Это судьба

— Ну, у меня свои источники информации… — таинственно улыбнулся Мидорима. И, к его изумлению, едва не лишился пары-тройки зубов в своей таинственной улыбке. Спасла парня лишь быстрая реакция семпаев, что в данный момент сдерживали рванувшего к Шинтаро Такероши. — Ах ты… — тут Рьюго зажал рот Ринджи и мир не услышал несколько десятков отборнейших матов. — Мидорима, — покачал головой Ниджимура, — этот парень, — кивок на всё ещё сдерживаемого рыжика, — как Аомине и Хайзаки — сначала делает, потом думает. Причём делает кулаками, а думает в большинстве случаев местом, для этого не предназначенным (в простонародье — жопа). Пожалуйста, будь умнее — не провоцируй. — Хорошо, — несколько сдулся под серьёзным взглядом своего первого капитана в Тейко снайпер ПЧ. — Итак, Шин-чан, — состроил то ли обиженную, то ли заинтересованную моську Такао, — откуда у тебя всё-таки информация? — Ну, информация о вас у меня от… — драматическая пауза, и хитрый блеск глаз из-за очков. Все парни неосознанно придвинулись ближе к Мидориме, чтоб наверняка услышать страшную тайну. — Куроко, — просто и непринуждённо закончил любитель гороскопов. Баскетболисты с минуту хлопали ресницами и поражённо то переглядывались, то снова уставлялись на Шинтаро. — Что, прости? — выдохнул Кисе. — Говорю, Куроко мне рассказал. О команде, о вашей новой школе, — пожал плечами, будто не сообщил ничего интересного. — Капитан не мог… — снова «воспылал» Такероши, но на сей раз пока что себя контролировал и на Мидориму с кулаками не бросался. — Думаю, стоит спросить у самого Куроко, — здраво рассудил Фурихата. За столько лет капитан научил его думать головой в любой ситуации и смотреть на происходящее с нескольких точек зрения, что помогало Коки и в обычной жизни. — Мидорима сказал правду, — тихий и спокойный, но строгий голос заставил всех подпрыгнуть и схватиться за сердце. — Капита-а-ан, — заныли в два голоса Такао и Кисе, — зачем же так пугать? — Чтоб не расслаблялись, — озорно улыбнулся Тецуя. — Но почему ты ему рассказал? — неверяще произнёс Ринджи, смотря так, будто Куроко его как минимум в рабство продал. — Мидорима-кун оставил сообщение с просьбой перезвонить ему, потом вежливо попросил рассказать, куда делись я, Такао, Кисе и Мурасакибара. К тому же пообещал ни с кем не делиться этой информацией без нашего разрешения. И здесь он с моего же позволения, — хмыкнул Куроко. — То есть ты его сюда пригласил? — уточнил Рьюго. — Нет, я помог ему с переводом в эту школу, — неопределённо ответил голубоволосый. Его команда лишь вздохнула — вроде и ответ получили, а понимай, как хочешь. Вот всегда Куроко так! — Кхм, — привлёк всеобщее внимание Мидорима, — никто не против, если я присоединюсь к баскетбольному клубу старшей школы Сафуоку? Я понимаю, что у вас уже устоявшийся коллектив, но… Ребята, переглянувшись, лишь пожали плечами. — Не нам решать, — покачал головой Рьюго, — принимать подобные решения вправе лишь Куроко. Тут все уставились на капитана. — Что? — невозмутимо поинтересовался тот. — Лично я не имею ничего против. К тому же Мидорима-кун перевёлся сюда из самой Сютоку. По-моему, было бы нечестно после этого не позволить ему стать частью нашей команды. Доводы были убедительными, да и вообще спорить с Куроко Тецуей на какую-либо тему парни не решались, так что в этот же день Мидорима Шинтаро стал членом баскетбольного клуба Сафуоку.

***

Поэтому когда после уроков Мидорима с сумками наперевес заявился в домик к в прошлом баскетболистам Юуроки (Куроко выбил своим ребятам отдельный небольшой домик, а директор и рад стараться для будущих звёзд), никто особо не удивился. Поселил Куроко Шинтаро к Ацуши, мол, вы друг друга терпите, вот и живите вместе. Всё равно комнаты двухместные. Сам капитан жил один в комнате. Возникать никто не посмел. Такао и Кисе были поселены в одну комнату. Баскетболисты Юуроки подозревали, что капитан придумал такой хитрый план: пусть заговорят друг друга до смерти, ибо их вечные споры всех достали. Ниджимура вполне предполагаемо делил комнату с Рьюго — одноклассники же, им так удобней. Фурихату, как одного из самых вменяемых и неконфликтных, поселили вместе с Такероши. Фурихата — единственный кроме семпаев и капитана, кто мог сладить с рыжиком. Какая разница, что в отличие от той троицы, которая запросто контролировала Ринджи, Коки просто незаметно направлял энергию друга в нужное русло или сам делал, что необходимо? Кроме этих комнат в доме имелась ещё одна свободная, гостиная, кухня и санузел. Готовили все по очереди, по вечерам часто проводили вместе время в гостиной. Так что Мидорима вполне гармонично вписался в жизнь этой разношерстной компании.

***

— Куроко-кун, что лучше приготовить? — поинтересовался Мидорима, надевая фартушек в огромных ярко-красных маках (Тецуя покупал для дежурств по кухне). — Просто Куроко, Шинтаро. Зови меня без всех этих суффиксов. Если хочешь, можно даже по имени. Я и своим предлагал, но как ни просил, они просто отказываются называть меня Тецуей — либо Куроко, либо капитан. Я же свою команду зову по именам, поэтому привыкай к нашим традициям. Даже если это напоминает Акаши-куна, — отреагировал на попытку зеленоволосого что-то сказать. — Если честно, меня очень раздражало, что Акаши-кун так похож на меня. Была даже мысль обвинить его в пародировании, только сам Акаши-кун не видел меня настоящего. Ну, до последней четверти финала Зимнего Кубка… — Ладно, Куроко, — вздыхает Мидорима. — Так что готовить? — показывает пустую сковородку.

***

— Простите! Извините! Прошу прощения! Искренне извиняюсь! Очень раскаиваюсь! Примите мои сожаления! — едва успевал лепетать семенящий за учителем парень, натыкаясь на учеников старшей школы Сафуоку. — Ох уж эти новенькие… — бормотал про себя учитель, за которым, собственно, и семенил извиняющийся перед всеми ученик. — И все в «класс баскетболистов»! — фыркнул. — Хотя… Пусть лучше баскетболом занимаются, чем приключения на головы и себе и нам ищут, — смилостивился мужчина. Вечером этого же дня на телефон Куроко Тецуи пришло одно весьма занимательное сообщение. Шла третья неделя учебного года…