Мятные леденцы

*** POV Дэрил.       Я свалил из дома фермеров, как только рассвело. Она точно нажалуется отцу, и он меня точно застрелит, несмотря на то, что такой пацифист и запрещает нам с оружием расхаживать.       Голова до сих пор гудит как колокол по воскресеньям.       Когда я добрался до своей палатки, понял, что от пуль брезент меня тоже не спасет. Надо что-то делать. Можно конечно просто свалить, никто в погоню за мной не пустится, но я им вроде как нужен. Охотиться они толком не умеют, да и Софию еще не нашли, а Рик с Шейном последнее время что-то не очень на лучших друзей смахивают. Мне на них всех плевать. Почти плевать. Только вот Кэрол и китайченка жалко, и мелкого Граймса, да и Хорват неплохой мужик. Что ж теперь делать?       Тогда я услышал, как завозился кто-то в соседней палатке. Рик. Да, если кто и поможет, то только он наверно. Есть еще Дейл, но тот будет полчаса нотации читать и потом несколько дней с упреком таращиться на меня. *** За день до:       Чертова лошадь! Если я её найду, застрелю и барбекю сделаю. Если бы я не застрял в том овраге, то не валялся бы сейчас тут, прохлаждаясь на постели, пахнущей цветами, словно я девчонка какая. И не вспомнил бы о Мэрле. Интересно, жив ли еще этот гавнюк?       Заходила Кэрол и принесла тарелку с мясным рагу. Вроде как «больным ужин в постель». Ага, я прям помираю лежу. Да всё с ними понятно: у них там торжественный вечерний банкет, и без всяких неотесанных реднеков обойдутся. Ну и пес с ними.       Я осторожно поднялся с кровати и прошелся по комнате, заглядывая во все тумбочки, перебирая вещи на полках. Это привычка мародера - всегда ищи, чем можно разжиться – но в новом мире только так можно выжить. Так, что тут у нас есть? Какие-то баночки с краской, стопки комиксов и книг, несколько спортивных журналов. В шкафу мужская одежда, но какая-то слишком яркая. Наверно комната парня. Ну точно, вот и школьная спортивная форма. Поди комната покойного сынка фермера.       Скука. Может у него где тайничок с заначкой есть? Ну там, дури немного, или пару журнальчиков для развлечения. Но ни под матрасом, ни под кроватью, ни за шкафом ничего не нашлось.       Хорошо хоть, что мой рюкзак приволокли. И на том спасибо. Так, где-то еще оставалось с полпачки сигарет. Пока искал спички, нашел спрятанную на черный день фляжку с абсентом. Не виски конечно, но выбирать не приходится. Пара глотков омерзительного зеленого пойла и вот уже мир не так ужасен.       Послышались голоса с улицы – видать ужин закончился и наши возвращаются в лагерь. Ха, а я-то сегодня по-человечески буду спать, на нормальной постели, а не в драном спальнике. Я отсалютовал фляжкой вслед почти лысому Шейну, замыкающему колонну людей, сделал еще один большой глоток и вернулся на кровать. Хватит расходовать драгоценный алкоголь - непонятно, когда еще доберемся до городка какого-нибудь, чтоб с барами был.       Ну а пока можно курнуть. Три сигареты в мятой пачке даже оказались не сломанными, что было уже удачей. Прикурив, я с наслаждением выдохнул долгую струю дыма и даже загляделся на то, как она поднимается к потолку и рассеивается в темноте вечера.       Иногда кажется, что нужно куда-то стремиться, надрываешься, пытаешься стать кем-то, кем не являешься, чтобы был смысл в твоей никчемной жизни. А иногда понимаешь, что никакого смысла и нет, и никогда не было, ни у кого. Просто нет инструкции к человеческой жизни. И бухло, сигареты и ладненькая краля рядом – единственное, что ценно и имеет смысл. А грянувший апокалипсис перемешал и эти без того запутанные понятия. Ууу, братец, да тебя прям на философствования потянуло, - произнес внутренний голос. Почему-то сегодня весь день совесть говорила исключительно голосом Мэрла. Ты у нас на путь истинный, что ли, повернул? Видишь, про тебя после их ужина даже никто не вспомнил. А ты всё ещё пытаешься вписаться в их милую компашку. Проваливай, Мэрл. И без тебя тошно. Они просто думают, что я уже сплю. И вообще, старик позволил мне остаться в доме на ночь, за что я благодарен. Ага, утешай себя. А Хершел не будет тебя ругать, что ты тут всю комнату закоптишь? – усмехался Мэрл. - Блять, - как мог быстро я слез с кровати и распахнул окно, чтобы выветрить дым из комнаты. Наверняка у старика среди кучи его правил есть одно о запрете курения в доме. На улице чувствовались порывы холодного ветра, но может хоть они голову мне прояснят и избавят от голоса брата. Я оглядел округу и справа заметил ноги, свисавшие из открытого окна. Это кто-то из домашних старика. Девчонка похоже. - Не спится? – и какого черта меня на разговоры потянуло. Из окна выглянула дочка Хершела и огромными бегающими глазами уставилась на меня. - В доме жарко. Ууу, кто это там у нас? О, малышка-блонди! - Это да. Надо было мне остаться в своей палатке ночевать. Курить будешь? Дэрилина , ты с лестницы навернулся? Какой «курить»?! Ей папочка на прошлый день рожденья пони подарил, на следующий готовит поездку в Диснейленд. А ты тут «курить»… - Нет, спасибо, мистер Диксон. Эха-ха-ха! Мистер Диксон! Слышь, мистер Диксон, сигарету не вырони, а то рот раззявил. Слушай, а может раз журнальчиков не нашел, с этой что-нибудь можно замутить? Завали, Мэрл! Надо думать о чем-нибудь другом. Так, утром я искал Софи. Завтра пойдем прочесывать местность у реки, но там кусты слишком густые, видимость не очень. - Эй, мелкая Гринн, здесь в округе есть какие-нибудь высокие мельницы или водонапорные башни или ветряки, какой-нибудь высокий ориентир, который издалека можно заметить? - Я таких не знаю. Раньше была водонапорная башня у соседней фермы, но она давно развалилась. - Угу. Да уж, прям помогла. Ладно, будем на месте ориентироваться. - Вы так и не нашли эту девочку? - Софи. Нет. Но я нашел её куклу, завтра отправимся в тот квадрат, она должна быть где-то недалеко. - Я хотела бы быть полезной, а то от меня совсем нету толка в поисках. Я могу пойти завтра со всеми вами, мистер Диксон? Наверняка она всегда мечтала со своим учителем в школе позажиматься. А давай ты у нас будешь мистер Диксон – тренер спортивной команды. Только из тебя актриса никудышная, испортишь всё. - Кончай меня мистером называть. Я себя непонятно кем чувствую тогда, - от Мэрловых подъёбок даже сигареты не спасают. Или это из-за абсента. – Ты там будешь обузой. Ага, с нами пойти, чтоб потом тебя так же искать. Нет, уж спасибо. Думал, она обидится: я ж её прям носом ткнул в её беспомощность и бесполезность. Но нет, сидит себе дальше, лишь головой качнула и глубоко и шумно вздохнула. Не, на эту даже с пьяных глаз не встанет. Кожа да кости. Помнится я, когда последний раз откинулся, прям в тот же день в забегаловке официанточку одну склеил. Ты, может, помнишь, невысокая такая, страшненькая. Вот это была огонь-баба, там хоть подержаться было за что. Тоже блондиночка кстати была. У меня вообще теория есть: что все блондинки безотказные лапули, если с ними хорошо себя вести. Ну там, пару комплиментов отвесить, дать понять, что восхищаешься такой богиней, и всё, уже можно переходить ко второй базе. А там уже и до койки рукой подать. Брюнетки поноровистей будут, они из себя независимых мнят, там уж приходилось и прогибаться, в послушного мальчика играть. - А вы убивали ходячих? Я чуть сигарету не проглотил. Нет, ну кто в этом гребаном мире мог предположить, что этот наивный ангелочек будет задавать те же вопросы, что и Рик всем встречным. У девчонки видать мозги всё таки есть. - Конечно. Там, за вашей оградой они бродят везде, и днем и ночью, иногда сбиваясь в стада, - я решил, что лучше будет совсем вылезти на крышу веранды потому, что дым всё равно в дом попадал. - Вы отлично устроились здесь, спокойно сидя и играя в старую жизнь. Вот только мир сильно изменился и, если не изменишься сам, не подстроишься под него, то погибнешь очень скоро, - с каждым словом я всё ближе подходил к её окну. - Но может… - Никаких может! Я видел как сестра набросилась на сестру, путаясь откусить от неё кусок, как один отец пристрели троих своих обращенных детей, как другой отец не смог сделать того же и был растерзан своим пятилетним сыном. Ходячие – это не люди. Я и забыл, какой ты болтун становишься после выпивки. Какого черта после пары глотков меня так накрыло-то? Мне должно быть плевать на то, что думает эта малявка. - Вы не можете этого знать наверняка! Вы же не ученый! Это недопустимо убивать их… - блондинка тоже повысила голос. Да как же она не понимает-то?! От этой простой истины зависит твоя жизнь, тупая соплячка! Слушай, а может они все тут на ферме такие, с темпераментом, как у скинувшей тебя лошади? - Хватит мне нотации читать. Ты себя кем возомнила? Моей женушкой или мамашей? Не надо лезть в мою жизнь, – я готов был затолкать эту бестолочь в её комнату и закрыть окно, лишь бы не слышать очередных заблуждений от обреченной на глупую смерть девицы. Молодец, братец! Прям герой! Довел наш и без того слабый единственный сегодняшний шанс на потрахушки до истерики. Она ж сейчас сырость тут разведет. Заткнись, Мэрл! - От вас пахнет куревом, - спокойная интонация её голоса привела меня в замешательство. Вся злость испарилась. Я покосился на окурок в своей руке, затушил его об стену и вернулся к своему окну. Бок всё ещё болел и доставлял неудобства. Пока я забирался внутрь дома, девчонка подскочила ко мне и попыталась помочь. А чего это она так к тебе и липнет? Или почувствовала родственную душу, нашла такую же принцессу себе в подружки? Я выдернул свою руку из её маленьких цепких ладоней, но всё равно проворчал «Спасибо». Уже находясь в комнате, я оглянулся, ожидая увидеть пустое окно. Но на подоконнике сидела улыбающаяся фермерская дочка. - Вам что-нибудь нужно? - Ну, может стакан воды, а то надо же эту сигаретную вонь перебить, - раз уж так хочет угодить, пусть хоть попить принесет, может протрезвею. - У меня там есть мятные леденцы, - и она высунула язык со своей конфетой, глядя на меня своими наивными распахнутыми глазами. – Они вкусные. Хотите принесу? Ну вот кто, блять, так делает?! Кто будучи в здравом уме перед взрослым мужиком так себя ведет?! Я как завороженный смотрел, как девчонка языком перекатывает прозрачный кусок карамели между зубами. Слушай, братиш, я, конечно, всё понимаю: апокалипсис, ходячие, каждый день жизнью рискуешь, сто лет бабы нормальной не видел. Но будь реалистом: твоей жалкой тушке ничего здесь не светит. Да и староваты мы с тобой уже за чирлидершами ухлестывать, «мистер Диксон». Мэрл, катись к чертовой матери отсюда! Сама напросилась. - Ну и на кой черт ходить? Тут есть одна, - с этими словами я шагнул к ней, схватил за подбородок, запрокинул её голову и впился в её губы. Вот это моя школа! Правильно: сразу быка за рога, вернее корову за вымя. Будет знать, как в своих тонких маечках перед мужиком щеголять. Она попыталась отклониться, но я притянул её ближе, положив руку ей на затылок. Мягкие волнистые волосы раздражающе щекотали запястье. Хотя девчонка и не отвечала толком на поцелуй, но на моё удивление, и не сопротивлялась и не пыталась меня укусить в ответ или ударить. Она просто позволяла делать это с собой: целовать, обнимать. Интересно, как далеко мне можно будет зайти? Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем она, наконец, уперлась руками мне в грудь, пытаясь отодвинуться. Как только я убрал свои руки с её тела, блондинка тут же оказалась на ногах по ту сторону окна. Я как будто увидел всё это со стороны и протрезвел: испуганно-распахнутый взгляд и распухшие губы, но осуждающе-воинственно сжатые зубы и кулаки. Это тебе не девица с панели или очередная гуляка из клуба. Эта, если и совершит ошибку, связавшись с тобой и обжегшись, то, как минимум, воткнет столовый нож в твою лопатку или пропорет шины твоего байка. С такими пренебрежительно себя вести не получится, только идти ва-банк, на что я пока не готов. - Тебе лучше исчезнуть. Я благодарил всех Богов за то, что она оказалась благоразумной и убежала в свою комнату. *** Знаешь, братиш, я всегда немного другой смысл видел во фразе «отобрать у ребенка конфету». ***