Шкодливая кошка тирана

Небо понемногу набирало сине-фиолетовую краску и становилось темнее. Но было достаточно светло, поэтому зажигать фонари было рано. День становился медленно длиннее ночи, что особенно замечалось после дня равноденствия. Снег давно уже растаял, но земля была сырой и пахла постоянно влажностью, что стояла в воздухе и порой помогала дышать. Хотелось, чтобы запахи набрали немного соли, потому что погода слишком давно пребывала в одинаковом состоянии и не собиралась меняться. Влажность прибивала ароматы, делая всё вокруг слишком одинаковым, даже немного пресным. От этих ощущений не спасало находившееся рядом море, выглядевшее всё ещё по-зимнему из-за серого неба. Саннэ быстро шла в направлении спортивного зала, не обращая внимая ни на что. Она как-то забыла в последнее время обо всём, что окружало её. Обычно любила подумать о том, как мир вокруг неё движется и летит куда-то в бесконечность, развиваясь и меняясь день ото дня, а она вместе с ним. Девушка любила чувствовать это каждой клеткой своей кожи, наслаждаясь и радуясь возможности видеть всё это, пока не свалилась в какую-то синюю бездну, в которой всё как-то смешалось, сжалось и стало одним человеком, до которого ей поскорее хотелось дойти. И покормить заодно, а то оставила голодным своего монстра ненасытного. Будет потом мяса всякого порченного просить. Знает она его наклонности. Сегодня они забыли всю еду дома из-за того, что порыв страсти продлился дольше ожидаемого, а потом пришлось спешить, чтобы не опоздать. Они не опоздали, Дайки исполнял обещания. Однако, с едой на этот раз вышло плохо. А в столовую строптивая студентка принципиально не ходила из-за нежелания отравлять себя той гадостью со странными названиями, что предлагали местные повара по довольно-таки высокой цене. Одни прожаренные в старом масле перцы стоили как четыре хороших яблока. Так что пришлось бежать в ближайший магазин. Впервые за долгое время в одиночестве. Дайки хотел пойти с Саннэ, но его захватил каким-то важным разговором тренер, поэтому Дзёшико отправилась за покупками сама, не смотря на очень дикие протесты Аоминэ. Он остался страшно недовольным тем, что девушка пошла без него. Но у шкодливой кошки тоже имелся довольно жёсткий характер, а ещё была до нестерпимого упрямая. Дайки отпустил её от себя с тяжёлым сердцем. Сам до конца не понимал почему. Но будто кусок мясной и вкусный отрывали от него. Пришлось смириться. Но какие-то неприятные мысли упорно лезли в голову. Хотелось сорваться с места и побежать за ней. Проверить, на зелёный ли перешла дорогу, с кем заговорила, что делала. Конечно, она со всем этим прекрасно справится. Просто ему не удавалось найти того пункта в пучине беспокойства, который заставлял волновать. Он просто знал, что на неё слишком много смотрели. Слишком много. И это могло привести не к самым хорошим последствиям, потому что добрыми эти взгляды назвать было нельзя. Ладно бы взгляды, а ведь у кого-то ещё была и решительность, которая замирала только в те моменты, когда Дайки был с Саннэ. В остальное время похотливая решительность набирала обороты и строила планы по захвату цели. Это было плохим поводом оставлять Саннэ одну. Саннэ торопилась, потому что хотела как можно скорее оказаться рядом со своим ненаглядным любовником. Ей тоже было не слишком комфортно без него. Пропало чувство безопасности, стало будто холоднее, и дело было не в холодном ветре с моря. Выбираться из синей бездны оказалось очень неприятным занятием. С Дайки ей было спокойнее, а ещё как-то уютнее, не смотря на его кажущуюся грубость. Девушка улыбалась своим мыслям и думала о том, что Дайки должно понравиться то, что она купила. Сегодня они будут есть рыбу с овощами. И купила она это всё недорого, что было приятно для их внезапного совместного бюджета. «Скорей бы его уже порадовать, - подумала Саннэ, пытаясь улыбаться чуть менее шире. - Ему вроде это нравилось. С уксусом, конечно, но переживу. Только почему так холодно без него? Почему так… страшно? Мне кажется, или я уже потеряла часть своей самостоятельности? - размышляла она, ускоряя шаг. - Ох, Саннэ-Саннэ, что же я за животное такое? Совсем разучилась гулять сама по себе. И нельзя подозревать весь мир в чём-то. Глупое это занятие». - Дзёшико-сан! - почти пропел кто-то сзади её имя, раскладывая его на слоги и чуть ли не буквы, чтобы тянуть их бесконечно долго, смакуя каждую на языке, словно это был сладкий соус. Она резко остановилась и обернулась, понимая, что тот парень впереди выглядит как-то подозрительно. «Страх. Почему? - не поняла Саннэ своих эмоций. Они были старыми, совсем недавно забытыми, но вернувшимися только что. - Когда смотрят на меня, всегда кажется, что это опасно, - она нахмурилась. - Беспечная, забыла об этом. Раньше была более осторожной и не ходила подобными тропинками без сопровождения. Что же дёрнуло меня сегодня? Вот что?» - Хитори-кун? - студентка сразу дала понять, что узнала говорящего. - А куда ты так спешишь? - высокий парень в компании своих друзей приближался к молодой особе. - Жрать прусь, - как можно грубее ответила Саннэ, чтобы уничтожить все представления в головах собеседников о её милости и нежности, а ещё какой-то там воспитанности. Подобная формулировка очень жёстко контрастировала с вежливым обращением юноши с чёрной копной неухоженных волос и узкими лисьими глазами. Они так же были черны и сверкали немного странно. Точнее: лихорадочно блестели, что подчёркивало слишком весёлое настроение парня. А ведь цирк уехал пару недель назад. - Ха-ха, а мы тоже. Может, пойдём вместе? - предложил быстро Микка Томодачи, окидывая собеседницу неоднозначным взглядом. - Я как раз весь проголодался. - У нас даже есть что выпить, - Субэ Таку продемонстрировал несколько бутылок с веселящими напитками. - А у тебя как раз закусить найдётся кое-что, - почему-то его рука указала на всю девушку, а не на пакет в её руке. Конечно, она была из мяса, как и все остальные. Но не хотела, чтобы её прожарили и съели. - Извиняйте, но меня ждут, - она развернулась и готова была уже уйти, сверкнув короткой юбкой на прощание, которая закрывала абсолютно всё, что не полагалось видеть никому, кроме одного человека, который ждал её. - К Аоминэ-куну спешишь? - никак не мог отпустить её Хитори с лёгкими чувствами и мыслями. Надо было в душу полазить, пошарить там своими грязными пальцами, вены повытягивать, заразить всё своей пошлостью и гадостью, а потом просто сожрать. - К кому же ещё? - её взгляд наполнился лёгким презрением. - Ужинаю, перекусываю и запиваю я только со своим парнем. - Тише-тише, что ты так сразу? Резко так. Мы, конечно, не баскетболисты, но тоже кое-что в жизни умеем. Тебе понравится, Дзёшико-сан, - Микка грозно подался вперёд. - Я хорошо сервирую. Как-то так вышло, что парни успели окружить свою жертву, не давая ей вырваться из образовавшегося треугольника. Саннэ пробежалась взглядом по их лицам и поняла, что веселящей жидкости они выпили немало после тяжёлого учебного дня. И как ей так захотелось пойти по этой дороге? Здесь практически никого никогда не бывает в это время. Думала, что светло ещё, ничего не случится, короткий путь, и всё такое. Или вообще ни о чём подобном не думала. Неслась без мозга и мыслей к своему... - Ох, не переживайте вы так за меня. Мне хватает Дайки выше крыши, - она специально выговорила имя чётче, чтобы напомнить этим героям-преступникам о том, с кем им придётся в любом из возможных исходов иметь дело. Получат они её, не получат, а уверенность была дикая, что Аоминэ их потом либо убьёт, либо покалечит, в зависимости от того, что они успеют натворить. - Да, вы лихо с ним уже все места опробовали. Ой, отсервировали, - поправил самого себя Субэ. - Может теперь и с нами проведёшь эротическую экскурсию по парку? Вы же ещё не успели обтрахать здесь каждую скамейку? - Субэ-кун, не обслуживаю и эскорт-услуги не оказываю. Вы не по адресу. И дайте мне пройти, - Саннэ не думала, что так быстро перед ней все расступятся и дадут дорогу к свету, жизни и радости. Просто, попытаться всегда нужно. Жаль, что до них не дошло. Она уже не чувствовала страха, потому что знала, все возможные исходы подобного разговора. Только немного адреналина выбросило в кровь. От этого по спине пробежал холодок, а тело напряглось, готовясь к чему-то вроде драпать или атаковать. Первому было не дано случиться. Обычно так и выходило, потому что ноги короткие. Но это было давно, и бить мальчишек во дворе было как-то проще. Напугала одного, остальные разбежались. Только эти были явно старше тех мелких сопляков и для храбрости уже немало приняли внутрь. - Не ломайся, Дзёшико, - Хитори потянулся к ней рукой. Но девушка быстро отбила его ладонь. - Строптивая сучка, - дал свою оценку дамочке перед собой Микка Томодачи. Он особенно находил привлекательной её грудь. Каждая с трудом бы уместилась ему в ладонь. Ему хотелось поскорее потрогать эти пышные прелести. Аоминэ точно уже успел ими насладиться во всех видах. - Так будет только интереснее. Люблю жестокие игры. - Не делай этого, - предупредила Саннэ. Но кто бы её слушал. Субэ попытался схватить её за руку, но она ловко оттолкнула его. Почти повалив на землю. - Ах ты сука! - резко сменилось настроение у парня. - Хватай её! - раздалась чья-то команда. Это был уже четвёртый охотник до развлечений и приключений. И его девушка не знала. Он не учился в их группе, а может даже и в их университете. Не спешил показываться. Подло оставался вне поля её зрения, чтобы не запомнила лица. Хорош же товарищ, своих друзей подставляющий. Кто-то подхватил студентку сзади, пытаясь заломить ей руки. Но Саннэ всегда считала, что самой сильной частью её тела являются ноги. Хватать надо было сначала их. Именно ногами она хорошенько вмазала по перекошенному от желания лицу Хитори, а потом поняла, что её подняли вверх. Но так просто сдаваться никто не собирался. Рыбу с овощами было уже не спасти, а вот себя ещё реально. Саннэ изо всех сил начала вырываться и крутиться, чувствуя, что захватчику не так просто удержать её. И всё же он был сильнее. Это хорошо ощутило её тело, когда парень со всего размаху бросил свою жертву на землю, а потом придавил её ногой сверху. Эти движения были чёткими, явно повторяющимися уже не в первый раз. - Дрянь! - закричал кто-то и развернул девушку к себе лицом. Саннэ почти успела разглядеть выражение лица Томодачи, это помешал сделать его кулак, который угодил ей прямо в глаз. Потом ещё и ещё, пока она не почувствовала, что в голове всё слишком сильно звенит. Так звенит, что уши закладывает. - Запачкали немного личико. А ведь у меня впервые блондинка. Ну и ладно, главное — то, что внизу, - пробасил кто-то сверху, наклоняясь, чтобы задрать её юбку. Саннэ чувствовала, что кто-то склоняется всё ниже и ниже, нависая над ней. Они думали, что уже победили. Но ей так не казалось. «Пока не подохну, буду пытаться убежать! - она стиснула зубы. - А с мёртвой им не будет так интересно. Тем более силы в моём теле никуда не испарились от пары ударов по лицу», - возможно, только подобный настрой мог придать ей решительности. Единственное, что страшило, было тем, что она понимала, что возможно уже не сбежит. Но страх был ненавистен Саннэ, поэтому только подстёгивал бить и кусать. Изо всех сил, со всей своей дури, будто она сошла с ума. Девушка снова оттолкнула кого-то рядом ногой и забилась в чьих-то руках, ударяясь головой о чью-то челюсть. Череп свой было уже не жалко. Он оказался довольно твёрдым. А ещё рукой удалось выбрать у кого-то клок волос, пока впечатывала чью-то голову о свою коленку. Однако, в ответ били сильно и с особой жестокостью. Конечности уже двигались сами по себе, а от груди до колен всё наливалось болью. Возможно, оно болело уже долго, но этого не чувствовалось потому, что Саннэ запретила себе это чувствовать. Она боролась. Она хотела сбежать, выжить, победить хоть кого-нибудь из этих ублюдков. Сделать так, чтобы каждый из них вспоминал о ней со злостью, досадой и поносил её имя самыми гнусными словами. - Сука! Ты мне зуб сломала! - с новым приступом ненависти Хитори занёс кулак, чтобы усмирить свою жертву и выплеснуть разросшуюся до небывалых ранее пределов ярость внутри себя. Но не успел. Что-то огромное и сильное свалилось на его голову подобно кувалде. Показалось, что голова треснула пополам. Парень тут же потерял сознание и повалился на землю, рассмотрев череду красный полосок перед собой напоследок. Саннэ не могла больше шевелиться, потому что всё тело решило в эту минуту сказать своей хозяйке о том, как ему сильно больно. А правый глаз больше не открывался. По лицу явно текла кровь, потому что было щекотно. В воздухе ощущался стойкий запах пыли. Земля была слишком близко. Кто-то кричал, а потом раздавались глухие удары. Кто-то падал, но не издавал больше ни звука. Она очень хотела подняться и убежать, но ноги почему-то болели. Субэ слишком сильно по ним ударил в последний раз, догадавшись об опасности, которую они представляли. Но точно не сломал. «Я смогу, я смогу!» - Саннэ не желала сдаваться даже в таком положении. Из её глаз готовы были брызнуть слёзы, но она решила, что поплачет потом, потому что сейчас надо бежать, ползти, неважно, просто спаси себя. Было не до слёз или сожалений. Она скорчилась от боли в голове при попытке сесть или перевернуться на бок. Это было так сильно, что казалось, будто отключилась на несколько секунд. Но всё равно потянула руку вперёд, за ней ещё одну и почувствовала, как пальцы трогают утоптанную сырую почву, которая тут же забралась под ногти и в линии ладоней. Всё неважно. Главное — сбежать. От ещё одной попытки перевернуться и поползти мир замер и исчез на несколько секунд, забирая все чувства и ощущения собственного тела. Стало темно, звуки пропали, тишина оглушала. А потом кто-то снова держал её в руках, только это было намного ласковее и заботливее, чем раньше. Он был тем, кто раньше принимал её за куклу для своих развлечений, а потом понял, что не сможет отдать её больше никому. Но верила она только в первую часть этой истории. - Саннэ! - звал знакомый голос. - Саннэ! Ты можешь открыть глаза? Саннэ! Посмотри на меня. - Мне так больно, - проговорила девушка и вцепилась грязными от грязи пальцами в ткань чёрной спортивной куртки. - Очень больно. - Саннэ? Где у тебя болит? Скажи мне, - парень пытался понять, как можно взять её на руки, не сделав ещё больнее. Она не двигалась и просто висела на его руках, словно в её теле больше не было мышечной ткани. - Голова очень болит. Не могу больше. Извини, - Саннэ поняла, что больше не сможет произнести ни слова. Каждая буква давалась с таким огромным трудом, будто вагон железа на себе тащишь, но при этом нельзя взять канат руками, потому он привязан к голове. Звуки стали слишком громкими. Просто оглушали. Она видела что-то чёрное и думала, что там будет хорошо. Тихо. Главное, что будет тихо. *** - Тихо, Саннэ, не пытайся открывать глаза, - Дайки снова отбросил часть плотного одеяла, чтобы осмотреть тело девушки. От этого, к сожалению, синяков меньше не становилось. Но так он понимал, что она более-менее цела и на этот раз точно рядом с ним. - Врач наложил тебе повязку на правый глаз. Потерпи. - Голова болит, - проговорила она с огромным трудом. - Я дам тебе таблетки. Тебе надо поспать, - он с пугливой осторожностью и ужасно густой нежностью, давящей в грудь, погладил её волосы. Дайки прислонился губами к её щеке. - Теперь я тебя никуда больше одну не отпущу, - он не знал, извиняется ли он, или же обвиняет самого себя, а, может, ругает её за беспечность. Он не знал. Ему просто надо было это сказать. - Я не боюсь. С тобой не страшно, - она шевельнула рукой, проверяя, насколько сильно это может болеть. И болело действительно сильно. Саннэ невольно вздохнула. - Лежи спокойно. Пожалуйста, постарайся не двигаться, - Дайки давно уже не использовал подобных слов. Он никогда ни о чём не просил с такой вежливостью. И сейчас ему ничего не дали бы за такую просьбу. Ему было и не надо. Главное, чтобы она поправилась, чтобы у неё ничего не болело, чтобы ничего не мучило её, чтобы... не вспоминала об этом всём никогда. В конечном итоге Дайки винил себя за то, что отпустил её одну. Винил, готов был бить самого себя головой об стену, потому что чувствовал, что не стоило этого делать. Словно знал, что ей нельзя теперь оставаться без него. После всех этих слухов о них, наблюдений за ними, сплетен про них. Он любил её искренне, всем сердцем, и поэтому подвергал такому риску. Никто не верил, что Аоминэ Дайки был способен на чувства, а поэтому воспринимали объект его желаний только за временное развлечение, очередную красивую игрушку, которую он выбросит после насыщения. Только была эта игрушка в отличии от предыдущих слишком долго желанной для остальных. Её желали многие, теряли контроль над собой, но всё же были чем-то ещё сдержанны, помогало то, что Саннэ была очень осторожна, не давала никому поводов и была недоступна. И все только и ждали такого вот героя-первопроходца, который раздвинет её ноги для себя, а потом и для всех желающих, как это было раньше с его случайными знакомыми. И никто не догадывался, что тиран влюбился. Или же очень сильно полюбил. Настолько сильно, что теперь боялся отпускать её руку и слушал каждый её вдох. Теперь он точно знал, что никого к ней не подпустит. И никогда больше не даст ей отойти от него хотя бы на шаг. Она его. Только его. Ей с большим трудом удалось проглотить таблетки. Дайки разломил их на две части, но всё равно глотать было неприятно. - Теперь ты должна поспать, - заботливо уговаривал он свою любимую. - Подожди, пока я засну, - попросила она зачем-то, еле сглатывая. Голос становился тише. - Конечно. - И прости, что ушла одна. - Сам виноват. - Извини, - повторила девушка снова, чувствуя, как он ложиться рядом с ней и боится слишком сильно дотронуться, чтобы не сделать ей больно. Именно сейчас ему хотелось сжать её руку как можно сильнее из-за страха и чувства вины. Но она знал, как она болит, поэтому не мог себе позволить этого. - Ты очень хороший. В горле парня образовался огромный ком, который очень сильно начинал давить. Ему давно уже не хотелось плакать. И он не собирался делать это сейчас. Просто было... чертовски жаль. Очень жаль. Видел и не раз эти голодные взгляды в её сторону. Знал, что теперь с ней будут обращаться иначе. Даже понимал, что попытаются зайти так далеко. Это и было той точкой, что не давала покоя. Но отчего-то не смог достаточно быстро найти эту причину своему гневу и страху. Но ещё не произошло худшего. Он пришёл вовремя. И судьба дала возможность научиться на это ошибке, а не на другой, которая могла бы быть роковой. Дайки одолевал страх. Настоящий, неподдельный. Он был виноват, он это всё натворил. - Саннэ, - позвал он её внезапно. - М? - отозвалась она. Дайки всё-таки сумел обнять свою маленькую шкодливую кошечку, чтобы та чувствовала его тепло. - Я люблю тебя, Саннэ. Я очень тебя люблю, - выговорил он, касаясь её волос, скрывая две злые слезы. - Я так виноват... Девушка попыталась прижаться к нему сильнее. И ей это даже немного удалось. Его рука заботливо подвинула её ближе. Она хотела ответить, успокоить его, но у неё совсем пропал голос.