Легенда о шандале

      Под нежно-голубым куполом неба расстилалась светло-зеленая поляна, почти полностью окружённая многолетними высокими деревьями. Над редкими, душистыми цветами порхали небольшие бабочки, жужжали пузатые шмели. Маленькая беловолосая девочка сидела под одним из таких деревьев и медленно, по слогам читала книжку с большими яркими картинками. Ей только недавно исполнилось пять, и для нее это было в новинку. Рассказ был об отважном принце, который сражается со злобным драконом в надежде спасти прекрасную принцессу из замка. Девочка восторженно вздыхала после каждого абзаца и тайно мечтала встретить такого же храброго принца и уехать с ним на белом коне в закат.       -Мэрролайн!- послышался девичий голос,- где ты, Мэрролайн?       -Я здесь! - крикнула в ответ девчушка, загибая краешек листочка в книге, чтобы потом продолжить, и стала подниматься.       -Ты должна была быть дома полчаса назад,- начала ворчать только что подошедшая девушка.       -Прости, Марне,- смущенно улыбнувшись и слегка опустив голову, пролепетала беловолосая,-книжка была такая интересная.       Девушка лишь легко вздохнула и, мягко улыбнувшись, протянула руку своей сестре.       -Отец приедет совсем скоро, мама жутко нервничает, что ты не готова.       -Мне только платье надеть,- мечтательно пролепетала она.        Отец очень часто был в разъездах, и поэтому в каждое его возвращение домой мама устраивала небольшой праздник. Наряжала дочерей в лучшие одежды и просила поваров приготовить любимые блюда своего мужа. Они познакомились почти 18 лет назад, но любовь в их сердцах все еще горела ярким пламенем, как при первой встрече. Муж был одним из верховных демонов, в былые временна такие браки были под запретом, но не сейчас, их правительство смогло добиться права вступать в браки с тем, с кем они пожелают, ведь каждый знал, что если демон полюбит, то это раз и навсегда, и они скорее погибнут, чем расстанутся с любимыми.       Их дом стоял вблизи старого леса, куда Мэрролайн любила сбегать от назойливой няньки, беря с собой любимую книжку и разглядывая цветные картинки в ней. Здание было огромным. Большие белые фасады украшала красивая лепнина, которую мать заказывала у лучших мастеров королевства. На втором этаже виднелись огромные витражные окна, которые сейчас были приоткрыты, и оттуда, словно легкие приведения, колыхались на ветру белые шторы. Весь дом словно был отражением души их матери. Лёгкий, чистый и теплый, столько лет она вкладывала душу в это место для того, чтобы ее семья хотела сюда возвращаться после каждой своей поездки.       -Мэрролайн! - сердито проговорила мать, стоя у порога и скрещивая руки на груди,- ты снова вся грязная. Отец приедет с минуты на минуту. Иди наверх, Савана выберет новое платье.       Савана была ее нянькой. Пожилая женщина с мутными серыми глазами и доброй, почти беззубой улыбкой. Мэрролайн она нравилась, но порой ее нравоучения выводили из себя.       -Да, мам,- почти пропела девчонка и пошла наверх, поднимаясь по высокой мраморной лестнице и перепрыгивая через ступеньки.       -Юной леди не положено сидеть в лесу,- снова начала их давний спор пожилая нянька.        Мэрролайн лишь молча закатывала глаза, не желая что-либо доказывать и портить себе настроение. Когда на ней затягивали очередное бальное платье, внизу послышался шум открывающейся двери и радостные крики сестры и матери.       -Отец приехал,- тихо прошептала девочка себе под нос и, рывком выскакивая из рук старухи, которая сейчас шнуровала корсет, бросилась вниз по лестнице, не замечая крик женщины за спиной.       Высокий статный мужчина стоял в холле своего дома и ласково прижимал старшую дочь к себе.       -Папочка! - выкрикнула растрёпанная девчушка, спрыгивая с лестницы и бросаясь в объятия ошарашенного мужчины.        Увидев ее в таком виде - растрёпанные неубранные волосы и развязанное платье,- мать тяжело выдохнула, прикрывая глаза рукой. Эта девчонка всегда была такая. Слишком шумная и быстрая, она носилась по дому, точно ураган, не взирая на все правила приличия для юных дам, которым они с няней пытались научить ее. Только последний год она стала убегать на опушку леса, давая им хоть пару часов отдыха от ее чрезмерной активности.       -Ты мой маленький ураганчик,- ласково произнес мужчина, прижимая дочь к груди.       -Папочка,- радостно произнесла она, широко раскидывая руки,- пока тебя не было, Марне научила меня читать. Я прочла почти всю книжку со сказками, которую ты подарил мне на день рождения.        Поток ее слов был таким быстрым, что мужчина еле уловил суть, лишь широко улыбаясь и кивая головой.       -Милые,- ласково проговорил он, ставя дочь на землю,- мне нужно поговорить с вашей мамой, побудьте пока наверху.        Девочки сделали вежливый реверанс, как их учила мать, и стали подниматься вверх по лестнице, в гостевую комнату.       -Марне, Марне,- снова затараторила Мэрролайн,- когда я вырасту, у меня будут такие же большие рога как у папы? - она провела рукой по голове, показывая желаемый размер.       -Конечно, будут,- девочка чуть разъединила прядь волос на голове, наклоняясь к сестре и показывая выпуклые наросты на голове,- они растут быстрее, когда ты колдуешь, только это немного больно, но я научу тебя уменьшать боль от преображения, когда придет твое время, -прищурившись, произнесла она.       -А крылья? - радостно вопросила беловолосая, запрыгивая ногами на белый мягкий диван,- у папы они во-о-он какие большие,- широко раскинув руки, произнесла она.       -Крылья бывают только у самых сильных демонов,- мягко улыбнувшись, произнесла девушка.       -Наш папа очень сильный,- лицо Мэрролайн сделалось очень серьезным,- я буду такой же, и у меня будут самые большие крылья,- она подпрыгнула на новой пружине матраса и расставила руки в стороны, точно крылья.       -Обязательно,- весело ответила ее сестра и тоже залезла с ногами на диван, чтобы схватить чрезмерно активную девочку и начать быстро щекотать ее. Мэрролайн громко смеялась и из глаз потекли непроизвольные слезы. ***       Стол, как всегда, был потрясающим. Запеченая птица и различные гарниры прекрасно дополняли друг друга. На десерт подали огромный торт, который мама всегда лично готовила на все праздники. За столом царила теплая семейная атмосфера, отец в своей манере громко и эмоционально рассказывал о поездке и о том, что видел там, а девушки слушали с замиранием сердца. Маленькая Мэрролайн никогда не выбиралась дальше отцовского поместья и грезила мечтами посмотреть мир. Отец обещал, что как только ей исполниться десять, он возьмет ее с собой в путешествие, и она с быстро бьющимся сердцем считала года до этого момента, тайно повесив карту в своей комнате и выбирая маршрут поездки.       -Мэрролайн,- подозвала к себе сестру девушка, когда слуги уже убирали со стола,- хочешь, покажу кое-что классное?       -Конечно! - завороженно произнесла беловолосая, широко раскрывая глаза от любопытства.       Пожелав родителям спокойной ночи, девочки отправились на чердак. Это было их тайное место. Порой они закрывались там от всего мира и тихо шептались, делясь всеми печалями и обидами. Тяжелая дверь глухо отворилась, пропуская девушек внутрь. Помещение освещал лишь мягкий лунный свет, который лился в широкое окно на противоположной стене.       Марне тихо прошла в его сторону и, отодвигая легкие ситцевые занавески, распахнула ставни, впуская в комнату ночную летнюю прохладу и тихий шелест деревьев. Младшая также тихо подошла к сестре и, привстав рядом, начала активно крутить головой по сторонам в поисках того, что обещала показать сестра.       -Я ничего не вижу,- жалобно произнесла она.       -Прислушайся,- шепотом велела сестра, показывая пальцами на свои уши.       Сначала она услышала лишь шелест многовековых деревьев за окном и подумала, что старшая ее обманывает, пока не раздалась тихая птичья трель. Она лилась звонкой нежной струей откуда-то сверху, словно кто-то невидимый играл на дудочке. Непонятное теплое чувство разлилась в ее груди, и рот сам по себе широко открылся от удивления.       -Что это? - тихо спросила она у сестры.       -Это маленькие птички,- таким же шёпотом ответила девушка,- синие кали. В наших краях их почти не осталось. Многие верят, что когда те, кого мы любим, умирают, их души становятся этими птичками, и этой грустной песней они зовут любимых.       -Это печально, - тихо произнесла Мэрролайн, опуская голову на сложенные на подоконнике руки.       Старшая тихо подошла к ней и, присев на корточки, чтобы быть на одном уровне, прижала к себе.       -Когда-нибудь мы все умрем,- ласково прошептала она сестре,- но если это случиться раньше положенного времени, то знай, что я обязательно стану такой птичкой и буду следить за тобой. Когда ты сделаешь какую-нибудь глупость, я больно клюну тебя в нос,- девушка широко улыбнулась и двумя пальцами щёлкнула сестру по носу, от чего та тихо рассмеялась.       -Ты такая глупая,- ответила ей Мэрролайн, так же широко улыбаясь,- ты никогда не умрешь.       Девушка лишь тяжело вздохнула и, поднимаясь снова на ноги, сказала, что пора отправляться спать, а то Савана будет снова ворчать.       -Я люблю тебя, Марне,- проговорила беловолосая, укрываясь своим теплым одеялом.       -Я тебя тоже. До завтра, Мэрролайн.       Но их завтра так и не настало. ***       Громкий удар на первом этаже заставил Мэрролайн резко подскочить на месте, сонными глазами она начала всматриваться в темноту своей комнаты. Все было как прежде. Тот же маленький шкаф, который они с сестрой расписывали вручную, сундук с игрушками, стоявший подле кровати, и большое прикроватное зеркальце.       Внизу снова что-то громко бухнуло, и, вздрогнув, девочка натянула одеяло до самого подбородка.       -Марне? - тихо прошептала она, когда дверь в комнату отворилась,– Марне, это ты? Мне страшно.       Ответа не было. Чёрная тень появилась из-за косяка и медленно начала приближаться к кровати. Это явно была не Марне, слишком широки были плечи у этой тени, и, закрыв лицо руками, маленькая Мэрролайн начала вслух читать стишок, которому ее учила мама, это всегда помогало во время грозы. Рядом раздался глухой удар, и с шумом тень повалилась на землю.       -Мэрролайн,- раздался знакомый девичий голос.       -Марне, мне страшно,- заныла девочка, протягивая руки сестре.       -Малышка, нам нужно уходить,- прошептала та, подхватывая сестру на руку.       -Где мама и папа?       Но та не ответила. Ее сестра была слишком мала и могла не выдержать правды. Поздно ночью на них напали. Многие люди и прежде не любили демонов, но выражали это только косыми взглядами на улице или кривыми смешками в спину, не осмеливаясь на открытое проявление ненависти, но сегодня они перешли все границы. Эта группировка собиралась многие месяцы, тщательно обдумывала план и способы, как лучше избавиться от одного из верховных демонов и его грязнокровных детишек. Они пролезли по вентиляции на чердак и долго ждали, пока весь дом уснет. Сначала трое прокрались в спальню к родителям и одним быстрым движение перерезали горло отцу, женщину убивать не хотели, все же она была человек, но та проснулась и начала поднимать шум. Пришлось убить и ее. В эту ночь Марне зачиталась допоздна и, выйдя в коридор, чтобы попить, увидела тень, тихо входившую в комнату сестры. Страх липким потом прошел по ее спине. Схватив первую попавшуюся вазу, она ударила что есть сил по голове крадущегося. Марне крепко прижала к себе слегка трясущуюся девчонку и направилась вниз по лестницы. Проходя мимо комнаты родителей, она прикрыла ее глаза. Из-под двери лужицей текла темно- красная кровь.       -Черт,- тихо выругалась она, подергав за ручку входной двери. Эти ублюдки заперли двери, чтобы не было путей к отступлению. В голове бешеной птицей заметались мысли. Как выбраться из этого дома? Наверху что-то снова сильно бухнуло, и запах гари ударил в нос.       -О нет,- тихо прошептала девушка, прижимая плачущую сестру ближе к себе. Яркое пламя уже подбиралось к лестнице, и острый запах гари все больше распространялся под потолком. Вскоре он завладеет всем помещением и бежать будет некуда. Марне подёргала окна, но те тоже не поддавались. Послышался топот ног и громкие мужские голоса, они громко и грубо смеялись и злорадно что-то обсуждали. Прижимая сестру крепче, Марне рванула в кухню и, закрываясь в кладовке, поставила сестру на пол.       -Малышка,- тихо проговорила она, кладя руки на ее плечи,- нам придётся сегодня расстаться.       Та широко раскрыла красные от слез глаза и активно замотала головой.       -Нет, не бросай меня Марне,- заныла она,- мне так страшно, Марне,- сестра крепко прижала ее к себе, навсегда прощаясь.       -Мы еще обязательно встретимся,- шептала она ей на ухо,- никому не говори, что ты демон. Найди корабль и отправляйся на континент. Там обязательно найдутся добрые люди, которые позаботятся о тебе,- ее сестра лишь сильно качала головой в отрицательном жесте, и все повторяла "нет-нет-нет". Марне отстранила ее от себя и, ласково поцеловав в лоб, произнесла что-то на древнем языке демонов, и тело младшей сестры засветилось.       -Будь счастлива,- произнесла Марне, когда сестра почти растворилась в воздухе, и из глаз полились непрошеные слезы.       Спустя пару мгновений беловолосая девочка, только что находившаяся в кладовке своего дома, очутилась в лесу, в который так часто убегала. Оттуда было видно, каким ярким алым пламенем полыхает их любимый дом. Сразу же после того, как Марне отправила сестру в безопасное место, она взорвала стены дома, чтобы забрать этих ублюдков вместе с собой. Мэрролайн громко плакала, сидя в своей пижаме на мокрой от росы траве. Она осталась одна. За что эти люди убили ее семью? Что они сделали им? Тугой пучок мыслей все больше опутывал ее голову, не давая горьким слезам остановиться.       "Марне хотела, чтобы я уехала на континент,"- вспомнила она последние слова сестры.       Вытерев мокрый нос рукавом пижамы и поднимаясь с места, она последний раз взглянула на свой некогда прекрасный дом, мысленно попрощавшись со всеми, кто там остался, развернулась в сторону леса и быстро побежала, вспоминая путь, который отец ей показывал, когда они вместе ходили в город.       Солнце только начало просыпаться, освещая своими теплыми яркими лучами улицы, когда Мэрролайн стояла подле пристани с огромными кораблями. "Мне нужно на корабль,"- билась мысль в ее голове. Идея пришла сама собой, когда она увидела, как мужчины заносят тяжелые бочки на борт судна, и, подождав, пока они понесут новую партию, она забралась в одну из них и принялась ждать.       Пара сильных рук подхватила бочку, и девочка глухо ойкнула, сразу закрывая руками рот. Ей повезло, что матросы ничего не услышали и продолжили свою работу.       Почти два дня она отсидела в бочке, без еды и воды, пока сознание не начало пропадать, и она не отключилась, опрокидывая бочку вместе с собой.       Очнулась она в комнате с яркими подушками и большими покрывалами. Рядом стоял странный мужчина. Волосы его были очень диковинно скручены, а одежда - слишком яркой. Он грозно смотрел на нее, восседая, напротив.       -Какую еду ты любишь? - задал он неожиданный вопрос, в его голосе отчётливо был слышен акцент, такой же странный, как и его внешний вид.       -Ка..картошку,- слегка запинаясь, ответила она.       Мужчина поднялся с места и, пройдя к открытой двери, громко крикнул:       -Запеките нам картошку.       Они подружились почти сразу. Все на этом корабле были совсем не такими, как читала ей няня в книжках о пиратах. Они шутили и громко смеялись. Даже их капитан был полной противоположностью тех стереотипов, которые ей внушали ранее. Он был шумным, веселым и ужасно добрым. По вечерам они ели печеную картошку, Фабиан учил ее петь и играть на своем инструменте. И тогда она начала мечтать о такой же жизни, как у него. Всегда плавать по морям, где злые люди ее не найдут, но вспомнив про поручение сестры, она сообщила Фабиану, что им придётся расстаться на континенте, тот долго уговаривал ее остаться с ними, но наказ сестры был важнее, и, не став дальше ее расспрашивать, Фабиан нагрузил ее печеной картошкой и деньгами, мягко попрощался и уплыл, оставив в незнакомом городе. В ту же ночь, когда она уснула под старым мостом, ее карманы вычистили полностью, оставляя бедного ребенка умирать с голоду. Много дней она бродила вдоль старой пристани и рынка, прося у людей хоть кусок хлеба, но те лишь отмахивались от грязной оборванки. От голода голова шла кругом, и ноги не слушались. "Не все люди такие добрые, как ты говорила Марне,"- пронеслось в ее голове, когда тьма накрыла её, и она шумно повались у одного из прилавков.       -Боже мой!- воскликнул пожилой мужчина, подхватывая беловолосую девчушку,– милая, что с тобой? - но она не отвечала. Мужчина поцокал языком и, подхватив девочку на руки, направился к своему дому. Как можно бросить бедную маленькую девочку, разгневано думал он, смотря на ее исхудавшее лицо.       Она очнулась от вкусного запаха еды. Изо рта потекла слюна, и глаза быстро забегали в поисках источника аромата.       -Ох, ты уже проснулась,- ласково проговорил мужчина, присаживаясь рядом с ее кроватью и протягивая тарелку, от которой сейчас шел горячий пар. Она тут же вцепилась в нее и принялась выхватывать руками горячие куски, не обращая внимания на манеры. Мужчина снова поцокал языком и протянул ей ложку. Девочка перевела на него взгляд и, увидев протянутый столовый прибор, раскраснелась, понимая, что ведет себя, как животное.       Мужчина тепло смотрел на то, как она жадно ест уже вторую порцию супа, и не мог нарадоваться.       -Почему вы спасли меня? - спросила она, когда отдавала тарелку.       -Негоже маленькой девочке ходить одной,- он снова насупил нос и поднялся с места,- у меня есть внучка. Она только недавно родилась, и я не представляю, как можно было бы отправить ее одну туда. Сердце кровью облилось, когда ты упала,- он прижал руку к груди и прикрыл глаза.       -Спасибо,- тихо выговорила она, накрываясь теплым одеялом.       -Как твое имя, малышка? - произнес мужчина, уже стоя в дверях.       Марне просила скрывать ее происхождение. Никто не должен знать. Мэрролайн должна начать жизнь с чистого листа.       -Мэрри,- слегка запинаясь произнесла она,- просто Мэрри.       -Ну что ж, Мэрри,- мужчина мягко улыбнулся,- меня зовут Джо. Очень приятно познакомиться,- с этими словами он закрыл дверь, давая девочке отдохнуть.       Они жили вместе много лет. Когда дочь Джо умерла от болезни, он сильно горевал, и Мэрри помогала заботиться о маленькой Розете. Они вместе выращивали овощи и цветы на заднем дворе, и Мэрри учила девочку читать, когда та слегка подросла. Когда Мэрри стала старше, она начала выходить в город, и там она встретила Рейвена. Тощий, он стоял, закованный в цепях, посреди черного волшебного рынка, и, заглянув в его глаза, Мэрри увидела бешеный огонь жизни, который никто не смог погасить. Она отдала все свои деньги, которые папа Джо дал ей на новые двери для сада. Джо практически не ругался, когда она привела этого парня вместо дверей, и, посадив его нас стул посреди комнаты, они вместе обрабатывали его многочисленные раны и следы побоев на теле. Этот парень столько вытерпел и не потерял жажду к жизни, это восхищало Мэрри. Она видела в нем себя. Вместе они стали учиться рыцарскому мастерству сражения на мечах. И Мэрри добилась в этом больших успехов.       Затем был Кирман. Они с Рейвеном вытащили его из охотничьего капкана, когда тот убегал от преследования. Этот здоровяк так и не признался, кто за ним гнался, когда они отмывали кухню Джо от крови из его ноги.       Потом были близнецы. Даже на эшафоте они гордо держали поднятые головы и смотрели в лицо опасности, это ее и привлекло, и она снова отдала все деньги, которые они с ребятами заработали летом на ферме. С близнецами была девушка, которая долго ее благодарила за спасение этих олухов. Те тоже последовали за ней. Папа Джо лишь тяжело выдохнул, когда она привела еще троих и стояла в дверях, густо краснея.       За такой короткий срок эти люди стали ее семьей. Они вытаскивали друг друга из различных передряг, затем весело смеясь над этим, тогда она решила, что больше не позволит умирать тем, кого она любит, защищая их жизни любой ценой.       Затем появился он. Парень из пророчества. Он был не такой, как все. Из другого мира. Сначала ей показалось, что он трусливый слабак, который только и сможет, что сидеть на троне и командовать, но с каждым проведённым вместе часом она начинала думать по-другому. Он был по-настоящему щедр, ужасно веселый и улыбчивый, он заражал всех своей широкой улыбкой, при виде которой сердце Мэрри первый раз начало биться сильнее, словно она пробежала длинный забег. Тогда она еще не понимала происхождения этих чувств, и каждый его косо брошенный взгляд, когда она отворачивалась, рождал новые всплески эмоций. Он стал частью ее семьи, крепко оседая в сердце.