Милосердие

- Так, Малфой, либо ты со мной, либо ты сейчас же уйдешь отсюда. - Грейнджер, послушай, давай поговорим... - его голос дрожит. - Я больше не хочу терять ни секунды, - она мотает головой и призывающе смотрит на Драко. - Хватит с меня, я хочу вернуть свою жизнь. Плевать, если я натру себе пальцы до крови, пока буду крутить винт, - я сделаю это. С тобой или без тебя, Малфой. Неужели ты не хочешь вернуться в прошлое? - ее голос содрогается. - Ты ведь тоже был там счастлив по-своему. Разве ты не скучаешь по семье? По ее грязной щеке скатывается слеза, и Гермиона спешит вытереть её мятым рукавом. Драко мешкается, переводя взгляд с неё на полуразрушенные стены. Он спешит спрятать дрожащие руки в карманы и поджимает губы. - Я хочу вернуться, - наконец, говорит он, кивая. - Но что мы будем делать, когда вернемся? Как мы спасем наших близких? - Расскажем им, что случится и как избежать ошибок. Мы пережили это, запомнили всё, что было. Я по одну сторону, ты - по другую. В этом и есть наше преимущество. - Я бы предпочел сбежать подальше со своей семьей и не участвовать в этом снова, - без тени стыда признается Драко. Гермиона молчит пару секунд, неотрывно глядя ему в глаза. - Я не сомневалась, - стальным голосом произносит она. - Вот только, когда мы вернемся в эту временную точку, там будешь существовать прошлый ты. И сбежать сможет прошлый Драко Малфой со своей семьей. А тебя Волан-де-Морт убьет тут же, перед этим помучив и выведав все секреты. Удачного пути. - Но мы в любом случае будем несчастны, Грейнджер! - восклицает Драко. - Посуди сама, мы вернемся, спасем всех и... Что? Что будет с ними? А с нами? Как мы сможем жить там, где уже есть наши копии? Копии гораздо моложе и счастливее нас, между прочим. Никому мы там нахрен не нужны. - Поселишься в другой стране и попросишь себя самого слать открытки на праздники, - хмыкает Гермиона. - А если... - Заткнись, Малфой, хватит! - обрывает его Гермиона. - У меня появился шанс повернуть всё вспять, спасти несколько сотен жизней, снова увидеть друзей, и я сделаю это. Последний раз спрашиваю: ты со мной? - Салазар тебя раздери, Грейнджер, да! Да, черт возьми! - чуть не плача, выкрикивает Драко. - Уж лучше умереть героями. Крути эту штуку. Гермиона подходит к нему, вешает на шею золотую цепочку маховика и, бегло оглядев руины, поворачивает винт. - О, нет, - разочарованно вздыхает она. - Кажется, он сломан! - Эй, Грейнджер, а если перекрутить винт вот так? - Ты что делаешь, идиот?!

***

От Хогвартса ничего не осталось. Пожиратели разнесли замок к чертям после сокрушительной победы. Когда Волан-де-Морт испепелил несчастное тело мертвого Гарри Поттера, он в последний раз великодушно предложил волшебникам присоединиться или умереть. Лишь несколько людей из-за страха смерти выступили вперед. В остальных полетели Убивающие заклятья. Кто-то успел сбежать дальше в замок, пытаясь выбраться потайными ходами, кто-то погиб прямо в Большом зале. Рон, сжав руку Гермионы, метнулся в коридор, но тут же пал замертво. В общей суматохе, криках и дьявольском гуле смеха никто не разбирал, враг или друг. Кто хотел выжить, хватался за любую соломинку. И, забыв про отвагу, честь и стыд, Гермиона бежала прочь. Она не видела ничего вокруг, ей было плевать, по земле она бежит или по трупам. Всё, что было нужно и что имело значение - это вырваться из замка. Позади слышались крики, визги, и ноги несли быстрее мыслей. - Грейнджер, пригнись! - рявкнул кто-то сбоку. В попытке пригнуться, она споткнулась и растянулась на камне. Чьи-то руки подхватили её, и тут же Гермиону засосало в отвратительный мрак трансгрессии. - Ты живая вообще? - испуганно прошептали над её лицом. Гермиона приоткрыла глаза и поморщилась от боли в коленях и жжения в ладонях. Она не могла найти ни одного подходящего слова. Осмыслить случившееся она была не в силах. Гермиона сжалась в комок, зажмурившись, нащупала волшебную палочку в кармане и заплакала. - Мы в лесу, - все также шепотом продолжал голос. - Здесь безопасно... Я надеюсь. - Зак-клин-линания... Н-надо заклин-нан-ния... - Да-да, конечно. Но у меня нет палочки, можно твою? Гермиона разлепила веки и сквозь туман слез разглядела Драко Малфоя. И ей было все равно, почему он здесь, а не с Пожирателями убивает всех. Она протянула ему палочку и, вытерев слезы, приподнялась с промерзшей земли. Малфой уже шептал в воздух заклинания. Она нащупала лямку своей сумки, и от этого стало на душе только хуже. Когда всё ее тело продрогло от холода, а Драко закончил с защитой, они развели костер, поставили палатку, надели вещи потеплее и, согревшись, легли спать. Без единого слова, без единой эмоции. Словно всё это осталось там, на горе трупов в Большом зале. Плевать, что было в школе и что бы сказали другие, узнав, что чистокровный и магглорожденная, ненавидящие друг друга, засыпали в одной палатке рядом друг с другом. Это была война, и ей пришел счастливый, для одной из сторон, конец. Без подробностей, без чувств. Это не было нужно сейчас ни Гермионе, ни Драко. Их не беспокоили судьбы других, их будущее, победа Волан-де-Морта. Единственное, что могло волновать этой ночью - лишь бы это безразличие не прекращалось никогда.