За экраном

И время рвётся И топит мысли, Нам остаётся… Море такое красивое, его горизонт будто зовёт тебя. Мои руки расправлены - ощущение, словно я птица. Последний выстрел В холодном душе… Что за назойливость? Хлопая по брюкам, никак не могу найти телефон, музыка с каждой нотой становится громче, и это жутко раздражает. Довольно чисто, Давай, иди сюда … Чёрт! Издевается, как пить дать. Подушка, одеяло, потолок и ненависть к человеку на том конце провода. Ну как так можно поступать со спящим человеком? Нахожу телефон в районе ног, не смотря на дисплей, автоматически отвечаю: – У тебя есть право выбрать свою смерть! – Стас, здравствуй. Кажется, мир только что перевернулся так же, как и телефон в моих руках. С утра я к такому явно не готов. – Как твои дела? – глухо послышалось из трубки. Справившись с руками, я поднёс телефон к уху. Как оказалось, мог и не стараться: выдавить из себя ничего не удавалось. Не понимаю: меня что, разговаривать не учили? Давай, Стас, ты сможешь. – Всё хорошо, – получился наигранный пофигизм, но это лучше, чем ничего. – Мы переслали тебе денег. Пока. Ничего не ответив, я скинул, просто не смог, ну зачем? Зачем он позвонил? Узнать, не говорю ли я женским голосом? Тут нет никаких душещипательных историй - у меня спокойная и размеренная жизнь, всё замечательно. Всё. Кроме одного. Моего отца-священника, жутко погрязшего в своей вере и всякой прочей ерунде. А причина его неприязни заключается в моей ориентации. Дело в том, что я гей. Отец - священник, а сын - гей, какая ирония. Ну а как это ещё называется? Ведь всю жизнь мне нравились парни. Конечно, были попытки полюбить девушек, но всё заканчивалось плачевно: больше чем подруг, не могу их воспринимать. Изначально рассказал я только своему другу детства Роме. Он, кстати, отреагировал нормально, мол, человеком я остаюсь тем же, за что я был ему благодарен. К слову, Рома и надоумил меня рассказать родителям, что-то вроде: "Лучше пусть от тебя узнают, чем от бабки со скамейки". Тут нельзя было не согласиться. Город у нас маленький - один прокол, и ты будешь звездой всех скамеек, все косточки перемоют. В тот же вечер и состоялся суд. За ужином я просто взял и выпалил: «Я гей». Конечно, сначала родители уставились на меня, наверняка думая, что это шутка или кличка такая. После пятиминутного разбирательства мы выяснили, что все правильно поняли, кто такой «гей», а потом только подключилась фраза, что это я. И тут началось. Мама, как самый сентиментальный персонаж нашей семьи, первой вошла во вкус. Начальная стадия - тихие рыдания, вторая - примирение, как-то даже без истерик и воплей. Коль такой, то что поделать. А с отцом дела сложились хуже. Общался сухо и каждую фразу мою анализировал, как и комнату. Всегда заходил и осматривал стены и стол - самые любимые его места для поиска. Не знаю, что именно пытался найти. Может, плакаты с голыми мужиками на стене или косметичку с тональником на столе. Он считает, что геи – это мужчины, которые в обязательном порядке красят волосы, отращивая их, становятся женственными и носят колготки. То, что происходит у него в голове, остаётся для меня тайной, и я как-то не расстроен: моя психика к этому явно не готова. Так и прошёл год, вполне тихо и спокойно. Я даже с отличием закончил школу, для себя с отличием, конечно: всего три тройки по своим «любимым» точным наукам. После окончания поступил в третьесортный московский институт на факультет журналистики. Всегда любил писать, даже чиркал пару статей для школьной газеты. Рома поехал со мной, так же поступив на журфак, чему я был рад. Всё-таки новый большой город, когда никого не знаешь - это как-то неуютно. Правда, сейчас, спустя три года, это ощущение кажется безумно далёким. Мама мне звонит каждую неделю, как и положено, спрашивает, как дела, интересуется учебой и, конечно, моим питанием. Отец не звонил совсем, поэтому сегодняшний звонок показался мне как минимум странным. Нет, я, конечно, приезжал на каникулы домой, но наши отношения не сдвигались с мёртвой точки со школьных дней. Но неужто лёд в священном сердце дал небольшую трещину? Я был бы рад: как ни крути, но мне временами не хватает отца. Поёрзав минут пять, я понял, что больше не смогу уснуть: спасибо, папа. Проклиная всё и всех, я поднял своё тело с кресла и двинул в сторону кухни. Я жил вместе с Ромой, точнее, мы снимали вместе квартиру. Сейчас он как раз получает разряд моего гневного взгляда по своей спящей русой голове. В отличие от меня, "Короля кресел", он дрыхнет на большом диване. Такую несправедливую дискриминацию я заслужил 2 недели назад. Пока друг искал эту квартиру на двоих, смотрел, ходил, нюансы все изучал, я, видите ли, ничего не делал. Просто сидел в общаге и залипал в сериалы. Но жаловаться мне не на что: снимаем мы достаточно дёшево, да и сама квартира очень уютная и светлая, и до универа всего 4 станции. Здорово помогает тот факт, что Рома работает барменом, а это работа ночная. Соответственно, когда его нет, все хоромы полностью в моем распоряжении, а это как минимум четыре раза в неделю бывает. В момент, когда мы съехали на квартиру, у нас была только одна мысль: "О, свобода, гулять, пить, музыку врубать на всю громкость!" А на деле что? Сижу и серию очередную гружу на кухонном пуфике с печеньем за пазухой, а это тело спит. Ну правильно, уже через неделю начнётся учёба, и он опять включит режим мутанта: по утрам учиться, ночами работать, спать вечером от силы часа четыре - одним словом, мазохист. Я, конечно, не горжусь своим сидением на шее у родителей, но учёба у нас непростая, совмещать сложно. Но, честно говоря, у меня мелькали мысли о собственном заработке, однако с каждой загрузкой новых сериалов они так же успешно покидали меня. После второй серии меня будто накрыло. Достало сидеть дома. Вот оно. Либо сейчас, либо никогда. Щелчок в голове был. Мне нужна работа. В любом случае, я могу просто попробовать, не понравится - всегда можно уйти. Пока мой энтузиазм меня не покинул, нужно действовать. Несколько щелчков по экрану, и вот передо мной святое окно мирового поисковика. Так, ну что там обычно пишут? Клацаю стандартное «работа студентам». Выскочило более 760 вакансий. Вот это выбор. Листовки? Ну уж нет. Фастфуд? Сложно представить. Огромное количество вакансий на официанта. Это явно не моё. Бегать и обслуживать людей слишком выматывает, больше, мне кажется, морально, нежели физически. МодельWebcam. Что ещё за модель? Пролистав кучу ненужной информации, я уловил главное. Высокий заработок, выплаты каждую неделю и свободный график, так что работа не доставит проблем учебе и ночному сну. Условия, конечно, странные. Общение по камере, ещё и видят только тебя, при этом нужно быть интересным, чтобы тобой интересовались, тебе звонили. Сколько времени проговоришь - столько заработаешь. Нужно просто общаться, значит? Это я, к счастью, умею: язык у меня хорошо подвешен, а если не надо ещё и потакать кому-то, а просто вести беседу, то вообще странно, что это работа, а не хобби какое-то. Требований по внешним параметрам совсем нет. Ну и ладно, на это не жалуюсь, и то славно. Конечно, себя супер-красавцем не считаю, но и не урод. Ростом 180, густая блондинистая шевелюра вразброс, сглаженные черты лица и моя гордость – медные глаза, которые, к тому же, довольно большие, что делает меня слегка моложе. От девушек я часто слышу слово "миловидный". Ну что ж. Тогда попробую туда, чем чёрт не шутит. Нажимаю небольшое окошко, гласящее об отправке резюме. Пара минут - и оно заполнено. С этим закончил, как-то даже легче стало. Начну сам зарабатывать, стану самостоятельным, да и лишние деньги - это ж столько всего. Мои великие мечтания прервало лохматое сонное создание, которое за это время вылезло из комнаты. И, как видно, успело попить кофе у меня за спиной, наверняка наблюдая за всем, что я делал всё это время. Он всегда такой "человек-невидимка"; ему в шпионах нужно быть, а не в баре ошиваться. – Наш мальчик вырос? – саркастически изрёк он, за что и получил пинок в награду. Вот смотрю на него и поражаюсь: мы знакомы лет пятнадцать, а эмоции у него с самого детства по десятибалльной шкале и до четверки редко доходят, даже рядом с близкими людьми. Для незнакомцев у него всегда режим «лицо-кирпич». Даже бетон, непробиваемый, к тому же. Но есть у него то, чего не знает никто, кроме меня. И то узнал случайно, мне нужен был файл по учёбе, а Рома на работе был. Сам сказал залезть в его компьютер и поискать на рабочем столе. Кто ж знал, что я наткнусь на такое. Наш непробиваемый Роман смотрит японские мультяшки. Огромное количество картинок, видео, подборок игр. Ну это никак не сочеталось: он и такие вот вещи. Чтобы мой след заметили, я поменял его заставку на компьютере на первую попавшуюся картинку, а сам внутри давился злобным смехом. К слову, утром я пожалел обо всём: меня ужасным образом разбудили, скинув с дивана. Я даже забыл почему, но вспомнив, начал ржать, как конь. Конечно, прекратив практически сразу: Рома умеет смотреть так, что не то что перехочешь смеяться - жить не захочешь. – Не находишь это подозрительным? – вернул он меня к реальности. – Если честно, то очень даже нахожу. – Первые пять минут? – нормально он разговаривать не умеет, я уже давно это понял, но иногда прям бесит. – Да какая разница? Не понравится - уйду! – пыхтя от негодования, я схватил ноутбук и потопал в комнату. Глупый дятел! Посмотрим, что он скажет, когда я буду зарабатывать, возможно, даже больше, чем он. Уже к вечеру, после торжественного ужина в виде макарон с сосисками, я уселся досматривать серию, а Рома, как и полагается, стал собираться на работу. Но судьба мне плюёт сегодня в лицо: три минуты до конца серии, и сокровенный момент нарушает вибрация по столу. Взяв себя в руки, скрыв раздражение, я ответил: – Слушаю. – Стас Егорович? – пропел приятный женский голос на другом конце. – Да. – Это компания WebCamGloriss. Вы прислали нам резюме на работу веб-модели. Мы приглашаем вас на собеседование, на котором подробнее расскажем вам о нашей компании и всем, связанным с нашей работой. Вы ещё заинтересованы в этом предложении? – Да, – меня уже начинает это раздражать, нельзя ли побыстрее? – Когда вам будет удобно? – Да. – Простите? – А, простите, что?- я уже врубил продолжение серии, пока она меня не утомила окончательно, а ей ещё и ответы подавай, оказывается. В этот момент Рома театрально закатил глаза. Как он вообще в комнате оказался? На кухне же был. – Когда вы можете к нам подойти? – Сейчас у меня нет учёбы, в любое время, хоть завтра. – Хорошо, тогда ждём вас завтра к четырём часам. Запишите, пожалуйста, наш адрес. Всё записав под диктовку, я завалился, продолжив свой ритуал просмотра. Завтра, значит, у меня может появиться работа. Посмотрим, какая из меня модель. Лёжа на диване, я опробовал некоторые позы: что-то вроде "нога на ноге, а рука за головой". Рома на прощание кинул мне обидное «аутист», но это мы ещё посмотрим. Я, может, знаменитым стану.