One day we will meet again

– Командор, леди Кусланд уже проснулась и просит встречи с Инквизитором. Мне известить ее об этом? – Нет, я сам схожу. Спасибо, – ответил Каллен, устало потирая затылок. Проводив служанку хмурым взглядом, он быстро пробежался по отчету, составленному для Верховной Жрицы. Он готов был поспорить на что угодно, после таких новостей Лелиана непременно приедет в Скайхолд, чтобы лично поговорить с Элланой. А говорила за последние сутки она всего раз. Каллен давно не видел ее такой подавленной. То, что произошло в горах, ему рассказала Героиня Ферелдена. Она направлялась в Скайхолд и как нельзя кстати оказалась на месте, где Инквизитора хотели принести в жертву. Командора передернуло от одной только мысли об этом. Если бы Кусланд не успела, если бы пошла другой дорогой…нет, даже представить это невыносимо. По возвращению, Эллану словно подменили. Коротко пожелав Королеве Ферелдена хорошенько отдохнуть, она в двух словах рассказала командору про элувиан, после чего заперлась у себя в покоях, никому не разрешая заходить к ней, да и вообще пытаться разговаривать. Когда в крепость вернулся Мишель и остальные разведчики, сообщившие о том, что произошло в эльфийских руинах, Каллен смог без труда сложить мозаику событий и прийти к логическому выводу. Эллана была с Соласом. На этом командор решил нарушить тишину. Он открыл дверь спальню Инквизитора и поднялся наверх. Эллана сидела в углу комнаты, поджав ноги и прикусив до боли губы. Последние сутки казались ей страшным сном. Таким же страшным, как то видение, где ее пытались убить призраки. Что это было? Странная иллюзия? Предостережение? Рой мурашек покрыл все тело долийки. Завеса со временем истончалась и там, где это случалось, прорывались демоны из Тени. Что если эванурисы так же могли найти лазейки? Ведь на свете нет ничего абсолютно безопасного и надежного, во всем есть слабые места. И древние Боги в этом видении доходчиво показали Эллане, чью слабость они готовы уничтожить в первую очередь. Лавеллан запустила пальцы в волосы и сильно сжала их. Она не могла допустить их возвращения, хотя прекрасно понимала: тех возможностей, что были у нее в распоряжении, не хватало для предотвращения грядущей войны. Мало того, что Ужасный Волк готов был в любой момент нанести удар, так еще эванурисы напомнили о себе, весьма изощренным, жестоким способом. Леди Инквизитор была в отчаянии. Голова раскалывалась на части, напоминая о недавней встрече с магами крови в горах, из-за которых Эллана напрочь забыла, что произошло до того, как она оказалась лежащей на земле без сознания. Яркие вспышки воспоминаний возвращали ее в ту комнату, где она отдалась Фен’Харелу, где они беззаботно болтали о всяких глупостях, где он подарил ей амулет. Но на этом ее память обрывалась. И куда делся амулет? Неужели она потеряла его в горах? Эллана с трудом подавляла в себе слезы обиды. Солас опять исчез. Она не чувствовала даже тени его присутствия и теперь не могла предупредить его о возможной угрозе со стороны древних Богов. Потухшие глаза посмотрели на холодное голубое небо, видневшееся через окна ее спальни. Эллана не могла заставить себя собраться с силами. Она чувствовала себя совсем одной. Что делать, когда у тебя нет ничего, способного остановить надвигающийся хаос? Кто в силах помочь ей? «Морриган…» – Можешь объяснить, что с тобой происходит? В комнате раздался голос командора Каллена. Эллана вздрогнула, резко повернула голову и увидела его, стоящего у лестницы, ведущей в ее комнату. – Зачем ты здесь? – Затем, что тебя ждет леди Кусланд. Он сделал шаг ближе к Лавеллан. Она окинула мужчину быстрым взглядом и отвернулась. – Это все из-за Соласа, верно? Эллана не ответила. Каллен внезапно сократил расстояние между ними и резко поднял долийку с пола, крепко держа ее за плечи. – Посмотри на себя, Лавеллан! На кого ты стала похожа! Даже зависимость от лириума не так ломает человека, как тебя сломал этот мерзавец! Чем он заслужил твою жертву? Чем? – Тебе не понять… – Куда уж мне! Ты настолько погрязла в этой любви, что не видишь истины! – Эллана молчала, отведя взгляд в сторону. Это холодное равнодушие настолько взбесило Каллена, что он с силой встряхнул Лавеллан, заставляя вернуться из своих грез. – Эллана! Открой глаза! Он же манипулировал тобой с самого начала! Когда напортачил со своей проклятой сферой, он использовал Инквизицию как оружие, чтобы исправить свою ошибку! Он влюбил тебя в себя, а когда понял, что заигрался, бросил, не сказав ни слова! Да и как он мог сказать!? Ведь каждое его слово было враньем! – Замолчи, – тихо прошептала Эллана, чувствуя, как медленно, из глубины ее души поднимается злость. Но она была еще слишком далеко, чтобы превратиться в нечто большее. А Каллен, тем временем продолжал бушевать, сжимая плечи долийки до синяков. – Он оплел Инквизицию своими шпионами, словно паук! – Хватит. – Он стравил нас с кунари. Да, мы предотвратили их вторжение, но ОН нашими же руками уничтожил их попытки укрепить Завесу! А ведь именно это они собирались сделать! Они пытались помешать ему разрушить мир, а мы их убили! – Достаточно… -А когда ты сделала за него всю грязную работу, он отнял у тебя руку, чтобы ты больше не могла сражаться, и подарил нам несколько лет жизни! Подарил, Эллана! И после всей этой лжи и предательства ты все еще продолжаешь его любить!? – ЗАТКНИСЬ! – не своим голосом заорала Лавеллан. Гнев в ней кипел с такой силой, что казалось, она вот-вот ударит Каллена. Ее дыхание сбилось, ладони сжались в кулаки, а сердце колотилось с бешеной скоростью. И как будто слов было не достаточно, командор неожиданно для долийки, схватил ее за подбородок и прижался к ее губам в жестком поцелуе. Он сам не понимал, зачем это сделал. Внутренний, яростный порыв стал тому причиной, возникшее между ними напряжение или давно скрытое, непреодолимое желание, но Каллен вдруг понял: это то, чего он хочет, и будь, что будет. Вдруг это единственное, что заставит девушку забыть об Ужасном Волке? Но Эллану словно кипятком ошпарило. Она не понимала, что происходит. Что он творит?! Она крепко зажмурилась и со всей силой толкнула Каллена в грудь. – Еще раз дотронешься до меня, я тебя убью! Слышишь? Клянусь всеми Богами, убью! Командор в ответ лишь мрачно улыбнулся, так же глубоко дыша, как и долийка. – Наконец-то очнулась. Она непонимающе нахмурилась, сделав шаг назад, подальше от мужчины. Губы ее горели, внутри кипела ярость подобно проснувшемуся вулкану. Лавеллан не ожидала подобного поведения от своего генерала. Он всегда был эталоном сдержанности и дружелюбия по отношению к ней. А сейчас она совершенно не узнавала его. – Прости меня, – Каллен попытался подойти ближе, выставив ладонь вперед, но на каждый его шаг, долийка делала два назад. – Но я не видел другого способа привести тебя в чувства. Это безумие нужно закончить раз и навсегда. – И ты не придумал ничего лучше, кроме как поцеловать меня? Что за идиотский план? – возмущение в ее голосе не знало предела. Каллен виновато улыбнулся, но это нисколько не успокоило Лавеллан. – Идиотский или нет, но сработало же. Ты вышла из ступора, вспомнила, что в тебе есть огонь и он вспыхнул, стоило только разозлить тебя! И вот…ты уже не сидишь на полу, а стоишь и хочешь придушить меня. А это уже победа. – И ты готов был рискнуть нашей дружбой ради этого? – Да. – Почему ты просто не оставишь меня в покое, Каллен? – воскликнула долийка. – Все ведь так просто! – Нет, не просто! Ты - наш Инквизитор. Люди верят в тебя. Мишель рассказал, что произошло в роще Гилланайн. Ты готова пожертвовать собой ради других, но почему-то забываешь, что у тебя нет больше божественной метки! Ты не маг и не бессмертная! Если с тобой что-то случится, твой драгоценный Солас в ту же секунду утопит Тедас в крови, ведь ты, скорее всего, одна из причин, почему он до сих пор этого не сделал! Эллана была поражена. И это еще мягко сказано. Она не собиралась благодарить Каллена за неслыханную дерзость и безумный поступок, но его слова отрезвили ее. Она была сердита, но снова дышала. Действительно, что это на нее нашло? К чему это отчаяние? Зачем эти слезы? Она прекрасно знала, что была с Соласом, что он, по крайне мере, сделал вид, что прислушался к ее словам, а это уже многое значило для нее. Да, ей было страшно, одиноко, но разве не она громче всех кричала о силе эльфийского духа? Разве вправе она теперь отказываться от собственных слов и отступать? К тому же, в голове родилась идея. Безумная, невозможная, но та женщина, имя которой она вспомнила перед приходом Каллена, могла стать ключом к их будущему. Лавеллан хмуро провела ладонями по голове, встряхивая пышную копну волос, прогоняя остатки наваждения. – У меня все мысли перемешались, Каллен. Слишком много событий за два дня. Мне нужно время, чтобы прийти в себя и решить, что делать дальше. Но одно могу сказать точно: ты понятия не имеешь, что происходит между мной и Соласом. Каллен крепко стиснул зубы, борясь с желанием обругать лысого эльфа самыми страшными проклятиями. – Мы еще вернемся к этому разговору. Сейчас главное, что ты жива и здорова. Как и леди Кусланд, которая, кстати говоря, ждет тебя. ***** Эллана с грохотом распахнула дверь в кабинет, буквально влетая в него. Услышав шум, молодая женщина, сидевшая в кресле и смотревшая на огонь, повернула голову и с легкой улыбкой поднялась, приветствуя леди Инквизитора. До вчерашнего дня, Лавеллан никогда лично не встречалась с Королевой Ферелдена. Слава о ее подвигах разошлась по всему Тедасу, превратив младшую дочь Брайса Кусланда в ходячую легенду, летающую на спинах грифонов и крушащую Архидемонов одного за другим. Конечно, многое, что о ней рассказывали, лишь сказки, восхвалявшие легендарную воительницу. Долийка же видела простого человека. Женщину, чуть за тридцать, высокую, стройную, в легких доспехах Серых Стражей, с длинными огненно-рыжими волосами, заплетенными в косу и удивительно красивыми васильковыми глазами, обрамленными черными ресницами. Лавеллан на мгновенье почувствовала себя маленькой, неказистой девчонкой, стоявшей перед настоящей героиней, которую года сделали лишь краше и величественнее. – Ваше Величество! Простите, что заставила Вас ждать! – несколько запыхавшись, проговорила Эллана, приблизившись к Кусланд и пожав ей руку. – Инквизитор, прошу Вас, давайте без званий! Я так отвыкла от них, что теперь боюсь домой возвращаться! – мелодичным, бархатным голосом ответила королева. – Как и вчера, я просто Элисса, а Вы просто Эллана. – Договорились! Их встреча проходила тет-а-тет. Женщины сели в небольшом кабинете на втором этаже северного крыла замка, куда доступ был позволен лишь самым высоким и дорогим гостям Инквизиции. На небольшом столике стояли чашки с чаем, в камине горел огонь, так что атмосфера буквально располагала к теплой беседе. – Надеюсь, Вы хорошо отдохнули после той битвы? – Да, все нормально! Бывали драки и пострашнее. Командор Каллен рассказал мне о походе к эльфийским руинам и о Зевране. Есть о нем какие-то новости? – Боюсь, что нет, – мрачно ответила Лавеллан. – В нашу последнюю встречу я толкнула его в элувиан, спасая от стражей. Портал должен был переместить его как раз туда, где мы с Вами сражались против магов. Каллен послал туда людей, но пока никаких новостей. Элисса едва заметно нахмурилась, но, спустя минуту молчания, уверенно произнесла: – Думаю, с ним все в порядке. Где-нибудь зализывает раны, вот и не сообщил о себе. Я его знаю, этого пройдоху сложно убить! – Очень хочется в это верить, Элисса. Он сильно нам помог. – Что совсем на него не похоже! – с усмешкой заметила Кусланд, положив ногу на ногу. – Он, обычно, бежал от битвы и редко помогал малознакомым людям. А вот я сожалею, что меня не было здесь во время борьбы с Корифеем. Надеюсь, мой подарок Вам пригодился? – Более чем, – кивнула Лавеллан. Кинжал, который тогда прислала Элисса, не раз выручал долийку в самых сложных битвах, так что старания Кусланд не прошли зря. – Вы надолго вернулись в Ферелден или… – Боюсь, что нет, – в глазах Серого Стража мелькнула печаль. – Формально, меня здесь быть не должно. Я приехала на несколько дней, чтобы проведать семью и передать королю Алистеру те сведения, что мне удалось найти на счет скверны. Но моя миссия еще не закончилась. – Есть какие-то успехи? Леди Кусланд дернула плечами, словно говоря «вроде есть, а вроде и нет». Лавеллан заметила, что за внешней приветливостью скрывалась огромная усталость. Королева взвалила на свои плечи бремя, которое несла уже больше десяти лет. Долийка даже представить себе не могла, каково ей. По правде говоря, и не хотела. – Я не оставляю надежды. Знаю, Вам здесь тоже несладко приходится. – Эрл Теган рассказывал о том, что произошло на Священном Совете? – Урывками. Я получала известия через письма Алистера, а он не любитель говорить о политике, – Элисса усмехнулась, взяв со столика чашку с чаем. – В этом мы с ним похожи как две капли воды. Нет бремени тяжелее, чем корона на голове. – Зачем же она тогда была нужна? – В те дни, дорогая Эллана, все решалось на ходу. Война не давала времени на размышления. Если бы у меня тогда хватило ума остановиться, подумать и взвесить все за и против, я бы ни за что не надела корону. Как и Алистер. И мы бы служили Серым Стражам, не беспокоясь о том, что от нашего решения зависит судьба Ферелдена. – Я Вас прекрасно понимаю, – с горечью в голосе заметила Эллана, опустив глаза. – Однако Вам тяжелее, чем мне в этом плане, хотя мы обе скованы цепями ответственности. Я знаю про мятежного отступника Соласа и про эльфов, покинувших свои дома. Это очень тревожный знак, хотя почему-то никто не придает этому особого значения. – Именно поэтому я попросила Вас о встрече. Лавеллан рассказала Элиссе все, что произошло во время Священного Совета, в мельчайших подробностях. Она доверяла Героине Ферелдена, особенно после того, как та спасла ей жизнь. В ней долийка видела сильного союзника, на которого можно будет положиться в будущем. – Чем я могу помочь? – сразу перешла к делу Элисса, поставив чашку на стол. Судя по взгляду, настроена она была решительно. – Нам известно не так много о планах Соласа. Практически ничего. Но благодаря Зеврану, мне удалось узнать, что эльфы, возможно, ищут древний артефакт. Такой же, что был у Корифея. Не знаю, правда ли все это. Может они намеренно вводили его в заблуждение, но пока это все, что у нас есть. Единственная зацепка. – С помощью такой же сферы Корифей создал Брешь? – уточнила Элисса. Эллана кивнула. – Но разве тот артефакт не был уничтожен? – Да, но, скорее всего, есть и другие. Их точное местонахождение неизвестно. Фен’Харел тоже этого не знает, что дает нам немного времени. И распорядиться мы им должны грамотно, а именно наладить сожженные мосты. – В каком смысле? – Элисса, прошу, поговорите с королем Алистером. Убедите его возобновить отношения с магами из Коллегии. Я знаю, они совершили огромную ошибку, пойдя на сделку с Тевинтером два года назад, но сейчас как раз то время, когда нужно идти на компромисс и работать сообща. – Это, по меньшей мере, сложная просьба, – медленно проговорила Кусланд. – Вы понимаете, что доверие к ним с тех пор подорвано раз и навсегда? Нет, я, конечно, рада, что Верховная Жрица позволила магам создать отдельную, независимую организацию, но возобновлять с ними диалог… – Мы все должны осознать одно: выстоять против Ужасного Волка поодиночке у нас нет никаких шансов. У него на руках все карты: элувианы, армия эльфов, шпионы, магия. И с последним мы, по крайне мере, в силах бороться. Укрепить Завесу, остановить эльфов-магов, помочь армии Ферелдена, если потребуется. Без магов и их помощи…. – ….мы обречены, – подытожила Кусланд, откинувшись в кресле, находясь в некотором замешательстве. – Да, – с горечью в голосе подтвердила Эллана. – Укрепление Завесы сейчас вообще первостепенная задача. Без нее не будет и нас. – Но даже если Алистер согласится провести переговоры, есть еще эрлы. Что если они будут против? Эрл Теган, например, категоричен в отношении магов, что не удивительно, учитывая, что они сделали с Редклифом. – Вы - авторитетный человек. К Вашему мнению прислушивались раньше, прислушаются и теперь. Главное, донесите до них сам смысл этого союза. Речь не о старых обидах, а о самом существовании Тедаса. – А что же сами маги? Что они говорят? – Великая Чародейка Фиона и попросила меня поговорить с Вами, Элисса. Она любит Ферелден и очень сожалеет о том, что произошло. Кусланд плотно сжала губы. Она знала Фиону и всегда считала ее мудрой женщиной. Слова Инквизитора имели смысл. Элисса понимала всю серьезность их положения, но людскую гордыню, порой, крайне сложно сломить. И все же попытаться стоило. – А Вы – миротворец, Эллана. По правде говоря, я думала, Вы пойдете по тропе войны. Рада, что ошиблась. – Стараюсь, как могу, – честно призналась Лавеллан и тяжело вздохнула. – Я пытаюсь найти способы достучаться до Соласа и убедить не снимать Завесу, однако я не могу уповать лишь на его благосклонность. Он не будет вести войска громким маршем по всему Тедасу как делали это когда-то армии Ферелдена или Орлея. Он мастер теневой войны. Он сделает все тихо, никто и не заметит. Поэтому нам нужен запасной план, на случай, если у меня ничего не получится и словами эту битву не выиграю. Нам нужна сила, способная заставить его остановиться и сесть за стол переговоров. – Знаете, я отчасти могу понять его мотивы, – неожиданно сказала Кусланд, задумчиво глядя на огонь. – Ведь он эльф и вполне закономерно хочет возродить старый мир, пусть и таким ужасным способом. Но… я не понимаю Вас, Эллана. Если забыть о титуле Инквизитора, Вы же одна из них. Долийка. Это и ваши сородичи. Почему Вы не с ними? Девушка слабо улыбнулась. – Я бесконечно люблю свой народ и горжусь им. Пусть нас веками угнетали и ненавидели, но все же… Как я смогу спокойно спать, зная, что эльфы вернули себе прежнее величие за счет крови невинных? Это эгоистично. Моя совесть не позволила бы мне так поступить. – А совесть Соласа? – Боюсь, свою он спрятал в ящик и запер на ключ. – Вы его так хорошо знаете? Лавеллан почувствовала, как на щеках появился румянец. Элисса заметила это и без слов все поняла. – Простите, Эллана, это не мое дело… – Нет, ничего страшного. Мы были близки. Даже слишком. Моя беспечность сыграла со мной злую шутку, ведь я упорно не видела его истинную сущность. Мне не хватило сообразительности, чтобы понять, кто он на самом деле и это стоило нам слишком многого. – Не корите себя за это, – Элисса положила ладонь на плечо Инквизитора. – Вы молоды. Мудрость и опыт приходят со временем. Наши ошибки учат нас, как поступать дальше. – И как мне поступить? – тихо спросила Эллана. После того, что произошло между ней и Ужасным Волком, она потихоньку начинала осознавать, что не сможет встать у него на пути, не смотря на все попытки предотвратить назревающий конфликт между людьми и эльфами. Лишь Героиня Ферелдена, пережившая столько горя и испытаний на своем пути, могла понять ее и дать ценный совет. – Не мне судить. Но скажу так… сердце подскажет. Разум, порой слишком жесток и бескомпромиссен, а душа чересчур милосердна. Сердце даст ответ в нужную минуту. К нему и прислушайтесь. Долийка искренно улыбнулась Кусланд. Эллана не знала, как и почему, но после слов Героини Ферелдена ей немного полегчало. Висевший внутри камень отчаяния перестал весить, словно сжатая до размеров кулака гора. Да, эта встреча была нужна обеим, хотя бы ради того, чтобы перевести дух, поговорить по душам и вновь отправиться в бой. Судьба не щадила ни Серого Стража, ни Инквизитора, таких разных, и все же таких похожих женщин, которым на роду было написано тащить на себе все тяготы этого мира. Еще несколько часов они обсуждали предстоящие походы, осуждали сплетни, опутавшие их личности в Орлее, вспоминали о прошлом и думали о будущем. Уже поздней ночью, когда Скайхолд погрузился в сладкий сон и лишь редкий стражник не спеша проходил по крепостным стенам, леди Инквизитор провожала Королеву Ферелдена, наотрез отказавшуюся оставаться на ночь. – Я свяжусь с Великой Чародейкой лично. Постараюсь устроить для нее встречу с Алистером и эрлами, – Элисса проверила седло своей лошади. – Но на официальных переговорах присутствовать не смогу. Сами понимаете, если я в ближайшие годы не найду лекарство от скверны, от меня будет мало толка. – Я все понимаю. О большем и просить не смею. – Король, иногда упрямый, как… – Элисса с усмешкой махнула рукой. – Но когда дело касается Ферелдена, да и всего мира, он готов сражаться до последнего вздоха. Так что, не сомневайтесь, я найду способы повлиять на него. Нужно будет еще укрепить границы, подготовить людей к возможной… Королева так и не решилась сказать слово «войне». Одна только мысль о новом, кровопролитном конфликте вызывала у него отвращение и дрожь. Ей иногда казалось, что Тедас не может жить спокойно. Ему обязательно нужны невинные жертвы для продолжения жизни. Лавеллан понимающе кивнула. – Может, все-таки останетесь? Дороги по ночам не безопасны. – Днем там не меньше всякой мрази. Сами знаете, – Элисса подмигнула эльфийке, как бы напоминая о встрече с магами крови в горах. – К тому же я хочу утром напугать Алистера. Представляете, он просыпается, а я под боком! Кусланд тихо хохотнула, выводя лошадь из конюшни. Лавеллан улыбнулась в ответ. И все же приятно, что легенды о гордой, смотрящей на всех с высока королеве лишь очередные сказки глупых завистников. – Хочу побыть с ним как можно дольше, прежде чем снова уеду. – Почему Вы не путешествуете вместе? Оставили бы регента? – Я предлагала ему, но Вы же знаете, что против такого монстра как политика всякая любовь бессильна. К тому же, за время моих поисков я такого навидалась, что поняла… Она забралась на лошадь и ловко развернула ее в сторону главных врат. – …есть такие пути, которые стоит преодолевать в одиночку. Прощайте, Инквизитор! Храни Вас Создатель! Если бы сейчас был день, Элисса непременно заметила бы, как после ее слов побледнела Инквизитор. Она буквально окаменела, уставившись на королеву шокированным взглядом. Лавеллан уже слышала эти слова, но из уст совсем другого человека. И этот момент, она все вспомнила. Все, что произошло. Как прощалась с Соласом, как не хотела уходить. С какой страстью он поцеловал ее, перед тем как мягко толкнуть в элувиан. Как со слезами на глазах она вышла из пещеры и уже спустя мгновение ее ударили по голове. И, наконец, то страшное видение перед пробуждением. Ей пришлось приложить титанические усилия, чтобы выйти из оцепенения и попрощаться с леди Кусланд. Махнув напоследок рукой, Героиня Ферелдена ускакала прочь из Скайхолда, оставив леди Инквизитора одну.