Посмотри во тьму

Маджере буквально вылетел из комнаты, словно сейчас его ошпарили. Он ощущал страх, ненависть и боль. Он ненавидел себя, о слабость и то, что Темная Госпожа так смело потешается над ним. Каждое слово, сказанное ей во сне, было словно удар плети, который рассекал болезненного оттенка, кожу магу. Она словно ждала, когда каждый удар проникнет глубоко под кожу, оставив кровоточащие раны раскаяния, сомнения и страха. Маг буквально бегом пустился прочь от этой комнаты. Его тело болело, а сердце ныло. Воздуха будто не хватало и от этого яркий приступ жжения внутри. Все вокруг сводило его с ума, словно он был все в том же сне, и Такхизис смело потешалась над ним, над его слабостями и страхами. Рейстлин должен был прекратить эту игру. Он должен был уничтожить некогда выросший белый цветок на его сердце. Ему казалось, что цветок – сорняк. Он отравлял все, что росло рядом с ним. Он превращал гнилые старые деревья в ожившие. Он превращал мрачное место в место, наполненной светом и любовью, а главное красотой. - Ненавижу! – рыкнул Рейстлин, захлопывая дверь в башню с такой силой, что казалось каменная кладка обрушиться на него. Его слабости были, что не есть сильными. Они порождали за собой целый ряд чувств, которые вредили его желанию. Ему хотелось раз и навсегда уничтожить этот цветок в сердце, но как? Он не знал что делать, не знал, как теперь чувствовать себя рядом с Крисанией уверенным, он не знал, сможет ли дойти до конца и оставить Крисанию на погибель в бездне. Он не знал, знал только одно – она для него мир. Она для него сердце и любовь. Сердце Рейстлина возвращалось в прежний ритм, а от нехватки воздуха остались лишь воспоминания, как и от сердца охваченного огнем. Казалось, он должен был успокоиться и заняться своими привычными делами, но внутри что-то тянуло вернуться его к ней. Вернуться и поцеловать ее сладкие нежные губы, которые манили его каждый раз. Он хотел прикоснуться к ее телу, ощутить, как она дрожит в его руках словно листочек на дереве. Мысли – злейшие враги. Стоит подумать, как они стараются реализовать все в реальности. Два слабых удара в дверь башни вывели его из дум, и он открыл дверь. Перед ним была она – его ангел. Она смотрела на него болезненно испуганными глазами, и не решалась войти. Она боялась его и неудивительно, учитывая с какой силой Маджере откинул ее. Схватив ее грубо за руку, Маджере втянул Крисанию в башню и захлопнул дверь. Толкнув ее к двери, он прижал ее своим телом. Она была близко, и от этого его сердце вновь колотилось так, словно сейчас она выпрыгнет. Его рука легла на талию жрицы, осторожно описывая изгиб и притянула ближе к магу. Его губы были в сантиметре от нее. Сладкий аромат исходил от жрицы. Внутри мага все колыхнулась и его губы резко, и требовательно накрыли ее. Рука все так же прижимала жрицу к себе, а вторая рука держала ее за подбородок. Жрица словно знала что будет, она потянулась руками к мантии мага и расстегнула ее. Три, два, один и глубокая бездна ее глаз полностью овладела им.