Милосердие

Утро было серым и холодным. Собственно, как, кажется, и вся их жизнь. Гермиона не хотела даже глаза открывать, а уж тем более – вставать с постели. В палатку вошел Драко. С безразличным взглядом он поставил на стол тарелку с горячей едой, мельком глянул на Гермиону и вышел. Гермиона повернулась к стене и накрылась одеялом с головой. Она понимала, что лучше, чем повседневные заботы и физическая работа, её ничего не отвлечет. Но ей не хотелось отвлекаться. Её лучшие друзья погибли вчера. Она имела право погрузиться в свое горе с головой. Она видела, как умерли Гарри, Рон… А сколько еще смертей, которые она просто не заметила, пока бежала прочь из Хогвартса? И лучше было остаться там, в замке, и героически погибнуть, и пасть рядом с мертвыми союзниками. Не быть спасенной врагом. А врагом ли? Зачем было её спасать? Годы вражды, а после – даже разные стороны в войне. Зачем? И она не могла определиться, рада ли тому, что жива и дышит сейчас. Сквозь барьер одеяла послышалось шарканье подошв. - Ты должна хоть что-нибудь поесть, - сухо сказал Драко, стягивая с её головы одеяло. Гермиона вытерла слезы и поднялась с постели. - Где ты раздобыл еду? - Нашел неподалеку реку. Рыбы там предостаточно, - все так же монотонно отвечал Драко. - И ты умеешь готовить? - Эльфы научили. Ешь. А если Малфой задумал отравить Гермиону? А если он не позволил ей умереть вместе с остальными, чтобы самому вдоволь поиздеваться? Она не могла ему доверять. - Я не голодна, - закладывая волосы за уши, сказала Гермиона. Малфой будто читал мысли. Он ковырнул вилкой рыбу и съел пару кусочков. - Видишь? Она безопасна. Если бы я хотел тебя убить, я бы сделал это ночью. - Почему же не сделал? – вдруг спросила Гермиона. Драко посмотрел на неё так, что стало жутко стыдно за столь неосторожный вопрос. Он подступил к ней, сжимая руки в кулаки, но тут же остановился. Поджал губы, словно физически удерживая себя от брани, и быстро вышел. От его разочаровывающего взгляда Гермионе снова захотелось забраться под одеяло с головой. Она, пару раз нервно оглянувшись на вход, все же решилась сесть за стол и поесть. Притупившееся чувство жизни постепенно возвращалось. Или просто горячая еда заполнила желудок. Ей хотелось заплакать и повеситься. Да, ей, девушке, столько лет сражавшейся с самыми невообразимыми кошмарами, которые обычному человеку не под силу. Она с друзьями столько раз была на грани смерти, но не могла допустить даже мысли, что они проиграют. И, тем более, умрут. Она знала столько всего, всегда находила выход, могла контролировать эмоции и держать ситуацию под контролем. Гермиона швырнула тарелку с недоеденной рыбой на пол. Она обвела палатку взглядом, и на каждый уголок было крохотное воспоминание, связанное с Роном и Гарри. Их дух все ещё присутствовал здесь. Гермионе внезапно стало нечем дышать. Образы Гарри и Рона практически плясали вокруг неё. Она вскочила со скамьи, пихнула её со всей силы ногой и выбежала из палатки. Свежий воздух сразу остудил её пыл. Гермиона убрала с лица волосы и прошла вперед. В котелке над костром медленно закипала вода, сам Малфой бродил меж редких деревьев и собирал что-то в другой котелок. Заметив Гермиону, он поманил её рукой. Стиснув волшебную палочку в ладони, Гермиона спустилась к нему. - Закончи на этом отрезке, - он всучил ей котелок, - а я соображу ещё дров. А то та партия скоро догорит, - он кивнул на костер. - Зачем ты это делаешь? – глядя ему в глаза, спросила Гермиона. - Потому что надо поддерживать огонь. - Я не об этом. - Ягоды? – он указал на котелок в руках Гермионы. – Хочу сделать морс. - Малфой! Зачем ты это делаешь? Драко опустил голову, и только сейчас Гермиона заметила, как сильно дрожали его исцарапанные руки. - Нельзя терять самообладание, - словно мантру пробубнил Малфой. - Так… твои родители…. - Да, они тоже мертвы. Займись делом. Он развернулся и поднялся к костру. Гермиона присела на корточки и принялась собирать ягоды. Легкий шелест листвы, подмываемой ветерком, восхитительный аромат леса, редкие трели птиц. Гермиона любила лес. Собирая ягод доверху, она погружалась в умиротворение леса всё сильнее и старательно гнала любые прочие мысли куда подальше. Оборачиваясь назад, она ненароком наблюдала за Малфоем: он разливал вскипевшую воду в бутыли, снова ходил к реке, бродил вокруг палатки в поисках мелких сучьев, заклинаниями рубил поленья. Когда котелок был переполнен ягодами, пальцы были красными от сока, а колени испачканы грязью, Гермиона медленно поднялась на ноги. Спина и колени жутко болели. Она огляделась и поняла, что забрела слишком далеко от палатки, практически касалась защитного барьера. Гермиона посмотрела вперед: за барьером была такая же потрясающая спокойная тишина, и ей внезапно захотелось перейти черту, бросить котелок и окунуться в свободу с головой. Трансгрессировать ближе к Хогвартсу, отыскать близких и воскресить их. Или остаться там, с ними. Лечь рядом и закрыть глаза, представляя, что они просто спят. Она протянула руку вперед, чувствуя пальцами барьер. - Грейнджер, я тебя несколько раз звал, ты… - Драко застыл позади. Гермиона опустила руку и нервно сглотнула. - Не надо, - тихо сказал он. – Не уходи. - Зачем мне оставаться? – гневно произнесла она, развернувшись. – Зачем? Драко молчал, перебирая меж пальцев волшебную палочку. - Ну, зачем мне оставаться, Малфой? – еле сдерживая слезы, повторяла Гермиона. – Скажи, зачем мне… - Я не хочу, чтобы ты там сдохла, Грейнджер! – рявкнул Драко, схватив её за плечи. – С меня хватит смертей! - Ты же ненавидел меня все эти годы, ты желал моей смерти! И что теперь?! Он тряхнул Гермиону так, что котелок выпал из рук, и ягоды рассыпались у ног. - Куда тебе идти, а? Куда, Грейнджер? Он выглядел обезумевшим, злым, отчаянным. И желание убежать от него подальше возросло до небес. - Вернешься в школу посмотреть на гору трупов? – продолжал орать Драко. – Что ты хочешь почувствовать? Покой, усладу, жалость? А, скажи мне, Грейнджер! - Я не знаю! Она отпихнула Малфоя и закрыла грязными ладонями лицо. - Я вернусь в дом к Уизли, найду тех, кто остался в живых. Может, кто-то ищет меня! И я хочу быть со своими близкими… - Их больше нет, Грейнджер! Там Смертельные заклятья пачками летели в спины! Думаешь, кто-то выжил? - Мы выжили, значит, смог спастись кто-то ещё! – отчаянно кричала Гермиона. – Я хочу найти этих людей, хочу знать, что у них всё хорошо, я не сдамся! Он подлетел к ней так быстро, что у Гермионы перехватило дыхание. Она на мгновение испугалась и подумала, что он сейчас приложит ее к земле, лишь бы не слышать истеричные крики. Ударит, убьет. Но он обнял Гермиону. Крепко сцепил в объятиях. Она без остановки плакала и кричала, пыталась поколотить Малфоя по груди и плечам, обвиняя его во всем. А он все обнимал и шептал что-то успокаивающее, гладил по голове. И в конце концов, Гермиона сдалась. Её всхлипывания почти прекратились, она уткнулась лицом в его колючий свитер и вдохнула запах костра, въевшийся в ткань. Ей стало легче. Хоть на йоту, но боли и горечи в душе стало меньше. - Сейчас возвращаться домой опасно и тебе, и мне. Пожиратели убили моих родителей за ложь во спасение Гарри. И вся их шайка чуть ли не ежедневное чаепитие устраивала у нас в доме. Они и сейчас там, нет сомнений. А твои близкие, если не дураки, то понимают, что на прежнем месте нельзя оставаться. Сама-Знаешь-Кто захочет уничтожить всех, кто помогал Гарри. И ты в числе первых. Ты была с ним всегда, помогала искать крестражи. Ты помогала Гарри победить, и это никто не забудет. - Ты… В-всегда говорил мне, что грязнокровные не д-должны даже существовать на земле… - Когда я увидел смерть своими глазами, я посмотрел на всё по-другому. И ты не должна умереть. Никто больше не должен умереть. Дай и себе, и другим немного времени, чтобы успокоиться и понять, что делать дальше. - Но что делать сейчас? Она подняла на Драко взгляд. Он казался таким спокойным, говорил правильные вещи. Но Гермиона помнила, как он кричал, тряс ее за плечи, как дрожали руки и голос, как сверкали молнии в глазах. - Сейчас подбери ягоды и вернемся в палатку, - он так светло улыбнулся, что Гермионе снова захотелось уткнуться в его свитер. Малфой повернулся и, отодвигая ветки массивных кустов, пошел вперед. - Я больше не буду такой жалкой и слабой, - вытерев слезы, сказала ему вслед Гермиона. - А я больше не прикоснусь к грязнокровке, - с сарказмом произнес Драко, даже не поворачивая головы. Гермионе стало ещё на йоту легче. Они не враги. Она подобрала котелок, смахнула туда рассыпавшиеся ягоды и зашагала вслед за Малфоем.