Мой хранитель

POV Николай Меня воротило от того, что я видел на экране ноутбука. Мне с трудом верилось, что хилый, семнадцатилетний подросток мог выдержать такое. «Потерпи еще немного, Миша, и я обещаю, что больше ты не пострадаешь!» - я сжал ладони в кулак. Он терпит это всё ради отца! Парадокс. Отец нанимает охранника для сына, чтоб тот был в безопасности, а сын сбегает по ночам из дома и встречается с уродом, чтоб отец был в безопасности. Правда сыну приходится защищать отца собственными силами, а если точнее телом. Меня всего трясло. «Сволочь! Скотина! Да я с тебя скальп сниму и живьём закопаю! Я тебе всё припомню, как ты издевался над бедным Дымком. Не прощу тебя за это!» Я старался держаться из последних сил. Успокаивал себя тем, что потом я сполна отомщу ему за бедного Мишу. Меня трясло. Как эта мразь может так над ним издеваться. Почему я все еще сижу тут? Почему я не могу остановить это?! Все мои чувства смешались в один непонятный клубок! Ненависть, злость, отвращение, чувство ответственности, страх потерять Мишу… и чувство любви…? Сердце бешено билось и сжималось. В этот момент я ненавидел сам себя, что все еще сижу тут и наблюдаю за происходящим. За тем, как мучают моего дорогого мне человека… Какое-то время я не смотрел в монитор, но когда я все-таки взглянул туда, я увидел, как этот сукин сын бьёт Дымка хлыстом, а по его спине течет кровь. Кинув быстро ноутбук в сумку, я помчался в сорок шестой номер. С ноги выбив дверь, я набросился на этого извращенца. Повалив его на пол, я ударил его кулаком в глаз. Сначала он не понял, что происходит, но через две секунды он уже пытался мне врезать. Началась драка. Я не соображал, что делал. Удар от меня, удар от него… а Миша висел в отключке. Я со всей силы врезал в живот, этому избалованному ублюдку. Он упал и загнулся. Достав из кармана нож, я перерезал веревку, на который висел бедный Миша. Он камнем упал. Хорошо, что я успел его поймать. Положив его на кровать. Я схватил этого извращенца за волосы и усадил в кресло. Связал его, в рот запихал ему его же ботинок. Достав из рта Дымка тряпку, я аккуратно взял его на руки и, выходя из номера, прихватил его сумку, на его вещи мне было плевать. Миша лежал на моих руках. Он едва дышал. Я быстро покинул здание через черный вход, как и попал туда. Открыв машину, я положил Мишу на заднее сиденье на живот. Закинул сумки в багажник и достал оттуда плед, чтоб укрыть им Дымка. Сел за руль и рванул подальше от этого места. Как только мы отъехали на достаточно большое расстояния, я начал понимать, что произошло несколько минут назад. На моих руках была кровь Миши. По щекам стали стекать слезы, но я быстро взял себя в руки. Я не мог сейчас распускать слюни. Начал соображать, где мы можем укрыться, и вспомнил про свою старую квартиру на самой окраине города. Рванул туда. Уже светало, я не спал все ночь. Хотя, как я мог заснуть. Мне было страшно. Страшно не за себя, а за бедного Мишу. Как я вообще мог допустить такое, как я мог? Какой из меня охранник высшего класса, если я не смог защитить своего клиента? Я сжимал руль так сильно, что казалось, я его сейчас оторву. Наконец мы приехали туда, куда надо. Эта квартира досталась мне от государства как помощь детям из детдома. Сейчас в этом районе живут преимущественно старики или нищие люди. Последний раз я был тут месяца два назад. Тогда, помнилось, было всего четыре жилых квартиры, считая мою, а сейчас, кто его знает. Достав Мишу из машины, направился к входу в подъезд. Поднявшись пешком на четвертый этаж, я еле-еле открыл дверь в квартиру. В квартире было чисто, ну почти. Только пыль. Положив Мишу на кровать, я спустился вниз к машине. Забрал вещи, аптечку. Надо бы еще где-нибудь еды раздобыть, но об этом подумаю немного позже. Зайдя обратно в квартиру, я увидел Дымка сидящего на кровати и смотрящего в пол. Он был похож на зашуганного котенка, которого принесли в новый дом. Сердце бешено началось колотиться, что ему сказать? Что я все знаю или… тут Миша начал реветь тихо, едва слышно. Слезы ручьем катились по его щекам. Я хотел подойти к нему, но в паре метрах от него остановился. — Я, наверно, противен тебе? Презираешь меня?! Думаешь, что я избалованный гей извращенец! Уже жалеешь, что согласился на эту работу. — Он закрыл свое лицо руками и стал еще сильнее реветь. Я, не придумав ничего умнее, кинул все вещи на кресло, подошел к нему и обнял. Так крепко обнял его, словно от этого зависела его жизнь. Да, от этого зависит его и моя жизнь. — Не трогай меня. Я грязный! Мерзкий! Тебе должно быть противно! — Дымок пытался вырваться из моих объятий, но он был слишком слаб, а раны опять начали кровоточить. — Я… я всё знаю. Тебе нечего стыдиться! Прости меня, прости меня! Прости, что не смог уберечь тебя. Прости, что ты страдал всё это время. Я больше не допущу этого. Не допущу этого, мой маленький Синий Дым. — Сказав это все, я поцеловал его руки, которые были все в крови. Он сидел, и молча, смотрел на меня. Миша был удивлен словам, что я сказал твёрдым, но полным любви и заботы голосом. — Тебе надо ванную. — Он молча кивнул и попытался встать, но как только он встал, то сразу же упал обратно на кровать. — Посиди пока тут, я наберу ванну и отведу тебя туда. Я набрал пенную ванну, как ни странно, воду тут еще не отключили. Зашел в комнату и взял своего котенка на ручки, и отнес ванную. — Отпусти меня! И сам смогу дойти. — бубнил он. — Ага, как же. То, что ты в сознание пришел быстро - это уже хорошо, хотя и провалялся в отключке около двух часов. — После этих слов Миша замолчал, аж до самой ванной. Я усадил его в теплую воду и сел рядом на табуретку. — Ай, ай, ай…щиплет. Все горит, — заголосил Миша. — Ты что, и мыть меня будешь? — удивленно спросил подросток. — Конечно. Ты ведь не в состояние и пару шагов сделать. А вдруг ты утонешь? — он молча отвернулся, а щеки так и горели красным цветом. И чего я там не видел? Я усмехнулся. — Сядь, пожалуйста, так, чтоб я смог помыть голову. — Миша молча выполнил мою просьбу. Я налил шампунь на ладонь и нежно начал намыливать его волосы. Синие, словно небо. Гладил его шелковые волосы. В этот момент казалась, что время остановилась и все хорошо. Не было этого ада, в котором был Миша, и меня не разрывали чувства. Миша же наслаждался тем, как я мою ему голову. Мне казалась, что еще немного и он замурлыкает как кот. Сполоснув его волосы, я сказал, чтоб он встал, так как надо было и тело тщательно промыть. У него чуть глаза на лоб не полезли, но делать ему нечего покорно встал. Эх… всегда бы таким был. Все его тело было усеяно синяками, царапинами и ссадинами от плетки. Я старался аккуратно мыть его тело, но руки дрожали. Я чувствовал, как он дергается от боли, но не подает виду. Сердце больно сжималось в груди. Закончив банные процедуры, он завернулся в полотенце, и сам хотело было вылезти, но не тут-то было. Взяв его на руки, как принцессу, донес его до кровати. Хорошо вытерев его, стал обрабатывать раны. Миша почти не издавал звуков, а внутри меня росла ярость и ненависть к этому ублюдку. Закончив с обработкой ран, я дал ему свою старую футболку, его вещи я ведь не прихватил из мотеля, не до этого было. Хотя, моя старая футболка смотрелось на нем как платье. — Ты, должно быть, голоден? — Нет, — тихо ответил Дымок. — Ты чего-нибудь хочешь? Скажи и я все сделаю, ну если это в рамках разумного. — Прошу ляг со мной рядом, — тихо, почти неслышно сказало это синие чудо. — Если ты этого хочешь. — я лег рядом с ним поверх одеяла. Сначала между нами было дистанция, но спустя пару минут Миша уже лежал вплотную рядом со мной и тихо посапывал. Погладив его по голове, я уставился в потолок и начал обдумывать дальнейший план и пытался разобраться в своих чувствах по отношению к Мише, моему маленькому котёнку.