Защити меня

С того дня прошло что-то около месяца, ребята навещали ее каждый божий день, особенно Том, его она больше всех и ждала. Но..Они так и не поговорили, и это было отвратительно. Она чувствовала, что они хотят сказать, что-то друг другу, но не знала. что это было со сторон Тома.. И вот, в один день она шла по больнице, и услышала уже знакомый голос из соседней палаты. Этот голос принадлежал господину Аккерману. Владельцу студии, в которой работали ребята. Аккуратно прислонившись к двери, она стала слушать разговор. что уж говорить о том, что бы отвести взгляд от своей телохранительницы. Слова, сказанные в тот момент, были словно бальзам на душу. Ему было приятно знать, что хоть что-то хорошее получилось из всего этого спектакля. По крайней мере, теперь он был уверен, что Габриэль точно спасут. Хотя даже если бы не слова этой докторши, он и сам отдал бы любые деньги, лишь бы доктора помогли ей. - Спасибо вам большое, - Томас мягко улыбнулся и резво выскочил из машины, догоняя каталку, на которой девушку уже ввозили в здание .А за ними и ребята, Густав с Георгом и Дэвид. Все волновались, эта девчонка полюбилась всем. До самой реанимации Том не отходил от девушки ни на шаг. Софи и Билл явно были в шоке, как и от произошедшего в целом, так и от реакции старшего близнеца. Он сидел в коридоре все время, пока доктора откачивали испанку. - Эй, Том, пойдем в комнату отдыха. - Билл мягко положил руку на плечо брата. - Ведь ты не поможешь ей сидением здесь. Том поднял свой усталый взгляд на брата. Белки глаз заметно покраснели, под глазами залегли темные круги. Однако парень аккуратно убрал со своего плеча руку младшего. - Я останусь тут, а вы отдыхайте. - По нему было видно, что Том чувствовал себя виноватым. Как ни как, именно его защищала Габриэль, а он, идиот, вместо того, что бы спрятаться где-нибудь, растерялся и стоял как столб. Билл только тяжело выдохнул и оставил брата в одиночестве, уходя в комнату отдыха. Уже когда все были в комнате отдыха, поскольку Ромеро в реанимации прибывала уже около 4 часов, Билл жалостно смотрел на брата. Собираясь уходить, он вдохнул и положил на руки брата, красный берет Габриэль, который подобрал в аэропорту - Думаю ее, как она очнется, не обрадуют твое осунувшееся лицо и синяки под глазами..-Вдохнул Билл и ушел. Музыкант потерял счет времени, которое, как ему казалось, стремительно летело, хотя на самом деле тянулось, словно задубевшая пастила. Сидя перед входом в реанимацию, он постоянно судорожно поглядывал на часы. Ему казалось, что прошла уже вечность, однако часы показывали лишь отрывок в пять минут. Парень то и дело теребил подол халата, накинутого на его плечи, пытаясь хотя бы так успокоить нервы. За это время он ни разу не отлучился. Ни в туалет, ни покурить, ни вздремнуть хотя бы немного. Однако что-то в нем переменилось, когда после непродолжительного диалога с братом, на его руки упал ее красный беретик. Сжав головной убор двумя руками, парень внимательно посмотрел на него. Такой же, цвет, как и у шарфа. Невольно в голову вгрызлись воспоминания об алеющей кофточке, которые Томас быстро прогнал, мотнув головой. Не смотря ни на что, он решил дождаться ее. И так и случилось. Прошло около получаса, когда из реанимации вышел мужчина. - Вы же жених? Так мне передала дочь- Она вдохнул и стянул окровавленные перчатки - Ну...Ваша невеста..Она..-Он посмотрел на глаза парня полные слез и дрожащую его челюсть, и поспешил его успокоить: - В порядке. Она придет в себя и к ней можно будет зайти. Но только Вам. -Он посмотрел на юношу - На самом деле, она уже в палате, Вы можете к ней зайти. Операция и так продлилась слишком долго.. На Вас смотреть жако. Заходите, правая палата в конце коридора, это одиночная вип-палата, поэтому там никого не будет. - Он откланялся и ушел. Том услышав, что уже сейчас он может к ней сходить, с благодарностями обнял врача, а после полетел в палату к Габи. осторожно открыв дверь, парень вошел в комнату. На постели, словно спящая красавица, лежала россиянка. Вся истыканная капельницами и какими-то трубками, она навевала мысли о каком-нибудь фантастическом фильме. Вот только не об этом сейчас думал Томас. Аккуратно опустившись на табурет у постели, он взял бледную ручку девушки в свои ладони. Все то время, пока она была в отключке, парень не переставал разглядывать ее. Даже на пороге смерти она выглядела прекрасно. Русые волосы мягко обрамляли фарфорово-бледное личико, на этой непривычной белизне ярко выделялись пушистые ресницы и розовые губы. Томас был готов вечность любоваться этой красотой. Однако, все-таки здоровая, смуглокожая, с ярким румянцем и блеском в глазах она была куда прекрасней. Спустя сорок минут после того, как Том вошел в палату, девушка все же пришла в себя. Сначала задергались пальцы, на руке, что он сжимал, потом она аккуратно открыла зажмуренные глаза, но слишком яркий свет ударил по ним, и она закрыла их второй, свободной ладонью - Черт. Ненавижу больницы..-Тяжко прохрипела она и вдохнула - Это же больница, а не свет в конце тоннеля?-спросила она убирая руку от лица. Он с трепетным ожиданием всматривался в ее лицо. И вот она открыла глаза, неприятно жмурясь от яркого света. - Даже не зная наверняка, ты продолжаешь капризничать, - усмехнулся Том. Он был невероятно рад тому, что наконец-то девушка очнулась. Он хотел так о многом с ней поговорить. Вот только сейчас, именно в эти последние пять с лишним часов это все стало вдруг так не важно. Внезапно улыбка спала с лица парня, и он одними губами прошептал, - Прости, это моя вина. Я должен был быть осмотрительнее. Услышав его голос, она расплылась в еле заметной улыбке - Тоом...- На глазах вступили слезы, и она сжала его ладонь. - Заткнись. Заткнись, Томас, заткнись..-Девушка дотянулась свободной ладонью до пульта управления кроватью и нашла нужную кнопку. Подъем. Оказавшись в сидячем положении, она отпряла спиной от перины, и взяла его лицо в свою руку. Которую он сжимал все это время . Он просто радовался, принимая все так, как оно должно быть. Ему вдруг так захотелось накинуться и обнять русоволосую, прижать к себе. Но сделать этого не мог, так как опасался навредить девушке, причинить ей боль. Вместо этого он просто не выпускал ее руку из своей. На лице Тома сияла нежная, счастливая улыбка. Когда девушка поднялась, он не смог сдержаться и провел рукой по ее волосам, после чего так же, как и сама девушка, прижал свою ладонь к ее щеке. Она перевела взгляд на него и вдохнула - Заткнись.- Девушка наклонилась и обняла его, ну насколько она могла это сделать, зажмурившись. - Я больше всего сейчас рада видеть тебя.. - Я рад, что ты уже в состоянии затыкать меня, - мягко усмехнулся парень. Хотя он и не ожидал, что его попытаются обнять, он был рад этому и сам легонько обнял пострадавшую. Он и не обращал внимания, что все это время с его лица не сползала довольная улыбка. Было странно слышать, что его Габи была рада видеть больше всего, но Том был рад. Хотя может быть это, и было несколько эгоистично с его стороны..-Девушка приоткрыла ранее закрытые глаза - Не волнуйся..Скоро все закончится. Я обязательно поймаю этого козла.. Из-за которого теперь не смогу в открытом купальнике животом светить..-Тяжко вдохнула она и улыбнулась, отпрянув от Тома Когда девушка отпрянула от него, Том взял ее лицо в свои ладони и широко улыбнулся, - Этот живот даже с дыркой будет выглядеть изумительно. Уж я-то в этом уверен. - Он убрал руки от ее лица - А этого говнюка у нас теперь еще больше причин найти. Он ведь не только меня убить пытался, но и чуть не убил мою девушку. - Он сказал это с таким серьезным видом, что и сам был готов поверить в правдивость их любви. - Ах , и да, С днем рождения, Томми…- Она улыбнулась и коснулась губами его лба. Почувствовав губы на своем лбе он улыбнулся и прикрыл глаза, а когда она поздравила его, он усмехнулся – М-да..День рожденьеце..Самый лучший подарок, это то, что ты осталась жива. С того дня прошло что-то около месяца, ребята навещали ее каждый божий день, особенно Том, его она больше всех и ждала. Но..Они так и не поговорили, и это было отвратительно. Она чувствовала, что они хотят сказать, что-то друг другу, но не знала. что это было со сторон Тома.. И вот, в один день она шла по больнице, и услышала уже знакомый голос из соседней палаты. Этот голос принадлежал господину Аккерману. Владельцу студии, в которой работали ребята. Аккуратно прислонившись к двери, она стала слушать разговор. А случилось это вечером, когда Хаинц навещал свою дочь, ту самую Шантель. Они обсуждали свои темные делишки, даже не подозревая, что их подслушивают. - Папуль, так ты с ним разобрался? - наигранно наивный голос звучал весьма комично из ее уст, однако девица на самом деле так всегда разговаривала. После этих слов, сказанных младшей Аккерман, девушка достала из кармана халата телефон и поставив на запись диктофона, аккуратно приставила к щели, которая была так безрассудно оставлена Хаинцом. - Нет еще, но... - Не успел мужчина договорить, как в него прилетела мягкая игрушка. - Но ты обещал мне сделать все быстро! А прошло уже вон сколько времени! - вопила Шантель, словно требовала себе новую дорогую игрушку. По лицу отца было видно, что он души не чает в своей кровинушке и готов терпеть все ее выходки. Даже такие вот сумасшедшие. За свою дочь Хаинц был готов на все, даже если она и была не самым идеальным ребенком, да и не совсем хорошим человеком. - Шантель, потерпи еще немного. Мы уже подстрелили его новую... девушку. - Мужчина запнулся, не решаясь сразу выговорить это слово. Он так и хотел сказать "суку", однако не мог позволить себе этого в присутствии дочери. Как и она играла пай-девочку при нем, он тоже старался выглядеть в глазах Шанти серьезным и приличным человеком. Однако, все в этой семейке давно прогнили и все их сладкие речи были лишь красивым фантиком, в который была завернута гниль. - Правда? - Вдруг оживилась и засияла девица. - Эта дрянь уже мертва? - Он радостно завопила так, что позабыла вовсе, что они находятся в больнице и тут есть люди. Со стороны могло бы даже показаться, что она радовалась новенькому авто или загородному домику, а не убийству человека. Стоя и слушая все это Габи еле сдерживалась, чтобы не вломиться в эту палату и не поубивать их самих, но, на самом деле, понимая, что так вся операция пойдет коту под хвост, девушка лишь продолжала собирать неопровержимые доказательства. А ведь ей никто не верил.. Но Хаинц не дал однозначного ответа на вопрос дочери. Он и сам не был уверен, в порядке испанка или нет. Все то время с происшествия он заметал следы своего причастия к этому преступлению. Аккерман был человеком трусливым и всегда тщательно все продумывал. Потому, стараясь создать себе алиби, он никакими способами не пытался узнать, какая же участь постигла Габриэль. Однако, он точно знал, что она жива. Потому, чтобы не расстраивать доченьку, он лишь улыбнулся, ничего не сказав по этому поводу. Лишь добавил - Скоро мы расправимся и с Томасом. - После этой беседы заботливый папаша, как ни в чем не бывало, стал осведомляться о здоровье Шантель, и беседа резко ушла далеко от темы об убийствах. Дослушав последнюю фразу «Мы скоро расправимся и с Томасом», она быстро вернула руку и телефон из щели, так и оставшись не замеченной, и убежала в свою палату. Сердце бешено колотилось, а злость подступала к горлу комком. Именно в таком вот состоянии ее и застал вошедший в комнату Томас. Она сжимала кулаки, челюсти, и сильно нахмурив брови била кулаком в стену. Обнаружив Габи в таком состоянии, Том подлетел к ней и оттащил от стенки, разворачивая к себе и заглядывая в глаза. -Габи!Габи! - Повторял он ее имя, тряся девушку за плечи, но она, будто бы не слышала его. -Габриэль!- Прикрикнул Томас, чем привел девушку в чувства. -Том…Том…Том!- Девушка обняла его и зажмурилась. – Ты опять в опастности! – Девушка отпряла от него и подошла к шкафу, в котором лежали вещи, которые Софи привезла ей для выписки, что планировалась на выходные, оставалось еще два дня. -В какой опасности? О чем ты? Что случилось? – Том непонимающе вскинул бровью и уселся на край ее постели. Девушка начала переодеваться, заставив парня отвернуться к окну, что он покорно сделал, даже не пустив никакой глупенькой шуточки. - Помнишь мою версию о том, что нападавший – Хаинц Аккерман? – Натягивая майку, сказала девушка и расправила джинсы. – Так вот, его дочка лежит в этой больнице. И я подслушала их разговор….В общем-то…. Мы оба у них на мушке. -Помню, Габи, но не было же мотив….-Парень прервал слово и вздрогнув перевел на нее взгляд. -Да-да, а по чьей вине она тут лежит, Том? Не потому ли, что ты разорвал с ней отношения, а она, не обладая умом и гордостью, таблеточек наглоталась? – Девушка застегнула джинсы и, подойдя, села рядом с ним.- Не вини себя. Это проблема Хаинца, он не смог воспитать в ней личность.- Девушка тяжко выдохнула и погладила парня по спине - Помнишь..Наш разговор, тогда, в клубе, когда ты сказала мне, что я очень глупо поступаю с отношениями? – Томас перевел на нее взгляд, а девушка вздрогнула «Он все помнит?» вдруг пронеслось у нее в голове. - Так вот…Видимо ты права. Раз уж из-за меня девушки так страдают, что потом и мне угрожает смертельная опасность. – Том выдохнул. -Сегодня все закончится, Том. Все закончится.-Девушка чуть более грустно сказала фразу во второй раз и выдохнула. – Закатим вечеринку, по случаю моей выписки, и пригласим Аккермана, там, я поймаю его с поличным. Доказательств и так имеются, а он и так под натиском, сдаст всех, кто исполнял его приказания. – Она сжала руку в кулак и посмотрела на него. -Ты мне веришь? – Девушка свела брови домиком, заглядывая в лицо грустного Тома. -Я верю в тебя.- Парень не сдержался и обнял ее, на что Габи лишь обняла его в ответ. Сегодня все закончится… Том сделал все, как она просила, закатил вечеринку, пригласил весь свет и Хаинца, разумеется, тоже. Уже на вечеринке, что была в доме Каулитцов, когда весь свет собрался, ожидая выхода нашей пары, девушка, стоя в своей комнате вместе с Томом, предостерегала его. Оба были одеты в бронежилеты под одеждой. - Стрелять он и его приспешники будут вряд ли, слишком много народу, но все же лучше перестраховаться. – Проговорила девушка, перезаряжая пистолет и засовывая его себе за пояс. - Я не знаю, что это будет, но тебе лучше ничего сегодня не есть и не пить. – Она выдохнула и все перепроверив, взяла его за руку – Пошли, публика все еще ждет хлеба и зрелищ. -Пошли.. Мы должны сыграть сегодня этот последний акт, и занавес, наконец, опустится. – Парень усмехнулся и девушка, грустно улыбнувшись в ответ, вывела его из комнаты. Они спустились вниз, были встречены яркими криками и аплодисментами , от чего пара лишь крепче взялась за руки и переглянулась. К ним подходило много народу, поздравляла их, ведь сегодня еще был официальный день их « двух месяцев, как пары». Вот и дошла очередь до Хаинца. Они уселись на диване, Хаинц подозвал официанта, одного из тех, что были наняты на сегодняшний вечер, но ни Габи, ни Том его не узнали, что заставило пару поднапрячься, хотя они и не подали виду. -Том, я взял тебе виски, односолодовый, как ты любишь – Мужчина усмехнулся, снимая с подноса парнишки стакан и ставя его перед парнем, - А тебе, Габриэль, какой-то коктейль. -У нее аллергия на алкогольные напитки,- Резко сказал Томас и сжал руку Габи. -Оу, ну тогда..Сделайте хозяйке чаю. – Посмотрел он на официанта и тот, кивнув, ушел. -Я так рад, что с Габи и тобой все в порядке. Мы с Шантель очень волновались, когда узнали о перестрелке в аэропорту.-Мужчина поднес к губам свой бокал и поднял взгляд на Тома – Почему ты не пьешь? -Сейчас Габи получит свой чай и мы вместе выпьем. – Он улыбнулся, но улыбка больше походила на оскал. И вот, снова тот же официант. Габи потянулась к хаинца и руке официанта – Я сама. – Но лишь ловко достав наручники из рукава своей кофты, приковала их друг к другу. -Что ты делаешь, Гибриэль? – Хаинц вздрогнул и подскочил с дивана -мы нанимали троих официантов, я лично, каждого. Этот - не из их числа.- Она хмыкнула и сжимая рукой цепь связывающую два наручника, пододвинула свободной рукой бокал Томаса к Аккерману. -А теперь выпейте дорогого , односолодого виски, господин Аккерман. Мужчина ринулся к выходу, таща за собой и мальчишку-официанта. Рыкнув, девушка достала из-за пояса пистолет, направив на него – Стоять. Иначе я прострелю тебя так же, как меня твои прихвостни, гнида! – Девушка кивнула, и его окружили ребята из спецназа, которых девушки вызвали на подмогу Аккерману ничего не оставалось, как упасть на пол и кричать : -Это ошибка! Я ни в чем не виноват! Это подстава! – Слезно кричал мужчина. Подойдя к нему, Габи схватила его за ворот рубашки и пиджака и подняла с полу. -Какой же Вы жалкий. – Она сжимала кулак, который очень хотелось разукрасить лицо этого человека. -Если я еще хоть раз услышу о Вас или вашей дочке, - она приблизилась к его уху и прошептала, сквозь зубы – Я выпущу вам обоим кишки. Ясно? - Она бросила его в руки к спецназовцам и хмыкнула – Он ваш. Забирайте его, ребятки. Его увезли, как и того официанта, что был с ним в сговоре, а позже оказался тем, кто подорвал тогда машину. На допросе, который так же проводила девушка, Аккерман во всем сознался, когда и кого он нанял и как все проходило. А благодаря записи разговора, что тогда сделала Габи, удалось посадить и его дочь, как подстрекательницу-соучастницу. Пришло время возвращаться в Америку, дабы сдать задание, получить гонорар и написать огрооомный рапорт за кое-какие проделки. -Габриэль..Я хотел кое-что тебе сказать. Это важно.. Я..-Том не решался, наконец, сказать это, да и мысли никак не могли устаканиться в его голове. -Томас. Заткнись..-Девушка притянула его ворот толстовки и жадно впилась в его губы. Парень только успел ответить на поцелуй, как она его разорвала. -Это не последняя наша встреча, Том. Не спеши заявлять о расставании в прессе. – Она усмехнулась и покинула дом Каулитцов, усевшись в машину, которая увезет ее в аэропорт. Томас стоял шокированный и не знал, что ему делать, но он, почему-то, все же верил ей, он знал, если она сказала, она вернется. С того дня прошло около двух недель. В прессе ходили слухи о том, были ли отношения и если были, расторгнуты ли они, и где же та таинственная девушка? Ребята из группы волновались за Тома, а он верил и ждал. Йост выкупил студию звукозаписи, когда Хаинца посадили в тюрьму с полной конфискацией имущества. И вот, в один поздний ноябрьский вечер, когда Токио Хотел отыгрывали последний аккорд новой песни в студии, дверь распахнулась и вошла та самая девушка. Это было словно дежа вю.. -Габи? - Не веря своим глазам, Том снял с плеча гитару и подошел к ней.- Ты? -Габриэль Ромеро, ученица первого курса актерского факультета. – Она примяла губу о губу и улыбнулась ему, обнимая его и утыкаясь ему в грудь лицом – Я же обещала, что вернусь. Я ушла из ФБР и осуществила давнюю мечту, поступив на театральное. – Она отпрянула, и посмотрела на дрожащего и шокированного Тома -Ты вернулась…-Он крепко обнимал ее, и когда она отпряла, все равно прижал ее к себе.- Ты была права. Я чуть не принял «ту самую» за «одну из», и чуть не потерял ее, боясь своих чувств. Ведь… В любви же нельзя начать «еще раз». – его голос дрожал, и создавалось впечатление, что он, Том Каулитц, действительно может сейчас расплакаться от счастья. -А я встретила любовь, хотя не верила, что такая как я, сможет это сделать… Боялась и пыталась переубедить себя. Такая дура..-Она всхлипнула и подняла на него взгляд – Давай начнем все заново? Только уже..По-настоящему ? – Девушка прикусила губу, а парень, кивнув, поцеловал ее без слов. И снова они целуются, и снова на заднем плане играют радостные ребята, и Билл тихо допевает последние строчки из «Rette Mich». Эти люди нашли друг друга, хотя таким как они, вообще не было суждено встретиться, но разве инфантильную мадам Судьбу это когда-нибудь волновало? Она поставила на колесо две жизни, два разных мира, и не прогадала.

КОНЕЦ