Город Монстров 💀

Radiohead – Hearing Damage

В глазах Коуши блеснул серебряный значок полицейского. Он отвлекся от работы, окинув взглядом двух высоких мужчин. – Чем могу помочь? – Сержант полиции Иваизуми. Мы с напарником расследуем убийство Такеды Иттетсу. У меня есть несколько вопросов к вам. Я не займу у вас много времени. – Пожалуйста, как вам угодно, – Сугавара приветливо улыбнулся, закрывая журнал учета. У Тоору плохо получалось общаться с людьми, поэтому эту часть работы он с почетом отдавал Иваизуми. Человек должен говорить с человеком. А сам он с детским любопытством ходил по цветочному салону, рассматривая диковинные растения и принюхиваясь к запаху цветов, некоторые из них навевали воспоминания о прошлом. В оранжерее было светло как в больнице. Белые стены, на полу – белый кафель, вымытый до блеска. Широкие и высокие окна с тонкими рамами цвета слоновой кости. И всюду разбросанное освещение в виде подвешенных ламп-фонариков. От столь яркого света у Оикавы начинали болеть глаза, поэтому с собой он постоянно носил темные очки. Те время от времени кочевали с его головы на переносицу. – Вы одно время поставляли цветы в компанию «Мартур», я правильно понимаю? – Да, это так, мне заказывали букеты для оформления залов. – Вы были лично знакомы с профессором Иттетсу? – Пару раз пересекались, – Коуши с заботой подвязал сломанную ветку большой мухоловки. – Пару раз только? В записях говорится, что на одном из вечеров Такеда вас представлял публике, как самого лучшего оформителя. А после, выписал вам пару чеков. Сугавара почтительно глянул на детектива, выдержал паузу, и с легким выдохом посмеялся. – Такое было лишь однажды, тогда он показался мне очень приятным человеком, но после того банкета мы больше не виделись. На счет денег – это правда. – Так, вы, может, видели что-то странное в его окружении? Любое, что угодно, – Иваизуми щелкнул ручкой, записав себе что-то в блокнот, – недоброжелатели, допустим? – М-м, не могу вам сказать точно. Ничего подобного не замечал. Коуши выпучил глаза и громко ахнул, а потом соскочил с места, мчась через стойку к Тоору: – Нет, не трогайте этих малюток! Они ядовиты, – голос, как сладкая патока, лился из уст седоволосого молодого человека. Оикава инстинктивно двинулся, убрав руку от цветов. – «Сладкая смерть», такое у них название. Сначала наступает эйфория, а затем паралич, который ведет к скорой смерти, буквально через двадцать минут. Смерть и вправду сладкая… Ведь, умирающий человек не чувствует ни боли, ни страха, погружаясь в забытие, – Коуши скользко ухмыльнулся, и его родинка поползла вверх. – Зачем вы вообще продаете такие цветы? – навострился Хаджиме, подходя к своему напарнику. – Поверьте, круг покупателей очень разнообразен, найдется с десяток людей, готовые купить эту черную прелесть за большую сумму. А вы, не хотите? – все еще обмазываясь своей наигранной приязнью, Сугавара заводит руки за спину. – Как и оружие, – проговорил Тоору. – Как и оружие, – повторил Суга. Легкое замешательство, и вот, через пару секунд Хаджиме делает кроткий поклон, похлопывает по плечу своего напарника и удаляется. – Спасибо за уделенное нам время. Всего доброго. – Всего доброго, сержанты~. Выйдя за стены оранжереи, Оикава поежился, успевая прихватить растрепанное внезапным порывом ветра кашне. Позади него шел хмурый Иваизуми. – Как же меня выворачивает от его улыбочки. Аж жопа слиплась. – Он обычный продавец со своими загонами. Сидеть в окружении ядовитых цветов и ласкать огромную мухоловку – кто на его месте с ума не сойдет? – сказал устало Иваизуми. – Так он в кругу подозреваемых? – Да. – Назвал его психом – и рад себе. Что с тобой? – Садись за руль, у меня руки уже болят, – хлопнув дверью патрульной машины, Хаджиме откидывается в кресле. – Поехали кофе попьем, я устал как черт. – Ива-чан, в этот раз с тебя обед. Я хочу мясо с кровью. – Заводи машину и езжай. Ты не моя подружка, чтобы я тебя кормил. – А жаль-жаль, я был бы не против. – Мне достать осиновый кол? – Но ты прекрасно знаешь, что это на меня не подействует. Оикава искренне рассмеялся, выворачивая руль и съезжая на дорогу. Патрульная машина выехала на проезжую магистраль.