Кукла в осколках ("Ты будешь ручной" - начало)

Ив проснулась третий раз за ночь, теперь от собственного крика. Долго, с колотящимся сердцем, всматривалась в темноту, прежде чем убедилась, что и брат, и отец ей только приснились. Встала, прошла на трясущихся ногах к двери и проверила замок. Защита это была ненадёжная, потому что закрыть его изнутри так, чтобы он не открывался снаружи ключом, было невозможно. Но это лучшее, на что она могла рассчитывать. А ведь после того, как кто-то из горничных обмолвился, что встретил у ворот некого странного молодого человека, опрятного как манекен, Ив и за бронированной дверью не чувствовала бы себя в безопасности. Она хотела бы рассказать о своих страхах дочери хозяев, но та игнорировала её в последнее время, видимо, за что-то разозлившись. Промаявшись так всю ночь, девушка приступила к своим обязанностям разбитая, нервная и случилось страшное! Она уронила поднос. Прямо в столовой! Со всем кофейным сервизом. Алекс, раздражённый до этого разговором с супругой, швырнул на стол салфетку и прорычав: - Позавтракал, бля, - стремительно встал из-за стола и вышел. - На кухню! Живо! - прошипела бледная, как полотно, фрау Вогель. Ив с великой охотой последовала бы распоряжению, но она оцепенела. - Всё в порядке, - сдержанно улыбнулась со своего места Ева, попытавшись утешить онемевшую от ужаса перед содеянным девушку. Но, несмотря на её искренность, Ева никогда и никого не способна была успокоить. Её королевская сдержанность и безупречность выстраивали непреодолимую дистанцию между нею и собеседником. Лилит кусала губы, чтобы не рассмеяться. Такие выходки отца ее очень смешили, особенно если не она была причиной его вспышки. Ева с осуждением посмотрела на дочь, но та, сделав честные глаза, энергично помотала головой, отнекиваясь от любых обвинений. - Фрау Вогель, - произнесла миссис Морган. - распорядитесь уборкой. А вам, - она повернулась к Ив, не смевшей даже плакать. - Вам надо отдохнуть, вы определенно не выспались. И снова, ее безупречная сдержанность заставила эти заботливые распоряжения прозвучать очень холодно, и от того недоброжелательно. В голове Ив её не самая безмятежная, но куда более приятная, чем прежде, жизнь успела превратиться в кромешный ад. У неё не было ни малейшего сомнения, что теперь её выкинут вон из этого дома, и это ещё в лучшем случае. Пейл вышла из ступора только тогда, когда пришла Молли заняться уборкой осколков. Она попыталась помочь. - Куда ты лезешь?! Опять изрежешься! - сердито зашептала ей Лилит, которая, оказывается, уже переместилась от стола к эпицентру маленького утреннего происшествия. - Что значит «опять»? - неожиданно вмешалась Ева. - Ну, это так, ма, мелкие неприятности! - И всё-таки. - Мам, ну это ж мелочи. Подумаешь! Что теперь? Казнить что-ли? - Разумеется, я не об этом! Пантера прекрасно понимала, что мать не об этом, но вот эта дурочка пусть лучше думает, что она её единственная защита. Быстрее будет приказы исполнять! Каждый раз выслушивать нытьё и мольбы и дёргаться, не услышит ли кто - надоело! Лилит покинула столовую и бедняжка Ив без спроса и без приглашения последовала за ней. - Мисс Морган, что теперь будет? - спросила она, как только они оказались вне зоны слышимости. Лилит сделала вид, что не ожидала ни её вопроса, ни того, что она воообще за её спиной. - Чего тебе? - спросила она равнодушно. - Что со мной будет? - повторила Ив. - Не знаю, вроде, убивать не собираются, - пожала плечами юная Морган. - Не прогоняйте, умоляю! Накажите, побейте, но не прогоняйте! Пожалуйста! Он меня караулит здесь! Он сразу меня схватит! - Кто? - Брат. - Это ваши семейные дела. - Умоляю! - Ты вечно умоляешь, а потом ноешь и не слушаешься. - Я всё сделаю! Вот увидите! - Не надо мне от тебя ничего. Ты мне наскучила. Я тебя не гоню. Работай, спокойно, никто, вроде, не возражает. - Я не хотела вас подводить! Но я не могу спать по ночам, мне страшно! Из-за этого потом всё из рук падает. - Ты чё меня своими проблемами грузишь? - поморщилась Пантера. - Простите, - Ив ссутулилась и попятилась прочь. - Страшно спать, - равнодушно продолжила Лилит, - приходи ночевать в мою комнату. Туда уж точно никто не сунется. - Можно? Правда? - Можно, раз говорю, - фыркнула белокурая бестия усталым голосом, внутренне же ликуя. Горничная и правда пришла, сама. Видимо, страх оказаться в лапах родни пересилил страх быть застигнутой фрау Вогель. От нытья мужественно держалась, но, как ни странно, от этого тоже быстро стала скучно. Лилит поняла, что в тёмной комнате эта пуританка обращается в терпеливое бревнышко, а включать свет, чтобы был хоть какой-то движ, было рискованно, могла припереться нянька, выяснять, почему её подопечная не спит. - А ты всё ещё хочешь выйти замуж? - спросила Лилит, когда Пейл снова забронировалась в свою пижаму, не пойми у кого выпрошенную. - Мне теперь нельзя. - Я не спросила можно или нельзя. Спросила - хочешь ли. - Да, - немного помедлив, призналась Ив. - На самом деле это можно устроить. - Но ... - Я не знаю каким дерьмом забили твою перепуганную башку, но в реальном мире, в большинстве своём, девушки выходят замуж только как следует натрахавшись, вылакав море алкоголя, скурив горы дури и вынюхав до хера кокоса. Ты не то что сама невинность, ты просто даже и не человек ещё, ангел, можно сказать. - Но ... - Никаких "но". Придумаю за кого можно тебя выдать и выдам. Тебе какие парни нравятся? Брюнеты, блондины? Начав этот разговор просто в шутку, Пантера вдруг и правда продумала, что устроить судьбу этой странной девчонки может быть прикольно. Может, хоть это её обрадует? Ну а правда, кто-то из старшеклассников вполне подошел бы. О такой жене они и мечтают. Ну, или среди знакомых отца. Но такой, чтобы на него можно было влиять. - Но внешность значения не имеет, - ответила Пейл. - Тем легче, раз для тебя это так. Теперь я знаю, чем будем развлекаться завтра. Так, выпрошу для тебя выходной и приступим к твоему сексуальному воспитанию. - Что? - Современным мужчинам не нравятся скованные женщины, так что раз уж мне взбрело в голову ... короче, спи, завтра насыщенный день. То, что мать скорее всего уедет из дома на сутки, было ожидаемо. Но убедившись в этом, Лилит решила, что сама судьба благоволит ей и её странной затее. Проводив мать, Пантера бегом бросилась в то крыло, где жила Ив, отыскала её, но едва она успела раскрыть рот, как на пороге выросла Ундина. - Мне тут помощь в саду нужна, - оборотилась она сразу к обеим. - Давай, - уже к Ив, - переоденься во что поплоше и перчатки возки на кухне. Дождавшись, пока горничная сбежит за перчатками, Пантера повернулась к Ундине. - Нянь! Что за херня? - А что? - -невинно уточнила нянька. - Там хоть не разобьёт ничего. Кроме сада. - Я оценила каламбур, но ... нянь! - Чего ты от неё хочешь? - оставив шутливый тон, спросила Ундина. - Тебе какая разница? - Родители и так в ссоре, - запричитала женщина - сейчас случись что, и ... - Да мать уехала, откуда? - Найдутся люди добрые, расскажут, что пищала. Ты что там с ней делаешь? - Что надо! - огрызнулась Пантера, но невольно покраснела. - Говорю, оставь ты это! - Это вы меня все оставьте! Нянь! Мне шестнадцать! - Почти. - Да пох! Задрали следить за каждым шагом! - Детка, оставь свои непотребства! Мать не переживет! Пантера собралась то ли что-то ответить, то ли выругаться, но потом махнула рукой и вылетела из комнаты совсем как Алекс. Задрали! Никакой жизни не дают. Всё, надо валить из дома. Конечно, вернувшись, она не найдет здесь этой дурынды и не доведёт начатое до конца, а это всегда потом бесит, но ... Так, а почему бы им не свалить обеим. И не в формате "побег из дома", а просто на одну ночь? Ночи для обучения маловато, но всё же. Хотя бы не напрягаться каждый раз, когда эта недотрога слишком громко разноется. - Па, слушай, я догадываюсь, что тебе сейчас хочется немного перезагрузиться, пока мама уехала. - Ребенок, давай, ближе к делу. - Я хочу немного перезагрузиться тоже. Чтобы нам с тобой не поссориться. - Ну, не плохая идея. - И ... я заберу с собой свою горничную? - Ту, у которой из рук всё валится? - Её, - с готовностью подтвердила Лилит. - Я думал, она уже уволена. - Па, ты же сказал, что мне самой решать с её работой. - Да, поэтому я и не сделал этого сам. - Я обещаю, что этого больше не повторится. - Ты уже готова давать обещания за другого человека? - Ну, если что, я отвечу. - Разумеется. Хорошо, это за тобой. Увидев лучащуюся счастьем дочку хозяев, Ив замерла, вцепившись обеими руками в корзину. - Пойдем, красная шапочка, - весело распорядилась Лилит. - И только открой рот без разрешения - пожалеешь! В отель они добрались на такси. - Переодевайся, - приказала Пантера. Голос её, вырвавшийся на волю, не принуждаемый больше звучать тише, словно бы развернулся, окреп. Несмотря на не самое придирчивое воспитание, вдали от родителей девчонка чувствовала себя всё же гораздо свободнее. Даже взрослее. Ив молча ушла с пакетом в ванную комнату и вскоре появилась в клетчатой юбке до колена и белой блузке. - Ну наконец-то можно спокойно пообщаться, - мурлыкнула девушка. Чем благодушнее выглядела Пантера, тем больше опасения испытывала Ив за своё ближайшее будущее. Случайно или нет Пантера выбрала тот же самый отель и даже тот же самый номер, где они познакомились, но это добавляло нервозности. Морган же, осознав, что наконец-то можно чувствовать себя абсолютной хозяйкой положения, всё больше и больше воодушевлялась предстоящим искоренением девчачьих комплексов. Ей даже стало на минуту жаль, что она затеяла эту аферу со свадьбой, не лучше ли было навсегда оставить эту пугливую зайку при себе? Ведь, как оказалось, чувствовать чужой страх, зная, что жертве никуда от тебя не деться, невыносимо приятно. Но не в её правилах было отказываться от задуманного. - На колени, солнце мое! - ласково велела Пантера, кивая на подушки, перед высоким зеркалом. Это не было проявлением ванильной заботой, она просто не хотела, чтобы девушка хоть немного отвлекалась на приземлённую боль в коленях. - Зачем, мисс Морган? - не сдержала измученного, хриплого крика несчастная Ив, и Лилит тут же заставила её пожалеть об этом. Ив, получающая оплеухи и побои всю свою жизнь, по непонятным для неё причинам просто мертвела от страха перед пощёчинами Морган. Словно бы хлёсткий удар приходился не только по лицу, а по всей сущности девушки. Адам просто умер бы от зависти, узнай он, как на его сестру воздействует "богатая малолетняя дрянь". Вот и сейчас, ещё прежде, чем узкая ладонь влёт соприкоснулась с горячей щекой, сердце девушки ухнуло вниз и там забилось, заколотилось, затрепетало перепуганным зверьком. - Ещё одно слово против и я приглашу сюда кое-кого, - пообещала Лилит. Ив, закрыв пылающее лицо руками, содрогаясь от бессильных рыданий, встала на колени напротив зеркала. - Руки за спину, - всё так же ласково велела Морган, словно бы Ив не от неё сейчас прилетело. Юная Пейл послушно стояла на коленях, перед высоченным зеркалом, с дрожащими руками, заведёнными за спину. Морган приблизилась к своей подневольной горничной и присела за её спиной. - Смотри в зеркало, - на ухо прошептала она. Девочка, сгорая от стыда, уставилась в лицо собственному отражения, а Морган тем временем уже расстёгивала её блузку, медленно, пуговку за пуговкой, от яремной впадинки, все ниже и ниже, до глубокого маленького пупка. Развела полы блузки в стороны и спустила с плеч. Ив, красная от стыда, опустила голову, но Лилит легонько, но настойчиво поддала пальцами снизу по подбородку, требуя смотреть в зеркало, а не в пол. Ив, мучительно краснея, наблюдала за своим отражением, обнажаемым медленно и со вкусом. Холёные руки Морган нажали на застёжку ею выбранного бюстгальтера и лишили испуганно покрывшуюся мурашками грудь кружевной защиты. Дальше пришла очередь юбки, тоже выбранной предусмотрительной Лилит, главным образом из тех соображений, что она расстёгивалась полностью, и сдёргивалась с тела, как полотенце, обёрнутое вокруг бёдер. Из одежды остались только рубашка, болтающаяся на локтях и трусики. Последние, впрочем, ненадолго. Тесемочки по бокам, выдававшие то, что это белье было куплено в секс шопе, позволили снять интимный предмет туалета ещё легче, чем юбку. - Посмотри только, какая ты хорошенькая, - промурлыкала принцесса, беззастенчиво поглаживая живот и талию сгорающей от стыда девушки. Та мечтала ослепнуть, но, вынуждена была смотреть на то, как по её беззащитному телу скользит чужая рука. А наглые пальцы не торопясь пробежали по ключицам, на которых выступили крошечные капельки пота, по нежным полушариям грудей, вздымающихся от неровного , глубокого дыхания, по разведённым в стороны плечам. - Ты видишь как ты хороша? - потребовала ответа Морган. - Да, мисс Морган, - солгала Ив, понимая, что у неё нет иного выхода, кроме как подчиниться. - Тогда скажи это вслух! - Что? - Скажи, что ты нравишься себе. - Я ... я нравлюсь себе, - вздрогнув от того, что пальцы девушки слишком приблизились к паху, пролепетала Ив. - Неужели вот это всё ты хотела отдать какому-то гнусному, старому уроду? - выспрашивала Лилит, легонько, дразняще подушечками пальцев и ноготками касаясь внутренней стороны бёдер. За инстинктивную попытку сжать бёдра Ив поплатилась острой болью, причинённой раненому, ещё незаживающему до конца лону, резкими пальцами. Содрогаясь всем телом, Ив беззвучно заплакала. Лилит немедленно убрала пальцы и пружинисто встала. - На сегодня хватит, но я заставлю тебя однажды понять, что я права, я научу тебя ценить свою красоту, хочешь ты того или нет.