One day we will meet again

Каждая великая цель имеет мучеников. На любой войне есть самоубийственные задания - и не сомневайтесь: это война. (с) Шерлок. Рождественский выпуск.

Год спустя. Медея знала, что умирает. Никакая магия не помогла бы ей залечить две глубоких колотых раны в животе. Она была слишком ослаблена, но все же цеплялась за остатки утекающей вместе с кровью жизни. Девушку заколола возникшая из ниоткуда убийца-кунари. Молодая черноволосая эльфийка даже понять ничего не успела, как вдруг перед ней появилась двухметровая фигура, а в тело вошла холодная сталь. Еще и еще раз. Ее ярко-голубые глаза с ужасом взирали на своего убийцу, которая скрылась в тени так же быстро, как и появилась. Дергаясь в предсмертных судорогах, Медея слышала, как во всем замке кричат люди. Запах гари чувствовался даже здесь, в подвале, куда ей велел бежать магистр Дариус, ее бывший хозяин, человек, решивший взять эльфийку в ученики. Он считал ее талантливой, на редкость сильной магессой. Сейчас мысль об этом казалась Медее смешной. Она не была такой уж сильной. Посредственность. Ничтожество, не способное исцелить себя. Холод смерти совсем близок. С трудом, девушка повернула голову в сторону огромного зеркала, старого как мир, обветшалого, без стекла. Она не понимала, зачем магистр держал эту рухлядь в замке. Да и важно ли теперь это? Дым с верхних этажей достиг подвала. Скоро здесь все сгорит. Медея лишь надеялась, что умрет раньше. Ей не о чем было жалеть, но умирать так не хотелось! Ее окровавленные пальцы скользнули по шершавой, деревянной поверхности зеркала. Холод уже захватил ее ноги. Их она больше не чувствовала. Девушка закрыла глаза и приготовилась уйти к Создателю. Внезапно яркий слепящий над ней свет заставил ее очнуться. «Я уже умерла?» Шепча белыми от потери крови губами, она посмотрела на зеркало, которое теперь светилось невероятно чистым, голубым светом. Медея едва заметно улыбнулась. Видимо это и есть путь к Творцу. Что ж, не так уж и страшно. Она прикоснулась к мерцающей поверхности, ощутив, как пальцы скользнули куда-то вглубь зеркала. Удивительно, но стало вдруг жарко. Может это предсмертная агония или иллюзия, подкинутая умирающим разумом, но эльфийка из последних сил, повернулась на бок и на руках заползла внутрь зеркала, уверенная, что теперь это точно конец пути. Ее ослепил удивительно теплый свет. Он обволакивал, согревал, давал немного сил, чтобы вновь перевернуться на спину, после чего Медея больше не могла и пальцем пошевелить. Холод полностью завладел ее телом. Голубые глаза уставились в небо. Чистое, яркое. То тут, то там появлялось слабое зеленое свечение, словно в холодную зимнюю ночь. Эльфийка не знала, сколько пролежала так. Она лишь хотела, чтобы ее мучения закончилось. Чувствовать, как из тебя капля за каплей уходит жизнь – мерзкое дело. Потянуло в сон. Сердце билось с каждым разом все медленнее, сознание уносилось куда-то вдаль, оставляя за собой лишь приятные воспоминания о прожитых днях. Перед девушкой заплясали тысячи маленьких звездочек и, как ей казалось, все они говорили с ней. Вот только слов она не понимала. И лишь одна, самая яркая, похожая на большую светящуюся сферу, подлетела к девушке ближе, чем остальные. «Ты не хочешь умирать?» Медея услышала в голове чей-то голос. Приятный, тихий, мелодичный. Мужской или женский, она не разобрала. – Нет, – одними губами прошептала она. – Кто ты? «Тот, кто поможет тебе выжить». – А цена? «Это важно?» – Не хочу быть демоном. Она, как маг, знала о подобных сделках с искушающими духами Тени, а то, что это Тень, Медея уже почти не сомневалась. «Я не демон». – Кто же ты? «Теперь я – это ты». Эльфийка не знала, что сказать. Верить ли этому духу? Что если это обман? Стук сердца громким боем раздался в ушах. У нее все несколько мгновений для принятия решения. Безрассудно, глупо, опрометчиво. Она может очнуться монстром. Может потерять себя. Но что-то подсказывало ей, какой-то тихий шепот говорил, что она не ошибется. Потому что этому суждено было случиться. Потому что она очень хотела жить. – Я не хочу умирать! Сфера коснулась груди девушки, проникая внутрь тела. Медея широко раскрыла глаза и рот, почувствовав, как ее насквозь пронзает невидимым зарядом магии. Медленно бившееся сердце вдруг заколотилось с такой силой, что казалось, пробьет грудную клетку. По жилам побежала мощная энергия, заполнявшая ее с ног до головы. Она увидела сразу тысячи картин перед глазами, услышала миллион голосов, говоривших одновременно, ощутила все мыслимые и немыслимые эмоции, чувства, мудрость и опыт прошлого. Весь этот ошеломительный поток стал с ней одним целым, придал сил, исцелил раны, заставил вновь двигаться. Медея как никогда раньше была счастлива. Она сделала глубокий вдох, возвещавший о ее возвращении к жизни. ***** – Кунари покинули город. – Что с тевинтерцами в замке? – Убиты все до единого. Ни один магистр не спасся. – Глупцы… Ужасный Волк был разочарован. Он ожидал сопротивления, битвы. Он хотел видеть, на что способны те маги, что собирались ему противостоять, те, что, по словам его шпионов, были в союзе с Инквизицией. Но ничего выдающегося не произошло. Кунари вырезали полгорода, напали как коса на камень. Резко, быстро, жестоко. Хоть Фен’Харел и презирал их, все же в военной мощи им не было равных. Холодные, серо-голубые глаза безразлично взирали на то, как горят дома, как медленно рушатся стены замка, после чудовищного пожара. Он здесь, чтобы наблюдать, изучать, но никак уж не спасать. – У тебя есть новости, Абелас? Позади древнего Бога появился еще один эльф. – Все записи сожжены. Ничего полезного не осталось. Тевинтерец перед смертью хорошо постарался, чтобы о его делах с Инквизицией никто не узнал. – Жаль. – Но я нашел в подвале замка элувиан. Он…светился, а затем погас. Рядом с ним лежала эльфийка. Живая. Фен’Харел не шевельнулся. Спустя минуту тишины, он хрипло произнес: – Приведи ее сюда. ****** Медею под руки волокли двое мужчин. Эльфы. Одетые в золотые доспехи, они поразили ее своей красотой и испугали чудовищным равнодушием в лицах. Любой вопрос девушки они игнорировали. Когда она попыталась упереться ногами в землю, эльфы приподняли ее и потащили дальше. Медея была слишком ослаблена, чтобы использовать магию. Она с трудом помнила, что произошло, после того, как приняла в себя того духа. Свет поглотил ее, а после наступила тьма. Затем она ощутила чье-то присутствие, жесткие ладони, облаченные в металлические перчатки, подняли ее за длинные волосы. Эльфийка увидела перед собой сородича, красивого мужчину с зеленоватыми узорами на резком, строгом лице. Когда их глаза встретились, он что-то сказал на неизвестном ей языке и ушел. И вот Медею несли другие эльфы по развалинам дома, где она выросла. По пути она то тут, то там видела мертвые, истерзанные тела и губы ее задрожали. Запах смерти витал в воздухе, как и пугающая тишина. Но не время плакать. Не умереть бы снова… Девушку привели по горной тропе на небольшую поляну, где раскинулся лагерь из двух десятков других эльфов. Все смотрели на нее с холодным безразличием. У подножия горы, стоял их главарь. Ее бросили перед ним на колени, оставив их одних. Первой реакцией было бежать. Она поднялась с земли и быстро посмотрела по сторонам, ища пути отступления, но тут, стоявший спиной к Медее эльф заговорил. – Убегать бесполезно, da’len. Тебя поймают и убьют. – Я бы рискнула, – глухим голосом отозвалась Медея. Мужчина издал тихий смешок и повернулся к ней лицом. Казалось, они стояли и рассматривали друг друга вечность. Эльфийка поймала себя на мысли, что он по-своему красив, несмотря на то, что лысый. И все же что-то в нем было не так. Он заметно отличался от других эльфов. Стать, взгляд, язык тела. Где она слышала о таком мужчине? Воспоминания перемешались в голове. Она пыталась поймать нужную ниточку, но та моментально ускользала от нее. А тем временем эльф подошел на расстояние вытянутой руки, взглянув на незнакомку сверху вниз. – Кто ты? – Либерати. – Освобожденная рабыня. Хмм, неожиданно для тевинтерцев. – Не все мы такие ужасные, как о нас говорят! – возмутилась Медея, чувствуя, как кровь прилипает к вискам. Силы медленно возвращались к ней, а жажда жизни заметно ускоряла процесс. – Ты – элвен. В тебе течет наша кровь, но при этом считаешь себя тевинтеркой? – в его голосе послышались раздраженные нотки. – Едва ли. – Не стоит судить об Империи по поступкам прошлого! Многое изменилось с тех времен! – Зато ты судишь о ней, по поступку лишь одного человека, который освободил тебя от рабства. Хотя поступок этот воистину благородный, пусть и редкий. – Со временем таких людей станет больше, я уверена! – Как и я… Медея недоуменно дернула правой бровью вверх. Он был против рабства? Ужасный Волк заметил ее удивление и снисходительно улыбнулся. – Как тебя зовут? – Медея. – Знаешь, кто я? Она нахмурилась. Конечно, знала, но забыла. Ей было всего шестнадцать, когда впервые она услышала описание внешности похожего мужчины. Но с каким именем оно было связано? Магистр Дариус говорил о нем с магистром Павусом. Говорил… Эльф терпеливо ждал, медленно обходя девушку, изучающе разглядывая ее. Когда он вновь встал перед ней, ее взгляд опустился на волчий мех, покрывающий часть его сияющего, золотого доспеха. И тут Медею, словно молнией ударило. Голубые глаза в ужасе округлились, а алые губы тихо прошептали: – Фен’Харел! Мятежный древний Бог из прошлого, которого все так боятся! Она сделала шаг назад, но Ужасный Волк моментально сократил между ними расстояние и двумя пальцами взял ее за подбородок, заставляя посмотреть на себя. – Тебя нашли возле элувиана. Что ты там делала? – Умирала! Меня ранили. – И, тем не менее, ты жива. Раны исцелены. На тебе ни царапины. Медея отвела глаза в сторону. – Ты активировала зеркало? – Нет, оно само загорелось. – Это невозможно. – Тем не менее, это случилось! – уверенно заявила Медея, хотя на самом деле уже ни в чем не была уверена. Последние сутки казались ей бредом сумасшедшего. – Что было потом? На этом девушка притихла. Она не собиралась рассказывать ему про духа. Кто знает, может он убьет ее, едва узнав, что она сделала в предсмертном бреду. Медея чувствовала легкое покалывание по всему телу. Никогда еще магия так остро не отзывалась в ней. Все стало иначе. Она стала другой. – Посмотри на меня. Она молчала. – Посмотри на меня! – его неожиданно прогремевший требовательный голос заставил Медею содрогнуться, зажмуриться и крикнуть в ответ, широко распахнув глаза. – Отстаньте! Ужасный Волк увидел, как засветились ее зрачки. Эта девушка была наполнена древней, забытой магией. Она буквально ощущалась в воздухе. Сильно нахмурившись, эльф отпустил Медею. Такого поворота событий он не ожидал. – Ты приняла в себя духа прошлого, – мрачно подытожил Фен’Харел. – Ты хоть представляешь, что натворила? Эльфийка упрямо молчала. Свет в глазах померк, но это не означало, что она перестала злиться. Она знала, что может дать отпор, она в силах убежать. Нужен только подходящий момент. – Магия в тебе на редкость сильна, da’len. Но почему он пришел именно к тебе? Ты призвала его? Что ты сделала? – Ничего не сделала. Он сам спас мне жизнь! – Какой ценой? Ты знаешь? Знаешь, какую ответственность взяла на себя? Медея отрицательно покачала головой. Конечно же, не знала. Она полагалась тогда лишь на чувство самосохранения, особо не задумываясь о последствиях. – Ты можешь избавиться от него, Медея. – Как? – не поверила своим ушам эльфийка. – Отдай его мне, – ладони Фен’Харела легли на хрупкие плечи девушки. Она от такого жеста вся задрожала, покрывшись мурашками. От него исходила мощная, подавляющая энергия, и была она настолько сильной, что эльфийка с трудом могла дышать, а ноги предательски задрожали. – Пусть ты и маг, но это бремя тебе не по плечам. Ты же хочешь жить, верно? – Да… – Душу можно отдать лишь добровольно. Передай ее мне, и ты будешь жить. Даю слово. – А что потом? – Если захочешь, присоединишься ко мне. – Как те эльфы на поляне? – Думаешь, они здесь не по своей воле? Ошибаешься. Они не слуги и не рабы. Они верят в будущее своего народа и идут за мной добровольно. – А если откажусь присоединиться к Вам? – Уйдешь с миром. – Каким миром? Который Вы хотите разрушить? – Медея с вызовом посмотрела на Ужасного Волка. – Я слышала, что магистр Дариус говорил о Вас! Из-за Вас полыхает Юг Тедаса! Из-за Вас не прекращается наша война с кунари! Вы ничего от меня не получите! Яркая вспышка магии на секунду ослепила Ужасного Волка, давая Медее лишь один шанс на побег, которым она поспешила немедленно воспользоваться. Фен’Харел раздраженно закатил глаза. Ему не составило труда быстро нагнать эльфийку, толкнув к краю горы. Она непременно бы полетела вниз, если бы мужчина не схватил Медею за шею, держа над пропастью. Внизу чернели высокие деревья. Падать будет больно и, возможно, смертельно. В глазах Ужасного Волка мелькала ярость. Никто не мог дать ему отпор. Никто не способен был вывести его из равновесия. До сегодняшнего дня. Она была очень сильна. И опасна. – Безрассудная, маленькая девчонка! Каждый элвен бесценен! Я не хочу терять одну из своего народа из-за глупого упрямства. Прими мое предложение! – Нет! – прохрипела Медея, пытаясь ослабить стальную хватку Фен’Харела. – Дух перейдет ко мне либо с твоего живого, либо с мертвого тела. Последний раз прошу. Не растрачивай данный тебе шанс понапрасну! – Напротив, я использую его во благо! В голове Медеи возник дерзкий план, который она поспешила воплотить в жизнь. Она махнула левой рукой перед лицом Ужасного Волка, привлекая его внимание, и почти тут же сжала правую ладонь в кулак и резко, коротко замахнувшись, ударила мужчину в челюсть, чего он совершенно не ожидал и не предвидел. Он машинально разжал пальцы и выпустил из рук полетевшую со скалы девушку. Медея не растерялась и вскинула руки вверх, пытаясь схватиться за ветки деревьев, чтобы хоть как-то замедлить падение. Эльфийке повезло ухватиться за одну из них, изрезав все ладони. Повиснув на приличной высоте, Медея услышала сверху мужские голоса. Спускаться аккуратно не было времени. Наверняка за ней будет погоня. Собравшись с духом, девушка выпустила сук и полетела дальше вниз. Древняя магия вновь дала о себе знать. Ее окружила мягкая, прозрачная сфера. Вместо тяжелого падения с переломами, Медея мягко опустилась на колени, учащенно дыша, наблюдая, как раны от порезов затягиваются. Так быстро они еще никогда не заживали. – Невероятно! – недоумевающе прошептала Медея. Однако медлить нельзя, нужно было бежать от этого места как можно дальше. Эльфийка поднялась с колен и рванула из леса с небывалой скоростью. Она летела во весь дух, то и дело, спотыкаясь о края своей мантии, не решаясь обернуться назад и проверять, гоняться ли за ней. Наверняка Ужасный Волк и его люди не отступят. Когда он прикасался к ней, она кожей ощущала, насколько он силен. Потому сейчас она понимала: если не убежит, точно погибнет от его руки. «Древняя магия. Древние духи. Древняя хрень! За что мне все это!? Почему я?» И словно в ответ на ее вопрос, она услышала далекий, но знакомый ответ того, кто спас ее. «Потому что ты была рождена для этого». «О, да я была рождена для древней хрени! Спасибо, теперь мне стало легче!» В ушах звенел лишь ветер и неукротимый ужас. Она даже не смотрела на дорогу, а бежала, куда глаза глядят. Как можно дальше от дома, городка, что превратился в пепелище. Она запоздало заметила крутой склон, ведущий вглубь долины. В очередной раз, споткнувшись, девушка покатилась вниз по грязи. Изорвав в конец низ платья, эльфийка с остервенением оторвала переднюю часть подола до колен. Она посмела оглянуться лишь один раз. Эльфы где-то рядом. Она чувствовала их, чувствовала Ужасного Волка, преследующего свою добычу. «Бежать! Бежать! Бежать!» - крутилось у неё в голове. Все остальные мысли улетучились, словно песок. Впереди показалась долина, узкая река, за которой простирались снежные горы. Даже если ей удастся оторваться от эльфов, она не выживет в горах. Замерзнет на смерть или умрет от голода. Она знала эти места. Поймать дичь здесь – невероятная удача. – Ну, уж нет! Не для того я выжила, чтобы снова умереть! - воскликнула Медея самой себе, добежав до реки. Послышался топот копыт. Громко выругавшись, эльфийка залезла в ледяную воду по пояс. Быстро двигая ногами, она перебралась на другую сторону и со стоном рухнула в мокрую траву. Магии в ней было хоть отбавляй, но физически она устала. Осознавая, что больше такой забег не перенесет, Медея поднялась с земли, готовясь до последнего защищать свою жизнь. Тяжело дыша, она увидела, как вдали показались знакомые фигуры в золотых доспехах. Внезапно все изменилось. Эльфийка услышала топот позади и резко обернулась. В ее сторону на всех порах несся отряд из сотни людей, не меньше. Но даже не это привело ее в оцепенение. А здоровенный дракон, показавшийся из-за гор, и летевший прямо по направлению к Медее. Она отбежала от берега реки навстречу людям, и с криком рухнула на землю, думая, что этот монстр раскрыл свою пасть, чтобы испепелить всю вокруг, включая ее саму. Однако дракон пролетел мимо, испуская пламя по другой стороне реки, отрезая путь эльфам. Из последних сил Медея перевернулась на спину, отползая назад, не веря, что все это вообще реальность. Дракон отгонял врагов, пуская в них обжигающее пламя, в то время как отряд позади эльфийки остановился. С лошади спрыгнула невысокая фигура в темном плаще, подбежала к девушке, опустилась на одно колено, и схватила за плечи, поворачивая к себе. – Ты в порядке? Медея уронила взгляд на выгравированный знак на грудном доспехе незнакомки. Знак Инквизиции. Затем на металлическую руку, сжимающую ее плечо. Перед ней сидела леди Инквизитор. ***** – Пять люцернов погибло! Сожжено полгорода! Сотни людей бежали или были убиты в сражении! В Минратосе нас в порошок сотрут, в лучшем случае! – Это война, Павус! Может для тебя это открытие, но на войне люди умирают! Я предупреждал, ваши попытки договориться с кунари ни к чему не приведут. Плевать они хотели на ваш мир! – Как будто стало легче от твоих предупреждений, эльф! – Дориан, Фенрис, замолчите оба! Сейчас нам важно понять, как не допустить больше таких ошибок! – в спор двух мужчин вмешался третий, женский голос, а затем к ним присоединился еще один, мужской. – Мне интересно, почему Фен’Харел не завершил начатое? Он вывел Морриган из строя, пусть эльфов было меньше, но он гребанный древний Бог! Ему по силам было раскидать нас и забрать то, что ему нужно. – Одна из причин стоит перед тобой, Хоук, – заговорила еще одна женщина. – А вторая в данный момент боится зайти в эту комнату, потому весьма осторожно подслушивает под дверью. Медея неожиданно вздрогнула. Она понятия не имела, как ее вычислили, но убежать или врать не было смысла. Пристыжено краснея, эльфийка толкнула тяжелые двери и вошла в большую круглую комнату, которую сразу же узнала. Она была здесь несколько лет назад с магистром Дариусом по приглашению хозяина поместья: Дориана Павуса. Именно в его дом и привезли девушку. На Медею с интересом воззрились незнакомые люди, но о каждом из них она раньше слышала. – Медея, дорогая, рад, что ты в добром здравии! – Спасибо, магистр Павус. Жаль только, что… – ком боли застрял в горле. Они оба понимали, что она хотела сказать, и Дориан лишь с грустью закончил за нее: – Да, жаль только, что Дариуса здесь нет. Я знаю, он относился к тебе, как к дочери. Медея с трудом кивнула, подавляя нахлынувшие слезы. Многие догадывались, что Дариус возможно приходился отцом девушки, вот только молчали об этом. Связь со служанкой-эльфийкой, матерью Медеи, сильно подпортила бы ему репутацию. Хотя сейчас это уже не имело никакого значения. – Но скорбеть мы будем позже. Позволь, представить тебе… – начал, было, Дориан, но девушка его перебила. – Я всех вас знаю. – Вот как? – удивился светловолосый эльф. – Конечно! Вы живые легенды! О Вас слагают стихи, Вам пишут песни. Вас любят и ненавидят! – Медея была искренне восхищена видеть перед собой таких легендарных личностей, что их, несомненно, смутило. – Как я могу не знать беглого эльфа-раба Фенриса, который стал символом свободы для всех угнетенных! А какие истории слагают о Вашей битве с атаковавшими Киркволл кунари, господин Хоук! Гаррет лукаво улыбнулся и подмигнул ей, а Медея вдруг вспомнила, как бесстыдно прижалась к нему, когда мужчина посадил ее на лошадь рядом с собой, и весь отряд отправился на восток. Она на мгновение опустила глаза, а затем перевела восхищенный взгляд на Лавеллан. – Леди Инквизитор, многие верят, что Вам по силам спасти наш многострадальный Север, да и весь Тедас в целом! Я так давно мечтала вступить в ряды Инквизиции, лишь бы стать хоть чуть-чуть похожей на Вас! Затем Медея посмотрела стоявшую рядом с Инквизитором черноволосую женщину с золотисто-карими глазами и едва заметно нахмурилась. – Простите, я… – Меня ты не знаешь? – Боюсь, что нет. – Это хорошо, - ведьма усмехнулась. – Я – Морриган. И если тебе мое имя ничего не говорит, и меня не узнают на затворках Империи, значит, я делаю все правильно. – Однако где-то я Вас видела. Или может… – …не ты? – закончила за нее Морриган. Она подошла к Медее и заглянула в ее светло-голубые глаза. – Да, я узнаю эту магию. Та же, что была в моем сыне. – Медея, расскажи нам, что случилось в замке? – вмешался Дориан, скрестив руки на груди. Эльфийка судорожно вздохнула. Все, что произошло дома теперь, казалось, страшным сном, который она бы с радостью забыла. Но она рассказала. Рассказала, как началась атака кунари, как магистр Дариус велел ей бежать в подвал и спрятаться там. Как ее все же настиг один из убийц и вонзил в нее кинжал. Как коснувшись зеркала, оно внезапно засветилось и открыло для нее другой мир, в котором Медею и нашла та странная сфера, спасшая ей жизнь. Когда эльфийка начала рассказывать об Ужасном Волке, леди Инквизитор вдруг дернулась и заметно побледнела. Медея еще тогда, у берега не могла не заметить, какой печальный, наполненный болью и тоской взор кинула Лавеллан на ту сторону реки, где на нее так же, не отрываясь, смотрел Фен’Харел. – Стой, ты действительно врезала Ужасному Волку? – со смехом и неким недоумением воскликнул Дориан. Эльфийка растерянно посмотрела на него и пожала плечами. – Ну, да. А что? – Нет, ничего. Хах, просто ты воплотила в жизнь мою несбывшуюся мечту! Заметив на себе испепеляющий взгляд Лавеллан, Павус тут же замолчал и смущенно кашлянул. А Медея тем временем завершила рассказ. – Ну, а потом вы знаете. Я перебралась на другой берег, и тут появился ваш отряд. Вот только не понимаю, что случилось с драконом? Почему его подкосило, и он рухнул на землю? Что с ним стало? Морриган раздраженно цокнула языком. – Дракон этот стоит перед тобой, девочка. – Стойте, Вы – дракон?! – резко воскликнула Медея. – Но, как?! – Это сейчас не столь важно, – вмешалась Лавеллан. – Значит тот осколок древнего Бога, что Флемет забрала у Кирана теперь в Медее? – Верно, – ответила ведьма. – И, исходя из рассказанной ей истории, я могу сделать весьма скверные выводы. Флемет отправила ту душу в элувиан, а свою, по неизвестной мне причине, отдала Ужасному Волку. Иначе объяснить его влияние на меня, я не в силах. В зале повисла гробовая тишина. Все присутствующие заметно помрачнели, разве что Медея выглядела растерянной, ведь почти ничего из сказанного она не понимала. Какая Флемет? Как могла перед ней стоять женщина-дракон? И главный вопрос…. – Чем все это грозит? – спросил Хоук. – Большой бедой, – ответил Дориан. – Похоже, теперь мы лишимся основной магической силы, не так ли Морриган? – Верно, Павус. Я выполнила свою роль. Эллана, я рассказала тебе все, что смогла услышать из Vir'abelasan. Я помогла найти и спасти источник невероятной силы, способный изменить ход этой войны, - она покосилась на Медею. - Но я не стану рисковать жизнью сына. Мы покинем Империю как можно скорее. – Я благодарна тебе и понимаю твои опасения, – согласилась Инквизитор. – Ты не должна больше пересекаться с Фен’Харелом. Уйди из этих мест как можно дальше. Раз уж я тебя нашла без магии, он и подавно сможет найти, если захочет. А ты сама знаешь последствия такой встречи. – Итак, мы лишаемся ведьмы, – раздраженно заключил Фенрис, по примеру Дориана скрестив руки на груди. – А что приобретаем? Ребенка, случайно принявшего в себя душу древнего Бога? Она даже не знает, как управлять такой силой! – Я вообще-то маг! – возмущенно вступилась за саму себя Медея. Может она и была молода, но точно не глупа и не опытна. – И я не ребенок! Я могу контролировать себя и уж тем более смогу контролировать этого духа! – Вот именно. К тому же, все, что произошло, не было случайностью, мой дорогой, лириумный друг! – почти ласково заметила Морриган, прекрасно зная, как отреагирует Фенрис на слова о его татуировках. – Не надо злить меня, ведьма! – Фенрис, не заводись, - посоветовал ему Хоук, хотя был бы не прочь посмотреть, как эти двое перегрызутся между собой. – Перестаньте! – воскликнула Лавеллан. – Морриган права. По какой-то причине Флемет не отдала душу древнего Бога Ужасному Волку, а отправила туда, где он не смог бы найти ее. И почему-то именно сейчас, когда мы так остро нуждаемся в сильном союзнике, появляешься ты, Медея. Союзник, с которым Фен’Харел вынужден теперь считаться, потому что ты в состоянии дать реальный отпор. Именно к тебе явилась душа и именно тебя спасла и не важно, эльф ты, гном или человек. Магесса или простая смертная. Что это? Случайность? Не думаю. Совпадение? Абсолютно исключено. Так должно было случиться. Ты была рождена для этого, я уверена. – Так что же я теперь? Лавеллан искренне улыбнулась молодой эльфийке. Впервые за несколько лет она почувствовала, что ветер переменился. Он нес с собой новые испытания, сражения, но и еще кое-что. То, что Эллана так надеялась найти и вновь обрести. – Надежда.