У каждого свои роли

Дени так и злился, слушая все это. И какого черта эти психопаты творили? Они не имели права! Он последнюю неделю даже не провел со своими парнями… он же… они не имели права лишать его того, что он очень любил. Марк подошел к ним, пересек границу купола и, садясь, обнял. Дени уткнулся ему в шею, закрыв глаза, чувствуя, как по щекам текут слезы. - Простите меня, - тихо прошептал он и, отстранившись, посмотрел Марку в глаза. Джек итак все знал, - он показал мне фотографии. Я подумал, что я не нужен вам и… прости, Марк. Прости меня. Он поднял взгляд, чувствуя, что очень любит эти карие глаза. Но он не понимал, почему даже сейчас они смотрят на него с такой любовью и заботой… почему? Он постарался вытереть свои слезы, но не получилось, они текли сильнее и быстрее, чем он их вытирал, в итоге, сдавшись, он снова уткнулся в шею Марку, качая головой. - Я не хотел. Я… я очень люблю вас. Правда. Больше всего в этом мире. - Ты же слышал, они бы и так до меня добрались.- Марк гладил рыжие волосы через плечо смотря на шатена, в синих глазах было столько боли, потому что они оба уже знали, чем закончиться этот вечер.- К тому, же у них ничего не получится.- он легко улыбнулся, снова глядя в глаза Дени.- я могу поменять демоническую часть, и ничего не сработает, так что, как только они снимут купол, Джек, ты берешь Дени и валите отсюда.- Он легко коснулся губ каждого, потому что знал, больше такой возможности не представится.- Люблю вас… а теперь смотрим и наслаждаемся.- И из купола снова вышел вампир с отстраненным выражением лица. - Марк… Дени вытянул руку, но не успел его схватить, уперевшись рукой в стенку купола, опуская голову. Сзади он чувствовал, что Джек обнимает его, кажется, пытаясь уберечь. Легран подошел к тому, на кого указал Гавриил, и тот тихо проговаривал ему слова ангельской части, Марк кивнул, говоря о том, что запомнил. - Прошу вас, Мистер Легран.- брюнет кивнул, проходя в центр пентаграммы. “помните, сразу же уходите. Люблю вас”- напоминает он своим любимым. И он читает первую часть заклинания, ангельский язык жжет горло. И помимо того как слова разносились по ритуальному залу, пентаграмма начинала светиться. - отлично..теперь вторую часть мистер Легран. – Марк заметил, как ангелы предвкушающее смотрят на него. Марк и без подсказок знал, что ему делать дальше. Демонический после ангельского дается намного легче, но только для голоса. Если магия ангелов настроена только на свет, то магия демонов- чаще магия крови. На сначала запястьях и предплечьях появляются царапины, но чем дольше он читает, тем глубже они становятся, кровь стекает по рукам с кончиков пальцев, капая на линии пентаграммы, напитывая ее. Именно поэтому, эта часть и длиннее, он все читал, хотя от такой потери крови, голос становится все тише. Еще пара минут, и он понимает, что больше не может держаться на ногах. И слышится хлюп, с которым его колени соприкасаются с полом. Джинсы пропитываются красной жидкостью. Голова кружиться, но он знает, осталось чуть-чуть еще пара слов. Медленно повернуть голову. Это движение дается с трудом. А его любимые в куполе, и Марк уже не может четко их видеть, потому что все системы приостанавливают свою работу, чтобы перебросить силы на поддержание силы в организме. - Ихр хареки моохрал истрад.- последние слова он практически прошептал, все таки падая на пол, потому что он отдает этой печати последние капли своей жизни. Но радостные лица ангелов сменяются яростью, как только появляется светящаяся стена, что отделяет их, от Джека, Дени и уже почти просто тела Марка. Дени чувствовал, как дрожит его тело, чем больше он смотрел на истекающего кровью Марка. И ничего… он ничего не мог сделать. Его сердце пропитывалось болью и ненавистью, даже все крепчающие объятия Джека ничего не могли изменить. И вот, когда появилась светящаяся стена, Дени вдруг погрузился куда-то далеко, перед ним словно вся жизнь прошла. Марк, Джек… он знал их, но это была не его жизнь. Он помнил. Он все вспомнил сейчас, когда все заклинания ангелов вдруг рухнули. Зрачки его глаз расширились, и только Джек, привел его в чувства. - Разберись с Марком, прошу тебя. – Дени не оставит это просто так. Он не уйдет просто так, пока стоит этот блок и у него есть время. Когда Джек рванул к телу Марка, Дени сел на колени, складывая руки в замок, закрывая глаза. Он нашел в себе все свои силы, что были у него, очищая весь своей разум от ненависти. - Стоял Ты пред всем творением, Вечность держа в руках. Всю землю привёл Ты в движение, стою я, склонясь. Стоял пред моим падением, и крест Ты пронёс за меня. На плечи Свои взял весь грех мой, стою я, склонясь. Но что сделать мне, и что мне сказать? Лишь сердце своё Тебе могу я отдать. – Тихо зашептал Даниэль и, открыв глаза, посмотрел куда-то наверх, мягко улыбаясь, - Я буду хранить спасение, ведёт Дух Святой меня. Ты в жизнь мою дал обещания, стою я, склонясь. Но что сделать мне, и что мне сказать? Лишь сердце своё Тебе могу я отдать. Стою, подняв взгляд и руки к небу, к Тому, кто один отдал мне всё. Стою, к Тебе, Бог, склоняю сердце, всё во мне – Твоё! И он чувствовал, что его слушают, что что-то изменилось во всем этом, хотя очень плохо сейчас чувствовал этот мир. Сейчас все перестало иметь значение, когда его, как в мягкий кокон, обволакивает светлая магия. Да, его слушают. - Господь Бог, выслушай сына своего, молю тебя. Последняя надежда лишь на тебя, да накажи ты сыновей своих непокорных, что возомнили, что могут прикрываться словом твоим, Отец мой, творя дела свои черные, лишая жизни существ тех, что должны жить не по их прихоти, а по закону твоему, что сохраняют равновесие в мире человеческом. Господь, почувствуй мою печаль, да не оставь это так просто, лжесловом отняли у меня то, что я так любил, ангельский закон совести и чести нарушив. Дети твои. Помоги мне… Последние слова он произнес почти шепотом, но отчего то в сердце был уверен, что все будет хорошо. Он чувствовал, как его душа успокаивается, а где-то там, за стеной, слышал крики. Бог его услышал. Он наказывал ангелов, что ослушались завета его хранить мир в этом мире. Дени был опущен из магии, сам мальчишка еще плохо ориентировался, но знал, где находиться Джек, потому, только поднявшись, пошатываясь, тут же пошел к нему, выдыхая. - Заберешь нас отсюда? – тихо спросил он, зная, что да. И окажутся они где-то далеко. А ангелы, которых карал луч Бога, кого-то лишая сил, кого-то понижая в иерархии ангелов, кого-то отправляя в камеру перевоспитания, так и продолжали, видно, сопротивляться, - я бы боялся Бога. Тихо повторил Дени, слабо улыбаясь. Он отомстил за Марка. И они это заслужили, Дени уверен. Пока Дэни использовал свою ангельскую кровь, чтобы поговорить в всеотцом, Джек добрался до Марка, и наложил на него сохраняющее заклинание, хотя знал, скорее всего это бесполезно. И слыша агонию тех, кто разрушил их жизнь, он жалел лишь о том, что лично не смог вытащить из них их ангельскую благодать. Но додумать все пытки которым он бы их подверг он не успел. Даниэль уже подошел к нему и Джек перемещает их домой. Как только они оказались в стенах квартиры брюнета, Джек тут же подхватывает его на руки, на ходу трансформируя диван гостиной в стол. Магия сама рвалась из него сильным потоком, пытаясь успеть. Браслет на ноге был холодным, но еще не потерял свой цвет, а значит у них еще был шанс. Наверное... Шатен положил тело на стол, сразу же прощупывая ауру. Да так и есть. Он уже почти ушел за границу жизни, осталось всего ничего. - ну уж нет, ты не можешь вот так вот, из-за каких-то ублюдочных ангелов покинуть нас. Слышишь меня? Мы через столько прошли с тобой...Марк... Дэни, там должна быть еще кровь, неси сюда, а я пока найду капельницу, она должна где-то здесь быть.- Джек направился в комнату, открывая комод начиная что-то там искать. - Сейчас. Дени тут же заскочил на кухню и схватил все бутылки с кровью, перенеся их в гостиную, свою ставя отдельно. Он не знал, можно ли ее давать Марку, не дай бог что-то будет не так. К тому времени и Джек подоспел. - Это моя. - и Джек берет именно кровь Даниэля, потому что она будет лучше, ведь любая кровь несет в себе воспоминания.- быстро перелив кровь в специальный пакет, он легко вставляет иглу в вену. - Я могу еще чем-то помочь?- Спросил Ремо у Джека, поднимая взгляд. Он готов был сделать что угодно ради брюнета. - честно, я даже не знаю поможет ли это. Дени, шанс на то, что он выберется слишком ничтожен, плюс, я не знаю демонический настолько хорошо, я не знаю насколько он изменил заклинание, и какие за это последствия.- но, что-то подсказывало, что все не очень хорошо. А дальше они могли только ждать, потому, пока первая капельница опустеет, через несколько часов поменять ее на вторую. И снова ждать. - по идее, он еще в сознании.. Может попробуем достучаться до него?- может быть он хотя бы так получит стимул вернуться к ним. Дени облизал свои губы, смотря на парня. Он мог попытаться сказать… но не сделает ли он этим хуже. - Поговори с ним, Даниэль. Дени тут же срывается с места, идя на балкон. Ему нужно подумать. Он сидит там около получаса в одиночестве, то плача, то еще что-то. Он должен сказать им. Но не сделает ли он хуже этим Марку? когда они еще только познакомились, он был уверен, что Марку это важно, и что воспоминания об этом были сильно важны. И сейчас… а что если это последний шанс достучаться до сознания Леграна? Ремо сжал руки в кулаки и, когда вернулся в комнату, понял, что ничего совсем не изменилось. Пододвинув стул к Марку, он сел на него, беря его снова за руку, поглаживая большим пальцем по запястью. - Мой дорогой Марк, - тихо сказал он, хотя знал, что Джек его прекрасно слышит. Дени не мог. Он боялся, наверное, это чувствовал шатен. То ли время сейчас? А есть ли другое время? – Много лет назад ты потерял того, кого очень сильно любил. Но судьба была куда милосерднее, чем мы думали. Чем мы все думали. Дени прислонился губами к виску Марка. - Когда ты предложил мне сбежать, я был…была готов…готова на этот шаг. И знаешь, я не знаю, как все обернулось бы, сделай мы это. Но спустя столько лет, Марк, моя душа была здесь, - на глаза Дени навернулись слезы, - и может нет того характера, что ты любил, тех черт и тех длинных волос. Но остались старые воспоминания и старая любовь. И на нее наложилась новая, куда сильнее, чем была. Я знал вас, Марк. Все это время я знал вас, но не помнил. И…. я думаю, тебе это важно. Тебе было больно, я помню, в том сне. Тебе было очень больно. И мы снова увидимся, темный. Только выберись. Ради нас, Марк… ты нужен нам. Мы очень любим тебя. Джек ошалело смотрел на Даниэля. Черт, он действительно реинкарнация Абигейль... Шатен не мог в это поверить, просто не мог. А когда поверил, то его душу тронула такая тоска, потому что он чувствовал, что им каким-то роком судьбы каждый раз будут давать на любовь так мало времени. И как только кто-то кто забыл, вспомнит, другой покинет их, чтобы проверить их связь. Теперь он понимал это столь отчетливо, но смириться не мог. - Дени, нужно залезть к нему в сознание.- Джек прикрывает глаза, настраиваясь на слабое сознание Марка, делая след более отчетливым для Даниэля. "Марк, ты же еще здесь... Я тебя чувствую.. Вернись.."- Джек бы молил бога о возвращении любимого, если бы не знал, что отчасти это и его рук дело. А потому, надеялся лишь на сознание Марка и его любовь. Дени поднял взгляд мокрых и без того глаз на Джека, после прикрывая их, проникая в сознание Марка, пусть и не так быстро. Он еще не овладел в полной мере своими силами, чтобы делать такие действия так же профессионально, как Джек. Но он не знал, что сказать. Хотелось забиться в угол, а потом там и проснуться, поняв, что все это просто глупый сон! Сон, который прошел. «Я не хочу терять тебя, Марк. Ты мне так нужен, так важен. Ты столькому научил меня. Столько раз защищал и оберегал. Марк, без тебя я не смогу. Мы не сможем. Мы так любим тебя. Не бросай нас, умоляю.» Наверное Джек бы сказал тоже самое, но он просто открыл свои чувства, которые плавно текли в сознание брюнета. Долгое время не было никакого ответа, а после, сначала слабый всполох такой родной магии, и мягкий голос. " я не могу вернуться. Я, можно сказать сделал свою душу залогом того, что печать обвалится. И теперь, мне нужно уйти, ведь свою часть сделки высшие силы выполнили. Джек, убери иглу, тело цепляется за жизнь, оно мешает мне. Вы же знаете, я люблю вас.. Дени, маленький, ты сможешь, вы оба сможете.. Любимые мои.. Прощайте.." остатком сил выкинуть их из своего сознания, закрывая его от внешний воздействий. Он знал, что им больно. Его собственное сердце тоже рвалось на части. Но договор с магией не подлежит расторжению. Он выполнил свой долг. Он защитил их, ценой своей жизни и магии. Джек, как только его выкидывает из чужого разума, тянется к игле, что все еще доставляла кровь. Закрыв глаза, он медлит, но понимая что выхода нет, осторожно вынимает иглу, чувствуя, как из-за удержания блока, силы что были у Марка растрачиваются окончательно, и без того слабая связь с чужим сознанием угасает. Кажется, когда-то он говорил Ремо, что обезумевший от горя вампир-страшная вещь. И сейчас он как никогда был близок к этой грани безумия. "Даниэль, пожалуйста, иди сюда. Мне нужен якорь... Дени..." его хватает только на то, чтобы свернуться калачиком, в попытках удержать то, одуревшее от потери существо, что так неистово требует крови и мести. Потому что Дени в отличие от Марка на сможет его удержать.. Марк.. Черт.. Очередная волна боли.. Когда их выкидывает, Дени утыкается Марку в шею, тихо плача. Он не мог сдерживаться. За этот день он уже выплакал столько слез, сколько за жизнь не плакал. - Марк… Тихо прошептал он, когда почувствовал, что связь с ним угасла. Навсегда? Больно, так больно, что его разрывало изнутри. Но еще хуже было Джеку, внутренний зверь которого был на грани безумия. И он звал. Звал, прося о помощи. А сам Дени… он сам не мог ничего поделать с собой. Ему было так больно. Но он все же поднимается, подходя к Джеку и, притягивая к себе, он прикасается губами к виску любимого. - Тихо, - зашептал он на ухо шатену, хотя по собственным щекам катились слезы. Дени целовал шею и щеки Джека, пытаясь его немного успокоить. – Ты нужен мне, Джек, ты очень нужен мне. Тише, не теряй себя, Джек, не теряй, умоляю тебя. Он заставляет Джека посмотреть на себя, целуя в губы долгим поцелуем. Дени толком и не знал, чью боль сейчас испытывает: свою или Джека, или вместе общую. Но она раздирала изнутри. - Нам ведь нужно жить, Джек… нужно, - проговорил он тихо, отстраняясь ненамного от вампира, заглядывая ему в глаза. – Пойдем, вставай. Он поднял Джека с пола, ведя его в спальню. Ему не нужно сейчас сидеть там. Это делает ему больнее. Им нужно успокоиться. Дени укладывает Джека в кровать, благодаря его, что он старается сдержаться, хоть ему очень сложно. - Вот так, тише, - и ложится рядом, прижимаясь, немного дрожа. Без Джека Дени не выживет, нет. Он не сможет без него. И, утыкаясь носом в шею любимого, Ремо очень надеялся, что боль шатена немного уляжется. Хотя… кого они обманывают? Наверное Джек все таки соскользнул бы в забытье, такое спасительное забытье, но он знал, что тогда он не просто навредит, он убьет Дени даже не моргнув глазом. А потому Джек отвлекался на голос любимого, на его прикосновения, борясь, стараясь не обуздать себя, а лишь выиграть время. Кажется, они куда то перешли, но Джек лишь старается чувствовать теплое тело, что доверчиво жмется к нему. Прижать к себе, словно закрывая от опасностей внешнего мира, но проблема была лишь в том, что опасностью был не внешний мир, а их боль, что было так сильна, и Джек мог уловить запах слез. И ничего не мог сделать. Фразы типа все будет хорошо, время лечит были пустым звуком. Все уже не будет хорошо. Никогда. Все было хорошо, когда рядом с ними был этот невозможный брюнет, что смотрел за ними и вытаскивал из неприятностей. И время не вылечит эту рану. Потому что это не рана, это словно ампутация части тела. Так они и лежали несколько часов справляясь со своей болью и горечью. - Дени,- Джек говорил тихо, потому что силы все ушли на удержание зверя.- нам.. Мы должны разобраться с ..- пауза, потому что это так трудно произнести.- с телом... Он лежал молча, целуя Джека, зная, что тот борется не только с болью, но с самим собой. И Дени боялся потерять и его, боялся, что и он уйдет и тогда сам Ремо потеряет смысл жить. Сейчас они были друг для друга как спасательные круги. - Не сейчас, - тихо проговорил он, выдыхая, - ты не сможешь видеть его снова, Джек. Я тоже не смогу. А я не позволю забрать и тебя, я не смогу без тебя. Потому что я останусь пустым. Мы… что-нибудь придумаем. Что-нибудь, чего он был бы достоин, Джек. Что-то, что мы могли бы сделать для него. Уберемся в гостиной и будем жить дальше, как сможем. Но потом. Все это потом. Сейчас тебе нужно немного успокоиться. И поспать. Он не знал, как заглушить боль вампира, когда сам был на грани истерики. И он бы кричал от чувства, что разрывает его изнутри, если бы не было Джека. Рэмо приходилось держаться, чтобы шатену не стало хуже. Он боялся за него, не обладая магией, которая сдержала бы его. И тут как на зло пришел Вальт, так похожий на уменьшенную копию пантеры. Он потерся о руку Джека, лизнул его пальцы, пробрался под ладошку и, урча, потерся о его бок. Вальт чувствовал, что им больно, пытался поддержать и подбодрить. А Дени слабо улыбнулся. Теперь Джек для них тот, кого нужно слушаться, тот, кто направит и укажет истинный путь, тот, кто позаботиться и не бросит. Дени сел на живот вампиру, наклоняясь и целуя в губы, хотя его все еще дрожали от слез. - Он ведь жив в наших сердцах, Джек. – Дени положил руку туда, где было сердце у шатена, прикрывая глаза, - ты нужен мне. Клянись, что ты не оставишь меня, Джек. Нам нужно жить ради него. А я… я обещаю тебе, что я сделаю все, чтобы ты был счастлив, обещаю. Я не дам тебя забрать никому, не дам обидеть. Клянусь тебе. - нет, пошли сейчас, сейчас во мне еще есть капли адреналина, они помогают, а потом, если я успокоюсь совсем... Я не смогу.. Так что пошли.. Только держись рядом, хорошо? Я не смогу оставить тебя, не по собственной воле, Даниэль. Маленький, я знаю. Мы вместе попытаемся быть счастливыми. Ты, я и Вальт. Я люблю тебя..ты очень сильный, малыш... Все будет в порядке.. Пойдем.. Нам нужно успеть до восхода солнца..- он еще раз глубоко вдыхает запах Ремо и они поднимаются, возвращаясь в гостиную. Марк все еще был там, и все самые маленькие надежды, что это сон тут же потухли. " так соберись, потом, все остальное потом."- снова прикрыв глаза он ненадолго останавливается в дверях, после все же проходя внутрь. - найти там в шкафу был его костюм, который он недавно купил, принеси сюда.- сейчас им нужно было отмыть Марка от крови, переодеть и переместиться на любую открытую поляну до восхода солнца. Дени кивнул, но, стоило открыть шкаф, как оттуда дунул до боли знакомый запах, который любил и Дени, и Джек. У Марка он всегда был особенно-родной. Тем ни менее, парень все равно собирается с духом и, среди тех вещей, что весели на вешалках, он находит костюм, а к нему притаскивает любимую рубашку Марка. Он надеялся, что они не выкинут вещи вампира и, когда боль немного поуляжет, он сможет носить его майки или свитеры. - Вот, - сдавленно прошептал он, вешая все это на спинку дивана, вздыхая. Он старался, правда, чтобы Джек не видел слез. Но отчего-то именно вещи напомнили случай в клубе, когда Марк танцевал на сцене. И это была пятница. Такая же, как и сейчас. А завтра Марк хотел снова поехать на дачу, чтобы побыть вместе после такого тяжелого времени для них. Но вместе они уже не будут. Дени повернулся к Джеку, на секунду уткнувшись ему в плечо лицом, выдыхая. Тяжко. А после они отмыли Марка от крови и вдвоем переодели его. Дени не стал скрывать, это далось ему очень трудно, особенно одевать Марка. Казалось, что нет-нет, да он сейчас встанет и скажет, что все прошло и это закончилось. Но он так и не вставал. А его последние слова так и не выходил из головы Дени. «Ты был так уверен, что мы сможем без тебя. Но ты был не прав. Нам будет очень трудно. Ты был для нас всем, Марк. И если бы была возможность, хоть маленькая, все исправить, я бы вернул время вспять. Я бы исправил…» Дени поднял глаза на Джека. Хорошо, что он не слышал его мыслей. Наверное, они то и сгрызут Ремо изнутри. Вернее, сгрызли бы, если бы шатена не было рядом. Да, если бы не он, Дени бы лежал дня три без еды и воды в спальне, пока не пришел бы в себя. Голова кружилась. - Джек, - тихо позвал он, когда все было готово, - лес, который около моей дачи. Там ведь есть поляны, верно? И Марку нравилось там бегать. Может, туда? - Да, я тоже думал об этом..- Джек еще раз оглядел то, что они сделали. И как бы не хотелось оставить его просто лежать здесь, этого нельзя было сделать. Джек мысленно вспоминал этот лес, стараясь думать только о кустах, деревьях и полянах, что они пробегали, но не думать о том, с кем и как это было. Но не получилось. Ведь идеальной поляной оказалась та, на которой они валялись с Ариадной. - пойдем, я знаю место..-и он уже хотел призвать тени, когда вспомнил одну важную вещь. - Дени, нам нужно взять с собой Амелию. Думаю, она тоже хотела бы с ним попрощаться..- и он подходит, обнимая Ремо, стараясь поддержать, и это давало возможность усмирить волка внутри. Так вот чем Марк удерживал свою пантеру, ответственностью за них двоих.- пойдем, маленький… Он легко укутывает тенями себя и Дени, и в отдельный кокон берет тело Марка. Когда они оказались в квартире ведьмы, Джек лишь проверил, что кокон из теней цел и стабилен. Девушка почти сразу вышла им навстречу, собранная, словно и не спала вовсе. - я видела, что вы придете ко мне.. Но цель.. Ее мне не показали. Что случилось?- заметив пустые глаза обоих парней спросила девушка. Ремо перевел взгляд на девушку, что тут же вышла к ним. Он и забыл, что она обладает даром. Вздохнув, парень мельком глянул на Джека, а после снова перевел взгляд на девушку, указывая на кокон. - Там…. Марк, - тихо прошептал Дени, смотря в глаза Амелии, сам не зная откуда находя на это силы, - он принес себя в жертву печати, что сотворили ангелы, чтобы спасти всех темных существ и… нас. Мы пришли, потому что знали, что ты тоже хотела бы попрощаться с ним. Дени вдруг вспомнил прием у Амелии, когда он, маскировавшись под чудака-фанатика, ревновал Марка к ней. Как он смотрел весь прием на него, а не на эту девушку. Как он отмечал, насколько Марк красив. Воспоминания отдались еще большей болью. Как им не сойти с ума после этой утраты? Как им с Джеком дальше жить. «Что насчет Джеферсона?» - У Дени стоял ком в горле, он не мог произнести это вслух, надеясь, что Джек поймет, почему мальчишка задействовал такую связь. Раз научился, лучше спросить так, чем не спросить вообще, - «они тоже были… близки. Мне так показалось.» “Не обманывайся и не путай вежливость и уважение к человеку с привязанностью. Джеферсон был просто хорошим знакомым, а..”-фраза проводить в последний путь казалась такой убогой, но ничего лучше в голову не приходило. “В общем, я думаю он был бы рад видеть только нас троих”. - То есть.. но как? Я.. не верю.. Дени, Джек.. Праматерь вампиров… Как вы? Так получается он был старшим, раз вы оба еще живы?- Девушка бросилась к ним, обнимая, не сдерживая слез, потому что трудно было поверить, что Марк мог умереть, и пусть вампиры и были смертны, но казалось, что Марка это никогда не коснется… И Амелия не верила, что этот вампир больше не придет к ней на выступление, не пропустит кудрявые волосы сквозь пальцы, успокаивая, когда очередной парень разобьет ей сердце. - Пойдемте, до рассвета осталось совсем чуть-чуть.- напомнил Джек и снова тени перемешают их на ту самую поляну. И Джек даже порадовался, что тогда они не брали с собой Дени, потому что тогда это было бы еще одно омраченное потерей счастливое воспоминание. Поляну окружал лес только с одной стороны, поэтому рассветное солнце как раз зальет лучами всю ее площадь. Джек перемещает Марка почти середину, убирая тени, и сразу же начинает тихо шептать, обращаясь к ритуальной погребальной магии рода, к которому принадлежал Легран. Вокруг брюнета появляются стебли роз, зеленые ветви и шипами извиваются, оплетают его тело, укутывая словно саваном, а стоило Джеку дочитать, как по всему этому живому покрывалу распустились красные розы, с черное каемкой. Как раз вовремя. - Рассвет…- Тихо прошептал Джек отходя на пару шагов, чтобы обнять Дени и Амелию. Они втроем смотрели как солнце медленно ползет по земле, и в конце концов достигая и тела Марка, которое начинает обращаться в пепел, который окончательно скрывают розы. Когда солнце дошло и до них, Джек дочитывает погребальный ритуал, и на месте роз образуется надгробная плита из черного мрамора. И надпись на нем гласила: “Седьмой Герцог династии Легранов. Марк Виктуар Легран. Над временем и все времени… Тому, кто дорог был при жизни, от тех, кто любит и скорбит. ” Вампиры не плачут…Да, они не плачут слезами. И кровавые дорожки чертят по щекам этот путь, а Джек чувствует, что его спутники тоже больше не могут сдерживаться. И может только гладить их по головам, потому что так будет легче, после слез всегда легче. Пусть плачут. Сейчас можно.