В метель на тропе

Утром я имел честь любоваться спящим омежкой, что тихо сопел на подушке рядом, обнимая ее обеими ручками и причмокивая припухшими губками. Иллиан был чертовски милым и беззаботным сейчас, спокойно отдыхая от тяжелой ночи. Я не смог удержаться и нежно погладил мальчишку по щеке. Тот наморщил носик и отвернулся, при этом потянувшись и чуть больше укрывшись одеялом. — Вот же соня. — Притягивая к себе мальца и обнимая, требовательно поворачивая его так, чтобы светлоголовое чудо лежало головой на моем плече. — Нужно было запретить тебе выскальзывать из кровати до того, как я проснусь. Почему я так долго был лишен видеть такую красоту? — Тихо шепчу, поглаживая его спину и ягодицы, замечая, что малявочка просыпается, возбуждаясь и начиная в полу-дреме что-то бормотать. Не хотелось его будить, все же выходной день, куда подрываться-то? Около часа, или даже двух, подремав, я вновь проснулся, мелкий продолжал спать, это немного удивило. Неужели он всегда так много спит? Во сколько он поднимается с кровати, когда я уже на работе? — Иллиан, просыпайся, так всю жизнь проспишь… — Н-не… Не-не-не много еще… — Сонно лепетал омежка, прижимаясь ко мне сильнее и тычась носиком в мою шею, закидывая на меня ногу и продолжая спать. — Ты так раскрепощен после этой ночи и болтлив… Меня очень удивляют такие перемены. — Нежно гладя его по щеке, слышу урчание. Мальчишке нравится, видимо, за ночь он совершенно ко мне привык и больше не боится ни наготы наших тел, ни такой их близости. — Д-да-дай спать… — Омежка причмокнул губками над самым моим ушком, проскользив по моему паху ногой, Иллиан напрягся, явно осознав что именно он так нежно поглаживает все это время коленкой. — Ты… -Да солнышко, Мы уже давно не спим. Может ты все-таки проснешься и мы чем-нибудь займемся? — Судя по тому, что мой трусишка задрожал, я понял, о чем именно он подумал и тут же постарался успокоить мое чудо. — Что хочешь на завтрак? Если так сильно хочешь спать — я могу сам что-нибудь приготовить, чего желаешь? — Я са-сам… — Осторожно садясь, сонное чудо неуверенно посмотрело на меня, словно не веря, что все это действительно происходит. — Та-так… Так-кой кра-красивый… — Умеешь же смущать, паразит, и возбуждать. — И эт-то я сму. сму. — Краснея, омежка отворачивался, и это так умиляло, что я не мог продолжать просто лежать. — Вот же-ж милашка! — Прижимая к себе мое чудо я не удержался и, прильнул губами к его груди, покусывая розовый сосочек. Омега ахнул, упираясь ладошками в изголовье кровати. — Сладкий… — Не. не… — Ну уж нет, солнышко, я не остановлюсь, ты слишком прекрасен, я не смогу себя заставить убрать от тебя ручки, не после того, как я успел познать твой вкус… *** — Ну чего ты такой надутый? Мы ведь вместе теперь, это нормально для пары. — Я смотрел на омежку, что нахмурившись, сверлил меня сердитым взглядом. Какой же он злой сейчас из-за утреннего секса. Такой хмурый и все равно краснеющий от одного лишь взгляда. — Ну же, солнышко, три оргазма за утро, ты ведь от кайфа чуть в обморок не рухнул, а такую мордочку строишь, словно одному мне это понравилось. — Ты… изв-изв… — Извращенец? Не спорю, я альфа и далеко не подросток. Это свойственно моему полу, хотеть омежку постоянно, особенно, когда он рядом и без штанишек. И да, с первых дней тебя тут я подумывал об этом. — Включая фен, я сушил его волосы, ведь он только что вышел из душа, правда, полностью одетый, дабы я так просто до него не добрался. — Ты боишься этого? — Омежка замотал головой, но все равно напрягся. — Я тебя люблю, Илл. — Притягивая юнца к себе за подбородок, нежно целую. Черт, я так счастлив, что он больше не убегает от поцелуев! — Люблю те-тебя. — Повторяет светловолосый, обнимая и улыбаясь так тепло, что сердце начинает куда быстрее и трепетнее стучать в груди. Все же это так мило, особенно само осознание, что этот мальчишка не собирается от тебя убегать и, как бы не боялся из-за своей скромности, все равно останется рядом. — Солнышко, заедем к твоим родителям за твоими вещами? Хочу, чтобы ты окончательно переехал ко мне. — Не…не отпустят… — А если распишемся? И тогда упираться будут? — Отключая фен, растрепал уже сухие кудри любимого, любуясь его удивленным личиком. — Ка-как? Брак? — У Иллиана был шок. Глядя на меня круглыми глазами, парень поджал дрожащие губы. — Так бы-быстро? — А какая разница-то? Все равно не отпущу тебя ни куда, какая разница сейчас или через пару лет? Или ты не готов так быстро со мной связать жизнь? — Не-не зна-зна… — Паникуя, парнишка крутился, закрывая лицо руками. Он не был готов дать сейчас ответ на вопрос, который был задан в лоб. — Хорошо-хорошо, не будем с этим спешить, успокойся, но все равно, от родителей мы тебя полностью переселим уже на этой неделе. Согласен? — Хо-хочу пе-перед ал-ал-алта-рем бы-быть в пла-платье. — Серьезно сказал он, сделав глубокий вдох и выдох. — Белом. — Как скажешь, солнышко мое, как скажешь. — Я, не сдержав эмоций, повалил парнишку на кровать, зацеловывая. — Как же я счастлив!