New hope

- ЛУИ УИЛЬЯМ ТОМЛИНСОН, ЕСЛИ ЧЕРЕЗ 10 МИНУТ ВАС НЕ БУДЕТ ЗА ЗАВТРАКОМ, Я ВСЕ ВАШИ КНИГИ СОЖГУ К ЧЕРТЯМ! – проорал женский голос за дверью. Парень, что был сейчас в комнате, с тяжелым вздохом встал с кровати и поплелся в сторону ванны. - Как же ты меня задолбала, - пробубнил себе под нос мальчик. Давайте с ним немного познакомимся. Как вы уже поняли, звали этого парня Луи. Ему было семнадцать лет. Шатен с постоянным шухером на голове, когда его карамельного оттенка прядки торчали в разные стороны, с небесно-голубыми глазами, которые вместо того, чтобы светиться счастьем и умиротворенностью, наводили холод и ужас. Острые скулы, аккуратный нос, выступающие ключицы, тело спортивного телосложения с накаченными ягодицами и сильными ногами – ничего выдающегося,а с другой стороны каждому хотелось открыть и изучить эту таинственную книгу. Парень жил с матерью и ее третьим мужем. А отношения у них складывались, мягко говоря, непростые. Луи не знал своего настоящего отца, так как тот бросил семью, когда мальчику не было и двух лет. С тех самых пор Джей, мама шатена, полностью посвятила себя карьере, скинув сына на своего нового мужа – Марка Томлинсона. Именно этот мужчина научил Луи всему, что знал сам, был опорой и поддержкой во всех начинаниях, а главное – защищал ребенка при их каждой стычке с матерью. Но любым некрепким отношениям рано или поздно приходит конец. Так случилось и с семьей Томлинсонов. Джей надоел муж-обслуга, поэтому она решила присмотреться к молодому, но весьма успешному бизнесмену, так сказать, убить двух зайцев: и нового супруга получить, и объединить компании для большей прибыли. А Луи по решению суда остался с матерью до своего совершеннолетия. Вот тут жизнь и понеслась наперекосяк: постоянные ссоры, наезды на парня, драки с новым отчимом, уходы из дома и многое другое. Луи давно уже хотел жить где-нибудь в лесу, лишь бы только не под одной крышей с этими гестаповцами, вот только юридически парень был связан по рукам и ногам, поэтому всегда после своих бунтов он возвращался домой. Но Луи никогда не просил прощения или приносил извинения. Шатен был достаточно гордым для этого. А еще он был озлобленным на весь мир, ибо никто, даже самый близкий друг, не понимал ни причин поведения Томлинсона, ни его внутреннего состояния. А мальчику всего лишь нужна была поддержка кого-нибудь со стороны. Поняв, что в этом мире он – один, Луи стал бороться с жизнью всеми возможными способами. Но в это утро он должен идти с поникшей головой завтракать, иначе его прекрасная мамаша сожжёт его любимую библиотеку, а поверьте, Джей может это сделать. На кухне Луи увидел, как все его семейство принимает пищу, мило разговаривая друг с другом. Дэн взбесил шатена только своим видом, не говоря уже о поведении, поэтому парень даже не пытался пойти на контакт с новым отчимом: не было ни желания, ни причин, ведь это была очередная временная игрушка. Луи взял свою кружку из шкафа, налил чай и присоединился к завтракающим. Настроения не было никакого абсолютно, еда не лезла внутрь, грела мысль только о том, что вечером шатен уедет на конюшню. Да, лошади были его страстью. Вообще Луи искренне верил, что именно эти животные намного красивее людей, намного умнее их, а главное – добрее и понимающее. Парень буквально жил лошадьми, он занимался конкуром, хотел идти дальше в большой спорт и посвятить всю свою жизнь этим существам. Именно его конь, Буцефал, был самым близким другом для Луи, потому что животное чувствовало все, что происходило с его наездником, поддерживало его и просто дарило те эмоции, которых так не хватало парню в этом жестоком мире. Вспомнив про своего вороного коня, Луи заулыбался, засветился от счастья в предвкушении. - Что ты ухмыляешься? Не хочешь с нами поговорить? – из мечтаний шатена вывел грубый голос матери. - Мне не о чем с тобой говорить, - сквозь зубы проговорил парень. - А нам есть, что тебе сказать, - Джей абсолютно не обращала внимание на уже далеко не веселое настроение сына, - сегодня вечером приедет тетя Марта со своей дочуркой Эль, и мы вместе поедем на пикник к озеру. Правда, здорово? Луи выронил ложку с йогуртом после таких слов. Что? Она смеется? Шутит? Издевается? Парень так ждал этого дня, так хотел увидеться с любимым и единственно верным другом, что, если он сегодня не придет, это будет равно предательству. - Нет, я не могу ехать, у меня тренировка! – твердо сказал Луи. - Ой, подумаешь, у него тренировка! Ничего пропустишь пару раз, ничего с твоей тварью не случится! – прогудел Дэн, не отрывая взгляд от газеты. - Буцефал не тварь, он конь породы Голландская теплокровная! Это ты тварь безмозглая! – внутри шатена ярость разливала огонь по венам, а гнев уже готов был выйти наружу просто бурей эмоций. - Как ты смеешь так с отцом разговаривать?! – прикрикнула Джей на сына. - Он мне не отец! – отчеканил парень, сжимая руки в кулаки так, чтобы это было видно всем присутствующим. - Не будет у тебя никакой тренировки! Все! Я сказала! И вообще, я планирую выкупить у муниципальных властей эту конюшню, снести ее, лошадей на живодерню, а на образовавшейся пустой земле поставить еще один завод, - с неописуемым восторгом рассказывала Джей о своих бизнес-планах. Внутри Луи уже давно все оборвалось, а после таких слов от собственной матери, шатен почувствовал дикую боль в районе груди. Мало того, что эта женщина всячески отравляет жизнь ему, так теперь в ее планах уничтожить все, чем жил шатен, ради чего старался достичь каких-то высот. Было такое чувство, что сейчас перед Луи была бездушная машина, а не человек, которая была готова убить все невинное и прекрасное в этом мире. - Закрой свой рот! – ярость и гнев, что копились в Луи, взорвались моментально, как действующий вулкан, извергая лаву слов и желчи, - Я не позволю тебе сделать этого! Ты мне не мать больше! Никогда в жизни тебя больше не прощу, мне исполнится восемнадцать - я убегу, только чтобы твое мертвое и гнилое лицо не видеть! Чтобы не дышать с тобой твоим трупным воздухом! Лишила меня отца, хочешь лишить и мечты, и смысла жизни! Не выйдет! - А ну-ка заткнись, тебе никто слово не давал, неблагодарная сволочь! – Джей стукнула рукой по столу. Это было последней каплей в терпении Луи. Парень привык ругаться, привык бороться, но он никогда в жизни не даст никому унизить свою личность и свое достоинство. - Уже, слушаюсь и повинуюсь, - шатен рывком поднимается со своего места, ногой опрокидывая стул и направляясь к двери, - Чуть не забыл, благодарю за завтрак. Луи поклонился всем в пояс, затем плюнул, влетел на второй этаж и захлопнул за собой дверь. Парню так хотелось забыться, так хотелось, чтобы появился кто-то и спас его от этого тирана в юбке. Так хотелось, чтобы его заключили в сильные объятия и забрали всю боль и тревоги, позволяя мальчику вздохнуть свободно. Так хотелось почувствовать чью-то поддержку, доверие, а главное веру в его возможности. Луи уже просто устал быть сильным! Спустя два часа, когда парень успел уже поспать, шатен услышал, как в замочную скважину входит ключ, и его запирают на два замка. - Мы уедем на пару часов. А ты подумаешь над своим поведением! И да, на конюшне тебя уже никто не ждет! – прокричала Джей. Ну, это мы еще посмотрим! На самом деле Луи практически не жил в этом доме, он построил себе шалаш в лесу, куда уже перевез все вещи, а также где отсиживал свои побеги. Шалаш находился неподалеку от конюшни, поэтому Луи проводил все свое время с любимым другом. И сейчас самое время бежать именно туда! Парень хватает рюкзак и запихивает в него пару футболок, зубную щетку, полотенце, носки, пару бутылок воды, сух пай, а также накопленные деньги. Отлично! Теперь можно и бежать. Луи аккуратно открывает окно, у которого мать специально выдернула ручку, садиться на подоконник, затем ногами встает на карниз, а руками хватается за уже давно известную веревку. Он так удачно замаскировал ее под плющ, что у Джей всегда были вопросы: «Как же ее сын сбегает со второго этажа?» Достигнув земли, парень в два счета перемахивает через забор и бежит в сторону леса, где в старой полуразвалившейся хижине лесника запрятан его велосипед. Оседлав железного коня, Луи изо всех сил мчится туда, где его уже давным-давно ждет самый преданный и верный друг. Парня не волнует ни сильный ветер, что буквально сдувает его с намеченного маршрута, ни начинающийся дождь, что сильно бьет по глазам. Луи едет туда, где расцветает его душа и сердце, Луи едет домой. А вот и спуск с горы, а внизу такая долгожданная конюшня. Слетев стрелой с отвесного склона, шатен паркует свой велосипед у входа и вдыхает воздух полной грудью. Да, для него так пахнет счастье. Овес, скошенная трава вперемешку с натуральным запахом лошадей, яблоки и морковь, аромат кожи со спортивного снаряжения – все смешалось в легких мальчика. Луи был на седьмом небе от счастья только здесь, только в этом, святом для него, месте. При входе шатена встретил знакомый тренер, мистер Хиггинс. Это был спортивного телосложения мужчина, около сорока лет, брюнет с седыми волосами местами, добрыми карими глазами и самой большой улыбкой в мире. Так считал Луи. Мистер Хиггинс любил голубоглазого парня как собственного сына, обучал его всему, что знал сам. Именно этот мужчина открыл шатену мир лошадей, научил их понимать, чувствовать своего напарника. Конечно, зачастую Луи очень сильно от него доставалось, когда парень без спроса уводил своего коня в поле на прогулку или когда седлала его без специальной амуниции. Но шатен принимал эти добрые выговоры в свой адрес, ибо понимал, что мистер Хиггинс просто боится за здоровье Луи и Буцефала. - Здравствуй, сорванец, - поприветствовал шатена тренер. - Здравствуйте, мистер Хиггинс, - наконец-то улыбаясь, произносит парень. - Ты извини, я Буцефала уже отвел в денник, ибо звонила твоя мать и говорила, что ты сегодня не приедешь. - Она много чего говорит, вы ее не слушайте, - отмахнулся Луи. Тут только мистер Хиггинс заметил рюкзак за спиной голубоглазого мальчика. Тренер знал, какие проблемы были у парня в семье, поэтому всячески старался его поддержать, окружить заботой, пусть и временной. И сейчас мистер Хиггинс опять все понял, ибо Луи никогда не приходил со своими вещами, если он приезжал с родителями из дома. Тренер тактично промолчал, забирая у парня рюкзак, однако сам насторожился, ибо с мадам Томлинсон в этом городе никто не хотел иметь проблем. - Я пошел? – спросил Луи, светясь от счастья. - Конечно, он ждет тебя. Парень прошел вглубь конюшни, где в предпоследнем деннике лежал его самый верный и преданный на свете друг. - Привет, Буцефал! Я так скучал! – Луи буквально врывается к своему коню. Тот лежал на земле, понурив голову, но услышав знакомый голос, тут же вскочил и радостно заржал. - И я рад тебя видеть. Прости, что тренировка отменилась, ты же знаешь мою мать, я итак опять из дома убежал, и не говори мне ничего сейчас, - шатен ласково трепал могучее животное за загривок, а тот в знак согласия боднул голубоглазого мальчика в плечо, как бы говоря: «Все хорошо, друг, я с тобой!» Их связь была очень странной для окружающих людей, даже для всего персонала конюшни, ибо Луи приручил самого своенравного и дикого, как многие считали, коня. Буцефал ни одного наездника не подпускал к себе, сбрыкивал их и всячески не давал себя приручить. Конь обожал свободно бегать в леваде, но становился озлобленным, как только хотя бы один человек подходил к нему. Только мистеру Хиггинсу удавалось каким-то образом обучать Буцефала. Но тренер никогда не позволял своим ученикам подходит к такому коню, что уж говорить о тренировках. Но Луи тоже был не промах, ибо для этого парня также не существовало рамок или ограничений. А если парень поставил перед собой какую-либо цель, то тут уж точно – берегитесь. Голубоглазый мальчик увидел Буцефала в леваде, когда тот вальяжно разгуливал вдоль загона. Сначала Луи просто подошел к ограждению и положил свою ладонь на лоб лошади. В тот момент никто из них не шевелился. Конь смотрел в глаза человеку, а человек – в глаза лошади. Буцефал загипнотизировал Луи своим умным взглядом, в котором чувствовалась какая-то боль, принесенная из внешнего мира, и глубокое одиночество. В тот момент парню показалось, что, если бы он был конем, то он был бы именно таким конем. Луи будто прочувствовал все душевные раны животного, а тот, в свою очередь, увидел перед собой парня, чья судьба тоже была не подарок уже с детства. Так они и стояли, смотря друг на друга. А на следующий день шатен, в тайне от тренера, самостоятельно оседлала Буцефала, и отправился с ним на прогулку. Конечно, мистер Хиггинс был очень рассержен таким своенравным поступком, но потом мужчина понял, что это был пример крепкой связи между лошадью и наездником. С тех самых пор Луи и Буцефал были единым целым не только на тренировках, но и в свободное время, когда парень ухаживал за своим другом. - Дружище, смотри, что я принес для тебя, - шатен достаёт из кармана штанов пакетик с морковкой, - Кушай, ты же так ее любишь. Луи чувствовал горячие губы лошади на своей ладони, когда та брала угощение, теплое и влажное дыхание, которое разносило миллион мурашек по телу, но парень был счастлив. Он гладил любимого коня по морде, прижимаясь к нему, чувствуя поддержку и опору. Того, чего так не хватало бедному голубоглазому мальчику. - Давай теперь я тебе воды принесу, - не успел шатен договорить, как к деннику подбегает Стен, хороший парень, а также сын тренера. Стен часто помогал отцу на конюшне. - Луи, быстрее, убегай, там, на склоне, машина твоей матери! Она же тут все разнесет, если тебя увидит, вот твой рюкзак! – парень тяжело дышал после бега и держал в руках вещи шатена. - Прости дружище, мне надо уходить, но обещаю, я приду завтра, честно! – Луи обнял коня за шею, извиняясь и выражая свою любовь к единственному другу. - Беги уже! - Бегу! Постой, напои Буцефала и почисть его, только не забудь поставить на привязь! – инструктировал уже на ходу шатен своего знакомого. - Хорошо, не волнуйся, - крикнул Стен в ответ. Луи же бежал к заднему выходу из конюшни, где надо было забежать в леваду и, перепрыгнув через ограждение, двигаться в сторону рощи, а там уже его не найдут. Шатен не помнил, когда последний раз он развивал такую бешеную скорость, но в роще парень оказался за какие-то десять минут. Отлично, теперь можно перейти на шаг и немного перевести дыхание. Ноги сами вели парня к его самому любимому месту: небольшому обрыву над озером, где открывался потрясающий вид на поле. Луи обожал наблюдать там закаты, когда небо окрашивалось багряно-красными цветами на фоне темно-синего, местами даже черного неба. Поле в лучах уходящего солнца становилось золотым от обилия ростков пшеницы, а вода в озере черной как смоль, казалось, что она была и такой же вязкой. Правда, именно в этом месте Луи посещали грустные мысли. Парень всегда думал о своей жизни, судьбе, о том, чего ему не хватает. Абсолютно не было заботы, поддержки, тепла. Было ощущение, что он существовал, но не жил. Будто мать специально растила его как вещь, навешивая на голубоглазого парня миллион правил, запретов, барьеров. Именно с ее подачи шатен практически стал социопатом, озлобленным на весь мир. У Луи никогда не было свободного времени, никто не слушал его мнение, не пытался узнать его интересы, а все таланты парня тут же втаптывались в грязь. В такие моменты у Луи опускались руки. И каждый раз, когда шатен вспоминал всю свою никчемную жизнь, ему хотелось сделать последний шаг в эту черную вязкую жижу, чтобы она забрала его и никогда уже не выпустила из собственного плена. И соблазн был велик. Вот. Он уже у края. Давай. Прыгай. Но какая-то неведомая сила все время удерживала парня. Луи вспоминал про Буцефала, конюшню, тренеров. Они были его семьей, верили и поддерживали парня, как могли. И с этими мыслями Луи всегда отступал от края. В его душе вновь загорался огонь борьбы и желания доказать, что он тоже что-то значит в этом мире. А может, были еще какие-то силы свыше? Может у него на судьбе написано, что за все его страдания в один день придёт большая награда? Луи не знал. Но голубоглазый шатен чувствовал, что надо еще совсем немного подождать, и его жизнь обязательно наладится. А пока надо просто бороться.