Лис

      Изабелла изумлённо смотрит на графа.       — Что? Мы поймали его!       — Он исчез!       — Э-это невозможно! Его заперли в какой-то кладовке без окон, и дортуар приставил охрану! Он же всего лишь человек, — она видит заминку Сиэля, — человек же?       — Здесь всё сложно, — уклончиво отвечает он.       — В смысле сложно? — Хмурится девушка.       — Сейчас не об этом! Что теперь докладывать королеве!!! — Кричит он.       Лис напрягается.       — Не ори на меня! Ты тоже облажался.       В глазах Сиэля проступает ещё больше злобы.       — Это он сидит в красном дортуаре! — Граф указывает на мужчину. — Где он был?!       — Всю ночь он провёл со мной.       Сиэль в бешенстве, но больше на его лице проступает презрение.       — Почему ты не приставила его к дверям?       — А почему не приставил ты своего дворецкого? Не нужно сваливать всё на меня.       В ярости юноша выпаливает:       — По крайней мере, я не какая-то шлюха, которая ложится под своего камердинера!       — Господин… — Примирительно проговаривает Себастьян.       Взгляд Изабеллы меняется. Сейчас она похожа на разъярённую пуму — нет — на снежного барса, на ирбиса, как её и называют.       Неожиданно лёгкий ветер приставляет к горлу Сиэля лезвие, и, едва оно касается шеи, ярость герцогини утихает.       Себастьян бросается на Лиса, но тут появляются ещё две копии камердинера и отражают его атаку длинными изогнутыми мечами. Дворецкий пытается отбиться от каждого из них, слышится скрежет металла, но очень скоро к горлу Себастьяна приставляют сразу два клинка.       Изабелла удручённо вздыхает и прикрывает глаза.       — Лис, опусти оружие.       Мечи рассеиваются, но клоны продолжают стоять на своих местах, ограждая Себастьяна от герцогини и графа.       — Ты не тот, кто должен осуждать меня, — угрожающе проговаривает девушка, — если у тебя что-то не получается, не нужно срываться на мне, Сиэль.       Юноша ошеломлён, но не словами Изабеллы, а тем, что только что произошло. Он оглядывается, к своему изумлению, замечая ещё двух камердинеров.       Граф опускается в кресло.       Девушка вторит его движению и садится напротив. Настоящий Лис возвращается на своё место за спиной госпожи.       — Если он может… Кхм… Копировать себя, то почему нельзя было поставить парочку рядом с комнатой заключённого?       — Я не видела в этом необходимости, но, если бы ты был честен со мной, Сиэль, я бы так и поступила. Кто он?       — Он… Бывший жнец — тот, кто собирает души, — неуверенно говорит граф.       Изабелла лишь на мгновение позволяет показать своё изумление, после она берёт себя в руки — демоны, духи… Почему бы не существовать ещё и жнецам?       — Это и позволяет ему оживлять мертвецов?       — Именно.       Девушка хмыкает.       — Ты ведь знаком с ним? Вы говорили, как старые друзья.       — Да… Он долгое время был моей «шестёркой», но сбежал, как только вскрылась история с трупами.       — Вот как… — Девушка потирает подбородок. — И долго вы сотрудничали?       — Ещё мой предшественник работал с ним.       — Понятно, — герцогиня усмехается. — Его вообще возможно поймать?       — Не знаю.       — С такой же лёгкостью он может сбежать из тюрьмы.       Сиэль молчит. Затем прикрывает глаза, трёт лоб, а затем и веки.       — Что докладывать Её Величеству? — Стонет он.       — То, что он сбежал, — девушка пожимает плечами.       — Так просто?       — Ещё бы. Все мы плошаем. Тем более, что не мне тебе об этом рассказывать, ведь ты уже облажался в истории с бродячим цирком… Сжечь всех пленных — надо же было…       — Откуда ты знаешь об этом?       — Я вела расследование по твоему делу, но ничего примечательного не обнаружила. Поджог совершил именно ты, но с какой целью — неизвестно. Расскажешь?       Граф плотно сжимает челюсть.       — Да, в той истории я облажался, — признаёт он.       Девушка хмыкает.       — На этом закончим, — заключает она, — выметайся из моей спальни так же быстро, как и пришёл, — Изабелла отмахивается, — я не завершила свой туалет.       — А доклад?       — А что доклад? Я уже всё сказала. После обеда возвращаемся домой и пишем о провале.       К её удивлению, на лице графа не проступает злость. Он отводит взгляд, о чём-то задумавшись, но быстро встаёт и покидает спальню, а затем и квартиру. Себастьян следует за ним.       Изабелла тяжело вздыхает. Копии Лиса рассеиваются, оставляя после себя лишь лёгкий ветер.       Камердинер становится перед девушкой на колено.       — Простите меня, госпожа, — он склоняет голову.       — За что?       — За то, что позволил графу так с вами обращаться.       — И что ты мог сделать? — Усмехается герцогиня. — Не бери в голову, — отмахивается она.       Лис поднимает взгляд к лицу девушки. Она долго вглядывается в его глаза, чувствуя неожиданную нежность от столь сильной преданности камердинера. Изабелла склоняется к нему, кладёт ладони на скулы мужчины и целует в губы.