Имя ей Счастливая. В поисках дома

– Бэсс, ты сказала, что в Вас стреляли? Девушка смогла только кивнуть в ответ, потому что в этот момент ее душили слезы, и она, можно сказать, была на грани истерики. Фелиция же в этот момент разрезала рубашку на спине Гарта. – Он закрыл меня собой… – тихо пробормотала девушка-вервольф. – Господи, это дробь, – добравшись, наконец, до ранений, ужаснулась Фелиция. Мелких пулевых отверстий было так много, что Фелиция просто не знала, с чего именно ей начать. Ее руки предательски дрогнули, но она мгновенно сжала их в кулаки и отвернулась к аптечке, чтобы немного успокоиться. Взяв в руки антисептик и шприц с обезболивающим, Фелиция вновь повернулась к Бэсс. – Сколько раз в Вас стреляли? – Я… я не знаю… – заикаясь, ответила девушка, – было много выстрелов… так много… – Бэсс, успокойся, – Дин сжал плечи Бэсс и заставил ее посмотреть на него, – тебе нужно сосредоточиться. – Что тут у Вас происходит? – голос Сэма привлек внимание всех присутствующих. Он только зашел в кабинет, когда неожиданно Фелиция метнулась к нему. – У вас в аптечке есть хирургические инструменты, я видела. Принеси их, срочно. – Что ты хочешь сделать? – Сэм напрягся от напора Фелиции. – Сэм! Неси аптечку! Голос Дина заставил брата взглянуть на него, и в следующую секунду он уже выскочил из кабинета, в то время как Фелиция стала набирать обезболивающее в шприц. Вот только дозу она набрала двойную, что не ускользнуло от внимания Дина. – Не многовато ли? – В самый раз, – даже не взглянув на Дина, ответила Фелиция и тут же воткнула иглу в плечо Гарта. Отбросив шприц в сторону, Фелиция принялась за раны, и то, что она увидела, заставило ее забеспокоиться сильнее. – Сколько было выстрелов из дробовика? – повторила свой вопрос Фелиция, чувствуя, как холодеют руки от своего не самого приятного открытия. – Один… или два… – проскулила Бэсс. – Такое оружие перезаряжают для следующего выстрела, ты слышала звук перезаряда? – не унималась Фелиция. – Кажется, нет… – К чему такие подробности? – Дробь серебряная, – ответила Фелиция, обведя края одной из ран, что были обожжены, – мне нужно точно знать, сколько было выстрелов, чтобы определить, сколько дроби попало в Гарта. Каждая из этих серебряных пуль сейчас убивает его. Говорить что-либо еще было бессмысленно, да и времени на это больше не было. Как только Сэм вернулся с инструментами, Фелиция тут же принялась за дело, искренне надеясь, что они не опоздали, и Гарта все-таки удастся спасти. Фелиция доставала одну дробь за другой, и порой у нее уходило на это слишком много времени, но она не собиралась сдаваться. Когда была удалена последняя дробинка, а раны аккуратно промыты и зашиты, девушка неожиданно покачнулась, словно все силы, что она так старательно берегла, просто разом взяли и иссякли. – Давай, я закончу, – предложил Сэм, заметив явную усталость Фелиции. Девушка встретилась с заботливым взглядом Сэма и еле заметно кивнула. Она отошла в сторону и чуть заметно поморщилась от боли в ребрах, царапины на которых напомнили о себе только сейчас. – Он будет в порядке? – с нескрываемой надеждой в голосе спросила Бэсс, продолжая при этом гладить мужа по голове. – Думаю, да. – Он – крепкий парень, Бэсс, – подбодрил девушку Дин. Фелиция слышала, как дружественно и заботливо звучал голос Дина по отношению к другу и его жене, и противная мысль о том, что она ни разу не слышала ничего подобного от него в свой адрес, тут же кольнула ее в самое сердце. – За Гартом нужен уход, – Фелиция сняла перчатки и устало потерла глаза, – желательно, чтобы врач понаблюдал за ним. – Один из прихожан отца, мистер Томпсон, раньше работал в больнице Святого Патрика. – Кстати, о прихожанах, – Дин вдруг насторожился, – а где они собственно все? Неужели никто не слышал выстрелов? И где твой отец, Бэсс? Где пастор Майерс? – Они все уехали, – ответила девушка, – еще утром. – Уехали? – Отец решил перевезти общину подальше отсюда. – Но почему? Девушка не ответила, и, кажется, Дин и Сэм поняли, что причина такого масштабного бегства со стороны целой стаи вервольфов кроется во Тьме. – Что-то надвигается, – тихо проговорила Бэсс, крепче сжав ладонь мужа, – что-то темное и пугающее… Мы чувствуем это… и… это пугает. – Чего вы боитесь? – спросил Дин. – Смерти? – Нет, – также тихо ответила Бэсс, – мы всегда знали о своей сущности… знали, что мы такое, и смерть никогда нас не страшила. По крайней мере, не больше, чем таких, как Вы. – Тогда, что же? – Это сложно объяснить… Страх, он другой.… Словно то, что пришло в наш мир, может лишить нас души… лишить нас себя самих, и этот страх… он пронизывает нас, выжигает изнутри, вынуждая прятаться и скрываться. Последние месяцы мы живем с постоянной оглядкой, но теперь охотники здесь не причем. Мы стали бояться темноты… Эти слова прозвучали довольно-таки пугающе, ведь кто-кто, а оборотни ночные создания, и темнота для них, как дом родной. – Почему же Вы с Гартом не уехали с остальными? – Мы как раз собирались. Даже вещи в пикап загрузили, когда на нас напали. – Давайте подведем итог, – Дин обошел стол, на котором по-прежнему лежал Гарт, и встал посреди кабинета, – нашему горе-волчонку нужен уход врача. Фелиция только кивнула в знак согласия. – Но раз в больницу Вы двое ехать отказываетесь, – обращаясь к Бэсс, продолжил Дин, – я вижу только один выход из сложившейся ситуации. Мы отвезем вас к твоему отцу, где о Гарте смогут позаботиться. – Ты прости, Дин, но это не самый хороший план. Несмотря на то, что наша семья доверяет вам, для остальных вы по-прежнему охотники. Нам стоило больших усилий найти новое место жительства, и если я приведу вас туда… – Штопать придется нас, – закончил за нее Дин. – Но мы не можем оставить вас здесь одних, теперь это не безопасно. – Я и сама не хочу, – честно призналась Бэсс. – Тогда нужен компромисс, – предложила Фелиция. – Ты о чем? – Лучше всего будет, если Бэсс позвонит отцу и попросит его выехать нам навстречу. Так никто не узнает о вашем новом доме, а мы убедимся, что Вы добрались до своей семьи. – Отличная идея, – оживился Сэм, – тогда нам будет лучше разделиться, потому что в одну машину мы все равно не поместимся. Дин с Фелицией поедут вперед, а я с Гартом и Бэсс следом. Фелиция никак не ожидала, что ее предложение приведет к таким последствиям. Ехать в машине с Дином наедине ей совсем не хотелось, и, судя по вполне красноречивому взгляду старшего Винчестера, ему эта идея самому не особо-то нравилась. Его бесила эта девчонка, и Дин даже не пытался этого скрыть, особенно сегодня после их перепалки. Не теряя времени, все четверо начали приготовления к отъезду, потому что за окном уже давно рассвело, и нужно было покинуть это место, пока их кто-нибудь случайно не увидел. Пока Бэсс разговаривала с отцом, Фелиция все время оставалась рядом с Гартом, который по-прежнему был без сознания, но, по крайней мере, его раны больше не кровоточили, и серебро в них не отравляло организм. Отчасти Фелиция была рада тому, что ей хоть на пару минут удалось остаться одной. Она уже больше суток не спала, и неизвестно когда вообще сможет поспать. Усталость была неимоверной, особенно после нескольких часов, что она провела на ногах в попытке спасти жизнь Гарта, да и саднящая боль в боку никак не давала ей расслабиться. Пока братья не заметили ее ранения, и Фелиция очень надеялась, что так и будет. Все равно им нужно будет где-то остановиться, чтобы передохнуть, и тогда уж Фелиция сможет привести себя в порядок, а пока она лишь смогла чуть отодвинуть футболку и приложить повязку к ране. Достав из аптечки обезболивающие таблетки, девушка быстро проглотила пару из них, а оставшийся блистер сунула в карман. Дин и Сэм осторожно донесли Гарта до машины и помогли ему устроиться на заднем сидении в объятиях своей жены. Его голова оказалась на коленях Бэсс, в то время как сам он лежал на боку, тем самым ослабляя давление на спину и на часть ран на животе. Такое положение должно было помочь ранам Гарта затянуться быстрее. – Поезжай первым, – обратился к брату Сэм, залезая в пикап со стороны водителя, – мы поедем следом. Дин только кивнул и захлопнул дверь пикапа. Фелиция же стояла все это время возле Импалы, по возможности оттягивая момент, когда она снова окажется в салоне машины. Вот только на этот раз ей предстояло прокатиться на пассажирском сидении рядом с Дином, потому что он решил часть своего арсенала переложить в салон. Перестраховывался, но так было нужно. – Садись, давай, – скомандовал Дин, – или тебе особое приглашение нужно? Фелиция только фыркнула в ответ и, запахнув плотнее свою куртку, опустилась на сидение рядом с Дином. Она не смогла удержаться и с силой хлопнула дверцей Импалы, из-за чего тут же заработала злобный взгляд Дина. Мужчина покраснел от злости, но ничего не сказал, но стоило ему завести двигатель и тронуться с места, как Фелиция поняла, что Дин не привык оставаться в дураках, и его месть только начинается. Машина резко сорвалась с места, и Фелиция от страха тут же вжалась в кресло, вцепившись пальцами в ручку двери. Рана на ребрах вновь заныла от напряжения, и девушка не сдержала болезненный вздох. Дину хотелось ответить Фелиции, хотелось сказать что-нибудь колкое и язвительное в ответ, но сил и желания у него уже не было. Единственное, что мог сделать Дин, так это сосредоточиться на одном из самых любимых занятий в его жизни: вождению его детки. Как всегда резво сорвавшись с места, отчего мелкие камешки гравия выскочили из-под колес, Дин вырулил на дорогу и в этот момент услышал тихий стон со стороны Фелиции. Он обернулся к ней и заметил, что она одной рукой крепко держится за ручку двери, а другую яростно прижимает к животу, словно обнимая себя. – Что с тобой? – Следи за дорогой, – огрызнулась Фелиция, искренне надеясь, что она переживет это путешествие. Дин тихо выругался, но все же вновь уставился вперед на серое полотно асфальта, быстро скрывающееся под колесами Импалы. Включив приемник, Дин сделал звук громче и стал тихо подпевать одной из своих любимых рок-групп, но в то же время скорость чуть сбавил. Он убеждал себя, что сделал это только потому, что Сэм на старом пикапе Гарта вряд ли угонится за ним, хотя где-то на задворках сознания Дин понимал, что причина не только в этом. Он не хотел пугать Фелицию, несмотря на все их разногласия и стычки, ведь она сегодня спасла Гарта, и от этого Дин снова чувствовал себя перед ней в долгу. Фелиция заметила, что машина сбавила скорость, но никак не стала это комментировать, потому что сил у нее практически не осталось. Ей так хотелось спать, но как и раньше у нее никак не получалось заснуть, она просто не знала, как ей это сделать. Следующие четыре часа тишину салона Импалы нарушали лишь короткие разговоры Дина с братом по телефону о состоянии Гарта и рок-музыка, к которой Фелиция уже успела привыкнуть, ведь у ее брата были точно такие же предпочтения в музыке. Все это время Фелиции никак не удавалось расслабиться, о чем непременно напоминала ей рана на ребрах. Обезболивающее уже перестало действовать, а возможности незаметно выпить новую порцию девушке пока не представилось. Фелиция провела рукой по ребрам чуть ниже своей раны и устало прислонилась к холодному стеклу. Дин всю дорогу незаметно поглядывал в сторону Фелиции, потому что внутренний голос ему подсказывал, что с ней что-то не так. Она была раздражена больше обычного, да и поза ее была чересчур напряженной, даже для человека, что боится ездить в его машине. К тому же при дневном свете было заметно бледное лицо девушки. – Ты когда в последний раз спала? – впервые за всю поездку Дин нарушил молчание, чем очень удивил Фелицию. – К чему такая забота? – огрызнулась девушка, но все же посмотрела на своего спутника. – Тебе что, сложно ответить? – Чуть больше суток назад, – все же ответила Фелиция, вновь прислонившись головой к холодному стеклу. Дин открыл рот от удивления, ведь он был почти уверен, что Фелиция спала в машине по дороге к Гарту, хотя стоило ему задуматься об этом, как Дин понял, что действительно не видел ее спящей. Он уже хотел спросить, почему она не спит, как вдруг его взгляд остановился на ладони Фелиции, что была еле заметна из-под куртки и которую еще недавно она прижимала к себе. На тонких девичьих пальцах была кровь. – Откуда кровь? – немного резко спросил Дин, отчего Фелиция невольно вздрогнула и поморщилась от кольнувшей боли в боку. Девушка проследила за взглядом Дина и только в этот момент заметила на своих пальцах кровь, которая, по-видимому, просочилась сквозь повязку. Дин помнил, что Фелиция зашивала и обрабатывала раны Гарта в перчатках, и вряд ли это могла быть его кровь, а даже если бы это было и так, то она уже давно должна была засохнуть. Нехорошее предчувствие кольнуло Дина, и он рывком отдернул подол куртки Фелиции, чего девушка никак не ожидала. – Твою мать, Фелиция! – завопил Дин и резко ударил по тормозам.