Волки

- Скоро поедем домой… - сидя на кровати Табака, проговорила Лера, сжав его руку. – Анну не могут найти, в деревне её нет, на квартире Фомича тоже…. Табак смотрел на Леру, все то время, пока он лежал, она была с ним, сама быстрее поправившись, чем он.… Но с выпиской тянула, не желая оставлять его одного, опасаясь, как бы за ним не пришли… те, кто увез Анну или отец Павла, пару раз пытавшийся пройти в больницу, чтобы разобраться с обоими. Ей и самой опостылели больничные стены, запахи лекарств, снующие по коридорам врачи, вид капельниц… Золочев заходил пару раз, помирившись с Лерой, решив не уезжать, пока она в больнице с Табаком, причин для ссор у них больше не было…, все устроилось как-то само собой. Он видел, как дочь заботиться о Табаке, как помогает ему подниматься, кормит, поддерживая за плечо, расспрашивает хирурга, делавшего ему операцию о том, как идет лечение. Этот странный союз, стремительная связь… не походили ни на что прежнее, что было у Леры – редкие, короткие романы, мужчины к которым она была безразлична, используя их, чтобы скоротать время. Она часами сидела на его кровати, ничего не говоря, просто поглаживая его руку, а он смотрел на неё, все больше молча, о чем-то думая, не рассказывая о своих мыслях. Лера не спрашивала, ей было достаточно, что он шел на поправку, рана затягивалась… Пуля прошла в нескольких сантиметрах от сердца, повредив сосуды, едва не отправив его на тот свет, врачи не разрешали ему подолгу ходить, боясь осложнений, ежедневно снимая все показатели, стабилизируя состояние, и с опаской посматривали на Леру. Все же трудно было предугадать, что она сделает, если лечение не увенчается успехом, у бандитов была своя логика, и они вполне могли прикончить врача, если что-то пойдет не так. Лера не угрожала, за неё это сделал Виктор, по привычке, решив, что для врача естественным стимулом для хорошего лечения будет собственная жизнь, стоявшая на кону. - Я тебя люблю, - нарушив тишину, сказал Табак. - Ты об этом думал? – помогая ему сесть, с улыбкой спросила Лера - Да, - обхватив руками её талию, он положил подбородок на плечо возлюбленной. – Махнем куда-нибудь за границу? На месяц… А в казино поставим на время Витю или Валета… - Давай… - пройдясь ладонью по его волосам, согласилась она. – Слушай, Миш, поехали сегодня домой… Там тебе будет лучше. Я о тебе позабочусь, вспомни, я же тебя выходила в деревне. - Поехали… - подняв голову, он коснулся её губ. – Хорошая моя… Привези мне костюм и мы уедем… - Хорошо, - продолжая улыбаться, Лера накрыла его губы поцелуем, углубляя поцелуй. – Я тут недалеко видела магазинчик, куплю костюм и быстро вернусь. - Давай… - опустившись обратно на подушку, Табак заложил одну руку под голову, глядя на то, как она набрасывает кожаную курточку поверху короткого платья. Выйдя из палаты, она кивнула Вите, чтобы тот никуда не отходил, пока её не будет, сама же уходя с двумя охранниками. На лестнице столкнувшись с Борей, она скептически покосилась на его саквояжик, в котором тот обычно приносил ночную выручку. Растянувшись в кислой, услужливой улыбке, он что-то пробормотал себе под нос, поздоровавшись с Лерой, и быстро прошел к коридору. - Стой, - уже спустившись к регистратуре, Лера окликнула Борю, вспомнив, что с собою у неё почти нет наличности, тот вздрогнув замер, выронив из руки саквояж. - А? – обернувшись, Боря рассеянно поднял саквояж. - Сюда иди, - позвав его, Лера кивнула ему на саквояж. – Сколько там? - Семьдесят… - плетясь к ней, пробормотал Боря. – Я Табаку все должен отдать… - Мы сегодня уезжаем, - раскрыв его саквояж, Лера взяла верхнюю пачку долларов, не став пересчитывать, зная, что там вполне хватит на приличный костюм. – Можешь возвращаться в казино, деньги завтра заберем. - Как скажете, - поставив саквояж на подоконник, принялся его закрывать, посматривая на Леру. – Табака предупредить? - Не надо, я сама… - положив деньги в сумочку, она вышла из больницы, а Боря, выглянув в окно, подцепив саквояж за ручку, вернулся к лестнице, бегом поднимаясь наверх. Остановившись в коридоре, он нажал кнопку на пейджере, отправляя кому-то сообщение. Мрачно покосившись на Виктора, он вытер вспотевшую руку о малиновый пиджак, подходя к палате. - Я с выручкой, можно? – спросил он. - Проходи, - сидя на стуле, у палаты, ответил Витя, не слышав указаний Леры. Приоткрыв дверь, Боря просунул голову в палату, убеждаясь, что можно войти. Табак, поморщившись от вида его морды, поднялся с постели, застегнув куртку спортивного костюма и, встав, держась за спинку кровати, раскрыл стальной контейнер, приготовленный для денег. - Шестьдесят пять тысяч… Валерия Николаевна взяла одну пачку, перед тем, как уехать… - раскрыв саквояж, поставив его на больничную тумбочку, забормотал Боря, начиная пересчитывать деньги, доставая пачки так медленно, вызывая у Табака ещё большее раздражение. – Так, тут пачки по пять, кажется… Я ещё раз пересчитаю… - Как дела в казино? – подойдя к окну, спросил Табак. - Да, все хорошо… дела движутся, доходы поднимаются, как видите… Пятнадцать… - перекладывая пачки в контейнер, ответил Боря, заглянув в саквояж и подцепив рукою черную рукоять пистолета, обернулся к двери. – Сто, двести… Тут по сотне пару пачек, придется посчитать… Хотя я все пересчитывал, но вы же мне не доверяете… - Что за хрень? – увидев, как больнице подъехало несколько машин, из которых вышли люди Тамбовского, те самые, которые поздравляли его и Леру со свадьбой, Табак обернулся к Боре, однако тот, вытащив пистолет, ударил его рукоятью в затылок так нервно и с испугу сильно, что Миша упал на пол, не успев ничего сделать. Тамбовские не торопились входить в больницу, а Витя, услышав шум, подошел к палате, постучав… Прижав пачку долларов ко лбу, вытирая выступивший пот, Боря с ужасом уставился на дверь, но сообразив, что нужно как-то выкручиваться, сам бросился открывать, спрятав пистолет за пояс брюк.. - Табаку плохо стало, - открыв дверь, закричал он в лицо Виктору. – Надо его на кровать положить… А я за врачом… Да? - Черт… - увидев шефа, лежавшего на полу, Витя бросился к нему, но, только подойдя поближе, заметил кровь на затылке у Табака и развернулся к Боре, понимая, что это он его ударил. – Ты че... Достав из-за пояса пистолет, Боря, зажмурившись, выстрелил в парня, пятясь к двери, не зная, попал или нет, он просто жал на курок, пока не кончились патроны. А открыв глаза, опустился на пол, глядя на окровавленный труп Вити. На первом этаже уже слышались приглушенные выстрелы. Боря, прикрыв дверь, подполз к своему саквояжу, поспешно сбрасывая в него деньги из контейнера, поглядывая время от времени на Табака, опасаясь, как бы он не очнулся.