Пятьдесят слов

Небольшой деревянный ларец так и приманивал взгляд — Аня то и дело на него косилась, но открывать не решалась. Подруженьки-служанки тоже не отставали: всё смотрели и тайком хихикали. Как же, все знали наверняка — от него подарочек-то, не первый раз уже. Рука нерешительно потянулась к ларцу, пальцы пробежались по красивой резной крышке. Может, перестать уже гонять его?.. Год всё не сдаётся, на других девушек-то, кажется, и не ведётся, уж на что видный… Аня закусила губу и отвернулась. Дружинники постоянно в походах, кто знает цену их словам верности? А он ещё и не здешний… Вернётся к себе на родные земли — и поминай как звали. Наташа, самая близкая подруга, отошла от своего угла и села рядом с ней. — Доколе ты его ещё мучать будешь, Анечка? — С ласковым, но всё же упрёком проговорила она и ненавязчиво подвинула к ней шкатулку. — Он просил передать, что они в поход отправляются скоро. Собираются внизу, должно быть. Аня снова взялась за ларец. Повернула замок, откинула крышку. Даже не вынимая было видно, что в нём лежал платок, да какой! Не слишком яркий, узорчатый — золотистые нитки так и переливались на солнце. А рядом букетик. Незабудки. — Поставишь их в воду, хорошо? — Аня вытащила цветы, а сам ларец закрыла и убрала. Наташа и опомниться не успела, как в комнате её уже не было. Во дворе было людно. Служанки бегали туда-сюда с последними поручениями и делами, дружинники проверяли нехитрую поклажу. Хенрик был здесь же, уже собранный, и говорил с кем-то из других дружинников. Заметив Аню, как она осторожно машет ему, он вежливо закончил разговор и подошёл к ней. И как всегда, что-то неуловимо поменялось в нём, стоило только оказаться с ней рядом. А ещё взгляд — то ли робким он становился, то ли и вовсе ласковым… — Здравствуй. — На не родном языке он все ещё говорил неумело, грубовато, но понятно. И улыбнулся так тепло… — Здравствуй. — А Аня смутилась, потеребила кончик длинной косы. — Платок очень красивый, спасибо, да и незабудки тоже. Ты… — Она вытащила что-то из кармашка сарафана и сжала в ладони. — Дай руку, пожалуйста. Хенрик послушно протянул руку, Аня завернула рукав… Несколько секунд — на широком запястье заалела завязанная на узел девичья лента для волос и скрылась под развёрнутой обратно тканью. — На удачу. — Аня подняла взгляд: голубые, как воды чистого ручья, глаза смотрели внимательно и неверяще. А девушка вдруг подалась вперёд, встала на цыпочки и обняла за шею крепко-крепко. — Ты только возвращайся оттуда. А я ждать тебя буду. Юноша стоял неподвижно самые несколько мгновений, а затем обнял Аню в ответ, так осторожно, словно прижми он её чуть сильнее — и она рассыплется прямо у него в руках, или растает, точно видение. — Вернусь. — И прибавил, вдохнув цветочный запах волос: — Обещаю.