Я тоже боюсь

- Слушай, может разъедемся? - Романенко сделал вид что ему все равно, ковыряясь вилкой в лапше. Семен вытаращил глаза и даже перестал жевать от удивления. Да, он вел себя подозрительно все это время, но зная Глеба, был уверен что ему это будет не важно и он ничего не заметит. А выходит... - Ну, а что ты так смотришь? Тебя словно подменили. Прям не пойму, что к чему, Сём. Словно избегаешь меня. Ну неделю потерпел, ну другую, так ты же не говоришь что с тобой происходит. Про твою личную жизнь я в курсе, вот только это же из другой оперы. Как-то напряжно стало общаться. Естественно, Глеб говорил это не всерьез. С Лобановым было удобно жить и классно общаться, и вовсе он не собирался его... отпускать. Особенно после того, как сделал некоторые выводы для себя. Фил загадочно уставился на Глеба, его глаза хитро поблескивали, а на губах появилась кривая улыбка. - Фил, ты во мне сейчас дыру просверлишь. - Глеб не мог даже глаза закрыть и поваляться, пока Быков не пришел, взгляд Фила прожигал насквозь. - Глеб, ты извини конечно, может это не моё дело... Но... - Фил вдруг замялся и густо покраснел. Брови Глеба поползли вверх. Он улыбнулся. - Что такое Фил? Ты себе девушку нашел? Ну, рассказывай! - Да нет, это не имеет отношения ко мне. Я просто заметил что... Ну, у вас с Семёном теперь отношения, да? - выпалил он. - То есть? - Ну... Любовь? - Фил, что за шутки? Вроде как не актуально уже. - Глебу отчего-то было совсем не весело. Да и серьёзная мордаха Фила смущала. - Извини, Глеб. Просто ты так на него смотришь, да и он. Сам понимаешь, как мне эти взгляды знакомы. Глеб озадаченно хлопал глазами. - Да вы рехнулись все! - пробормотал он и резко поднявшись, вышел из ординаторской. *** В тот вечер Семён пошел на свидание с какой-то девахой, с которой познакомился в метро. Это явно было ради секса на одну ночь, хотя Глеб уверял себя, что был рад остаться в одиночестве хоть сегодня. Он мог поехать в клуб и найти себе красивую барышню, но вместо этого доехал до дома и завалился на диван даже не сняв куртку. Что-то происходит. Их с Семёном отношения стали слишком странными, и все стало не таким, как раньше. Постоянные недомолвки, и если раньше Глеб мог уверенно поручиться за друга в плане его мыслей, сейчас он даже за свои мысли не мог быть в ответе. Было чертовски сложно разобрать что к чему. С каждым днем доверия было все меньше и меньше. Глеб налил себе прозрачной крепкой жидкости в стакан, и вновь задумался. Ну что за чушь, какие такие взгляды? В горле, а затем в груди потеплело. Но он ведь ещё не сделал ни глотка. Глеб с сомнением уставился на стакан. Да что, черт возьми, происходит вообще?! Примерно через час раздумий, Глеб принял лишь одно решение. Он не будет ничего больше решать кроме одного: с Семёном он ссориться не будет ни под каким предлогом. И пусть горят огнем все несказанные слова, подозрения, и это чертово тепло в груди. Плевать. Хватит намеков, он попросит прямого ответа и получит его. И не важно что ответит Семён, потому что не будет правых и не правых. Лобанов молчал. - Все нормально, Романыч... - было прекрасно видно что он не рад этому разговору. - Что ты тут... - его руки привычно рисовали круги в воздухе, как всегда, когда он волновался или нервничал. - Придумываешь?? Глеб поднялся и остановился возле Семёна. Наклон, и вот уже их лица - сидящего за столом Семена и наклонившегося Глеба - практически касаются друг друга. - Просто признайся что ты испугался. - нарушил звенящую тишину Глеб серьезным шепотом. Казалось что-то внутри Семена сейчас взорвется. С каждой секундой это что-то становилось все опаснее. Одни глаза не отрываясь смотрят в другие. Вопрос. Спор. "Да, я боюсь, но ты не узнаешь об этом". "А с чего ты взял что я не знаю? Я тоже испугался". - Сука! - Семен резко вскочил и схватив куртку с вешалки, ураганом вылетая за дверь. *** В комнате тишина, только часы нервно постукивают на стене. Лишь бы ни о чем не думать. Глеб устало откидывает голову назад. На часах двенадцать десять ночи. Он сидит на подоконнике и смотрит в окно, ловя взглядом яркие московские огни. В голове опять туман, словно на плечи опустилась какая-то чужая ноша. Глебу не было все равно, но он не собирался ни сдаваться, ни бороться. Он ощущал немного непривычную уверенность в завтрашнем дне. Он все равно придет. Они не пропадут. В этом всем есть какой-то с... Хлопок двери. Глеб слегка вздрагивает, но тут же успокаивается. Огни ночного города помогают забыться. Нутро будоражит только запах, который промчался по комнате с появлением друга. Семён тихо подходит, стягивает с подоконника, и как-то очень по-детски прижимается к щеке. Внутри клокочет что-то пугающе неизведанное, отчего приятно покалывает кончики пальцев. Тело немеет и горит, его окутывает трепет. - Я что-то такое чувствую... - хрипло шепчет Семён в темноту. - Я знаю. - Глеб обнимает друга за шею очень мужским движением. Внутри пожар. Горят воспоминания, переживания, страх. Плавятся огни ночного города в окне, и силуэты предметов в темной комнате. Глеб притягивает друга к себе, губы ласкают, будоражат, манят. Проникают нежно и глубоко, вплетая такой знакомый вкус сигарет. В голове ураган и мысли мчатся со скоростью света, оставляя лишь туман. Останавливать себя уже поздно, губы кажутся до нереального родными, словно всю жизнь их знал, и уже нет ощущения что переступил черту, ведь все должно быть именно так. Руки Семёна несмело проникают под рубашку, отчего в конец перехватывает дыхание. Глеб ответно задыхается от сладкого возбуждения блуждающего между ними, упивается им, словно не умеет дышать иначе. Длинные пальцы Семёна скользят по затылку, притягивают к себе, не желают отпускать. Рисуют пылающую дорожку от запястья к обнаженному плечу, окуная в омут какого-то космического бреда. Глеб дрожит. Ни одна девушка не смогла одним лишь нежным прикосновением пробудить такую первобытную дрожь. Его горячие губы касаются нежной кожи под подбородком, ловят тихий стон. Слова витают где-то на задворках разума. Хорошо бы остановится, пока не поздно. Но руки не слушаются, пальцы обнимают затылок, стягивают рубашку с Семёна, скользят по белоснежным плечам. - Подожди. - Задыхаясь, Семён все же находит в себе силы остановится на несколько секунд. Говорить мешает горячее дыхание Глеба, но Семён серьёзно и осознанно смотрит в глаза. - Глеб, послушай меня. Ответь... - глоток воздуха. - Мы ведь друзья? Нет, нет... - Семён прижимает друга к себе, поймав его обеспокоенный взгляд. - Не в том смысле что мы обо всем будем должны забыть. Я имею в виду, что мы ведь все равно будем доверять друг другу? Ничего не изменится в худшую сторону? Глеб игриво хмыкнул в плечо Лобанову. - Дурак... - заглянул в черные глаза. - Конечно. - шепнул он в губы другу и потащил того на кровать.