New hope

Парни спокойно подходили к дому шатена. Легкий ветер разгуливал по улицам, разнося остаток осенних листьев и какие-то бумажки, что бессовестные жители кидали на дорогу. Нечто моросило с темно-серого небосвода, но молодые влюбленные не обращали на это внимание. Они шли, погруженные в свои разговоры и свои чувства, даря радость, тепло и нежную заботу друг другу. Не дойдя пару домов, Луи резко остановился. - Мама на месте, свет горит в ее комнате, давай прощаться, - понуро произносит шатен. - Почему я не могу проводить тебя до твоей калитки? – недоумевал Гарри. - Не хочу, чтобы Джей тебя видела. Пойми, любимый, я безумно рад, что сегодня ты представил меня своей семье, и я чувствую, что понравился им, вот только мои родственники совсем другие. Мама разрушает все, что мне дорого, уничтожает все, ради чего я живу. Однажды, она уже убила моего друга, я не позволю, чтобы она хоть пальцем притронулась к тебе. Я не спас никого тогда, но сейчас, я себе не прощу, если с тобой что-то случится. Просто поверь мне, пожалуйста, - Луи своими ясными голубыми глазами посмотрел на старшего парня. Сейчас в них плескалась смесь из боли, отчаяния и решимости. - Хорошо, малыш, только не накручивай себя, думай только о хорошем. Я мысленно всегда рядом с тобой, когда не имею возможности быть физически близко. Улыбнись, солнышко. Я люблю тебя, - Гарри нежно проводит по щеке голубоглазого юноши и дарит сладостный поцелуй. - До завтра, - Луи шепчет эти слова, обнимает своего партнера и кусает за плечо на прощание. Гарри смотрит, как его чудо заходит в дом, и только после этого в одиночестве, но с самыми приятными мыслями возвращается к себе. А Луи на пороге встречает тишина. Ох, это никогда не было добрым знаком. Если бы в жизни могли появляться условные обозначения, то сейчас бы перед носом парня замигал бы тот самый символ с черепом и костями – «Не влезай – убьёт»! Шатен аккуратно снимает пальто, выкладывает телефона из кармана на тумбочку и снимает обувь. Тут из кухни выходит Дэн, грозно смотрит на пасынка, уставив руки в боки: - И где ты шлялся? - И тебе, Дэн, здравствуй! Я гулял после школы, а на остальные вопросы отвечать не буду, - Луи спокойно проходит мимо отчима, намереваясь подняться в свою комнату. - А что на тебе за шмотки? Ты где это все взял? – продолжает наезжать на парня мужчина. - Я устал и ни на какие вопросы отвечать не буду, - так же твердо продолжал Луи. - Скажи спасибо, что мать занята, а то она бы тебе всыпала! Только приди ужинать – я тебе такое в тарелку положу! Отчим, наверное, еще долго сыпал проклятиями, вот только шатен уже ничего не слышал, ибо плотно закрыл дверь в свою комнату. Странно, но с тех пор как в его жизнь ворвался высокий кудрявый юноша и стал дарить любовь и заботу, Луи стал меньше обращать внимание на своих родственников. Он уже не так часто вступал с ними в пререкания, не хамил и не грубил, наоборот, парню стало жалко этих людей, ведь жили они исключительно деньгами, положениями и выгодами. Ничего действительно ценного и важного для сердца и души. Несчастные люди. Отбросив мысли о родителях, Луи подумал о том, что вечно печатающий и звонящий ему зеленоглазый парень как-то подозрительно молчит, но не спешил паниковать раньше времени: в конце концов, к нему приехала семья, поэтому, когда будет время, любимый парень обязательно даст о себе знать. #POV_Harry Я шел по тихим улицам нашего города. Уже было довольно темно, но именно в это время суток все как-то преобразовывалось, становилось более волшебным что ли. Или мне так только казалось. Еще с детства я любил гулять наедине со своими мыслями, с любимой музыкой в наушниках, и смотреть на засыпающий или просыпающийся город. Захватывающее зрелище. Причем я мог заранее даже не знать своего маршрута – ноги сами несли меня туда, куда я должен был попасть. Особенно прекрасны такие прогулки зимой, во время вечернего снегопада. Белоснежно-серебристый хрустящий ковер под ногами, мягкие неповторимые снежинки падают с неба и танцуют вальс около фонарных столбов. От их взаимодействия на улице становилось чуточку светлее, привнося элемент волшебства в нашу повседневную обыденность. На самом деле, не важно, куда я иду, я всегда думаю о своем прошлом и настоящем, анализирую свои поступки и действия, нахожусь в постоянном диалоге с собой. Вот и в данную минуту, возвращаясь в свою квартиру, я думаю о том, как мне повезло, что я встретил такого чистого и искреннего парня как Луи. Что он ответил взаимностью на мои чувства. Всю жизнь я прятался под маской счастливого человека, ведь еще с ранних лет мне дали понять, что окружающим тебя людям не интересны твои проблемы. Многие поступали со мной по одному простому сценарию: выплескивали свои обиды и проблемы, чувствовали мою поддержку, слушали советы, а затем убегали, вовсе не думая, что у меня тоже могут быть свои нерешенные задачи и вопросы. И с каждым годом таких людей становилось все больше, а я все глубже прятал свое «я» внутри, не выпуская и не демонстрируя никому. Так выработалась привычка справляться со всем в одиночестве. И все было бы замечательно, но только люди устроены гораздо сложнее. Это и упрощает, и усложняет сам процесс жизни одновременно. Каждый из нас личность со своим мировоззрением, идеями и идеалами. И хорошо, когда твоего собеседника интересует твоя позиция, даже если она диаметрально противоположная. Но зачастую, люди, услышав что-то противоречащие их представлениям, накидываются на тебя же, выставляют дураком, идиотом, неуравновешенным, но только не готовы выслушать твое мнение и пытаться хотя бы принять тот факт, что не все мы одинаковые. Я честен со своими друзьями и родными, но далеко не все они принимают мое видение этого мира, а Луи не такой. Он сам прошел через это отрицание, через гнев общества и управление стереотипами. Он настоящий, и принимает и себя, и меня такими, какими мы есть на самом деле. Этот мальчик с небесными глазами чувствует, слышит и видит меня насквозь, как и я его. Наверное, это и есть сила родственных душ, когда не надо слов, чтобы понять чувства и эмоции, когда вы даете стимул друг к другу к дальнейшей жизни, когда одинокие половинки становятся гармоничным целым. Вот она – настоящая любовь. Да, если бы не моя привязанность к детям, пошел бы на философский факультет. Впереди уже показался дом, а мое чудо так и не соизволило ответить на сообщения. Надеюсь, что с ним там все хорошо, и что он выйдет на связь по возможности. Не могу быть далеко от него – всегда начинаю переживать. Из квартиры Мэри громко играет музыка: девочка одна и устроила себе отдых. Странно, но у нас с ней не только есть общие темы для разговора, но и почти одинаковые музыкальные вкусы. Разве что я не знаю столько фактов биографии певца Eminеmа, сколько она. Квартира встречает громкими звуками телевизора из гостиной, ибо Робин в любую свободную минуту смотрит спортивные каналы, желательно еще, чтобы там показывали бойцовские поединки. Мама на кухне наслаждается какой-то очередной мелодрамой или сериалом про любовь, разведенок и т.д. Что интересно ее привлекает в таких мыльных операх? Но я ни в коем случае не осуждаю ее, ведь у каждого разные вкусы и предпочтения. Наверное, моей мама также тяжело представить, как я смотрю фэнтези и фантастику и читаю книги с изощренными философскими исканиями. - Я дома, - повесив пальто в гардероб, я двинулся в ванную. - Отлично, иди, объясни Джемме правила, а то она ничего не понимает, - строгим голосом крикнула мама. Знаете, иногда я жалею, что пошел в педагоги, ибо самым тяжелым для меня всегда было и будет обучение своих родственников. Даже не знаю, почему. Зайдя в комнату, я увидел сидящего на диване Робина и свою сестру, которая что-то слушала в наушниках. - Пап, сделай, пожалуйста, его тише, я сейчас буду с Джеммой заниматься, - не удивляйтесь, но мама настояла, чтобы я Робина называл папой. И за много лет это вошло в привычку. Вот только мысленно он все равно остается Робином, как ты не крути. - Ой, я тебе сейчас такое видео перешлю интересное. - Пап, мне не смешно от твоих видео. - Вот от этого засмеешься, гарантирую, - и Робин схватил свой телефон. Боже, наверное, мое лицо сейчас точное лицо Роберта Дауни-младшего, та самая известная картина из фильма «Мстители», когда Старк глаза закатывает. Когда этот человек поймет, что чувство юмора у нас с ним разное? - Что тебе объяснить? – я решил сменить тему, а заодно и обратить внимание своей сестры. - Вот это правило не понимаю, - девушка открыла учебник и села напротив меня. Джемма. Я люблю ее всем сердцем, но иногда эта юная леди бывает чересчур эгоистичной и самовлюбленной. Мне всю жизнь нравилось исполнять роль старшего брата, мне нравилось передавать ей свои знания, наставлять ее в каких-то вещах. Вот только моя Джемма зачастую была еще той упрямой козочкой, которая учится только на своих ошибках и во главу угла ставит только свое мнение и желание. Меня всегда поражал ее характер, ее стойкий отпор родительского гнета, но, с другой стороны, меня всегда раздражало ее немного наплевательское отношение к друзьям. Джемма не звонит и не узнает, как у них дела, не решает проблемы, если они возникают, она просто убегает от них. И это неправильно, я так считаю. - И тебе на его основе надо написать лингвистическое сочинение? - Да, - девочка кивнула и стала меня слушать. Мы разбирались с этим заданием целых полтора часа, убив все силы и энергию, но все-таки осилив эту преграду. - Хазза, давай, перекусим что-нибудь? - Бананы сойдут? - Сойдут, пошли, - и Джемма быстро побежала на кухню. Робин уже спал на диване, мама заняла ванную, а мы с сестрой уплетали бананы и болтали обо всем на свете. Но тут нашу идиллию прервала моя самая любимая женщина на свете: - Гарри! Ты почему ешь на ночь? Тем более такие калорийные бананы? Ты что, опять хочешь стать полным? – ее металлический голос заставлял еще с детства все внутри меня съеживаться. - Мама, во-первых, я уже не полный, во-вторых, я занимаюсь спортом, а в-третьих, это всего лишь банан, - спокойно начал оправдываться я. И вот так всегда, всю жизнь, я не четко отстаивал рядом с ней свое мнение, а лишь что-то мямлил и пытался ее разжалобить. - Всего лишь банан?! – ее настроение стало резко негативным и пошла тирада про то, что я полный, не занимающийся собой домосед и т.д. За многие годы, что я прожил с ней под одной крышей, у меня выработалось странное свойство организма – уходить в свои мысли и преобразовывать любую негативную тираду просто в свои размышления. Я прозвал это побегом в себя. Ник говорил что-то про аутизм. Нет, не хочу про него. Краем глаза замечаю, что Джемма как-то с отвращением смотрит на фрукт в руке – значит, мама добралась до своей любимой части с двухсот килограммовыми людьми и всякими раковыми заболеваниями. Да, умеет же она аппетит испортить. - Все, я надеюсь, что ты меня понял! И не кивай как китайский болванчик. Я спать. Спокойной ночи. - Хазз, я, наверное, тоже пойду, - Джемма обняла меня на прощание и скрылась в коридоре. Да, несмотря на всю стойкость и строгость характера, на самом деле она тоже все еще боится как мамы, так и Робина. Осталось немного потерпеть. Я спокойно доел банан и посмотрел на часы. 22:15. Сон не шел, как ни крути. Еще раз написал сообщение Луи, все – таки очень за него переживаю. Мыслей в голове никаких не было, а от воспоминаний о прошлом уже порядком тошнит. Надо пойти проветриться, и я даже знаю – куда. Аккуратно выскользнув из квартиры и закрыв дверь на ключ, я стал подниматься на самый последний этаж нашего дома. По какой-то нелепой случайности, архитекторы и строители на самом последнем лестничном пролете забыли сделать двери в квартирах. Не знаю, что это был за сложный прикол, но жить там было невозможно. Поэтому последний этаж всегда пустовал. Хорошо, что у нас есть домофон в доме, иначе бы тут собирались разные непонятные люди. А сейчас эту площадку облюбовали мы с Мэри. Когда ее дедушка выкидывал старый диван, я тайком перенес его сюда. Это было наше негласное тайное убежище. Конечно, уютнее сидеть в квартире, тем более, когда живешь там совсем один, но этот небольшой закрытый остров всегда относил нас в какую-то сказку, заставлял вспоминать детство, да и просто был нашим любимым местом. Мы точно знали: никто не полезет искать нас сюда. Вот и сейчас я сижу на этом стареньком диванчике, кручу телефон в руках и думаю непонятно о чем. Тут послышались легкие шаги. Не заставляя себя ждать, передо мной появилась моя Мэри и кинулась в объятия. Люблю обниматься с этой девочкой, мне кажется, что так я хоть немного залечиваю ее душевные раны. - Ты чего не спишь то? – ее тихий голос прозвучал в районе моей груди. - Не хочется что-то, да и мама, как обычно, - отмахнулся я. - Я видела, что они приехали. Но ты не отчаивайся, все же хорошо будет, - Мэри посмотрела на меня своими серо-голубыми глазами. Такими чистыми. Такими детскими. - Я и не отчаиваюсь. Просто, тяжело, когда твоя мама не чувствует, что ты ее сын. - Это как? – искренне не поняла моя собеседница. - Знаешь, с рождения меня воспитывали бабушка с дедушкой, а все воспоминания о маме заключались в том, что она была своеобразным чудом по выходным дням. И я ждал эти дни, ибо каждую субботу она приезжала и привозила всякие вкусности, игрушки, ходила со мной гулять, читала книжки. Но вот, наступал вечер воскресенья, и мама уезжала до следующих выходных. И я не виню ее, нет. Она хотела построить свою личную жизнь, иметь успешную карьеру. Просто, в один день, когда к ней на каждый день пришел пятилетний ребенок, чудо исчезло. Не стало больше сказки. Появился только Гарри «Принеси – Подай». И мама меня любит, и я ее люблю, вот только связи видимо между нами никогда не будет. Она не чувствует чем я живу, чем дышу, чем интересуюсь. Никогда мы не разговаривали по душам, не интересовали ее мои проблемы. А мне всегда хотелось, чтобы она меня поняла, - я вздохнул, ибо такие признания всегда давались мне нелегко и с сильной болью. - Не переживай, Гарри, ведь у тебя теперь есть Луи и я, и нам всегда интересно, что с тобой, - Мэри ласково обняла меня. Спасибо тебе! Может, я и не так часто говорю это, но огромное спасибо. - А я, кстати, с друзьями на «Дэдпула» сходила, - девочка решила сменить тему и немного меня повеселить. - Ну, и как тебе? – я усмехнулся, ибо Мэри начала просто прыгать на месте от радости. - Вашу мамашу, это было просто супер грандиозно! Столько прикольных моментов, а сам Дэдпул просто обалденный! Заворачивай гребанные чимичанги, бери Луи в охапку и идите в кино! - Хаха, ты же знаешь, я больше Халк, а Томмо нравится Человек-паук, - я смеялся над поведением и выражениями лиц, что демонстрировала Мэри. - Тогда я буду вашим Дэдпулом. И он – крут! Это было просто фердипердозно! – наплевав на поздний час, Мэри крикнула во весь голос так, что эхо еще долго отлетало от стен. Я заржал и скрутился пополам. Ну, вот почему рядом с этой девочкой я не могу быть спокойным? Почему мне всегда смешно? Она – лучшее лекарство от любых моих депрессий! - Ферди…Перди… Что? Что это за слово? – сквозь смех я все-таки попытался говорить нормально. - Фердипердозно! Так бабушка всегда говорит, а в детстве еще и меня заставляла повторять, - Мэри закатила глаза, а после уставилась на меня, - Мне так нравится твой смех. - Отстань, - вдруг в моей руке завибрировал телефон, я поспешил принять вызов. - Гарри, любимый, прости, я телефон забыл внизу, а потом он мне не высветил сообщений от тебя почему-то. Я дома, все хорошо, у нас сейчас будет семейный совет, не могу долго говорить. - Хорошо, малыш, я все понимаю. Мы завтра увидимся? - Да, забери меня после школы, пожалуйста. Я люблю тебя. Все, я побежал. - Я тебя сильнее. И вызов был сброшен. По тону моего чуда я понял, что его родители опять устроили ему разбор всех его полетов, а заодно и ночную ссору с криками и орами. Потерпи малыш, еще немного, и мы убежим от них навсегда! - Кстати, у меня турнир через две недели, вы обещали прийти, - из раздумий меня вывела Мэри, что интенсивно дергала меня за руку. - Конечно, придем, как мы можем такое пропустить? – я не удержался и щелкнул девчушку ласково по носу, - в конце концов, мы слов на ветер не бросаем.