Я сдаюсь, Икуто

      На этом Икуто не остановился. Наоборот, видя, что преследователи впали в ступор, напирал сильнее. Целовал снова и снова, хотел даже углубить поцелуй, однако, понимая, что его спутница и так чуть в обморок не падает от удивления и смущения, не сделал этого. Зато поглаживал, прижимал к себе, скользил руками по спине, а затем и вовсе ненадолго переместил их на попу девушки.       Так надо. Тсукиеми выбрал наиболее безопасный пусть спасения для Аму, он знал это. Икуто приходилось и раньше слышать об этой компании. На оскорбление или протест немедленно отвечали кулаками, не говоря о том, что еще и подкрепление подзывали, дабы как следует поглумиться над человеком, который, как им казалось, забыл свое место. К девушкам их отношение так вообще поражало — случайно встреченную особь женского пола буквально заставляли вступать с ними в отношения, уходили без скандалов лишь в тех случаях, когда видели, что та не одна. Необъяснимо, но факт.       Если сначала Аму еле сдерживалась, чтобы не начать отталкивать своего одноклассника и вздрагивала от каждого его прикосновения, то потом, краем глаза увидев опешивших преследователей, которые, эмоционально выругавшись, собирались уходить, поддалась действиям Икуто. Несколько неумело отвечала на поцелуи и неловко касалась, но вкладывала свои чувства. Дыхание перехватывало, от некой эйфории кружилась голова.       «Еще немного, потерпи», — Икуто прижал к себе Хинамори и медленно поцеловал в лоб. Пожалуй, слишком жесток для самой девушки был сей способ избавления от преследователей, она ведь, несомненно, знала, что все это неискренне. Каждый поцелуй, каждое касание.

***

      — Я, наверное, не говорил тебе, но у меня не очень-то хорошо получается быть другом, — прошептал Икуто на ухо однокласснице. Тсукиеми внимательно посмотрел, действительно ли преследователи ушли, по чего, с облегчением вздохнув и улыбнувшись, отстранился от девушки.       — Почему же? — с трудом выдавила их себя Хинамори, стараясь устоять на ногах. Голова после случившегося кружилась, а дыхание еще не восстановилось. Щеки пылали, словно огненные, да и по всему телу распространился жар.       — Сама видела, — Тсукиеми устало потянулся, после чего, похлопав Аму по плечу, направился к выходу из тупика, в который девушка завернула случайно, толком не зная местности. Икуто даже в какой-то мере обрадовался, что все же решил догнать одноклассницу, иначе могло случиться непоправимое. — Уже темно, я провожу тебя.       Шли молча. Каждый думал о своем, только Икуто иногда оглядывался, устремив на Хинамори вопросительный взгляд, а Аму, смутившись, указывала, куда идти дальше. Девушка никак не могла выбросить из головы то, что произошло чуть ранее, поэтому и не рисковала смотреть Тсукиеми прямо в глаза. Было стыдно.       Путь до дома занял не больше двадцати минут. Свет в окнах говорил о том, что дядя ждал свою племянницу с серьезным разговором. Да, Аму действительно очень задержалась, но желала максимально оттянуть момент расставания со своим спасителем.       — Не бери в голову, — тихо произнес Тсукиеми, остановившись и посмотрев на одноклассницу. — Ничего не произошло, поэтому успокойся и ложись спать. Тебе надо выспаться.       — Икуто…       — Что? — Тсукиеми посмотрел на донельзя смущенную одноклассницу, тяжело вздохнул. Так было всегда. Стоило лишь только провести время с кем-то, как девушки становились такими. Лепетали что-то, говорили о любви до гроба и бросались в объятия. Это раздражало. — Не пойми неправильно, но сегодня…       — Спасибо тебе, — прервала Хинамори юношу, уже совершенно нормально посмотрев на своего спасителя. — Правда, благодарю. Не знаю, что могло бы произойти, не окажись ты рядом…       — Я пойду, — система дала небольшой сбой, чем Тсукиеми оказался необычайно рад. Парень, не имея возможности скрыть улыбку, отвернулся и собирался отправиться домой.       — Я все же хочу попробовать стать для тебя кем-то большим, нежели просто одноклассницей, — послышался уверенный голос Хинамори. Синеволосый остановился. — Повторю свой вопрос: Тсукиеми Икуто, станешь ли ты моим другом?       — Пожалуй, можно попробовать. Пока, мой друг, до встречи.       Тсукиеми помахал ей на прощание, а затем, не оглядываясь, пошел домой. Насыщенный оказался денек.

***

      — Где тебя носило? — мужчина лет сорока встретил Аму неодобрительным взглядом. Казалось, весь последний час дядя ждал ее возле двери, дабы сразу устроить допрос с пристрастием. Хотя, скорее всего, так и было, ибо мужчина казался необычайно взволнованным.       — Как разлюбить человека, если чувства то слегка охладевают, то разгораются пожаром? — задала вопрос Хинамори, не надеясь услышать ответа. Она даже не хотела что-либо говорить, просто случайно озвучила вопрос, застывший в ее мыслях.       — Думаю, никак, — мужчина внезапно успокоился и даже с неким пониманием покачал головой. — Они либо исчезнут, когда придет время, либо станут еще сильнее. Этого не избежать.