том зовут, Том Стивенсон, — спохватился он. — А тебя?       - Шерлок Холмс. — Шерлок? Странное имя.       - Есть немного.       Том немного помолчал, а потом снова вытащил и протянул Шерлоку свой телефон. На экране была открыта фотография, где он, веселый и смеющийся стоял около выкрашенной в синей цвет скамьи, держа в руках руль от небольшого двухколесного велосипеда.       - Это три года назад. Мне подарили велик на день рождения. Кататься — это здорово. Жаль, что сейчас я не могу.       - Как это случилось? — Шерлок уже понял, что, скорее всего, произошел несчастный случай и травма не врожденная.       - Авария. Нашу машину занесло, когда мы ехали за город на Рождество. Был такой бабах! А потом я долго лежал в больнице. А с тобой что случилось? Тоже авария?       - В меня попала пуля.       - Да ладно? Настоящая пуля? Ты что, коп? — Карие глаза мальчишки просто засветились от любопытства и восторга.       - Почти. Я частный детектив.       - Круто. И скольких преступников ты поймал?       - Достаточно, — Шерлок пожал плечами. — Я не считал.       - А когда ты решил стать детективом?       - Не знаю, сколько себя помню, мне нравились загадки и головоломки, — задумчиво проговорил Шерлок. — Я всегда умел подмечать те детали, которые не видны окружающим. Выстраивал в голове логические цепочки и разгадывал загадку.       - Здорово, — протянул Том, — ты и дальше будешь этим заниматься?       - Не знаю, — покачал головой Шерлок, оглядываясь на двери кабинета. Несмотря на хорошие новости, его будущее было тек же неопределенно, как и вчера. — Если мне удастся встать на ноги — возможно.       - А причем тут ноги? — искренне удивился Том. — Вот я люблю ездить на велосипеде, и мне нужны для этого ноги, а ты любишь разгадывать загадки — тебе нужна голова. Все просто.       Шерлок замер с приоткрытым ртом, глядя на этого маленького инвалида, который оказался так не по-детски умен. Действительно. Ему, Шерлоку, на самом деле несказанно повезло — он по-прежнему может заниматься своим любимым делом, в отличие от Тома, в отличие от многих — сотен и тысяч других инвалидов. У него есть любимый человек, который, несмотря на травму, остался рядом с ним и продолжает заботиться — снова-таки, в отличие от многих других, оказавшихся в подобной ситуации. Того же отца Тома, который бросил семью, как только выяснилось, что его сын больше никогда не будет нормальным. Шерлоку не надо было спрашивать, чтобы видеть. Даже сейчас он не мог заставить свой изголодавшийся по работе мозг прекратить анализировать поступающую информацию. И, наконец, далеко не у всех, в отличие от него есть шанс. Хотя бы даже и такой призрачный. Понадобился маленький мальчик, чтобы напомнить ему, кто он есть.       Шерлок кивнул, не в силах выдавить ни слова.       - Ты не переживай, нужно только усердно лечиться и ножки оживут. Мне так мама говорит, — продолжал тем временем Том. — Хотя, я думаю, что она врет. Но ты все равно должен попробовать.       - Почему ты решил, что она врет? — С трудом выдавил из себя Шерлок.       - Потому что я лечусь очень старательно. А они все равно не оживают. Но у всех же бывает по-разному. Ты обязательно должен попробовать!       В это момент открылась дверь в конце коридора и молодая женщина, очевидно, мать ребенка, направилась в их сторону.       - Ты обязательно попробуй, ладно? Вдруг получится?       - Ладно, — хрипло ответил Шерлок.       Женщина давно укатила коляску, а он все смотрел им вслед.       Вдруг получится?       Получится?       Вдруг?       Позади хлопнула дверь, и теплые руки Джона обхватили его за плечи. Знакомый запах окутал теплым надежным покрывалом.       - Шерлок? Шерлок, ты понимаешь, что это значит? Что это для нас значит? — Джон присел рядом на корточки. Его глаза светились.       - Что если я буду усердно лечиться, мои ножки оживут, — медленно проговорил Шерлок, не отрывая взгляда от коридора, в конце которого давно скрылась коляска Тома.       - Что? — изумленно переспросил Джон.       - Ничего, — Шерлок задумчиво покачал головой. — Я выполнил свою часть договора, Джон. Более того, я обещаю тебе, что сделаю все от меня зависящее, чтобы встать на ноги. Я хочу вернуть нашу жизнь. Я хочу вернуть нас. Но сейчас — сейчас отвези меня на Бейкер-Стрит.       Джон только кивнул — в его глазах стояли слезы. Он легко поднялся и покатил коляску Шерлока к выходу. ПРИМЕЧАНИЯ * — Нижняя параплегия — паралич обеих нижних конечностей ** — Электронейрофизиологическое обследование — метод регистрации электрических потенциалов, возникающих во время активных физиологических функций в нервной ткани. К ним относится электронейромиография, регистрация вызванных потенциалов, электроэнцефалография. *** — МРТ — Магнитно-резонансная томография. https://www.youtube.com/watch? v=vcVEdna9770 http://www.klinikantm.ru/userfiles/mri/spine-7.jpg — МРТ грудного отдела позвоночника **** — Шкала ASIA — международный стандарт неврологической и функциональной классификации повреждений спинного мозга, имеющий цифровое выражение для оценки неврологических нарушений. В качестве критериев состояния спинного мозга использованы мышечная сила, тактильная и болевая чувствительность и рефлекторная активность в аногенитальной зоне (зона промежности) https://pp.vk.me/c629107/v629107947/3634b/uklUQGG-9vc.jpg ***** — спинной мозг — http://helpiks.org/5-5349.html ****** — ССВП — Соматосенсорные вызванные потенциалы — электрические ответы нервных структур при стимуляции с помощью электрического тока различных нервов (для определения целостности спинного мозга на нижне грудном уровне использую стимуляцию нервов нижних конечностей, в частности большеберцового нерва). ******* — Компью́терная томогра́фия — послойный метод исследования внутренних органов человека с использованием рентгеновского излучения http://www.biorus-spb.ru/thumb/340×240cf/files/images/catalog/645/clip_image002_50 http://mrct-i.ru.articles.s3.amazonaws.com/ct_gop.jpg КТ грудного отдела позвоночника ******** — Консолидирующиеся — срастающиеся ********* — Периоды спинномозговой травмы: 1. Острый период (первые 3 суток) 2. Ранний период (от 3 суток до 3-4 недель) 3. Промежуточный период (от 1 до 3-4-х месяцев) 4. Поздний период (более 3-4-х месяцев) ********** — Гипербарическая оксигенация (ГБО)  — это метод применения кислорода под высоким давлением в лечебных целях. Проводится в барокамерах. http://deita.ru/upload/iblock/e76/814494_l.jpg