Inside Out

FirstSOund_01: у тебя много друзей? Mirror_Mirror: не сказал бы FirstSOund_01: не удивительно, иногда мне кажется, что я с роботом общаюсь! Mirror_Mirror: вот спасибо. а у тебя, значит, каждый день вечеринки с кучей народа? FirstSOund_01: сегодня меня назвали «президентом страны одиночества»! сам-то как думаешь? Mirror_Mirror: что-то слабо представляю тебя изгоем общества FirstSOund_01: я не изгой! просто недавно мне надоело поддерживать со всеми дружеские отношения, и большинство решило, что у меня какая-нибудь звёздная болезнь… Mirror_Mirror: а знаешь, я ведь тоже иногда терпение теряю от твоего поведения

***

      Город адского пекла и проливных дождей. Именно так Кагамине Лен упомянул в одной из своих новых поэм место, где он с сестрой проживал уже почти неделю. За всё то время, что они находились здесь, за окном то и дело либо жарило, как в печи, либо стеной шёл ливень. Собственно, это было отличной отговоркой, для того чтобы совсем не высовываться на улицу. Свою сестру Лен считал самым неугомонным человеком на свете, и только этим оправдывал, почему той совсем не сиделось дома, в то время как на улице бушует стихия. Рин, очевидно, нашла, чем заняться в этом городе, а потому вот уже три дня напролёт где-то пропадала. Лен же, хотя по его виду это трудно было сказать, был довольно впечатлительным человеком. А события того дня, когда Кагамине сначала познакомился с одной стервозной богачкой, а затем понял, что она и есть его пропавший год назад друг по переписке, настолько вдохновили его, что единственное, что он был делать в состоянии, это без передышки писать стихи.       И вот, проснувшись однажды в самый дождливый день в его жизни, Лен понял, что написанный вчера ночью тридцать шестой куплет должен стать последним в его невероятно долгой песне о том, как один единственный день может спутать все карты. Да, теперь бедный парень совсем не знал, как ему быть.       С одной стороны, произошедшее нельзя было воспринимать никак иначе, как настоящий подарок судьбы. Теперь они учатся в одной школе, живут в одном городе, и ничто не может помешать продолжить им строить планы по завоеванию мира музыки. Ведь это то, чего ему так долго не хватало.       И всё же где-то в самой глубине его души под огромными сугробами творческой личности было зарыто то самое гордое мужское начало, которое то и дело спрашивало: «Какого чёрта? Всё это время ей так трудно было написать?» Лен даже подумать не мог о возможности свободного общения между ними, пока Мику не объяснит, почему игнорировала его целый год.       Однако вскоре обидевшегося парня посетила самая уничтожающая мысль: что если она и теперь не хочет с ним общаться? Что, собственно, изменилось? Мику всегда делала, что хотела, и если общение с Леном ей наскучило, тогда даже то, что они теперь учатся в одной школе, не заставит её возобновить его.       Отчаяние, ярость и вселенская обида начали нарастать в Кагамине с неимоверной скоростью, и он уже почти пришёл к мысли, что тридцать седьмой куплет всё-таки необходим, но неожиданный звонок в дверь нарушил его творческие планы.       Еле перетащив своё тощее тело, вот уже три дня не бывавшее на свежем воздухе, а в качестве энергии потребляющее только ту дрянь из супермаркета, что приносила Рин, Лен дошёл до двери, и, не глядя в глазок, так как прекрасно понимал, что чужие в такую погоду ни за что не сунутся, повернул ключ в замке и потянул ручку на себя.       На пороге стояла насквозь мокрая девушка, кутающаяся в свою тонкую куртку, и, стоя на одной ноге, почёсывала ступнёй коленку.       - Я тебя ненавижу, - с умиротворённым выражением лица и не самой дружелюбной улыбкой произнесла она, делая шаг по направлению к растерявшемуся обитателю квартиры.       После трёх дней безвылазного кропания своих стишков, Лен ещё не совсем пришёл в себя, а потому, уже придумывая оправдания, попятился назад, но девушка живо толкнула слабого парнишку к стене и в следующую секунду она с какай-то неистовой энергией поцеловала его.       Все, кто видел, как развивались отношения Кагамине Лена и Мегпоид Гуми, уверенно заявляли, что ребята торопят события, ведь большинство подростков их возраста порой стеснялись настолько откровенно проявлять свои чувства. Но так как в жизни Кагамине это были первые отношения с девушкой, он принял за правило для себя просто повторять за своей любимой, а та была из тех особ, что не привыкли скрывать свои эмоции. Поэтому если они ссорились, то ругательства и рукоплескания видели все окружающие, а если мирились, то приходилось лицезреть все поцелуи и признания в любви.       - Твоё чёртово жильё я искала полтора часа, - всё с той же уничтожающей интонацией прошипела девушка, отстранившись от своего ненаглядного, - и никто не предупредил меня, что именно сегодня дурацкое солнышко сменится этим кошмаром. А ты здесь, встречаешь меня в таком ничтожном виде? Серьёзно?       Лен понятия не имел, насколько серьёзно его ненавидит Гуми сегодня, поэтому сказал то, что всегда его спасало, а именно — то единственное, о чём он думал в данную секунду.       - Ты такая красивая, когда насквозь промокла...       Выражение лица Гуми смягчилось, и она отпустила бедного парня.       - Как давно ты мылся? - спросила девушка, оценивающе оглядывая своего бойфренда.       - Если я отвечу, ты меня возненавидишь, - сказал он и теперь уже сам поцеловал Гуми.       Когда у Кагамине только появилась возможность учиться в музыкальной академии, вариант отношений на расстоянии тут же был отвергнут как самый нелепый. И когда Лен уже приготовился к неизбежному расставанию, Гуми объявила ему, что для неё не составляет никакой сложности поступить в то же место. Парень бы удивился, если бы это был первый раз, когда Мегпоид вот так сбивала его с толку, но спустя столько времени она до сих пор оставалась для него загадкой. Он не знал, где она училась прежде и насколько состоятельна её семья, и даже к себе в квартиру Гуми никогда не пускала, хотя и не отказывала себе в удовольствии повалять дурака дома у своего парня. Таким образом, именно сегодня она, очевидно, окончательно перебралась на новое место жительства, а после решила попробовать найти квартиру Лена, и закончилось всё тем, что несчастная попала под проливной дождь.       Впрочем, уже через десять минут ребята и думать забыли о небольшой перепалке у порога и теперь беспечно валялись на ни разу не заправленной постели Лена, рядом с которой стоял всё ещё не разобранный чемодан с беспорядочно торчащими из него шмотками одного поэта.       - С переводом точно никаких проблем не было? Знаешь, когда я поступал туда, мне казалось, что в их элитной академии скорее будут рады видеть какую-нибудь дрессированную панду... - задумчиво произнес Лен, перебирая пальцы на руке Гуми.       - Да понятия не имею, - отмахнулась она, - мне остался один год в школе, и совсем не хочется провести его в той заднице, где я училась раньше. А если ещё и тебя не было бы рядом, я, наверное, с ума бы сошла.       - А родители?       - Мне повезло не так, как вам двоим. Одну меня не отпустили, но это уже не так важно...       Единственное, в чём Лен был точно уверен касательно своей девушки, это то, что отношения с родителями у неё явно не ладятся, а также, что этого вопроса лучше не касаться в принципе.       Желая побыстрее сменить тему, Кагамине не придумал ничего лучше, кроме как снова поцеловать Гуми, однако назойливый стук в дверь нарушил его план.       - Действительно, зачем звонок висит?.. - пробурчал он, лениво отстраняясь от девушки. Та, осознав, что их идиллия нарушена, тоже поднялась с постели.       На этот раз у порога стоял тот, кого сегодня явно не ждали увидеть в этой квартире. Это был высокий парень в дизайнерских джинсах и, очевидно, ужасном расположении духа, будто сошедший со страниц модного журнала.       - Никогда не позволяй носить непонятным девчонкам свои очки, - пробормотал он и, потирая глаза, прошёл прямо в квартиру, не обратив внимания на недовольное выражение лица её хозяина, - представляешь, сотню раз ей сказал: купи себе свои, но у нее просто мания, оказывается, хватать чужие вещи! И что ты думаешь? – не переставал болтать парень, разглядывая в маленькое зеркальце на стене свои покрасневшие глаза, - провалялся три дня с конъюнктивитом!       Лен понятия не имел, возможно ли заразиться конъюнктивитом через очки и стоит ли ему благодарить судьбу за то, что свела его с таким человеком, как Шион Кайто. Ведь именно от него Кагамине когда-то узнал о музыкальной академии, которую в этом году заканчивал его новый приятель, однако постоянные появления этого сумасшедшего в нездоровом состоянии порой сильно утомляли столь ранимую душу. Сам же Кайто после неких недавних происшествий решил чётко разграничивать время для отдыха и для учёбы, а потому в классе его считали одним из самых интеллигентных людей, но стоило кому-либо увидеть, как Шион отрывается на каникулах, мнение о нём тут же становилось совсем неоднозначным.       - Оу! – глядя в отражение, прямо позади себя Кайто заметил девичью фигуру и тут же обернулся, - похоже, я не вовремя.       Гуми всё с той же уничтожающей улыбкой сдержанно помахала ручкой столь надоедливой персоне.       - Если ты опять пришёл обгадить мне всю квартиру, то на этот раз воспользуйся ванной, - обречённо проговорил Лен, глядя на то, как, не снимая ботинок, друг прошёл прямиком в комнату и рухнул прямо на креслице, которое совсем недавно Рин полностью очистила от всех пылинок.       - Нет-нет, я ненадолго, - заверил он, оглядываясь по сторонам, - ты просто не поверишь, что недавно произошло.       Стало очевидно, что «ненадолго» может растянуться на час или полтора, а потому Лен обернулся к Гуми и мысленно послал всевозможные извинения, та лишь закатила глаза, и, сделав вид, что её безумно волнует полный беспорядок, организовавшийся вокруг чемодана её парня, принялась разбирать смятые комком вещи.       Кагамине, поняв, что все поверхности для приземления заняты, с удручённым видом встал перед своим приятелем и стал выслушивать увлекательную историю.       - Как раз перед тем, как однажды проснулся у себя дома и не смог разодрать свои глаза, одна знакомая затащила меня в метро. Ты представляешь? Я не был в метро уже, наверное, лет семь!       Лен готов был убить Шиона.       - И как впечатления? – стараясь выразить всё своё недоумение в этой фразе, спросил Лен.       - Вообще-то меня немного выворачивало, поэтому я не успел прочувствовать атмосферу как следует, но это не совсем то, о чём я хотел рассказать…       - Неужели?! – усмехнулся Лен и опустился на пол, поняв, что не сможет выслушивать весь бред стоя.       - Ты не поверишь, кого я встретил! – Кайто, очевидно, подобрался к главной части своего рассказа.       - Если не Меган Фокс, то мне плевать…       - Сомневаюсь, - Шион щёлкнул пальцами и откинулся на спинку кресла, - я встретил твою сестру. Тогда-то я и понял, что вы уже перебрались сюда! Поверить не могу, что ты не рассказал мне первым делом…       Лен закатил глаза.       - Ты видел её всего один раз, и так уверенно об этом заявляешь?       - Да вы с Рин как две капли воды! Но, ты представляешь, она вообще не узнала меня…       В это Лену было совсем не трудно поверить: память у его сестры была ещё короче, чем у рыбки. Так что вспомнить про парня, который однажды завалился к близнецам домой в нетрезвом состоянии, а потом всё утро пролежал на чердаке со льдом у лба и книжкой в руках, было сравнимо с заучиванием пяти томов учебника по высшей математике.       - И что с того? – вздохнул Лен, глядя на то, как Гуми уже разобралась с его вещами и теперь взялась за мытьё чашек из-под кофе.       - Да это ещё не самое интересное, - заверил Кайто, после чего Лен уткнулся лбом в ладонь, - помнишь, я рассказывал тебе про одну девчонку у нас в классе, от которой все с ума сходят? Высокомерная такая…       Утверждение, что Лен часто слушал рассказы своего друга о его одноклассниках, было бы не совсем правдой, потому что чаще всего они были переполнены какими-то жестокими насмешками и иронией. И всё же Кагамине что-то припоминал об этой особе: кажется, как-то давно она и Кайто неплохо общались.       - Так вот, твоя сестрица попросила меня помочь ей найти какой-то адрес, и, только когда вернулся домой, я понял, почему он показался мне таким знакомым. Это был адрес Хацуне Мику.       И тут на Кагамине Лена словно разом обрушился весь смысл жизни. Только теперь до него дошло, что, пока он общался с Кайто, знакомство с пропавшей подругой так и дышало ему в спину. Подобные мысли заставили его всерьёз задуматься о вмешательстве судьбы.       - Шион, ты не поверишь, что я сейчас тебе скажу…       Разумеется, в своё время Лен успел рассказать свою историю об одном жестоком человеке, что так бездушно обошёлся с его ранимой душой, всем, кому только можно было, так что и Гуми, и Кайто прекрасно известны все особенности этой ситуации. Но вот о том, как совсем недавно Лен встретил в реальной жизни свою обидчицу, знала только Рин, и только потому что сама была свидетелем этого воссоединения. До этого момента Лену и в голову не приходило, что придётся делиться этим с кем-то ещё, и если он был почти уверен, что Кайто он расскажет без проблем, то, как преподнести всё это своей девушке, он понятия не имел.       Гуми обнаружила на плите огромную кастрюлю, три дня назад остановленную тухнуть в остатках переваренных макарон, и уже вооружилась моющим средством и губкой, чтобы вернуть несчастную посудину в привычное для неё состояние. Такова девичья сущность: стоит ей прибрать что-то одно, и от остальной уборки её сможет отвлечь только апокалипсис.       Возможно, именно сейчас был идеальный момент, чтобы поделиться своими проблемами с единственным, кого на данный момент можно было назвать другом.       - Дело в том, что… - и вот уже в третий раз за день планы Кагамине нарушились из-за того, что кто-то начал ломиться в дверь. К счастью, на этот раз Лен был уверен, кто это мог быть.       Однако же свою сестру он ожидал увидеть в не менее жалком виде, в каком он был сам. Скажем, растрёпанные мокрые волосы, мятая одежда, смытый дождём макияж и натянутая улыбка определённо подняли бы настроение. И как же вышло, что, открыв дверь, Лен увидел Рин в настолько прекрасном расположении, что, казалось, она и секунды не пробыла на улице, а всё это время просидела где-нибудь в гостях у соседей за чашечкой чая?       - Ты…       - Хочешь знать, почему я не похожа на мокрую крысу? – ухмыльнулась Рин, проходя мимо брата, - не буду скрывать, нас подвезли.       Лен понятия не имел, как реагировать, а потому просто уставился на сестру с открытым ртом.       - Кто подвёз? Кого «вас»?       Однако Рин уже успела заметить гостей в квартире, и, поняв, что это никак не вписывалось в её идеальный план, выпучила свои огромные синие глаза на брата.       - Это ещё что такое?       Гуми тут же оторвалась от посуды и обернулась в сторону Рин, а Кайто приветливо помахал ей рукой. На последнего же блондинка не особо обратила внимания, потому как была занята направлением испепеляющего взгляда на столь не любимую ей особу. Да, это был один из тех случаев, когда две девушки попросту взаимно отрицали друг друга. Рин называла Гуми «самой напыщенной на Земле овчаркой», Мегпоид же никогда не скрывала, что считает Рин обыкновенной завистницей, которая попросту ревнует своего брата. Поначалу дело обходилось обыкновенными стычками, но после того, как Лен попросил обеих быть более вежливыми, одна тут же стала игнорировать существование другой.       - А ты кто?! – Рин переключилась на странного парня в кресле.       - Ты серьёзно?! – Кайто подскочил с места, всплеснув руками, - она опять не узнала меня, Лен! – воскликнул он, обращаясь к другу, но тот был настолько озадачен, что даже не обратил внимания, - пару месяцев назад я ночевал у вас на чердаке! – Рин вспомнила мельком какой-то погром у них в доме, но всё ещё смотрела на парня с недоверием, - а ещё недавно в метро ты меня здорово выручила…       - Оу, - наконец, после огромных усилий Рин сложила в один образ стоящего перед ней человека, пьяницу с чердака и наркомана из метро, - ты похорошел…       - Спасибо, - физиономия Шиона расползлась в довольной улыбке, и он плюхнулся обратно на диван, - ты, вроде как, всегда была ничего.       И только Рин вспомнила, что ей нужно было сделать, с порога донёсся чей-то бодрый голос.       - Тук-тук!       Лен слышал этот голос только раз в своей жизни, но все те слова, произнесенные этим голосом, настолько зависли в его памяти, что парень, казалось, узнал бы обладателя даже через десять лет.       Это была Хацуне Мику. Первый звук. Она стояла у порога его квартиры, всё такая же красивая и самоуверенная, как и несколько дней назад.       Когда их взгляды вновь встретились, Лену подумал, что никого, кроме неё, и представить было невозможно на месте того самого человека, с кем он когда-то переписывался днями и ночами напролёт. Он даже удивился, что не понял этого, как только увидел её впервые.       - Лен, я забыла сказать, - опомнилась Рин, подходя ближе к брату, - я пригласила Мику к нам.       Кагамине понятия не имел, когда девушки успели подружиться, да это и не особо теперь его заботило. Факт был в том, что Мику согласилась прийти сюда, а, значит, его худшие подозрения о том, что девушка будет игнорировать его существование, не подтвердились. Она хочет общаться и дальше.       - Да не стой же ты, как идиот, - шепнула Рин на ухо оцепеневшему братцу.       - П-проходи, - тут же опомнился Лен и отступил на пару шагов назад, давая девушке пройти.       - Надо сказать, водителю пришлось порядком помучиться, чтобы найти ваш дом, - с улыбкой произнесла она, проходя в квартиру, - неудивительно, что вы двое тогда так заблудились…       Мику остановилась, увидев в комнате ещё двоих людей. И какого же было её удивление, когда один из них оказался никем иным, как Кайто Шионом, одним из самых авторитетных учеников академии.       - Кайто! Когда же я, наконец, отыщу тех, с кем ты не знаком… - усмехнулась она, скрестив руки на груди.       - Мику, родная, тогда же, когда я пойму, что ты умеешь нормально общаться с кем-то, - пробормотал Кайто в ответ, поднимаясь со своего облюбованного места, - но судя по тому, что я вижу, этот день настал, - сказал он, оглядывая образовавшуюся компанию из трёх человек в центре комнаты, - так вы знакомы?       - Долгая история… - ответил Лен, ясно давая понять другу, что здесь есть, что обсудить. Тут он заметил, что Гуми, облокотившись на кухонный шкаф, отвела недоумённый взгляд к окну и как-то нервно усмехнулась. Стало очевидно, что ей абсолютно не по вкусу быть где-то за пределом общего внимания, и Кагамине постарался исправить ситуацию. Он подошёл к девушке и, взяв за руку, притянул к себе чуть ближе, тем самым обратив на себя внимание окружающих и, в частности, последней гостьи, - Гуми, это Хацуне Мику, мы… - Лен на секунду запнулся, поскольку понял, что не рискнет назвать её другом, - переписывались как-то…       Разумеется, это представление не имело никакого смысла. Только, взглянув друг на друга один раз, девушки сразу поняли, кто есть кто. Не сказать, будто Гуми и раньше не подозревала, что ненаглядный друг её парня, о котором тот болтал без умолку, девушка, так что, можно сказать, она прекрасно понимала, почему вдруг после того сообщения дружба по переписке была обречена на провал. Мику же за пару дней общения с Рин, которая то и дело отпускала нелестные комментарии в сторону подружки своего парня, успела составить образный портрет этой удивительной особы. Теперь же они, наконец, могли окинуть друг друга оценивающим взглядом и окончательно осознать, что в этой комнате слишком мало места для них обеих.       Гуми первая протянула ладонь для рукопожатия.       - Мегпоид Гуми, - представилась она, - будем учиться вместе.       - Вот как? – Мику со странной улыбкой пожала её руку, - кажется, в этом году академию решили захватить жители дальних районов…       - «Жители дальних районов» просто не привыкли бросать тех, кто им дорог, - со стальными нотками в голосе сказала Мегпоид, глядя Хацуне прямо в глаза.       Этим две девушки, сами того не подозревая, положили начало холодной войне.