Два метра до счастья

      Джошуа переживал и чувствовал и себя тоже виноватым в произошедшем, хотя вида не показывал. Разговор с братом вчера получился довольно жестким. Джошуа кричал на младших, что с ним случалось нечасто. Но и чтобы младшие настолько накосячили, тоже случалось нечасто. Точнее, вообще никогда не случалось!       Дженсен, понятно, на работе все время! Но эта коза малолетняя – Маккензи? Распустил ее братец, разбаловал! Взяла и залетела на ровном месте! Да еще и от женатика какого-то! Дженсен – естественно, растерялся! Даже насчет регистрации брака с сестрой не сильно спорил. По закону, браки между близкими родственниками не запрещены, и на планете таких семей немало. История трехполых на Эдеме и началась-то, в общем, с инцеста. Так что удивляться или осуждать сильно никто не будет. Да еще омегу вынуждены взять, чтобы порядок поддерживал и с дитем возился, и дал возможность Маккензи закончить колледж.       Вроде, красиво все! Но Дженсену-то это зачем? Своих еще не нажил, а уже сестриного отпрыска на шею сваливает, то есть, фактически, признает его своим! И омега родит тоже, то есть младенца два будет. Омежий плод признавать не обязательно, но и эту проблему придется со временем решать – оставить или в приют сдать? Сплошные проблемы! Не проблемы, а сразу – проблемный ком с горы!       Мак-то что – сразу рыдать! Джош, пока брата не было, ее обнимал, поддерживал, хотя и сердился. Не убить же ее теперь за тупость? И не сделаешь с ней ничего – аборты под запретом, уперлась – дите не отдам, рыдает. И не отдаст ведь, ослица упрямая! Весь род у них такой! И пальцем нельзя тронуть – беременная же! Хотя, до усрачки хочется задрать юбчонку и выпороть по тому месту, которым она думала, когда ноги раздвигала!       Но бет, а особенно, беременных, Джошуа Эклз не трогает. А вот Дженсена по распрекрасной мордашке съездил – за недогляд! Дженс надулся, побагровел, но даже ухом не повел – молчал партизаном! Хоть убей его! И, конечно, обиделся.       А Джош и так уже жалел, что руки распустил! Не надо было – Дженсен не виноват. Мак уже не маленькая – семнадцать дурище здоровой! Как уследишь за такой, если Дженс на работе сутками? Старается братик – обувает, одевает, кормит, а теперь еще будет вынужден семью на шею свалить. Он еще, конечно, посопротивляется, повыделывается. Но, если выхода другого не будет, не подведет, выручит сестру! Он слишком ее любит. И защищал всегда, даже когда виновата бывала. Как старший, как мужчина, как альфа. Он за сестричку любого, кто ее обидел, разорвать готов! Хороший у него братишка, даром, что на омегу похож. Стальные у него яйца в штанах!       Кстати, надо будет поговорить с ним, чтобы того козла похотливого трогать не смел! Ну, получилось так с Маккензи, назад не отмотаешь! И не насиловал он ее, сама под мужика легла – это Джош первым делом вчера выяснил. А мужик – альфа, ему много не надо – только намекни, он тут же, как пионер, всегда готов! Джош постарше – он это понимает. А Дженс молодой еще, горячий, надо проследить, чтобы не натворил того, о чем потом пожалеет. И Мак, опять же, огласки не хочет, чтобы потом за ребеночка не судиться. Так что трогать того подонка не надо – от этого только хуже будет. Пусть Дженс лучше распишется с ней тихонько, потому что ребенок, рожденный в зарегистрированной семье, автоматически считается ребенком пары, и тот козлина яйцеголовый прав на него уже иметь не будет никогда! Малыш будет считаться ребенком Дженсена и Маккензи.       А что ребеночка оставляют, молодцы! Он и сам бы не дал от маленького избавиться. У него у самого из двоих старших близнецов один – омега. От своего не избавился – растит, воспитывает. А от сестриного – и подавно! Если что, себе бы забрал. Эклзы – не кукушки! Маккензи Эклз не потаскуха какая-нибудь, чтобы от дитяти отказываться! Джош – не изверг бессердечный. А Дженсен – не эгоист, он тоже не начал орать, что дите можно, вообще-то, на усыновление отдать, если, конечно, тот препод с шаловливым хером права на него не предъявит! А если омега у сестры родится, то и в приют сдать сразу после рождения – там его такие же омеги выкормят, выучат, вырастят, а хозяин потом продаст выгодно, в какую-нибудь семью пристроит хорошую. Но Эклзы так не поступают. Молодцы! Только этого Джошуа своим мелким не скажет…       Джошуа своих братика и сестричку очень любил, они – его семья, не смотря на то, что он уже несколько лет живет отдельно, у него есть бета, омега и детишки. Души в младших не чает! Но…       Но учить их как-то надо! Да и некому больше. Вот Джошуа и напускал на себя сурового, но справедливого наставника. Наорал, младшего по физиономии съездил! Не сильно, если честно, так – оплеуха, а не удар! Не столько больно, сколько оскорбительно. Младший выдержал – не посрамил памяти отца с матерью! Ни слез, ни жалоб, ни упреков. Ругнулся, конечно, вначале, но потом – молчал насчет губы разбитой, будто и не было ничего! Кровь только потихоньку подсасывал. Надо будет потом его пригласить куда-нибудь, загладить вину. Напиться хотя бы вдрызг в баре и поговорить по душам. Подумать, как лучше все это теперь разрулить. И насчет финансов тоже.       Нет, Джошуа совсем не злой. И не жадный. Он помогал с покупкой машины для Дженсена, хотя и бурчал, что зря. А Дженсен спорил, что даже если и уйдет с этой работы, грузовик останется, на нем можно не только диких возить – можно грузоперевозкой заняться. Ну, может, младший и прав.       Еще Джош помогал Маккензи, когда она поступила в колледж. И Дженсену операцию оплатил, когда его подрезали. Там страховка почти все покрыла, но на восстановление еще понадобилось – Джошуа помог. И с дитем поможет, но мелким лучше пока об этом не говорить – пусть сами покрутятся, проявят смекалку. И вообще, нечего расслабляться – жизнь жестокая, надо и самим уметь управляться. Но он поможет, конечно! Потом, позже…       Карантин должен закончиться где-то в десять утра. Джошуа не опоздал.       - Пошли? – кивнул он Дженсену. – Как там Маккензи, не передумала?       Младший покачал головой:       - Нет.       - Я так и думал, – вздохнул старший. – Дженс, давай поглядим на вашего «щеночка» еще раз, а то пошлину я только один раз оплачу – больше не буду. Решите омегу поменять, то уже без меня и за свои. И то после того, как он дите выкормит. Все понятно?       - Понятно, – кивнул Дженсен обреченно.       - Джаред, значит?       - Джа-а-аред.       Привели Джареда – стоял и мялся, глядя в пол, переступая с ноги на ногу. Хлопцы, видно, подогнали ему какие-то ненужные штаны, которые были ему немилосердно коротки, на плечи накинули старый медицинский халат, причем женский, и омежка был босиком – на его длинные ласты обуви, видно, в офисе ДОДЛО не нашлось.       Фелиция Дэй принесла его документы со свеженькой печатью: «Здоров». Сказала, что все тесты хорошие, и на адекватное поведение тоже – омега здоров, не агрессивен и не опасен.       Худенький мальчишка, лохматый, ногти грязные. Восемнадцать исполнилось недавно, а он уже такой высоченный. Джошуа даже в бумаги заглянул из любопытства: рост – одни метр девяносто три сантиметра… Это почти на десять сантиметров выше Дженсена. А если еще подрастет – за два в высоту перемахнет, что ли? Хотя, какая разница? Брату же не в свет с ним выходить! Омеги обычно пределы дома почти не покидают. Был бы здоровый и чтобы молока давал достаточно, остальное – похрен! Бесплатному коню в зубы не заглядывают.       Хотя, метр девяносто три – напрягало немного... Кстати, у Джоша механик есть знакомый, ростом под два метра мужик, надо у него попросить для омежки что-нибудь из старья – одежку какую-то и обувь, чтобы Дженс хоть на это не тратился. А вот весит пацанчик при своем жирафьем росте мало – и до шестидесяти не дотягивает – задохлик! И запах у него не очень как-то, будто слегка забродившим медом… Интересно, а как Дженсену такой…       И тут Джош покосился на стоящего рядом брата, открыв и тут же закрыв рот с так и не успевшим вылететь из него вопросом.       Дженсен ПЛЫЛ – мутноватые глазки полуприкрыты темными ресничками, ноздри подрагивают, губы слегка открыты и порозовели, дышит учащенно, под ширинкой тесно, да еще и распахся своими феромонами на весь небольшой кабинет доктора Дэй. Ого! Вот тебе и медовая бормотуха! Это Джошу такой запах не очень подходит – его омега пахнет ванильным шоколадом, а Дженсу, похоже, в самый раз! Хмельным медом. Или, вот – на море они отдыхали как-то с родителями, много лет назад, и там по пляжу торговцы ходили и разносили… Как же это называлось, такое приторное, как жаренный многослойный картон на вид. Дженсен тогда этой хренью наесться не мог, так и лопал бы вместо завтрака, обеда и ужина… Как же эта бодяга называлась? А, ПАХЛАВА! От Джареда пахло теплой пахлавой. А братик-то – сладкоежка! Прока-а-азник…       Джош покосился и на Фелицию, а она тоже указала молча глазами на Дженсена – тот их немого разговора даже не заметил, рассматривал притихшего омежку и тек сам от его призывных феромонов.       Джошуа Эклзу стоило огромных усилий, чтобы не улыбнуться:       - Ну, что, думаю, можно брать! Пускай будет Джаред! – произнес он, нахмурившись и прочистив горло для солидности.       Фелиция спешно вышла, проглотив широкую улыбку и бросив фразу для оправдания своего бегства из собственного кабинета: «Скажу ребятам, чтобы шли ошейник устанавливать».       Пришел Морган, защелкнул на шее омеги недорогой ошейник с регистрационным номером, сверил еще раз магнитный код чипа у омежки в предплечье, и номер на чипе ошейника. Дженсен подписал необходимые бумаги, Джош внес положенную законом пошлину, и все – омега обрел своего хозяина. У Джареда ничего не спрашивали.       - Джеф, – Дженсен обратился к начальнику, – я отвезу их домой, ладно? А потом вернусь по-быстрому.       - Хорошо, – кивнул Морган. – Только в кузов мальчишку не сажай – пусть в кабине едет. Он же чистый уже, после санобработки…       - Ясное дело. Спасибо, шеф.       - Да, пожалуйста, наслаждайся! – улыбался Морган.       Джеффри и Джошуа обменялись понимающими рукопожатиями и расстались.       Если бы Дженсен знал, какие диалоги витают вокруг него и мальчишки, наверное, психовал бы! Но ему было не до этого – он вдыхал медовый аромат, понимал, что сильно возбуждается от него, и почему-то это не доставляло дискомфорта – это было приятное возбуждение. Правда, дыхание иногда почему-то перехватывало, но, видимо, это нормально, когда рядом – изрядно текущий омега. Так и должно быть. Наверное...

***

      Дженс доставил брата с покупкой домой, открыл дверь, пропустил гостей внутрь:       - Убегать не будешь? – спросил у паренька строго. Тот испуганно покачал головой. Дженс кивнул брату: – Тогда на цепь сажать не буду. Убежишь – отслежу по чипу и шкуру спущу, понял?.. Вот так! Джош, побудешь с ним, пока Мак не вернется из колледжа? Ну, по дому проведи, покажи, что и где, пусть осваивается. Про его обязанности расскажи… ну, ты лучше про это знаешь, чем я... И, вот что – покорми чем-нибудь, хорошо? Поройся в холодильнике, там наверняка что-то есть…       - Разберусь, – перебил его старший, – езжай уже, а то шеф заругает!       - Спасибо, брат! – обменялись рукопожатиями, и Дженс уехал.       Джошуа улыбнулся про себя – Дженсен молодец. Может, мальчишку наказывать и не будет, но лучше сразу приучать, чтобы знал свое место, чтобы не наглел. А лучше выпороть пару раз, чтобы уважал – Джош своего так к порядку и послушанию быстро приучил! Через зад-то, порой, быстрее доходит, чем через уши.       Показал мальчишке дом. Там и показывать особо нечего – маленькая гостиная, она же столовая, на один обеденный столик со стульями, мягкий уголок и сервант – больше в нее ничего не влезало. Две спальни – Маккензи и Дженса, тоже не очень большие. Кухня и один общий санузел с душем – для всех. Вот и все.       А, еще есть подвал. На Хоуме раз в тринадцать лет очень суровая зима с коротким холодным летом. Но в том же тринадцатилетнем цикле есть и противоположное – короткая теплая зима с минимумом снега и очень жаркое лето с ураганами, смерчами и устрашающими ливнями. Поэтому хороший подвал есть в каждом доме – очень прочный, оборудованный так, что в нем можно какое-то время жить, а уж от стихии спрятаться, и подавно! У Эклзов подвал не очень большой, но хорошо укрепленный, с люком-входом из кухни. Там есть и отопление, и аккумулятор аварийный и даже туалет. Кроватей, правда, нет. Но пересидеть ураган можно и на раскладушках. Подвалом пользуются редко, но омега должен его тоже держать в чистоте и изучить – Маккензи там хранит припасы – овощи и разные соленья-варенья. А также дрова на случай перебоев с газом – во время стихии газ положено перекрывать, а согреться в подвале и «буржуйкой» можно.       Порылся в холодильнике, нашел сок и рулет с мясом – выдал мальчишке. Тот жадно все выпил и съел – до крошечки. Поблагодарил скромно. Надо его откормить немного. Вон, ребра торчат и попки почти нет – подержаться не за что. И ребенка вынашивать худому тяжелее – это любой врач скажет.       Но Маккензи все равно молодец – догадалась с приюта омегу взять! А говорят, блондинки! И тут этот, Джаред, подвернулся вовремя, свеженький, не сильно потасканный. Гм, глазки, говорит, жалостливые! Придумает тоже! Правда, для сестры это не удивительно – она еще девчушкой все время норовила с помойки то щеночка* притащить, то птенчика* раненого. А этот и похож на щеночка – двухметрового, но несчастного и голодного.       Щуплый мальчишка, глядит затравленно, сел на диванчик и ручки сложил на острых коленях. Глазки, понимаешь... Да что глазки, кому они нужны нахрен? Здоровье хоть бы не подвело! Ему двоих кормить, между прочим! И домом заниматься, а иначе – зачем они его тогда взяли?       А в постели он какой, Дженсен проверял? Конечно, нет! Все надо за молодежью доделывать! Они ж его не только для готовки-стирки-уборки берут? Нахрена такая срань – без секса? Сестрице еще, ой, как захочется разрядки, когда токсикоз пройдет! У жены Джоша так было – сексуальной маньячкой стала до родов! И утром, и вечером в постель тянула, как тронулась! Омега, кстати, и в этом вопросе неплохо выручал – член-то у них тоже имеется. И ртом могут, если подучить. Без узла, конечно, не то немного – без вязки. Но тоже неплохо, особенно, когда альфа устал или в отъезде. А Дженсен работу теперь точно бросать не будет – нельзя с беременной бетой рисковать со сменой профессии. Он по-прежнему часто в разъездах будет…       Джош это так бурчал, для порядка! Легко сказать – меняй работу. Можно подумать, у Дженсена много выбора! Когда пропал корабль с родителями, Дженсу шестнадцать было – только школу заканчивал. Все были тогда в шоке! Мак была маленькая, она просто плакала все время. На Джоша, как на старшего, легла основная нагрузка – горе-горем, но он не имел права распускаться! Он был совершеннолетний, оформил бумаги на младших, взял над ними опеку. Разгребал проблемы с клиентами, по судам бегал, продавал дом… ну, и прочее. Но и Дженсену досталось – помочь брату с наследством и прочими делами он не мог, а работать уже имел право. Вот и пошел, куда взяли, чтобы семье помогать и сестричку кормить-одевать.       Спасибо Моргану – поверил пацаненку, взял на службу. А в Дженсене тогда почти все сомневались. Чего греха таить – даже Джошуа не думал, что братишка долго там продержится, с его омежьей мордашкой и совсем тогда неопределившейся щуплой фигуркой с попкой-подушечкой. И домашний он очень был – мамин любимчик. Сейчас-то ничего, Дженсен заматерел, щетину отрастил, стрижется коротко, чтобы больше на альфу быть похожим. В плечах раздался, обзавелся неплохими бицепсами и кубикам на прессе. Выматерить или в рыло дать – тоже без проблем! Взрослого мужика перепить в баре – легко! И натрахался он в свои восемнадцать-девятнадцать так, что мамки дочек на район боялись выпускать, если у Дженсена выходной. Оформился братишка, помужнел. Одно только было по-старому – сейчас, как и пять лет назад, выбор с работой у него по-прежнему не велик – он так и остался без образования.       Джошуа помогает, чем может. И с омегой может помочь – опыт есть.       - Слышь, э-э-э, Джаред, – обратился альфа к мальчишке, – ты это, иди вымойся… Ты мылом умеешь пользоваться?... Хорошо. Тогда полотенце любое пока возьми, а потом тебе выделят твое и щетку зубную купят. Помоешься – в спальню господина иди, я тебя там подожду. И не тяни резину, быстро, ясно? Исполняй!..

***

      Дженсен пробыл на работе недолго. Немного поработал с бумагами за несколько предыдущих выездов – руководство нашло в них недочеты и приказало переделать.       Потом пришел Джеффри:       - Переписал? – спросил у Эклза.       - Дописываю.       - Допишешь, и езжай-ка ты домой, парень! Вызовов на сегодня нет, а у тебя проблемы, ты говорил, какие-то семейные, и омега дома с течкой неповязанный…       - Мои проблемы на работу не влияют, – проговорил Дженсен, не отрываясь от писанины и пропустив мимо ушей последнюю фразу насчет омеги.       Морган еле сдерживал улыбку, положил Дженсу тяжелую ладонь на плечо, заставляя поднять глаза:       - Это хорошо, что не влияют. Но отдохнуть тебе не помешает. У тебя там отгулов накопилось недели на две. Ну, столько я тебе не дам, а деньков пять выделю…       - Спасибо, шеф, но я не…       - Не отказывайся, а то омегу отберу. У него там в документах помарочка нашлась…       Дженсен вскинул на начальника такие красноречивые глазки – огромные, наполненные страхом, почти несчастные, что Морган все же не выдержал, засмеялся:       - Да шучу я! Дженсен, шуруй-ка ты домой! И Мишу закинешь, он все равно спит – никак встряхнуться не может. Нахрена нам тут его бесполезное тело? Чем вы там в поездке занимались вчера, не знаю…       Как же, в поездке! Коллинз, видимо, в полной мере сделал то, что планировал – сам не спал и своим жене и омеге спать не дал! Но Дженсен вслух этих догадок не озвучил.       - Ладно, - проговорил он, сдавшись, – давай свои отгулы!       Тем более, у него было желание побыстрее заменить Джоша дома – что у брата, своих дел нет, чтобы еще его омегу караулить? А у Маккензи тоже еще несколько дней занятий осталось, а потом – каникулы. А пока бросать питомца дома одного плохо, надо им позаниматься, пока обязанности свои не освоит, не привыкнет к распорядку. Купить ему, может, что-то надо. Короче, Дженсену лучше побыть какое-то время дома. А потом сестра его заменит, когда у нее каникулы начнутся.       Про самого омегу и, тем более, про его течку, Дженсен старался не думать, иначе в ноздрях снова возникал тот запах, а от него, даже от воспоминаний о нем, в штанах все поднималось и тяжелело настолько, что альфа не мог и шагу нормально ступить – хоть на присядки танцуй! Фу-х, пробрало же его! Совсем теперь тяжко, пульс «под кумполом» стучит, и ладони, мать их, потеют! И запах...       Нет, с личной гигиеной у Дженсена все в порядке. Двухполые ничего бы не услышали, кроме легкого аромата туалетной воды, которой Дженс воспользовался утром после бритья. Но феромоны... Только самые тактичные могут делать вид, что не замечают, насколько Дженсен возбужден! Представители всех трех полов слышат феромоны прекрасно, от трехполых не спрячешься за невозмутимой физиономией! И стояк можно в широких штанах скрыть, но запах... перед людьми, блин, не удобно...       - Вот и хорошо, – заулыбался Морган. – Отдохнешь, наберешься сил, а там приезжай. Сестренке привет!       Поехал. Подбросил до перекрестка вялого Коллинза, который все загадочно улыбался и на прощание сказал, что, мол, если понадобится помощь опытного старшего товарища, зови! За что Дженсен обозвал его членоголовым и передал привет Вики и ее садовым ножницам… Короче, все, как всегда.       Вернувшись, удивился, не обнаружив дома никого – ни в саду, ни на кухне, ни в гостиной. Пусто. Запах есть, а людей нет. Где же они запропастились?       Распахнул дверь в спальню и… Охренел!       - Твою ж мать, Джош!       Джошуа пялил его омегу! Лежали на боку в сцепке на наспех разбросанной постели Дженсена. Голые. Омежка поскуливал тихонько, закусив подушку, а Джош поднял лицо на брата:       - Еще несколько минут, Дженс… – и застонал, закрыв глаза.       Проклятье! Такого младший никак не ожидал. Кровь бросилась в голову! Хотел еще что-то сказать, но слова на ум не шли.       Собственно, и сам ум изрядно заклинило! Другой самец метит ЕГО ОМЕГУ! Такое жгучее чувство ревности, неведомое ему доселе, затопило с головы до ног, что даже самому страшно стало! Если бы это был не родной брат – угрохал бы, ублюдка, за такую хуйню!       Вот, твою ж мать! А что он хотел, собственно, оставив в одном доме взрослого двадцатишестилетнего альфу с течным омегой? Что они будут в шахматы играть или о смысле жизни беседовать? Дженсен открыл, было, рот, да так и закрыл его. Попятился назад в гостиную на ватных ногах. Постоял немного, не понимая, куда теперь себя девать.       А за дверью-то не просто лежали и отдыхали – там сцепка в разгаре! Джош постанывал низко, а омежка из еле слышимого скулежа переходил на тонкий усиливающийся фальцет – очередная волна оргазма накрывала его!       Вот этого Дженсен точно слышать не хотел! Поплелся на кухню, поставил варить кофе. Мысли путались.       Как такое произошло? Нет, не то, что Джош трахнул его омегу, это как раз объяснить можно было, если подумать логически! Омега течный, пахнет так, что любой нормальный альфа сразу ему вставит! Что брат, собственно, и сделал. И Дженсен сам попросил Джоша ввести питомца в курс дела, пока он сам будет на работе. Вот брат и выполняет. Секс – тоже одна из обязанностей любого омеги, вот брат и обучает, так сказать. Если бы омега был еще немеченный, то Джошуа его бы не тронул – Дженсен был уверен. Его брат не подлый, такое бы не вычудил. Но Дженсен сам ему сказал, что омежка, скорее всего, уже залетел, поскольку его четверо альф при нем попользовали, поэтому у брата и мысли не возникло мальца не трогать! К тому же…       Джош, наконец, вошел на кухню, на ходу застегивая брюки:       - С работы отпустили? – спросил буднично.       - Отпустили, – буркнул Дженс.       - Что-то не так? – поинтересовался брат.       - Все так, – пробубнил младший, еще окончательно не определившись, что чувствует и какие конкретно, в принципе, у него претензии к ситуации.       - Дженсен, – Джош подошел ближе к брату, – ты это, надулся, что ли… из-за пацаненка?       - Нет, – покачал головой младший.       - Жадничаешь? С чего бы это? Я же тебе своего давал, так что…       …К тому же, Джошуа реально давал ему своего омегу, несколько раз давал. И Дженсен его с удовольствием трахал. И вязался с ним. Классно было – охренительно! Правда, одна небольшая деталь, о которой Дженсен забыл или не успел упомянуть брату, теперь стучала в его мозгу – Дженсен трахал омегу брата, когда тот уже был беременный, а Джаред… Но говорить об этом брату уже поздно и не нужно, раньше надо было соображать!       - Нет, что ты! – произнес Дженсен вслух, взяв себя в руки. – Конечно, я не жадничаю! С чего ты взял?       - Да так, показалось… – пожал плечами брат.       - Тебе показалось. Просто… устал я что-то. Меня на неделю отпустили, я отгулы взял. Нормально все. И… как он?       - Неплохой. Но учиться надо. Может, я заберу его на несколько дней? А ты пока моего возьми, если хочешь.       - Джош, я не думаю, что в этом есть сейчас необходимость…       - О, точно! – перебил брат, улыбнувшись. – Вот я дурак! У него же течка, а у тебя отгулы! Ладно, я потом его возьму, хорошо? Когда течка закончится.       - Как скажешь, – пожал плечами младший, все еще не придя в себя.       Сколько там дней Фелиция говорила, порошочек будет действовать?..       - А пожрать есть чего? – Джош снова заглянул в холодильник. – Я там только рулет нашел, но Джаред его съел. Это же ничего?       - Все правильно, – кивнул Дженсен. – Я, наверное, в магазин съезжу, а то и Маккензи скоро с занятий придет, а в доме – шаром покати! И нас теперь больше стало, тоже надо учитывать…       - Молодец, братик, правильно думаешь, – похвалил старший. – Возьми денежку на расходы… нет-нет, не отказывайся! Бери! А я пока побуду еще немного, ладно? Пока сестричка ни вернулась – я с ней еще поговорить хочу…       - Ладно, – кивнул Дженс. Вот же, блин! – Только, э-э-э, Джош!..       - Что?       - Ты с ним осторожнее… Ну, в смысле, Мак тоже может раньше домой прийти, чтобы не застукала. Неудобно как-то…       - Так у вас двери везде без замков, я бы заперся! Ничего, я услышу….       - Ага… – промямлил Дженсен, отставляя дымящийся кофе с плиты.       - Мне? – улыбнулся брат.       - Ну… хочешь – тебе!       - Спасибо. Дженсен, ты на меня не сердишься? Ну, за то, что я тебя ударил…       - Нет, что ты, я же все понимаю…       - Хорошо, а то я переживал… Я пойду?       - Иди…       Вот же блин! Дженсен поспешно оделся и ретировался на улицу, снова заводить авто.

***

      Джошуа вернулся в спальню. Там все так же лежал на боку и шмыгал носом омежка. Кажется, даже мордочку вытер. А из розовой дырочки – сперма течет.       - Чего ревешь? – гаркнул Джош. – И почему до сих пор не подмытый?       Омежка поспешно вскочил, побежал в душ, прикрывая голый мягкий перчик ладошкой. Ничего, привыкнет! Так все равно лучше, чем если бы его продолжали по помойкам трепать! И секса ему явно хочется, так что пусть не выделывается – распахся феромонами на весь дом! Сладко так пахнет – у Дженсена, наверное, от этого запаха башку кружит и член все время колом! Но братику тоже достанется – молодец он, что выходные взял! Успеет натрахаться вволю. А Джош, кроме удовольствия, должен и помочь хоть чем-то, подучить питомца, подсказать, как сделать хозяину приятное.       Что-то долго он копается… Если бы омега старшего Эклза так резину тянул, получил бы подсрачник!       Джош выглянул в гостиную, а потом направился в душ – Джаред был там, не столько мылся, сколько трогал себя за эрегированный пенис. Горячий мальчик! Оглянулся испуганно на вошедшего, отдернул руки. Джош нахмурился:       - Трогать себя можешь, только если хозяин разрешает. Но с этими вопросами будете с господином Дженсеном разбираться – это не мое дело. А пока – быстрее давай! Шевели батонами! Сказали тебе, чтобы в спальне через пять минут был – обязан быть! Чистый и веселый, ясно? Хватит носом шмыгать, а то по морде дам!       Омега вытер нос, завернул наготу и пошлепал, потупившись, босыми ступнями в спальню – мимо возбужденного Джоша. Альфа поймал его, голенького, за руку, рывком сдернул полотенце. Мальчик мялся бестолково – длинненький, выше Джошуа почти на голову. Вот, каланча же! И член стоит, словно мачта – не маленький, кстати, как для омеги, неплохой инструмент. Если бы Дженсен не обладал и сам крупным размером, это могло бы стать проблемой… А так – ничего, просто необычная деталь.       Джош трогал мальчика за щуплую попу, погладил между полушариями – горячо. Провел рукой по складкам влагалища – влажно и слегка вязко – Джаред уже снова тек. Хочет же узел, сильно хочет! Тогда почему хныкает? Но это тоже дело Дженсена – может, тому понравится? У каждого альфы свои вкусы и свои предпочтения в сексе.       Джошу – похрен, в принципе. Можно и сразу вдуть, прямо здесь, и на скулеж не обращать внимания, лишь бы сестричка не пришла пораньше и не увидела голый зад брата во всей красе, прямо на диванчике в гостиной. А в сцепке уже по дому не побегаешь! Дженсен прав, что сделал ему замечание – негоже сестре это видеть. Молодец, братишка, соображает!       - Идем! – приказал Джош.       Вернулся в комнату брата сам, и потянул за собой голенького омегу. Тот топал нехотя. И тек безбожно – у Джоша уже вовсю стояло от призывного аромата. Смазочка по дырочке сочится, по ножкам уже пошла.       - Ложись! – приказал.       Омежка лег. Джошуа ласкал его, гладил. Гладить особо нечего – кожа да кости! Но Джош знал, что Дженсен любит ласку, поэтому нечего приучать омегу к «вставил, отымел, отвалил». Пусть терпит! Лучше бы, конечно, если бы и он хозяина ласкал, но этому позже можно обучить. Пусть поймет хотя бы, что он уже не шлюха подзаборная, что для домашнего омеги просто быть дыркой для члена – недостаточно! И приласкать надо хозяина, и угодить, и чистенькому быть все время, и в хорошем настроении.       А этот – шмыгает снова и дрожит.       - Замерз, что ли? – спросил строго. Мальчик кивнул. Джош насупился: – Откормиться тебе надо, а то так и будешь мерзнуть. Раздвинь ноги!       Мальчик подчинялся. Надутый, вроде бы, будто обиделся на что-то, но это не важно! Если еще под настроение каждого омеги подстраиваться – много чести будет! Обломается!       Джош запустил пальцы тому в горячее влагалище – там аж хлюпает! Хороший омега – смазки много, запах брату нравится, а остальному научиться можно со временем. Главное, возбуждается хорошо, горяченький, за пальчиками попой двигает, хочет глубже. Пенис твердый все время, стоит, покачивается перед носом, головка обнажилась – кругленькая, как леденец.       У самого Джошуа тоже стояло хорошенько! И ебаться хотелось так, что обучение уже отступало на второй план! Почему не позволить себе вставить ему еще разик? Жена знает, что Джошуа поехал брату помочь с покупкой, вот и помогает!       Перебрался к мальчишке между ног, забросил его худые оглобли на плечи, пристроился. Омега опять захныкал, слезки на глазах заблестели.       Вдул! Как по маслу пошло! Омеги, хоть и выглядят, как парни, но у них за членом и яичками – влагалище. Анус тоже где-то там, но среди складок его не сразу и найдешь, особенно, при возбуждении. Так уж Аарону Готлибу удалось сделать замечательно – и членчик у омег рабочий, и яички аккуратненькие, поменьше альфовских, и сразу за ними – нежные складочки влагалища. Красивенько все так, мило. Так и хочется внутри оказаться, увидеть, как член погружается в эту красоту! И омеги легко возбуждаются, текут тут же . А во время течки они вообще из состояния возбуждения почти не выходят. Влагалище реагирует моментально – половые губы увеличиваются, набухают, могут даже слегка вывернуться и показать ярко-розовую середину. Для альфы нет краше зрелища, чем розовый вход возбужденного омеги, истекающий смазкой! А еще и запах многократно во время течки усиливается, и смазка уже на простыню капает. А к феромонам трехполый народ сверхчувствителен! Люди тоже, говорят, их слышат, но подсознанием. А Аарон какие-то важные гены в трехполых разбудил.       Омега тоже слышал феромоны Джоша – молодого, сильного, здорового альфы, и тоже желал его – не мозгом, так телом точно! И тек рядом с возбужденным альфой еще сильнее. Как цепная реакция. Джошу, хоть и не нравился настолько мощный сладкий запах, но он все равно альфа, и у него тоже уже заклинивало мозг от желания! И брат не против. Что может помешать еще разик повязаться с этой сладкой дырочкой и накончать в нее хорошенько? А? Ничего…       Разве что скулеж этот, который не в тему!       Джош, трахая омегу, рыкнул:       - Заткнись! Работай мышцами!       Мальчик пытался подчиняться, но у него не сильно получалось. Он всхлипнул, и по щеке снова потекла крупная слезка.       Хрясь! Это альфа дал ему пощечину! Чувствительную. Для науки!       - Работай, я сказал! А то снова на помойке будешь бомжей обслуживать! И рот прикрой!       Джаред вытер слезу, закусил губы, сосредоточился, насколько мог. Получалось уже лучше. Подмахивал мощным фрикциям Джоша, пытался подстроиться под ритм. Классно, охуительно! Может, чертенок, когда хочет!       - Вот так-то, – похвалил альфа сбивчиво, чувствуя приближение разрядки, – а теперь… поработай немного…       Натянул мальчика на себя, втолкнул набухающий узел поглубже. Мальчик вроде бы снова пискнул чуть-чуть, даже за руки пытался мужчину схватить, отстраниться, но тот только зыркнул на пацаненка, и омежка заткнулся.       Сцепились. Джошуа выплеснулся в омегу – это первый оргазм из многих. Мальчик выгнулся в пояснице и постепенно забывал, что ему надо скулить и сопротивляться. Мышцы внутри влагалища заработали инстинктивно, обжимая и поглаживая ритмичными волнами твердый член с плотным узлом у основания, придавившим выпуклость простаты. Пока и это неплохо. Если бы только он… если бы омежка перестал ныть, то работал бы осмысленно… научился бы… и сам управлять этими мышцами. Тогда и ему, и альфе… было бы еще приятнее, и… И потом…       Все, Джошуа уже не мог связно думать! И омежка уже выл, забыв обо всем, в оргазме. Он теперь вряд ли слышит и видит что-либо – оргазм у омег сильнее, ярче и глубже, чем у альф. Даже у таких неопытных. Это их награда и компенсация за все остальные неудобства. Несколько волн, подобно приливам, захлестывающие все чувства и качающие тело в эсктазе. Омеги часто вообще улетают в нирвану на пару десятков ближайших минут, выскальзывая лишь ненадолго, чтобы подарить альфе торопливые ласки и соскользнуть в наслаждение снова. Везет же! Альфам тоже здорово, но у них мозг редко переклинивается полностью – им надо контролировать процесс, соображать хоть немного, чтобы оба не получили травмы, чтобы не грохнулись куда-нибудь, не запутались в белье, например, не задохнулись.       Джош, дышащий рвано и, со стоном выстреливший в тесное жаркое влагалище очередную порцию семени, перевернулся с мальчиком на бок, вытянул одну его ногу вдоль своих, а другую забросив на себя повыше – так им обоим будет удобнее. Легко перевернул – мальчишка худенький, невесомый. Но мышцы внутри работают неслабо – у мальчика хорошие задатки. Остальное – приложится.       А пищит он теперь смешно – тоненько так, жалобно, как чайка над волнами. И покорно принимает новую порцию семени от низко мычащего старшего Эклза.       Джошу тоже хорошо… Супер… Обалденно! Надо только прикрыться слегка простынкой… А то вдруг, и правда, сестричка придет… простынкой, и все… Потом…       Джошуа стонал, не в силах пошевелиться. Вцеплялся в худую попу, натягивая ее дальше на себя, вталкивая узел еще глубже. А Джаред скулил фальцетом, качаясь на волнах бешенного телесного удовольствия, смачивая подушку неконтролируемыми слезами…       *Сноски:       • «…то щеночка* притащить, то птенчика*…» – на планете Хоум свои формы жизни, отличные от форм жизни Эдема или Земли. Названия животным давались людьми, колонизирующими планету, по аналогии с земными – для удобства запоминания, восприятия и, возможно, из ностальгических чувств. Поэтому на Хоуме есть свои собаки, птицы и т.д., лишь отдаленно напоминающие земные аналоги.