Борьба с киберпреступностью

25 декабря – С Рождеством, – сказал мобильный телефон Хибари голосом Савады Тсунаёши. Голосом с очень, очень странной интонацией. Хибари выжидающе молчал, гипнотизируя трубку. Мукуро, тоже желающий услышать разговор, принялся скрупулезно отгибать пальцы Хибари от телефона один за одним, получил коленом в бок и обиженно притих. – Я надеюсь, что вы весело провели эту ночь, примерно так же весело, как и я. В первом часу ночи я получил звонок из главного штаба о том, что нас снова взламывают. Мне пришлось бросить все дела и поехать к Шоичи. – Интере-е-есно, от каких это дел нашего Босса оторвали в первом часу ночи… – шепнул подслушивающий разговор Мукуро. – Я всё слышу, – намекнул Савада в трубку, и Мукуро поспешно зажал себе рот под неодобрительным взглядом Хибари. – В общем, ничего взломано на этот раз не было, но наши сервера повисли до самого утра. Это была лучшая Рождественская ночь для всего нашего аналитического отдела. – Мы разберемся, – нехотя буркнул Хибари. – Я очень на это надеюсь, – вежливо отозвался Тсунаёши и сбросил вызов. В кабинете Хибари, куда детективы перебрались перед началом занятий, повисла тишина. – Ты прости, конечно, но мы дураки с тобой, Кёя, – печально вздохнул Мукуро. – Привыкли заниматься грубой работой, где нужна физическая сила, и совсем отвыкли от работы умственной. С чего мы вообще взяли, что он использовал компьютеры из кабинета информатики?.. – С того, что ключ от кабинета информатики украсть проще всего, – признался Хибари. – Остальные компьютеры стоят в учительской, читальном зале, комнате охраны, кабинете директора и моём кабинете, и пробраться туда практически невозможно, там висят видеокамеры. – А скажи-ка мне, Кёя, можно ли, имея доступ к компьютерной сети школы, подменить записи на камерах? – поинтересовался Мукуро. Судя по резко помрачневшему лицу Хибари, имея доступ к компьютерной сети школы можно было и не такое сотворить. – Прекрасно, – закатил глаза Мукуро. – Нас ждет ещё один веселый вечер, а в перспективе – и ещё одна веселая бессонная ночка. – И чем же мы будем заниматься сегодня вечером? – поднял брови Хибари. – Тем же, чем и всегда, Кёя. Попробуем завоевать мир. – Что?! Мукуро театрально вздохнул и закрыл лицо руками. – Эх ты, невинное дитя, выросшее на японской анимации! Где твои счастливые детские годы, проведенные в обнимку с телевизором и американскими мультиками? Я говорю, сегодня вечером мы будем заниматься тем, с чего нам следовало начать ещё позавчера. Будем устанавливать иллюзорные охранки на все компьютеры и просматривать видео с камер наблюдения в попытках найти несоответствия. 26 декабря В воскресение Мукуро наотрез отказался устраивать патруль в стенах школы, мотивируя это тем, что сами боги любых религий и течений признают последний день недели днём отдыха, и если у их хакера осталась хоть капля святого, он будет отсыпаться дома, а если не осталась, то боги ему судьи, и да пусть черти замучают его бессовестную душу. Так что Хибари пришлось охранять школьные коридоры в гордом одиночестве. Он заночевал на диване в своём кабинете и на всякий случай устраивал обходы каждые два часа. Но душа хакера, видимо, не жаждала близкого знакомства с чертями, и ночь прошла спокойно. 27 декабря То, что ошибку они с Мукуро всё-таки допустили ещё в субботу, Хибари понял, заскочив утром в кабинет информатики. Он зашёл в самом начале первого урока, чтобы перекинуться парой слов с Мукуро (а заодно и убедиться, что он действительно вышел на работу… на обе работы, а не ушёл в загул после воскресения). Как ни странно, на этот раз на появление в дверях Хибари не отреагировал никто: ни ученики, ни «учитель». Они все очень задумчиво смотрели на мониторы компьютеров, и Хибари, у которого компьютеры ассоциировались теперь только со всевозможными неприятностями, обогнул рабочие столы и тоже посмотрел. На заставках всех компьютеров были растянуты безвкусные фиолетовые фоны, на которых чёрными буквами шрифтом Times New Roman недрогнувшей рукой кто-то прописал: «Я знаю, кто такой Хибари Кёя! А вы?» – Ну, предположим, я тоже знаю, кто такой Хибари Кёя, – медленно проговорил он в спины честной компании. Эффект был подобен взрыву бомбы. Мукуро сориентировался первым. Он протиснулся мимо полуобморочных детей, подхватил Хибари под локоть и быстро вытолкал его за пределы кабинета. – Охранки не сработали, потому что мы поставили их позже, чем хакер добрался до компьютеров, – заявил он. – Эти надписи сделаны в Пейнте, не иначе, причём – в субботу днём, пока мы с тобой инспектировали все остальные компьютеры школы. Этот маленький засранец выводит меня из себя! – Он знает, что за ним охотятся, но не знает точно, сколько нас. А ещё он не знает, что ему делать дальше, – согласно кивнул Хибари. – Ладно, – Мукуро вздохнул. – Это дело с надписями я как-нибудь улажу. Кажется, нам предстоит ещё одна бессонная ночь. Если бы Хибари знал, как Мукуро «уладит» дело с надписями, то, вероятно, он бы предпочел показательно избить его при всех прямо там, в кабинете, заявив, что тот, кто не уследил за школьным имуществом, должен понести наказание. Однако, общая проблема примирила Хибари с постоянным присутствием рядом иллюзиониста и несколько притупила его непереносимость ко всей их братии (и сестрии) в целом – и к одному конкретному индивидууму в частности. – Вот, – вечером, когда Хибари после рабочего дня заявился в кабинет информатики, Мукуро помахал перед его носом тетрадным листочком в линеечку, – вот он, список твоих реальных достижений, Хибари Кёя! Ведь, как известно, устами младенца глаголет истина, если, разумеется, этот младенец – не Аркобалено. – И что это? – Хибари не торопился брать подозрительный предмет. – Это я анкетирование провёл, – без тени смущения похвалил себя Мукуро. – Сказал детям, что эти надписи – такой рекламный ход, потому что местное телевидение про тебя решило документальный фильм снимать. И вот мне поручено – как совершенно незнакомому с тобой и абсолютно непредвзятому человеку – анонимно опросить людей, кто ты такой, по их мнению. Я уверяю тебя, если показать этот список Тсунаёши, то он просто будет вынужден поднять тебе зарплату, как самому волшебному, многогранному и незаменимому сотруднику Вонголы. Хибари всё-таки выхватил листок из рук иллюзиониста и неверяще уставился на него. – Вампир. Пришелец. Тайный глава британского правительства. Почему британского?! – Сложно объяснить тому, кто не смотрит телевизор, – отмахнулся Мукуро. – Тайный спецагент. Шинигами из одиннадцатого отряда. Киборг. Железный человек. Ноблесс (сережки в ухе не хватает!). Джеймс Бонд. Реинкарнация Оды Нобунаги. Китаец. Хокаге деревни Намимори. Что это за бред? – С одного ответа я прямо расплакался, – доверительно шепнул Мукуро и указал куда-то в середину списка. Там, среди оборотней, пришельцев и хокаге, аккуратным – видимо, девчачьим – почерком было написано: «Наш завуч». 28 декабря – Я так больше не могу! – Мукуро растекся по учительскому столу, прикрыв глаза. – Хибари Кёя, официально заявляю, что в Аду я видел такую работу двойным агентом! Днём меня режут на кусочки несносные дети, а ночью – невозможность спокойно отдохнуть! У меня ещё синяк не сошёл от твоего чёртова цветка, между прочим! Несмотря на то, что Мукуро был склонен к преувеличениям и театральным набиваниям себе цены, Хибари признавал, что они оба действительно на пределе своих сил. Проблему с неуловимым хакером надо было решать, и чем быстрее – тем лучше. – У меня есть идея, – поведал Мукуро. – Устроим ему ловушку. Позавчера мы выяснили: скорее всего, работал он с компьютером из читального зала. Распространим слух, что компьютер сломался, и что на завтра мы вызвали мастера – очень крутого специалиста. Возможно, наш неопытный хакер испугается, что его махинации будут раскрыты, и как-нибудь выдаст себя. В крайнем случае – навестит читальный зал, чтобы своими глазами убедиться, что ему ничего не грозит. – Глупо, – отверг идею Хибари. – Он прекрасно подчищает за собой следы, раз даже Шоичи не смог ничего сделать. – Шоичи, конечно, умный, но он – в Италии. А мы с хакером – вот они, в Японии. Кёя, давно ли ты был амбициозным бесстрашным юношей, уверенным в своей непобедимости? Хибари нехорошо прищурился, логично предположив, что Мукуро намекает на тот случай с сакурой, но иллюзионист уже и сам сообразил, что сболтнул лишнего, и поднял руки в знак примирения. – Прости, прости! Я погорячился. Но признай, что моя идея не лишена смысла. А даже если и лишена, то какая разница? Ещё одна бессонная ночь, и нам останется только расклеивать объявления со слезными просьбами сдаться нам за большие привилегии. Весь день Дэниэл Фестер убеждал учеников в том, что компьютером в читальном зале лучше пока не пользоваться, потому что кто-то покопался в настройках, и теперь нужно вмешательство очень хорошего специалиста. Также по секрету мистер Фестер шепнул старшему классу, что это как-то связано с системой видеонаблюдения, только тс-с-с-с, это не значит, что камеры не работают, и можно творить беспредел: завтра придет мастер и обязательно восстановит видеофайлы. – Я бы на такое не купился, – скептически покачал головой Хибари. Мукуро закончил установку на компьютер практически безвредного, но визуально эффектного трояна всё с той же флешки Шоичи. Когда Мукуро позвонил в Италию проконсультироваться, Ирие план обругал, назвав «дилетантским», но советом всё же помог. Читальный зал был тих и пуст. То ли звезды сегодня благоволили невольным детективам, то ли читальный зал средней Нами в принципе не был популярным местом среди учеников и учителей, но это только играло на руку Хибари и Мукуро. – А нам и не надо, чтобы ты на это покупался, – развёл руками Мукуро, обходя столы для желающих почитать книжки и присоединяясь к Хибари. – На каждую жертву своя приманка. Я только очень надеюсь на то, что мы здесь ненадолго. Он остановился и оценивающе посмотрел на монитор компьютера, по которому то и дело пробегала пиксельная рябь, а в нижнем правом углу всплывали окошки предупреждений. Неожиданно за пределами читального зала послышались целеустремленные шаги – и даже голоса. Стало очевидно, что несколько человек всё-таки решили посетить читальный зал после уроков. – Под стол! – скомандовал Мукуро и первый туда нырнул. Хибари сперва машинально пригнулся, и только потом сообразил, что в компании с иллюзионистом никакие столы в принципе не нужны. – Прикрой нас иллюзией! – зашипел Хибари. Звуки шагов и голоса раздавались уже под самой дверью. Последнее, что Хибари сейчас хотелось – это чтобы ученики обнаружили его под столом вместе с информатиком. – Ты что! – возмутился Мукуро. – А где же твой приключенческий дух? Просто представь, как вынуждены прятаться все эти спецагенты, несчастные люди, не обладающие знаниями о кругах Ада и пламени тумана? Риск – благородное дело, которое с лихвой окупается! Пока Мукуро толкал вдохновенную речь, дверь в зал открылась, и делать что-либо было уже поздно. Хибари скрючился под столом, Мукуро же вольготно растянулся на полу, подпихнув свои ноги под колени Хибари. Хибари мстительно наступил каблуком на чужую щиколотку. Мукуро спасло только то, что под иллюзией учительского ботинка у него были твёрдые шнурованные сапоги. – А Сумико вчера сказала, что Ямашита признался Мегу, представляешь? – И что, и что? – Да она отвергла его, конечно же. Будто ты не знаешь, что наша Мегу вздыхает по Ватанабэ-сенсею! Только он – крепкий орешек. – И не говори! А как было бы здорово! Что может быть интереснее запретных отношений? Девушки захихикали. Хибари недовольно цыкнул, Мукуро закатил глаза. Забредшие в читальный зал сплетничающие девушки никак не могли быть злоумышленниками. – Кстати, о запретных отношениях! – послышался звук отодвигаемых стульев. – Что вы думаете о Фестер-сенсее? Хибари поднял брови. «Ты соблазнял учениц из моей школы?» – можно было прочитать в его глазах. Мукуро покачал головой. У него был вид человека, который знает, что сейчас разразится буря и скандал и отчаянно желает это предотвратить, однако не имеет ни малейшей возможности. – О, ты тоже заметила! – с энтузиазмом откликнулся новый голос. – Весь такой манерный, улыбчивый… И у него очень тонкие запястья. Я думаю, тут всё очевидно. Мукуро с изумлением уставился на «фестеровские» – самые обыкновенные – запястья, как будто видел их в первый раз в жизни. – Да, и наш Хибари-сан тоже это заметил… – невинно отозвалась третья собеседница. Реплика снова подтвердилась хихиканьем. Теперь уже и Хибари с недоумением принялся рассматривать чужие запястья. – Девушек не бьют! – беззвучно, одними губами произнес Мукуро. – Ой, девочки, да про них такие слухи ходят! Как Хибари-сан вернулся, так ни на шаг от Фестер-сенсея не отходит. И всегда его взглядом провожает! Естественно Хибари всегда провожал Мукуро взглядом, так как ни на йоту не доверял проклятому иллюзионисту, и однажды даже успел уличить в незаконном и противоправном изменении стенгазеты на неприемлемые для школы скабрезные картинки. – А охрана их вообще ночью двоих в школе застала! Представляете? Ах, я бы все свои карманные деньги отдала, чтобы увидеть, чем они там занимались! Взрыв хихиканья. – А я, я, знаете что? Я фанфик про них написала, – шёпотом призналась одна из девиц. – Имена поменяла, конечно… Там такая история получается, что молодой и неопытный преподаватель информатики, только после университета, приходит работать в школу и тут же попадается на глаза завучу, самому злому, жестокому и беспощадному человеку в округе. И между ними вспыхивает сумасшедшая любовь! Вчера выложила на сайт. Целых пять отзывов за вечер! Продолжение попросили… И рейтинг поднять, хотя куда уж выше-то… – Оооо! Отправь мне ссылочку! – И мне, и мне! Мукуро сидел, сгорбившись, спрятав лицо в ладонях. Было непонятно, плачет он, смеётся, или же это смех сквозь слезы и он тоже хочет попросить ссылочку. Хибари застыл восковой статуей самому себе. – Эээ?! Тут с компьютером что-то странное! – раздался звук двигаемых стульев, видимо, девушки решили подобраться поближе. – Пойдемте-ка отсюда, а то скажут, что это мы сломали! Лучше дождемся, пока компьютерный клуб соберется в кабинете информатики, и у них один компьютер попросим. Под согласный гомон девичья стая упорхнула из читального зала, по пути продолжая выяснять содержание отзывов на чужой фанфик и перспективы написания продолжения. Хибари первым вылез из-под стола. Задумчиво побарабанил пальцами по монитору. – Ну, если это тебя утешит, то в девичьих фантазиях в нашей живописной паре ты определенно был… хм… сверху. – Потому что я злой? – пространно спросил Хибари, рассеяно покручивая в руках тонфа. – Потому что у меня запястья тонкие, а у тебя нет, это очень важный момент, – проявил недюжинную осведомленность о слешных фанфиках Мукуро, а в следующий момент он уже уворачивался от тонфа. Хибари было необходимо срочно выплеснуть на кого-то свое раздражение, и Мукуро подходил во всех смыслах: как косвенный виновник событий, так и просто как самый лучший элемент для вымещения злости. Возможно, Мукуро на этот раз всё-таки применил иллюзию, потому что на улицу они выскочили никем не замеченные, дружно поскользнулись на ступеньках, заметенных легким пушистым рождественским снежком, промчались по улочкам Намимори и на безлюдном пустыре устроили долгую безобразную драку. На город опустилась ночь, где-то за облаками разгорелись звезды, а Хибари и Мукуро всё дрались, дрались и дрались, и прервал их только звонок мобильного телефона. Хибари остановился, вытащил трубку и сумрачно уставился на дисплей. Мукуро как подкошенный упал на снег, обратил лицо к небу и принялся ловить языком снежинки. Иллюзия Дэниэла Фестера давно с него слетела, и теперь роскошный иссиня-чёрный в темноте хвост собирал с земли ошметки листьев, травы и грязного снега. – Это Савада Тсунаёши, – пояснил Хибари. – Ну так ответь, – предложил Мукуро, – он же тебе звонит. – Естественно мне, ты же оставил свой телефон в школе, – едко напомнил Хибари, но вызов принял и тут же поставил на громкую связь. Савада Тсунаёши некоторое время печально молчал в трубку, потом вздохнул. – Я не уверен, что хочу знать, чем вы оба были заняты, пока хакер буквально полчаса назад взламывал Инстаграм Бьянки, – поведал он. – Особенно если учесть, что я слышу, как тяжело дышит Мукуро на заднем плане. Но, к своему сожалению, я прекрасно знаю, чем вы занимались. Признаю, что отправить к тебе Мукуро, Кёя, было не самой лучшей идеей, но, по правде говоря, мне срочно был самому нужен иллюзионист, и выбирая между твоими нервами и своими, я выбрал себя, прости. Так что Хром осталась в Италии, а Мукуро улетел в Японию. – Произвол власть имущих, – пробормотал Мукуро с земли. – Я понадеялся, что вы сможете воздержаться от драк хотя бы неделю! – печально закончил Савада. – Бьянки очень расстроена, знаете ли. Вот теперь делайте что хотите, но до Нового года хакера мне поймайте. И отключился. – Инстаграм Бьянки, значит, – задумчиво произнес Мукуро. – Ты видел её Инстаграм? Особенно те фотографии, где она на море в купальнике. Я аж засмотрелся. – Да, Инстаграм Бьянки – действительно стратегически важный объект,– так же задумчиво произнес Хибари, фыркнул, а потом они оба тихонько рассмеялись, знаменуя окончание сегодняшнего бредового вечера. 29 декабря – Кёя-кун, Мукуро-кун, – Нана вежливо постучалась и заглянула в гостиную, – если вам что-нибудь ещё понадобится, то я у себя в комнате. «Кёя-кун» и «Мукуро-кун» тепло её поблагодарили. На журнальном столике уже стояли кружки с горячим чаем, вазочка с конфетами, тарелка с бутербродами, открытые рыбные консервы и стопка оладьев. Разумеется, они оба никогда не были завсегдатаями гостеприимного дома Савад, однако Нана, ничуть не постаревшая за прошедшие десять лет, была по-прежнему рада любым гостям. Два часа назад Мукуро наотрез отказался разрабатывать план поимки преступника в опостылевшем ему за несколько дней и ночей кабинете информатики, а Хибари наотрез отказался приглашать Мукуро в свой дом. В итоге они, расхаживая по улицам Намимори туда-сюда, случайно натолкнулись на Нану – она возвращалась домой с рынка – и были радушно приглашены «на чаёк». – Не мне, конечно, произносить такие слова, но Нана – святая женщина, – Мукуро смастерил бутерброд из… бутерброда и оладьев и с удовольствием испробовал кулинарный изыск. Хибари сделал глоток чая и посерьёзнел. – Что будем делать завтра? – Нда, вопросик не из простых. У нас будет только один шанс, если мы его упустим, то злоумышленник затаится, и Тсунаёши очень сильно расстроится. Хибари презрительно дернул уголком губ, показывая этим своё отношение к тонкой душевной организации Савады. Вопрос поимки хакера теперь стал делом чести – местами уже запятнанной неудачными попытками и поруганной девочками-слешерами. – Предлагаю устроить полицейскую облаву, – предложил Мукуро. – Наш друг – не дурак, и прекрасно понимает, что его уже разыскивают, но продолжает играть с огнём. Естественно он запаникует, если припугнуть его, и попробует бежать, а мы – тут как тут. – Ну да, а если его завтра не окажется в школе? – с сомнением произнес Хибари. – Тогда он просто затаится, и мы замучаемся выяснять по классным спискам, кто отсутствовал, а потом ходить по их домам и вычислять преступника. – У тебя есть вариант получше, если не рассматривать тот, где мы просто запираем их всех в кабинетах и тонфами и трезубцем выколачиваем правду? Следующий час Мукуро и Хибари провели в жарких спорах, запивая их не менее жарким чаем и закусывая медленно остывающими оладьями. А ещё через час в гостиную заглянула Нана. Она улыбнулась, укрыла своих гостей, крепко спящих в креслах, пледами, погасила свет и на цыпочках вышла из комнаты. 30 декабря Общешкольное собрание действительно оказалось общешкольным – во всех смыслах этого слова. Актовый зал с трудом вместил всех, включая преподавателей и охранников. Средняя Намимори с изумлением взирала на людей в полицейской форме, расположившихся по периметру зала. В углу сцены стоял завуч, Хибари Кёя, мрачно скрестив руки на груди, а в центре, неуверенно перекатывая в руках микрофон, расположился учитель информатики Дэниэл Фестер. – Прошу прощения за то, что сорвал вам уроки, – извинился информатик, и ученики поддержали его благодарным свистом, который, однако, быстро стих, стоило Хибари Кёе сделать маленький шажок вперед. – Я вынужден сделать небольшое объявление. На самом деле я не учитель информатики, а представитель внешней разведывательной службы Японии. Я находился здесь с секретным заданием, которое, ввиду обстоятельств, больше не является секретным. Мы разыскиваем шпиона, который совершал преступления в информационной сфере… именно отсюда, из средней Намимори. По залу пробежал шепоток. Во всякие шпионские игры среднестатистические обыватели верили с трудом. – Всё здание оцеплено нарядом полиции, – повысил голос мистер Фестер. – Главный вход, два запасных выхода, а также окна первого этажа охраняются. Киберпреступника, находящегося среди вас, прошу не совершать глупостей и сдаться добровольно. В случае чистосердечного признания мы дадим гарантию смягчения наказания. Учителя волновались. Ученики на разные голоса обсуждали происходящее. Полиция не двигалась с места. Хибари Кёя хмурился. Дэниэл Фестер продолжал убеждать зал в необходимости сотрудничества. Буквально через три минуты дверь, ведущая из кухни, примыкающей к столовой, на задний двор, приоткрылась. Из неё воровато выскользнул щуплый пацан лет пятнадцати. Он огляделся кругом, пробежал вдоль высоких кустов и собирался, обогнув по широкому кругу спортивную площадку, нырнуть в дырку в сетке забора. Но его планам было не суждено сбыться. – Попался, голубчик, – перегородил ему путь Дэниэл Фестер собственной персоной. Пацан развернулся и врезался в Хибари, неожиданно выросшего у него за спиной. Парень метнулся в одну сторону, в другую, понял, что деваться ему некуда и перепугано обмяк в чужих руках. – Да я что, я ничего! – зачастил он. – Я случайно! Хотел просто попробовать поиграться с камерами наблюдения, а там такой случай подвернулся влезть в кабинет к Хибари-сану! Я – к компьютеру, а там такое, мафия, Италия, жуть! Ну и решил пошутить немного, другие, вон, систему безопасности Пентагона взламывают, а я – всего лишь средней Намимори! – Готов подержать его, пока ты выбиваешь ему зубы, – предложил Мукуро, – но только если ты пообещаешь потом уступить очередь мне. Я должен ему за разбитую цветочным горшком скулу и ночные бдения в кабинете информатики. – Мне он задолжал куда больше, – кровожадно оскалился Хибари, имея в виду всё сразу: и честь школы, и неделю, проведенную вместе с Мукуро, и надоедливого Саваду, и даже фанфики безудержных японских школьниц. Парень коротко взвыл и зажмурился. – И не стыдно вам ребёнка обижать? – вопросил укоризненный мягкий голос. Хибари и Мукуро резко обернулись. На асфальтовой дорожке, ведущей к школьным воротам, стоял Савада Тсунаёши. Откуда он тут взялся, как сумел подойти так тихо, и какого чёрта вообще происходит, Хибари с Мукуро не знали. Зато подозревали, что столь ожидаемая кровавая развязка детективной истории отменяется. – Что? – поинтересовался он в ответ на два мрачных взгляда. – Я вообще мимо тут проходил. Приехал, чтобы маму на Новый год в Италию забрать. Дай, думаю, вспомню детство, навещу свою школу. Смотрю, а тут вы. Ребёнка бить собираетесь. – Да он же… – начал Мукуро в запале и осекся, осознав, что застав их всех в подобной ситуации, Савада-то уж точно догадался, что это за ребёнок и что здесь происходит. Тсуна поманил мальчика к себе, и тот пулей вылетел из рук Мукуро. Босс семьи Вонгола покровительственно улыбнулся, подтолкнул ребенка вперед, а сам хлопнул себя по лбу, как будто что-то вспомнил. – Мальчишка – гений, – доверительно шепнул он Хибари с Мукуро. – Отдам его Шоичи на перевоспитание, авось, выйдет чего хорошего. А от вас я жду подробного отчёта, можно даже в одном экземпляре. Кстати, с наступающим. Надеюсь, вы успеете прилететь обратно в Италию на наш семейный праздничный ужин. И с этими словами Савада подмигнул опешившим «детективам» и повёл перепуганного пацана к выходу из школы. Мукуро и Хибари, скрытые пламенем кольца Тумана, стояли в дверях актового зала, пока ученики, обсуждая недавнее представление, не спеша шли обратно на занятия. На сцене иллюзорный Дэниэл Фестер долго и витиевато извинялся, что произошла ошибка, и он, кажется, перепутал школы, а то и вообще – города. Или даже страны. Компьютерные методы поиска иногда бывают такие неточные. – Вот счастье-то, математику пропустили, а я подремала немного, – мечтательно протянула одна из учениц, сладко потягиваясь. – А я продолжение для фанфика придумала, – подхватила вторая, – ну, про Хибари-сана и Фестер-сенсея… хотя, он же не сенсей на самом деле, да? В общем, там будет про то, что новый учитель информатики на самом деле оказывается жестким и властным полицейским, работающим под прикрытием, и теперь ему нужно допросить завуча, который уже настолько влюблен, что готов сделать всё что угодно… – Да, Кёя, боюсь, рано я тебя обнадежил, – притворно вздохнул Мукуро. – Во второй части тебя даже более мощные запястья не спасут. Работа полицейским – это перевешивающий фактор знаешь ли… Я, кстати, ссылочку у неё подсмотрел на уроке информатики. Как ты думаешь, это сойдет в качестве отчёта для Тсунаёши? А то так лень самому расписывать нашу с тобой недельку… Хибари молча достал тонфа и улыбнулся.