ситуации

мам, мне, наверное, чертовски жаль. за то, что мои руки сильно дрожат и поэтому буквы получаются такими неровными. за то, что в последующие несколько дней (может, дольше) я буду срываться и злиться на пустом месте. за то, что, скорее всего, не оправдаю твоих надежд, завалив экзамены. знаешь, это как упасть с большой высоты или тонуть, не имея возможности сделать хоть одну попытку, чтобы спастись, ведь в твоих лёгких вместо кислорода вода, а вместо твоего здорового тела куча крови и внутренностей прямо на асфальте. и мимо проходящие люди ни за что не вызовут «скорую помощь», так как ты уже, по сути, мертвец, не так ли? так вот, мам, я, скорее всего, тоже. тоже мертвец. на протяжении двух месяцев я думала, что ничего не чувствую. ну, то есть, меня беспокоили бытовые потребности по типу еды и сна, но не более. школьные проблемы перестали быть ими, меня также оставила ежедневная мысль о смерти. просто в один момент всё настолько сильно притупилось, что стало казалось, будто пустота лучше каких-либо других чувств. но пустота отвратительна. однажды я слепо позволила пустоте накрыть меня надёжным куполом, и дошло всё это до того, что любовь к дорогому для меня человеку перестала быть ею в ту же секунду. я нашла нового человека и твердила, что мне абсолютно плевать на того, прошлого, ведь этот, видимо, в сто раз лучше, ведь так? но это не так. я не влюблялась в нового человека. мне плевать на глаза, волосы, общие интересы и чертовски тёплые объятия. мне, оказывается, всегда было плевать на особенное чувство к ней (потому что никакого особенного чувства не было), и именно поэтому все эти непродолжительные разговоры и неудавшиеся встречи ничего после себя не оставляли. все эти «до бесконечности много часов рядом» лишь дружба, а не что-то заоблачно-прекрасное. потому что всё, что я пыталась сделать — заполнить эту пустоту кем угодно, только бы не думать о ней и о разбитом сердце. потому что друзья не ревнуют. потому что друзья не чувствуют боли по таким поводам. потому что друзья не любят друг друга так. потому что сказать всем (а самое главное, внушить себе), что мне плевать — куда проще, чем мешать её счастью. думать так проще, чем позволять себе любить её так, как хотело того сердце. и ведь на вопрос «ты уверена, что точно не влюблена в неё?» ответить «да, я уверена» было проще, чем хотя бы заикнуться об этом. и теперь, мам, знаешь, мы пожинаем плоды, да? потому что вовремя не сказали ничего друг другу, и я теперь бьюсь в довольно сильной истерике, которой так давно не было, а она, наверное, звонит своей лучшей подруге и рассказывает всё это. мам, мне, блядь, вот честно, нихрена не жаль, что моей первой любовью была девушка. ни мальчик-сосед, ни одноклассник, ни парень из параллельного класса, а девушка. девушка, о которой, по сути, ты даже не знаешь, и уже никогда, никогда, никогда не узнаешь. потому что, видимо, этой девушки больше нет в моей жизни. через два дня нам было бы пять чёртовых месяцев, однако это уже не так. потому что мы вроде как попрощались и, наверное, навсегда. никаких больше «до следующих строчек» и никаких писем в этом конверте.

кстати, мам, знаешь, «А» — просто буква. ну, как в слове каком-нибудь там.

мам, всё в порядке. мам, я не умер.

просто… мне так хуёво, мам.