Старый добрый новый мир

В приятной полудреме повернувшись на другой бок, я попытался нашарить Веру. Так люблю ее сонную и теплую прижимать поближе с утречка, чтобы она улыбалась и бормотала что-нибудь... Подскочив, как ошпаренный, не в той комнате, в которой засыпал, я с ужасом уставился на левую руку, имеющую нормальный цвет и прекрасно двигающуюся. И никакой дырки в предплечье от перелома... Бессильно рухнув на кровать, я спрятался от яркого солнечного света в собственных ладонях, все еще немного пахнущих машинным маслом. Умер во сне, да? И напиздели эти инопланетяшки, вот он я, вне игры, а Вера, наверное, еще там! Ну и зачем мне быть одному? Надеюсь, она в порядке. Но как бы мне к ней... — Доброе утро, — произнес прямо передо мной незабываемый голос, который трудно спутать с чьим-то другим, — как вы себя чувствуете? — Где моя жена? — прохрипел я, не реагируя и не пытаясь вести себя агрессивно. Вот только разве это глазастое чмо не показывалось только в игре? — В соседнем помещении, — вскинув голову, я недоверчиво уставился на организатора всего творившегося в моей жизни последние несколько недель дерьма, — мы ждали, пока вы проснетесь, чтобы я мог сообщить вам некоторые важные детали. Не выдержав, я вскочил и ломанулся к приоткрытой двери, надеясь, что моя девочка в порядке, иначе я разнесу всю их галактическую хуету и всех передушу голыми руками! Вера, живая, невредимая Вера сидела на диване, скромно сложив ручки на коленях. Подняв взгляд, она радостно мне улыбнулась и тихо охнула, когда я стиснул ее в объятиях, жадно зарываясь носом в волосы. — Эй, я в норме, — тихонько засмеялась девушка, крепко обнимая меня в ответ, — ты как? Все хорошо? — Мы опасались, что ваше психологическое здоровье нарушено, — произнес без выражения за спиной гуманоид, — но, как оказалось, без триггера в виде поврежденной руки ваша исключительная память поддерживает вашу защиту на должном уровне, опуская неприятные моменты вашего прошлого. Вы исключительный индивид, Лев. — Мне принять это за комплимент? — так же учтиво поинтересовался я, усаживаясь на диване близко-близко к жене, прикасаясь ляжкой к ее бедру и собственнически накрыв круглую коленку ладонью. — Именно так, — присев в кресло напротив, глазастый откинулся на спинку, — я уполномочен известить вас, земляне Лев и Вера Виктор, что вы второй раз подряд получаете приз зрительских симпатий, — приподняв брови, я коротко глянул на девушку, тоже бросившую на меня непонимающий взгляд, — поскольку шоу больше не ментальное, денежный эквивалент заменили на выполнение двух ваших желаний. Мои поздравления. — Так, стоп, — приподняв свободную ладонь, я чуть наклонил голову, — а почему мы опять выиграли этот приз ваших извращенских симпатий? — За вами предпочитает наблюдать абсолютное большинство, — ровно ответил, словно не заметив колкости, уродец, — ваша взаимная преданность и нежность, я полагаю, тому причина, как и колоритность вашей пары. — Так, ладно, а желания? — решив не париться по поводу межгалактических вуайеристов, любящих мимимишность, я перешел к главному. — Я так понимаю, нельзя попросить вернуть все, как было до игры? — Верно понимаете, — кивнул бесстрастный инопланетянин, — после того, как ваш вид буквально сам себя уничтожит, мы очистим эту планету и переделаем под свои нужды, чтобы колонизировать. Но времени у нас достаточно, принудительного окончания шоу не будет, уполномочен вас заверить. — И то хорошо, — проворчал я и, повернувшись к Вере, предложил: — одно тебе, одно мне? — Давай, — немного бледно улыбнулась девушка, — ты первый. Блять, я, кажется, понимаю, почему у нас этот сраный приз... Но нужно что-нибудь существенное, такое, чтобы пригодилось конкретно и надолго... — Иммунитет к этому зомби-вирусу или как его там, — пренебрежительно пошевелив пальцами, я ожидающе смерил взглядом одетого, как подросток, гуманоида. — Завтра проснетесь уже невосприимчивыми к патогену, — мирно кивнул организатор. Как-то слишком просто... — Джип можно починить? — тихонько спросила Вера, немало меня удивив. Я только открыл рот, чтобы спросить, почему именно это желание, но инопланетяшка уже спокойно заговорил: — Мы ожидали этого желания, но, разумеется, не от вас, поэтому подготовили все, — чуть склонив голову к плечу, он продолжил: — ваше транспортное средство ожидает вас, и в качестве небольшого бонуса мы оснастили его прочными деталями, которые можно эксплуатировать сотни лет без износа, а так же теперь ему не требуется топливо для работы, как и другие расходные материалы. — О-о-о, круто... — едва не застонал я, понимая, что нихуево так буду рад снова сесть за руль своего камуфлированного напарника. — Спасибо! — Личные вещи и продукты питания, которые были в салоне, мы оставили без изменений, — добавил серокожий глазастик, — примите мои личные поздравления, — он встал, и, понимая, что сейчас будем прощаться, я тоже поднялся, — и позвольте передать вам поощрительный приз непосредственно от организаторов шоу. Подняв с пола переноску для животных, гуманоид повернул ее к нам дверцей. — Боже, какая лапочка! — восхищенно просюсюкала Вера, бесстрашно запуская в темные недра руки, я даже не успел ее остановить. — Лёв, ты только посмотри! — Да, милаха, — все же улыбнулся я, почесывая за ухом толстенького пушистого щенка немецкой овчарки. Мы не так давно думали взять хоть собаку или кошку, раз уж своих детенышей в таком мире не хотим. Наблюдательные какие эти засранцы... — Генетическая модификация позволит вашему питомцу понимать вашу речь более подробно, чем его сородичи, — все так же бесстрастно известил чужой, — а так же увеличит продолжительность жизни до сорока лет. — Думаю, нам хватит, — усмехнулся я, поражаясь предусмотрительности организаторов, — спасибо, это даже почти мило с вашей стороны, если не считать того, что вы хотите уничтожить наш мир. — Лева! — цыкнула всегда такая правильная и вежливая Вера, прижимая млеющее животное к груди. — Спасибо. Чуть наклонив голову в ответ, гуманоид буквально растаял в воздухе. — Что ж, — притянув свою маленькую семью к себе, я улыбнулся, давая щенку облизать свою руку, — мы все-таки побываем еще раз в Ливорно. Наблюдая, как эти два создания местной эволюции в обнимку идут к своему транспорту, к которому парадоксально так привязаны, я думал, что стоило разрушить социум и биосферу этой планеты, чтобы выделить из него такие чистые, прекрасные отношения, как бриллиант среди графита.