Inside Out

FirstSOund_01: я не хочу говорить сегодня о музыке… Mirror_Mirror: неделю спустя FirstSOund_01: представляешь, один парень сегодня столкнул меня в бассейн! Mirror_Mirror: прямо в одежде? FirstSOund_01: прямо на глазах у всех! Mirror_Mirror: я ему завидую FirstSOund_01: ой-ой-ой! мне пришлось в таком виде шлёпать домой!! Mirror_Mirror: так столкни его тоже FirstSOund_01: вот ещё! Mirror_Mirror: ссышь, значит FirstSOund_01: да закрой уже свой рот! лучше о музыке...

***

      Вокруг полно людей, которым плевать на мнение окружающих. Они никогда не станут заботиться, что о них подумают, будут вести себя только так, как хочется им самим, и никакие предрассудки не станут им помехой.       Рин не была таким человеком. Она заморачивалась. Всегда и всем. Начиная с мнения окружающих, заканчивая тем, чем она будет ужинать. Сначала девушка пыталась игнорировать свою особенность, но после того, как однажды она обнаружила, что не знает, с какой ноги лучше встать, оставалось только смириться. Да, назвать себя независимой она не могла, зато отношения с окружающими были просто великолепными: подростки обожают, когда их мнение кого-то волнует, так что в прошлой школе у неё, возможно, не было лучших друзей, однако в любой компании её принимали с распростёртыми объятьями.       И вот теперь, при переходе, пожалуй, в самую элитную академию на территории страны, перед Кагамине встал вполне уместный вопрос: каким образом заставить кучку богачей обожать или, во всяком случае, уважать бедную ничем неприметную девочку? Быть может, стоило, наконец, забыть о своих комплексах и с гордо поднятой головой пройти в класс в своих лохмотьях, объявив: «Да, я бедная!»? Нет, её тут же посчитают чудачкой и запишут в неудачницы… А что, если притвориться одной из них? Нет, Рин никогда не умела врать.       И тогда в светлую голову пришёл идеальный выход из положения: внешний вид не должен вызывать никаких подозрений о её происхождении, а когда главные красотки класса спросят, где она одевается, Рин скажет: «Что вы? У моей семьи совсем мало денег…» Она репетировала эту фразу каждый день по утрам перед зеркалом и даже не представляла, что случая, чтобы произнести эту гениальную фразу, так и не подвернётся.       Во всяком случае, когда все вещи девушки в новой квартире были расставлены по заранее обдуманным местам, а вокруг постели была повешена симпатичная занавесочка, ограждающая её территорию от остальной квартиры, Рин отправилась в магазин за всеми возможными брюликами, которые будут меньше других похожи на подделки. Быть может, все деньги, высланные родителями, и хранились у Лена, но с заначками у Рин всегда всё было в порядке.       Однако ещё одна особенность девичьего характера абсолютно вылетела из её головы: Рин совсем не умела ходить по магазинам. По разным причинам: то она уставала уже после пятнадцати минут ходьбы, то терялась где-то на просторах торгового центра и заходила по три раза в одни и те же отделы, то просто стояла у одной и той же вещи и не могла определиться, нужно это ей или нет. В этот же раз бедняжке попросту ничего не нравилось. Кагамине выбрала самый крупный и продвинутый супермолл, однако ей и в голову не пришло, что коренное население в этом районе в основном составляли обеспеченные люди, и цены в магазинах были соответствующие. Разумеется, найти отделы со скидками и всевозможными распродажами не составило огромного труда, но разве можно на полном серьёзе рассматривать какой-то ширпотреб, когда в двух шагах находились те роскошные вещи, о которых девушка мечтала всю свою жизнь? Таким образом, поход по магазинам стал напоминать больше поход в музей.       Но и это не могло продолжаться вечно. В один момент её глаза наткнулись на одну фантастическую вещь. Это была обычная ярко-жёлтая гипюровая юбка, чуть доходящая до колен, но Кагамине видела настоящего ангела, сошедшего на землю. Всё в ней было идеально: материал, длина, цвет, и тогда Рин приняла твёрдое решение померить это чудо. И так уж сложилось, что юбка села на ней великолепно. Как бы она ни поворачивалась, как бы ни выпячивала все самые некрасивые, по её мнению, части тела, всё равно было очевидно, что эта вещь создана именно для Кагамине Рин.       И всё же цена, которая была примерно равна стоимости их с Леном новой квартиры, вернула девушку на землю. Рин вообще не представляла, как подобные деньги кто-то может вот так спокойно тратить на юбку или как они вообще в таком количестве у кого-то могут быть. Нет, разумеется, это было невозможно.       Невозможно.       Дальше она просто перестала думать. Оглянулась, охраны нет рядом. Божественная вещь прямо в руках. До выхода два шага. Молния на сумке расстёгнута. Всё как-то разом сошлось, и на одно мгновение показалось, что это судьба, ведь возможно один раз в жизни предоставляется такая возможность. Просто опустить руку в сумку и выйти.       И она сделала это. Просто одним движением руки Рин возместила себе ущерб за все те года, когда она могла только мечтать, что у неё будет возможность носить такие вещи.       Перед глазами всё плыло, сердце выпрыгивало из груди, и всё тело начинало с неимоверной скоростью потеть. Она уже вышла из отдела и планировала как можно скорее унести ноги из торгового центра, но проблема была только в том, выход был непонятно где. Рин то и дело натыкалась на людей, которые, понятное дело, даже не догадывались о совершённом столь милой девочкой преступлении.       И вот перед глазами возникла столь табличка со столь вожделенной надписью «Выход» и стрелочкой вправо. Значит, уже через минуту Рин окажется на свободе. Девушка понеслась в необходимом направлении, но вдруг уже у самых дверей дорогу перегородил неизвестный мужчина.       - Попробуйте новый аромат, - сквозь белоснежную улыбку произнёс он и начал поливать ничего не понимающую Рин какими-то противными духами.       Этот человек явно не имел никакого отношения к охране и совсем не подозревал о том, что находится в старой сумке Кагамине, но в приступе паники девушка уже потянулась за украденным, чтобы сдаться, и заготовила целую тираду о том, что она совсем не воровка и никогда больше так не сделает.       - Вот ты где! – послышался со стороны чей-то незнакомый голос, - Рин, я тебя по всему центру ищу!       Рин понятия не имела, кто вдруг решил прийти ей на помощь, но в сложившейся ситуации это показалось настолько неважным, что девушка, не раздумывая, бросилась на шею своей спасительнице.       - Пойдём отсюда скорее! – прокряхтела Кагамине сквозь слёзы, и не прошло и минуты, как она и её новая лучшая подруга оказались на улице.       - Ты чего вытворяешь? – грозно спросила Мику у едва дышащей девочки, - ты осознаёшь, что если бы тебя застукали, то все труды твоего брата пошли бы насмарку? Из академии ты бы вылетела, так и не проучившись в ней ни дня!       Насмарку пошли только нравоучения Хатсуне, потому что блондинка совсем не слушала её, а только продолжала что-то бормотать с обезумевшими глазами.       - Я хочу есть… - наконец-то сумела разобрать Мику из всех бормотаний своей новой должницы.       Через пятнадцать минут они уже сидели напротив друг друга в ближайшем кафе, и пока Мику теребила в руках бутылку воды, Рин за обе щеки уплетала все блюда, на которые у неё хватило денег.       - Как ты поняла? – спросила Рин, покончив с едой, - Видела меня?       - Я стояла в двух метрах от тебя. Хотела уже подойти поздороваться, но ты так отчаянно заталкивала кое-что в свою сумку…       - Тихо! – воскликнула Рин, озираясь по сторонам, - Пожалуйста, больше не напоминай мне об этом! Я её выброшу! Сожгу!..       - Успокойся, - Мику улыбнулась. Она не помнила, когда в последний раз кто-то вызывал у неё такое умиление, - оставь уже себе и радуйся.       Рин, наконец, расслабилась.       - Странно, что ты вообще узнала меня, - сказала она, откинувшись на спинку стула, - я видела тебя столько же, сколько и ты меня, но, клянусь, я не запомнила, как ты выглядишь.       - Вы с братом очень похожи, а его, поверь, я запомнила.       Кагамине не смогла сдержать улыбку, вспомнив ситуацию два дня назад, когда прямо у неё на глазах произошло воссоединение двух потерянных людей.       Повисла тишина. Тема для разговора напрашивалась сама собой, но обе девушки, очевидно, не знали, как бы начать его поделикатней.       - Ты… - всё-таки решилась Рин, - его ненавидишь?       Получилось так же деликатно, как если бы Кагамине выплеснула в лицо своей собеседнице стакан холодной воды. Мику поперхнулась.       - Нет, что ты!       Хатсуне не была уверена в том, что это полностью правда: стоило вспомнить тот момент, когда она прочитала то сообщение, гнев так и распирал её душу. И всё-таки теперь, когда она встретила Лена в реальной жизни, когда увидела, как он смотрел на неё, как был рад её видеть, то всё больше становилось понятно, что продолжать злиться на этого мальчугана и дальше просто невозможно.       - Ты не подумай, - продолжала Рин, - не будь Лен моим братом, я бы сказала, что тоже ненавидела бы его…       - Я просто думала, что между нами есть связь! – не выдержала Мику. С того самого дня ей приходилось держать все чувства себе, а теперь, наконец, появился человек, который, кажется, не собирался судить её. – Каждый день, что бы ни происходило, я приходила домой, включала чёртов компьютер, чтобы рассказать кому-то, чьего имени я даже не знаю, о том, как у меня дела, чтобы спросить, что делал он, посмеяться над какой-нибудь чепухой, потому что он был для меня самым близким другом на тот момент! Я отказывалась от всего, ради того, чтобы лишний часик с ним пообщаться… А потом он такой: «У меня типа девушка появилась»! Какого чёрта?       У Рин невольно вырвалось плохое слово. Мику казалась ей такой красивой, и в голове как-то не укладывалось, как такая девушка могла что-то найти в её занудном братце.       - Послушай, - Кагамине поняла, что настало время немного утешить новую знакомую, - с Леном происходило всё то же самое. Сначала я даже не обратила внимания, потому что он и до этого был любителем поторчать дома, но потом мне даже показалось, что он просто зависим от тебя. И когда ты вот так исчезла из его жизни… он просто умер.       Мику почувствовала стыд.       - Тогда почему? - вопрос сорвался как-то сам собой.       Рин знала ответ. Но она не была уверена, что он прозвучит утешительно.       - Дело в том, что… - она постаралась сдержать улыбку, но получилось плохо, - кажется, Лен думал, что ты – парень.       На Мику, казалось, наслали заклинание оцепенения. Она смотрела на Рин с застывшим в глазах недоумением и неким ужасом, и только, присмотревшись внимательнее, можно было заметить, как немного подёргивается её глаз.       - П-прости… что? – наконец выдавила она.       - Он говорил всегда о тебе в мужском роде, а позавчера, когда мы возвращались домой, то постоянно повторял: «Это она»…       Мику начала вспоминать все те моменты, когда могла бы дать понять своему другу по переписке, что она девушка, но ничего не получалось. Выходит, всё это время Лен был уверен, что ведёт дружеские беседы с другим парнем? Хатсуне потребовалось потратить много усилий, чтобы не произнести то самое плохое слово, что недавно выдала Рин.       - Но, слушай, - игриво начала Рин, упираясь локтями на край стола, - разве то, что произошло, может быть чем-то, кроме как… судьбой?       Было в этом нечто осмысленное, однако Мику оставалось только поражаться наивности Кагамине. Та и впрямь думала, что спустя столько времени возможно всё вернуть на свои места.       - Кажется, ты забыла, что он всё ещё счастлив со своей девушкой, - решила напомнить она. – Возможно, мы оба уже совсем не те, кем были год назад…       Реакция Рин показалась ей немного странной. Хатсуне была уверена, что блондинка начнёт убеждать её в том, что всё это полная чушь, но этого не произошло. Рин, казалось, задумалась над последней фразой Мику и совсем не сводила с неё глаз.       - У тебя кто-то есть… - шокировано прошептала она.       Стакан с водой выпал из дрогнувших рук Мику, и в следующую секунду фирменные джинсы были почти полностью мокрыми.       - Точно! – заликовала Рин, не обращая никакого внимания на то, как её собеседница нервно пытается обтереться бумажными салфетками. – Но почему-то скрываешь это…       - Это не твоё дело! – дрожащим голосом прокричала Мику, раздражённо бросив измученную салфетку на стол.       Рин испуганно вжалась в сидение.       - Да я просто…       - Просто не следишь за своим языком все последние полчаса, - процедила сквозь зубы Мику и, взяв с соседнего сидения сумку, поспешила уйти из кафе.       Рин тут же сорвалась со своего места и побежала вслед за Хатсуне. Она поняла, что явно задела какую-то очень скользкую тему, и реабилитироваться было просто необходимо, потому как уже нарисовала в своём воображении картину того, как они становятся лучшими подругами за всю историю дружбы.       - Подожди, эй!       Мику остановилась. Уже спустя тридцать секунд стало очевидно, что из сложившейся ситуации можно было выйти без криков и срывов, тем самым не выдав себя окончательно.       - Знаю, я бываю немного бестактной, но, клянусь, я не специально! Ты не представляешь, как давно я сидела вот так с кем-то в кафе и так непринужденно разговаривала… Я совсем не умею общаться с людьми, так что всё это по неопытности, наверное.       Хатсуне вздохнула. Всё же эта девочка умела быть такой милой…       - Я просто не привыкла, что меня могут видеть насквозь.       Рин поняла, что злиться на неё не собираются, и поклялась, что больше не затронет тему отношений Мику, пока они не станут по-настоящему близки, чтобы та сама ей всё рассказала.       - Думаю, я знаю, как могу исправиться, - весело сказала Рин, беря Мику под руку, - ты ведь совсем не против немного наладить отношения с моим братцем?