Под запретом

      В Анапе сейчас тепло, солнце сияет и находится в зените. Лучше этого быть ничего не может. Хотя, вот, вдалеке, по пирсе гуляет молодая пара. Девушка счастливо улыбается и держит парня за руку. Он, на полторы головы выше красотки, то и дело рассказывает одну небылицу за другой. Счастье. А вот скамейка. На ней одиноко сидит девушка. Обгоревшие плечи она скрыла легкой светлой кофтой. Рукава вытянула и редко проводила ими по алым щекам. Раз за разом закрытые ресницы мокли, плечи вздрагивали. Зеркальные солнечные очки, так изящно скрывавшие глаза, никогда не оказывались на светлых волосах. Рядом на траве, сложив ноги по-турецки, сидит молодой человек. Он запрокинул голову к солнцу, закрыл глаза и наслаждался солнечными ваннами. Впереди аллея асфальтированная. Вот по ней прогулочный шагом разгуливает мужчина. Этот человек, похоже, чем-то озабочен. Взгляд упал на пару на пирсе, отчего на лице появилась улыбка. И вот, повернув голову, в темные глаза попадает яркое светлое пятно. Улыбка пропадает, и сердце обливается кровью. Тихий вздох сопровождает это мгновенное действие.       Сейчас каждый из ребят понял, насколько ценна и мимолетна их жизнь. Как важны они друг для друга. И не важно, кто и кем приходится. Это просто важный человек. Он играет неимоверную роль в жизни. В жизни, которая без них становится пустой. Любовь согревает в пургу, а дружба помогает пройти стену из боли и печали.       Каждый из ребят понял, что они — это все, что у них есть. В момент целый мир может повернуться к тебе мягким местом и помахать ручкой. А ты останешься стоять или, что еще хуже, будешь пятиться назад. И ты будешь один. Один против целого мира.       Неожиданно Булатов остановился недалеко от скамейки. Вытащил из кармана темно-синих шорт мобильный и разулыбался. — Слушаю тебя. — Вот слушай и молчи, и запоминай, — раздался мужской, чуть грубоватый голос. Иван, услышав слова рассказа, нахмурился и изменился в лице. Посмотрел на своих ребят. Только потом уставился на черное море, кивая головой и вставляя свои слова. Бизон крепко сжимал руку Умы С улыбкой они дошли до скамейки и сели рядом с Мурой. Олеся посмотрела на подругу, вздохнула и заговорила с ней — Женьк, я…. — Что? — Мура посмотрела на нее и вдохнула через нос. Медленно опустила ноги со скамейки. — Жень, прости меня, пожалуйста. Это я виновата в том, что получилось с Васей. — Ты стреляла в него? — Девушка проговорила это с улыбкой. – Нет. Тогда твоей вины нет — Есть. Я же сама сказала тебе перед уходом «вот бы ты почувствовала тоже, что и я». Вот ты и почувствовала. — Лесь, — Мурашова зажмурилась. — Ничего, я не обижаюсь на тебя, хотя должна и все дела. Не хочу просто терять еще и друга. — Спасибо, — Уманова обняла ее и шепнула что-то на ухо. Блондинка только кивнула головой. Но чувство пустоты не давало ей улыбнуться искренне. Парни увидели, что девушки общались легко и свободно, поэтому смогли выдохнуть. Хотя с потерей друга никто не мог смериться просто так. Булатов вернулся с берега к ребятам — Ну что, друзья товарищи, нам пора возвращать честное имя нашей группы. Готовы? — Так точно, — ответили все в голос и встали на ноги. По выражению лица Бати было видно, что план у него есть, и план этот весьма серьезен. Осталось только сделать все правильно…