Время сказок и костров

В гостиную Форменоса даже утренние лучи солнца проникали с безмолвной опаской: на рассвете Гил-Гэлад решил все-таки поговорить с другом, но, обнаружив опустевшую комнату, пропажу перстня и выслушав доклад Стражей, безжалостно разбудил всех приехавших и теперь высказывал все, что думал, швырялся всем, что видел, да так, что его соратники по Битве Последнего Союза невольно вспоминали склоны Ородруина. — Я вообще не понимаю, почему вы считаете, что вправе лезть в его жизнь? Где его теперь искать? Он так закрылся от осанвэ, что Валар не докричатся. Трое Владык сидели на небольшом диванчике: в центре Трандуил, а справа и слева, словно оберегая, Келеборн и Элронд. Владычицы и юные эллет робко разместились в креслах, всеми силами стараясь быть как можно незаметнее. — Вот что, — Келеборн встал и посмотрел на друзей. — Его надо найти. Трандуил, мы с тобой сейчас же едем в Гавани, Элронд — к себе, а оттуда отправляет близнецов в Морию и Эребор. Эрейнион, на тебе Фангорн. — А мы? — Галадриэль посмотрела на мужа. — А вы уже все, что могли, сделали. Поэтому сейчас отправляйтесь по домам, вас дети заждались. — Я могла бы поехать в Шир, — внезапно предложила Эйлиан. — Я там часто бываю, хорошо знаю местных жителей. — Что ж… Если Келебриан согласна… — Эрейнион внимательно посмотрел на девочку. — И я!.. — вскочила Амариэль, но Келеборн и Элронд тут же хором ответили: — А ты — в детскую! Местом сбора был назначен Эрин-Ласгаллен, но поиски, к которым присоединились еще и Кирдан с Глорфинделом и Эктелионом, даже за два дня не дали ни малейшего результата. Средиземцев утешало только одно: Вала Намо, который появился в ответ на общую мольбу к Валар, ответил, что в Чертогах Леголаса нет, а следовательно, он жив. Гил-Гэлад рассказал Мандосу о перстне, Вала тяжело вздохнул и пообещал отобрать, как только сам найдет этого несносного мальчишку. Оставалось искать дальше и ждать. *** — Мне надо поговорить с Вала Намо, — Леголас нехотя отстранил от себя Ориэндэль. — Дай слово, что никто из Стражей Завесы и ты тоже не подслушает наш разговор. — Даю. Ты сам войдешь в Завесу, когда он окончится. Я буду ждать. — Я приду как только все решится. Что бы ни случилось, чтобы мне не сказали — я приду. Она скользнула в туман, а Леголас поднял голову к небу: — Владыка Намо, я прошу о чести беседы с Вами. — А о чести «получить подзатыльник от Вала Тулкаса» попросить не хочешь? — зычный голос Охотника заставил принца оглянуться. Рядом с Намо и Ирмо стояли Манвэ, Элберет и сам Астальдо. — Коробку сюда, иначе разговора не будет! Леголас достал из кармана деревянную шкатулку и с поклоном протянул ее Валар. Тулкас схватил ее и тут же испепелил взглядом. — Теперь мы тебя слушаем, — улыбнулся Манвэ. — Ты знаешь, что тебя эти два дня по всему Аману ищут? — Пусть. Вала Намо, у меня к Вам один вопрос. Я люблю Нерожденную. Может ли она покинуть Чертоги и стать моей женой? Валар опустили глаза. — Это невозможно, Леголас. Даже мы бессильны. Принц вынул руку из кармана, поклонился и крепче сжал кулак. Манвэ вздрогнул, заметив капли крови, просачивающиеся сквозь изящные пальцы и тонкий темный ободок на одном из них. — Леголас! Что ты… — испуганно прошептала Элберет. — Я всего лишь в очередной раз сделал то, что не могли или не хотели сделать вы. Я буду вместе с ней. Кольцо я вынул заранее. — Да как ты вообще мог в нее влюбиться, если даже я не различаю, кто из них мужчина, а кто женщина? — Намо был рассержен не на шутку. — Я не пущу твою феа в Чертоги. — Это не в Вашей воле. И что значит «не различаю»? — Леголас уже начал чувствовать действие яда, очевидно, со временем он стал только сильнее. — То и значит. Нерожденные — тени! Как можно в туман влюбиться. — Ориэндэль не тень. Она — единственное, что… — Что? Ориэндэль? Правнучка Ингвэ? Да Стражи Внешней Завесы — живые! — Ирмо шагнул к Леголасу. — Живые, ты понимаешь? Она тебе этого не сказала? — Но и нолдор из Отрядов, и Глорфиндел, и Эрейнион говорили… — Леголас удивленно посмотрел на Валар. — У нее самой ты спросить не додумался? Эстэ! — Варда поприветствовала Хранительницу и жестом указала ей на Леголаса, обращаясь уже к нему. — Перстень! И твое согласие на исцеление! — Давай я его стукну? — предложил Астальдо. — И согласия не понадобится. В последний раз мы так с Феанаро возились — и что? — И всё. — Эсте отпустила руку Леголаса, которую он протянул ей. — Благословляем их? — Благословляем! — прежде чем кто-то успел сказать хоть слово, Тулкас шагнул к принцу и отвесил ему хорошую затрещину. — Это тебе за то, что до сих пор не научился сначала думать, а потом Валар спрашивать. Леголас только улыбнулся и покорно склонил голову. Все происходило так быстро, каждое мгновение сверкало и неслось и он сам действовал больше по наитию. Но Валар — а они уже все стояли здесь — не лгут, и значит… Значит его счастье может быть с ним рядом. — Но по законам эльдар необходимо согласие родителей и помолвка должна длиться год… — Несса, должно быть, пожалела, что сказала это, так «красноречиво» обернулись и посмотрели на нее остальные. — Я им буду за маму, Астальдо — за папу, а Ауле сейчас возьмет свою киянку и будет главным законом эльдар, — Сулимо уже готов был превратиться в вихрь. — Где невеста? Намо шагнул в туман Завесы, через несколько минут возвращаясь с Ориэндэль. Она недоуменно и восхищенно смотрела на Владык Арды: было очевидно, что Страж еще не видела никого из них, кроме Мандоса. Леголас обнял любимую, всем своим видом показывая, что теперь отпускать он ее не намерен. — Лаэголас, даешь ли ты ей свою клятву любви? — Даю ей свою клятву, соединяю свою феа с ее, верю в нерушимость нашего союза до последнего мгновения Арды! — на одном дыхании, одним порывом и без запинки. — Принимаешь ли ты эту клятву, Ориэндэль? — Принимаю и возвращаю ответную, — она была потрясена этой неожиданной церемонией, но ни секунды не колебалась. Леголас внезапно подумал о том, как это выглядит со стороны: обычно на свадьбу приглашают гостей и призывают благословение Валар. А тут… Никого из гостей, зато Владыки и Владычицы — в полном составе. — С вами наше благословение! — с этими словами исчезли все, кроме Элберет. Создающая Звезды подошла к молодоженам, повторила над ними благословляющий жест и улыбнулась: — Ориэндэль, твоих родителей предупредит обо всем Намо. А вот Леголас со своими средиземцами будет объясняться сам. Это наше наказание за его попытки добиваться своего любыми путями. Они все сейчас в Эрин-Ласгаллен, так что можете ехать прямиком туда. — А у меня еще конь не отдохнул, — принц крепче прижал к себе жену. Теперь уже жену. Варда рассмеялась и исчезла, а им оставалось только снова поцеловать друг друга и бояться разомкнуть объятья, отвести взгляд. — Люблю. — Люблю. И кроме этих коротких слов ничего не хотелось слышать, ни с кем не хотелось говорить. Но надо было возвращаться и Леголас помог Ориэндэль сесть на коня, потом запрыгнул сам: — Ты ездила верхом? — Не приходилось. Леголас, а что произошло? Принц недоуменно посмотрел на любимую: — Что «произошло»? — Ты попросил меня уйти, через некоторое время появляется Вала Намо, говорит мне «Пойдем», а на мой вопрос, куда именно, заявляет «Замуж за Леголаса». Там все Стражи сейчас теряются в догадках. Милый, это что надо было сделать, чтобы Валар так стремились тебя женить? — Жалеешь? — Да. Надо было на годик раньше. Аранен Зеленолесья рассмеялся, пустил коня легкой рысью и начал рассказывать своей принцессе все: как поверил в то, что она — Нерожденная, как отправился в Средиземье, что происходило там, как он вернулся. Рассказал и о Битве против Темных Созданий, и о том, как вернул друга и маму. О рождении брата и сестры, о создании Сильмарилла и Светлого Древа. И о том, как он даже не жил, как выживал без нее. А она только слушала, прижимаясь к нему, нежно прикасалась к лицу, словно отгоняя тени прошлого, и переживала с ним каждый момент, делила каждую каплю боли. Печаль уходила, оставляя память и легкую тень понимания. Когда на Валинор опустились сумерки, Леголас остановил коня и отпустил его отдохнуть, расстелив на траве свой плащ. — Мы можем подождать, если… — начал было он, но Ориэндэль покачала головой: — Это наша ночь. Наша по праву. Звездное небо летнего Валинора… Сколько оно видело за эти тысячи лет. Сколько нежности наблюдали с небес эти звезды и Итиль. Но для этих двоих такой ночь была впервые. Трепет и осторожность, желание не брать — отдавать себя полностью, сливаться в единое целое и не видеть ничего, кроме сверкающих глаз. Эта ночь была по праву первой, желанной и самой яркой, обещая череду других таких же ночей и дней. Леголас и Ориэндэль так и заснули, теснее прижавшись к друг другу и укутавшись вдвоем в старенький лориэнский плащ. Они даже проснулись утром одновременно, рассмеялись и побежали к небольшому ручейку возле деревьев. Леголас вытащил из кармана гребень и лично переплел косички жене, а потом доверил ей свою прическу. К Ласгаллену они подъезжали уже на закате. Чего стоило принцу убедить стражников не броситься тут же к королю с радостной новостью. — Они все в Большом Зале Совета, — Гэлион, с которым Леголас столкнулся в коридоре дворца, искоса поглядывал на Ориэндэль. — Вас ищут уже четвертый день по всему Валинору. Их Величества с ума сходят от беспокойства, а Вы, аранен… — А это — моя жена, Гэлион. И ни звука, пожалуйста. Да, моя жена. Поэтому будь добр, не смотри на нее так. Двери в Зал Совета были приоткрыты и оттуда доносился голос Элладана: — В Мории его нет, в Эреборе тоже никто не видел… Я не знаю, где еще искать. Не знаю. Отец, Владыки, почему вы молчите? — А что мы можем сделать? — Леголас даже вздрогнул. Голос Эрейниона был полон такого ледяного отстранения. — Только ждать. И так уже наговорили такого… — Гил-Гэлад… — умоляюще нежный голос мамы. Ориэндэль прижалась к плечу мужа и он обнял ее, прижимая к себе еще крепче: — Пойдем. — А если они не примут меня? Леголас только улыбнулся: — Если я Валар довел до того, что они нас поженили в обход всех обычаев — что я, со своими родными и друзьями не справлюсь? — принц дернул на себя обе створки двери, распахивая их. — Рад видеть всех в сборе! — Леголас! — все присутствующие бросились к принцу, но он повелительным жестом остановил их: — Разрешите мне представить вам Ориэндэль, правнучку Ингвэ, стража Внешней Завесы Садов Мандоса и… мою жену. А теперь я жду поздравлений! — и принц легко прикрыл ладонями уши своей любимой. Он был прав: «поздравления», посыпавшиеся в его адрес скорее напоминали руководство для всей супружеской жизни, причем для достаточно пресытившейся этим аспектом жизни пары. Даже Владычицы не отставали от мужчин, молча подошли только родители Леголаса, благословляя сына и его любимую, Келеборн и Эрейнион, отвесивший Леголасу легкий подзатыльник: — Не соврал же… Но как ты талантливо недоговариваешь… Потом начали утихать и остальные. Близнецы долго выговаривали Леголасу за то, что их оставили без мальчишника, Элронд дернул за ухо, пообещав более серьезный разговор наедине, Халдир и Глорфиндел потребовали повторной церемонии и пира. Эту идею поддержал и Кирдан, за что вся троица была послана Трандуилом в погреб — отобрать вино к празднику. Леголас не отпускал Ориэндэль от себя ни на шаг, а когда Галадриэль, Келебриан и Айресиль предложили ей переодеться во что-то «более соответствующее» посмотрел на них и предложил им вернуться в детскую и воспитывать ее обитателей. — И Амариэль с Эйлиан заодно. Чтобы за словами следили. А Ориэндэль пойдет со мной. Найдем ей что-нибудь. — Эйлиан и так достаточно воспитана, — пожал плечами Эрейнион. — Вот как? — Леголас легко и светло рассмеялся. — Я запомню. Гил-Гэлад улыбнулся и отвел взгляд. *** — Уже давно вечер. Может пора посылать кого-нибудь за детьми? — Галадриэль нервно расхаживала по одной из гостиных Эрин Ласгаллен. — Не волнуйся. Келейру и Ниррин уже по одиннадцать лет, Инголиону и Майвеним — десять, да и кроме того, с ними Леголас и Ориэндэль, — попытался успокоить жену Келеборн. — Теперь я беспокоюсь еще больше. Келебриан, Айресиль, вы вообще не переживаете, что ваши малыши где-то пропадают? — Со старшим братом и его женой? Нисколько. Пока еще они без единого синяка домой возвращались, — Айресиль на мгновение оторвалась от книжки и снова погрузилась в чтение. — За это надо благодарить не внимательный надзор Леголаса, а его способности как целителя, — пошутил Элронд, но тут же осекся, видя лицо Артанис. — И вообще, им уже пора не с нашими малышами возиться, а о своем задуматься! — Галадриэль еще раз выглянула в окно. Трандуил отложил в сторону свиток с чертежами и внимательно посмотрел на Владычиц, навостривших и без того острые ушки: — Первую же блондинку, которая хотя бы намекнет Леголасу, что он еще что-то должен, перекрашу в зеленый цвет лично. — А мы краску будем подавать! — хором поддержали друга Келеборн и Элронд. Владычицы только обиженно опустили взгляд.