Борьба с киберпреступностью

23 декабря Гулкие шаги Хибари эхом отдавались в пустых коридорах средней Намимори, и редкие встречные люди – третий урок был в самом разгаре – торопливо склоняли головы, бормоча завучу слова приветствия. Однако Хибари не обращал на них ровным счётом никакого внимания: он был в ярости. Кёя отсутствовал в Намимори всего лишь три недели, этого требовали его исследования пламени и коробочек на Ближнем Востоке. И вот теперь, когда он вернулся, выяснилось, что в его школе – без его ведома! – творилось такое, чему названия он дать не мог. Пока, конечно, не мог, но в скором времени надеялся по справедливости окрестить это «досадным недоразумением» и «к трупам не имею никаких претензий». Дверь кабинета информатики он открыл, ударив плашмя ботинком. Та распахнулась, являя на пороге Хибари во всей красе, статного, со сбившимся галстуком и выражением сдержанного гнева на лице. В одно мгновение из-за мониторов компьютеров, расставленных рядами, на Хибари уставились сорок с лишним пар глаз. Потом староста класса полузадушено просипела: «вст… пкл…». Раздался грохот отодвигаемых стульев, пока дети торопливо вскакивали с мест и приветственно склонялись. Следом наступила гробовая тишина, в которой отчётливо скатилась со стола и упала чья-то ручка. И только тогда учитель, расписывающий на доске какие-то формулы, обернулся. Он был не японцем, или, во всяком случае, был не совсем японцем: прямые каштановые волосы на затылке собраны в крошечный хвостик, небрежно перевязанный розовой резиночкой с бантиком, глаза – непонятного цвета, тёмные, но точно не карие, навевающие мысли о хорошо разбавленной восточной крови. – Простите, кем вы будете?.. – рассеяно спросил он, хмуря брови. – Я только второй день здесь работаю, ещё не успел со всеми коллегами познакомиться. Хибари отчётливо скрипнул зубами. – Меня зовут Фестер. Дэниэл Фестер, рад встрече. А вы?.. – мистер Дэниэл (Дэниэл-сан?) торопливо положил мел на подставку у доски, подошёл поближе и, протянув для рукопожатия ладонь, тепло улыбнулся. Хибари смерил его для контраста ледяным взглядом и процедил: – Выйдем-ка. Мистер Дэниэл повернулся к классу и виновато улыбнулся. – Садитесь… садитесь, пожалуйста. Продолжайте вашу работу, я скоро вернусь. Надеюсь, вы ничего не поломаете во время моего отсутствия, нам же с вами ни в жизни потом со школой не расплатиться. Хибари на прощание обвёл съёжившихся учеников взглядом, намекая, что при поломке чего-либо ни в жизни они не расплатятся только потому, что в таком случае жизнь их будет не особо длинной. Потом кивнул на дверь, и, пропустив мистера Дэниэла вперед, вышел следом. В коридоре Хибари первым делом приподнял учителя информатики за воротник синего свитера, потряс и припечатал к стенке. Вблизи оказалось, что глаза у того были тёмно-серые. – Какого хрена? – спросил Кёя угрожающе. – Что… что вы себе позволяете? – мистер Дэниэл попытался освободиться, но Хибари держал крепко. – Это произвол! Я буду жаловаться на вас начальству! – Которому из? – насмешливо спросил Хибари, сдавливая горло учителя ещё сильнее. – Сдается мне, начальство только спасибо скажет, потому что достал ты всех по первое число. Я уезжаю на три недели, а по возвращению обнаруживаю, что в связи с болезнью Сакимото-сенсея на место учителя информатики взяли некоего мистера Фестера, европейца с японскими корнями, по счастливому стечению обстоятельств ищущего работу. Которого, по моим базам данных, в природе вообще не существует. Итак, спрашиваю ещё раз. Какого чёрта ты делаешь в моей Намимори? Мистер Дэниэл напоследок трепыхнулся, а потом примирительно поднял руки, но только для того, чтобы аккуратно поправить галстук Хибари. Он проделал это так естественно и элегантно, будто не стоял сейчас на цыпочках, задыхаясь от чужих пальцев. – Ну, ну, Кёя, не кипятись, – вздохнул поддельный учитель информатики. – Во-первых, я очень рад тебя видеть. Во-вторых, почему ты сразу решил, что это я? В-третьих, отпусти, пожалуйста, мой свитер. В сером глазу блеснул знакомый красный огонек – и пропал. – Ненавижу иллюзионистов, – процедил Хибари, запоздало вспомнив, что на самом деле Мукуро на десяток сантиметров выше, и отпустил-таки несчастный свитер. – От твоей подписи на трудовом договоре за километр разило пламенем тумана. А теперь даю тебе две минуты, чтобы убраться отсюда, да и то только потому, что я не намерен выяснять отношения в стенах школы. – Сначала нам надо поговорить, – не согласился Мукуро. – Тебе что, совсем безразлично, почему я явился в святая святых Хибари Кёи, да ещё и под чужой личиной? Проходящие мимо по коридору сотрудники старались прошмыгнуть как можно быстрее, однако ж не без интереса поглядывали на странных собеседников, и Хибари, развернувшись, первым пошёл по направлению к своему кабинету, даже не удосужившись проверить, следует ли за ним Мукуро. Как только дверь кабинета захлопнулась за их спинами, Хибари нахмурился. – Снимай, – потребовал он. Мукуро, как раз вознамерившийся сесть в кресло, подавился воздухом. – Что-о-о? Кёя, я, конечно, очень рад, что ты наконец-то поменял свое отношение ко мне, но, признаться честно, такой поворот событий даже не рассматривал. Что, прямо здесь? Прямо вот так сразу? А как же сначала, там, в кино сводить? Ну или на крайний случай предложи сперва хотя бы кофе! Хибари молча поднял тонфа с письменного стола, и Мукуро, вздохнув, приподнял руки в знак капитуляции и снял с себя – не одежду, конечно, а иллюзию. – Только не проси меня больше это делать, хорошо? Такая беспечная трата сил не по мне. Или тебе не понравился облик мистера Фестера? – Не буду, – спокойно подтвердил Хибари, – потому что сейчас ты всё мне объяснишь, а потом встанешь и исчезнешь с глаз долой. – Это невозможно, – грустно опроверг чаяния Хибари Мукуро, – абсолютно невозможно, ты уж меня прости, потому что три… два... один… Мобильный Хибари разразился стандартным звонком. – Куда делся гимн Намимори? – спросил Мукуро шёпотом, потому что Хибари уже нажал на кнопку приема звонка и выразительно замолчал в трубку. – Добрый день, Кёя, надеюсь, я не очень опоздал, – сказал телефон грустным голосом Савады Тсунаёши, – и мой хранитель тумана всё ещё живой. Я не ожидал, что ты так скоро вернёшься. – И? – зловеще спросил Хибари. – И это я отправил в Намимори Мукуро, потому что у нас серьёзные неприятности. Прости, Кёя, но в этот раз вам придётся действовать сообща. И прежде чем ты разозлишься и сбросишь мой вызов, советую тебе дослушать до конца, потому что это напрямую связано со средней Нами. – Ну, – поторопил его Хибари. – Ты такой лаконичный, – восхитился Мукуро. Хибари бросил на него предупреждающий взгляд, предлагая вспомнить, в каком положении тот сейчас находится. – Пару дней назад компьютерную базу Вонголы взломали, – сразу перешёл к сути Савада. – Ничего особенно серьёзного, глубоко копнуть у них – или у него, или у неё – не получилось, но было довольно неприятно. Я попросил Шоичи разобраться с этим делом, и к своему большому удивлению он вычислил, что атака была произведена из Японии, а именно – из средней Намимори. Хибари ругнулся сквозь зубы. – Вот именно, – подтвердил Тсуна. – У нас пока нет точной версии событий, но вполне возможно, что злоумышленники начали копать именно с тебя, Хибари. Мое желание оградить Намимори от мафии совершенно очевидно, и я бы не хотел, чтобы добытые хакером данные получили огласку. И я бы также не хотел, чтобы эти атаки повторились. Поэтому я очень прошу тебя поскорее во всём разобраться, а Мукуро будет подмогой. Я отправил бы кого-нибудь ещё, но здесь подойдет только иллюзионист: всех остальных этот некто теперь может знать в лицо. А так у вас будет элемент неожиданности. Элемент неожиданности, словно почувствовав, что речь идет про него, помахал рукой. Хибари задумался, почему Савада не отправил в Намимори Хром. Выводы напрашивались неутешительные, в которых то и дело всплывали такие неприглядные слова, как «месть», «шутка», «любопытство» и прочие вещи, которым Савада за последние десять лет учился поразительно быстро. – Буду ждать ваших отчётов. Всё, что мы успели узнать, отправлю… прости, Кёя, ничего я тебе не отправлю, потому что сам понимаешь – это теперь ненадежно. Мукуро в курсе, он расскажет. И постарайтесь, пожалуйста, управиться до Нового года. – Почему? – опешил Хибари. – Потому что сегодня двадцать третье декабря, и до Рождества вы уж точно не успеете, – туманно «пояснил» Тсуна и отключился. На комнату опустилось гнетущее молчание. – Мне бы на урок, – напомнил Мукуро. – Я всё-таки учитель! Только не смейся, Кёя, мне самому смешно. Но я честно в самолете прочитал учебник по информатике, который мне подсунул Шоичи, и ещё книжку по детской психологии, которую купил в зале ожидания. Хибари вот как раз смешно не было. По его школе, по его родной школе расхаживало как минимум два лишних и крайне преступных элемента, и ни с одним из них он пока что ничего не мог сотворить. И дело было вовсе не в просьбе Савады Тсунаёши (именно просьбе: отдавать Хибари приказы Савада, сколь бы он ни вырос за последние десять лет, старался как можно реже, а лучше – вообще пытался обходиться без них). Просто Хибари мало что понимал в кибер-преступности, а вот иллюзионист вполне мог сгодиться. – Сегодня в десять у учительской, – велел он и отвернулся, показывая, что разговор окончен. – Это свидание? – хмыкнул Мукуро голосом мистера Фестера, сообразивший, что драка с Хибари откладывается. – Это твой единственный шанс дожить до Нового года, – процедил сквозь зубы Хибари. К десяти в школе осталась только охрана и Хибари, выгнать которого никому даже бы в голову не пришло. Свет в коридорах уже не горел, поэтому, когда перед Кёей из темноты возникла незнакомая фигура, он сперва размахнулся тонфа в качестве приветствия. – Очень гостеприимно, – пробормотал «мистер Дэниэл», созерцая металлический отблеск у самой челюсти. Хибари вздохнул и с явным сожалением отвёл оружие назад. – В кабинет информатики, – велел он и первым направился вдоль по коридору. Среднюю Нами он знал как свои пять пальцев, и отсутствие света не являлось даже малейшей преградой, однако Мукуро, ориентировавшемуся на тихие мягкие шаги, приходилось куда сложнее. – Пригнись, – меланхолично заметил Хибари. – Почему я должен… ауч! Хибари метнулся обратно и успел подхватить падающий горшок с цветком из подвесного кашпо, который Мукуро снес своей головой. – Потому что это моя школа,– выразительно напомнил Хибари, – и если ты что-нибудь разобьешь, то расплачиваться за это будешь долго и мучительно. – А если я разобью себе лоб? – недовольно отозвался Мукуро, потирая оный. Хибари усмехнулся, поставил цветочный горшок на место и продолжил свой путь. В кабинете информатики они наконец-то зажгли свет. Мукуро уселся за ближайший компьютер и нажал на кнопку «Пуск», в его пальцах как по волшебству появилась флешка. Хибари облокотился на парту и немигающе уставился на медленно подгружающийся монитор. – В общем, слушай, – Мукуро откинулся на спинку стула. – Первая атака произошла три дня назад. Шоичи довольно быстро вычислил, что действовали из Намимори, но с какого именно компьютера – неизвестно. К сожалению, действия были непрофессиональные, так что нам с тобой непросто придется. По мнению Хибари, непрофессиональные действия, напротив, были подарком судьбы, но Мукуро только поморщился. – Ну что ты. Профессионалов вычислить легко: почерк, особенности использования методов, известность в определенных кругах. Непрофессионалы же спонтанны и о них никто не знает, так что нам остаётся только ждать, когда он – будем звать его «хакером» для краткости – в чём-нибудь да проколется. С этими нехитрыми объяснениями Мукуро полез под стол, чтобы воссоединить флешку и разъём. – Ты разбираешься в компьютерах? – поинтересовался Хибари. – Конечно! – отозвался Мукуро. Его филейная часть в брюках – ну, грубо говоря, не его, а Дэниэла Фестера – игриво покачивалась из стороны в сторону, и Хибари с трудом подавил в себе желание хорошенько её пнуть. – Кабель от колонок включай в зелёный разъём, а от микрофона – в розовый. – Я о кибер-преступности! – Хибари всё-таки не удержался и размахнулся ногой, но Мукуро уже ловко вынырнул из-под стола. – Вообще ничего в этом не понимаю, – признался он, но пока Хибари свирепел и тянулся за тонфа, успел пояснить, – мне Шоичи просто сказал, что делать надо. Установим с этой флешки парочку программ, и они будут отслеживать для нашего чудо-программиста всю деятельность со школьных компьютеров. – Стоп, – Хибари нахмурился, – ты собираешься установить на школьные компьютеры нелицензионные программы? Это противозаконно. На школьные компьютеры имеют право быть установлены только специально закупленные школой программы с установочных дисков. – У-у-у… – Мукуро закатил глаза. – Как тяжела жизнь правильного человека! Кёя, никто ничего не узнает. Ты в Намимори сам себе проверка. Пока Мукуро по очереди включал компьютеры, загружал на них какие-то файлы с флешки и выключал обратно, градус внутреннего счёта Хибари Кёи к хакеру неуклонно полз вверх. Однако приблизительно на восьмой машине снаружи, из коридоров, послышался невнятный шум. Мукуро по-варварски выдернул шнур, обрубая технике питание, метнулся к выключателям и погрузил кабинет во тьму. Хибари отработанным движением скользнул следом и занял место по другую сторону от двери. – Такео, мне страшно-о-о! – проныл женский голос. Его сопроводили несколько нервных смешков. – А ну не трусь! – прикрикнул мальчишечий. – Сама сюда с нами напросилась! – А если мы призрака встретим? – прошептал третий. – Ну, того самого, дух невинно замученного ученика, зашедшего однажды в кабинет ГДК. И больше его никто никогда не видел! Я слышал, что старшие говорят, будто по ночам он гуляет по коридорам и ищет своего мучителя. И однажды он предстанет перед Хибари Кёей и тогда… тогда… Хибари медленно перевёл взгляд с двери на Мукуро. Тот, присев на пол и зажав руками рот, беззвучно корчился от смеха. Хибари недовольно ткнул его мыском ботинка под ребра, но Мукуро только затряс головой и покрепче зажал рот. Наконец, отсмеявшись, он подполз к Хибари и дёрнул того за край рубашки, заставляя наклониться. – К сожалению, это уж точно не наш хакер, – прошептал он. – Я очень сомневаюсь, что ты в бытность свою школьником интересовался чем-то, кроме рэкета и дисциплины, так что считаю своим долгом просветить тебя. Это – тест на храбрость. Дети ходят по ночной школе с фонариками и боятся – а в душе и надеются – увидеть что-нибудь необычное. Ну, вроде призрака убиенного тобой, Хибари, ребёнка. Хибари оценивающе прищурился и вознамерился выйти наружу, благо, шаги как раз приближались к кабинету информатики, но Мукуро вцепился в его ноги со всей силы. – Ты что, с ума сошёл? Тест на храбрость не предполагает появление завуча Хибари Кёи посреди ночного коридора! Ты уж извини, но на тебя у детей никакой храбрости не хватит. Тут надо по-другому… Он осторожно приоткрыл дверь, и она предательски скрипнула. Шаги остановились. – Там кто-то есть! – пискнула девчонка. – Да никого там нет! – неуверенно огрызнулся парень. – Это сквозняк просто, пошли. Однако не успели ученики сделать и парочки шагов, как перед ними заклубился туман, а из тумана… шагнула полупрозрачная человеческая фигура. Дети оцепенели, и тогда призрак невинно убиенного широко развёл руки и жутким голосом с завываниями вопросил: – Где-е-е Хиба-а-а-ари Кё-о-о-оя? Многоголосый визг прорезал тишину коридоров. Попадали фонарики, а группка ребят, голося на все лады, бросились врассыпную, сталкиваясь друг с другом и стенами. Где-то вдалеке всё-таки упал и разбился многострадальный цветок. Спустя буквально полминуты послышались голоса охраны, высыпавшей на шум. Мукуро убрал иллюзию и развёл руками. – Предлагаю поскорее убираться отсюда, если ты не хочешь, чтобы охрана застала нас в кабинете информатики и начала распространять ненужные слухи. Не думаю, что наш хакер сунется сегодня в школу, раз тут выдалась беспокойная ночка. Охрана будет бдеть в оба. – Какие ненужные слухи? – подозрительно поинтересовался Хибари, торопливо запирая дверь кабинета. – Любые, которые могут насторожить хакера, – пояснил Мукуро. – Не нужно ему знать о том, что мы что-то делали с компьютерами. А вот что касается тех слухов, о которых ты подумал, испорченный ты человек, так от них тебе всё равно теперь не отверте… Пока Хибари пытался догнать и стукнуть резво ускорившегося Мукуро, охрана наконец-то добралась до второго этажа и ровно за углом столкнулась с полуночными заговорщиками. – Эээ… доброй ночи, Хибари-сан… – растерянно забормотали они, стыдливо отворачивая фонари в стороны. – А мы тут, значит, это… нарушителей пошли ловить, визгу-то было… А вы, стало быть… – А мы с мистером Хибари, стало быть, тоже их ловим, – жизнерадостно поведал Мукуро, подталкивая Хибари в спину, – ночной обход школы у нас. Не будем вам мешать, но завтра с утра Хибари-сан будет ждать от вас отчёт о происшествии. Всего хорошего, господа. И под недоумевающие взгляды охраны «Дэниэл Фестер» растворился в темноте коридоров. Хибари мысленно проклял иллюзиониста, для профилактики подарил охране свой фирменный взгляд и тоже направился к выходу. Фильтруя всё то, что Мукуро наговорил за вечер, одна мысль наверняка была верной: сегодняшней ночью хакер в кабинет информатики не проберется. 24 декабря На следующее утро Мукуро явился перед Хибари в тот момент, когда последний задумчиво рассматривал осиротевшее цветочное кашпо. Люди обтекали Хибари с двух сторон с великой осторожностью, но только не мистер Дэниэл. Он сперва прошёл мимо, затем хлопнул себя по лбу и с широкой улыбкой обернулся. – Мистер Хибари, доброе утро! Хибари помедлил, пересилил себя и ответил-таки на рукопожатие, сдавив чужую кисть так, что в ней отчётливо хрупнуло. Сквозь сжатые зубы Мукуро тихонько прошептал: – Руку пусти, ирод!.. Установлю программы на остальные компьютеры как только смогу, но, скорее всего, ждать снова придется до ночи. В кабинете информатики после обеда заседают эти ваши японские… как их… клубы. Клуб. Настоящие задроты, просиживают штаны до восьми часов вечера. Хибари выдернул руку и прошествовал вдоль по коридору, не оборачиваясь. – Спасибо за то, что показали мне вчера вечером школу, мистер Хибари! – мстительно крикнул напоследок Мукуро, убедившись, что зрителей вокруг собралось достаточное количество. Хибари выждал до половины одиннадцатого вечера, прежде чем навестить «базу» в кабинете информатики. Он не видел смысла идти раньше. В конце концов, целый день, как заведённый, он то и дело возвращался туда, только вот беспокоил его больше не неизвестный хакер, а известный засранец по имени Мукуро. Всё получалось довольно честно: Мукуро приглядывал за компьютерами, а Хибари приглядывал за Мукуро, потому что Хибари был не уверен, кто из этих двоих наносит больший ущерб моральному облику Вонголы и Намимори. Хакер – а Хибари склонялся к мнению, что это был кто-то из учеников – всего лишь украл некие не слишком ценные данные и теперь понятия не имел, что с ними делать. А вот Мукуро, расхаживающий по Намимори, сующий нос в чужие дела и очаровывающий всех вокруг, представлял опасность вполне реальную. За Намимори Хибари готов был грудью стоять. В кабинете информатики не горели лампы, зато помещение озарялось голубоватым светом монитора. Мукуро задумчиво сидел за одним из компьютеров и правой рукой раскладывал пасьянс, а левой прижимал к виску бутылку. – Я знаю, это ты перевесил кашпо на другую сторону коридора и купил новый цветок, – мрачно утвердил он, даже не оборачиваясь. Хибари хмыкнул. Да, он не удержался от такой детской мести, так как был уверен, что Мукуро запомнит про цветок и теперь пойдет в темноте вдоль другой стены. – Мистер Дэниэл чувствует себя превосходно, а вот на моём собственном теле теперь набухает шишка! – патетически провозгласил Мукуро, вздохнул и отхлебнул прямо из горлышка бутылки, в которой плескалась тёмно-рубиновая жидкость. Хибари принюхался, но запаха алкоголя не учуял. – Вишневый сок, – пояснил Мукуро, как будто прочел его мысли. – В школьной столовой сегодня купил. Хибари обогнул компьютер и встал прямо напротив Мукуро. – Ну? – спросил он, нависая над любителем пасьянсов. – Что – ну? Я свою работу выполняю хорошо! Установил программы на все восемнадцать компьютеров. Теперь Шоичи в далекой Италии может отслеживать всё, что на них делается. Только нам с тобой это мало чем поможет, потому что личность хакера, как ни крути, определить можно только при непосредственном контакте. Так что располагайся, нас ждет долгая бессонная ночка. Можем, конечно, дежурить по очереди, но ты же мне не доверяешь? Естественно, Хибари ему не доверял. Мукуро не спеша закончил пасьянс, порадовался цветным салютикам по случаю выигрыша (Хибари мимоходом взглянул на монитор – игрок «Lord of the Hell» праздновал тридцать шестую победу подряд, и Кёя всерьёз задумался, можно ли обмануть иллюзиями машину) и принялся колдовать над преподавательским столом. Сперва на нём появились горящие свечи в ажурных подсвечниках. – Это что? – опешил Хибари. – Свечи, – в тон ему, удивленно отозвался Мукуро. Они некоторое время молча гипнотизировали друг друга. Затем Хибари очнулся и потряс головой. – По технике безопасности… – начал он. – Да, да, я знаю, – перебил его Мукуро, – по технике безопасности запрещено пускать иллюзионистов в среднюю школу Намимори. Но я уже внутри, так что смирись и просто получай удовольствие. Запоздало Хибари сообразил, что свечи были иллюзорные. Следом на столе появился неиллюзорный нож, батон сервелата, пакет с булочками неопределенного цвета, бутылка газировки и кетчуп. Последней Мукуро с величайшей осторожностью водрузил на стол крошечную веточку сосны в банке из-под томатной пасты. – Ну извини! – он, узрев взгляд Хибари, насупился. – Чем богаты, тем и рады! В вашей Японии даже продуктов человеческих не купить. Так что прости, придется праздновать тем, что под рукой нашлось. – Что праздновать? – не понял Хибари. Мукуро постучал костяшками пальцев по голове, звук вышел глухим и гулким. – Сегодня вообще-то Рождество, – напомнил он. – Ты что, католик? – удивился Хибари, присаживаясь, однако, за стол. – Нет, я не католик. И ты тоже не католик. Но скажи мне, кому это хоть раз в жизни помешало отметить Рождество? Хибари был вынужден признать, что никому. Тем более, колбаса пахла очень заманчиво: Мукуро уже начал кромсать её ножом, явно утянутым из школьной столовой. Хибари решил, что на сегодняшнюю ночь он прощает Мукуро по всем пунктам. На Рождество всегда должно быть место маленькому чуду. – Еш-шли… – Мукуро прожевал кусочек булочки и с трудом проглотил сухой комок, – если сейчас сюда заглянет наш хакер, то нам даже ловить его не придется. Он так остолбенеет, что замрёт на пороге, и нам останется только подобрать его неподвижное тело. – Не только хакер, – хмыкнул Хибари. – При виде такой картины кто угодно остолбенеет, включая Саваду Тсунаёши. Мукуро критически оглядел обстановку: тёмный кабинет, свечи, нарезная колбаса и бутылка газировки. – Нет, – наконец изрек он, – Тсунаёши не остолбенеет. Он захочет присоединиться. Безумные чаепития – его слабость, это у него детская травма ещё от времен репетиторства Реборна осталась.