Круассан для Ша Нуара

Плохое настроение сына босса, как предполагала изначально Натали, могло быть вызвано лишь тем, что девчушка, приходящая в этот дом по утрам, сегодня не пришла. Но парень, сидящий за столом и без интереса рассматривающий круассан, разрушал эту версию. «Что это с ним? Булка, вроде бы, такая же, как и прошлые две», — подумала помощница Агреста-старшего, занимая свое привычное место. — Адриан, если не хочешь его есть, то возьми что-нибудь другое. — Вы повторяетесь, — ответил на колкое замечание блондин, глотнув из чашки утренний кофе. — Тогда, в чем дело? В прошлые два раза ты выглядел более взбудораженным, размышляя о том, какую начинку приготовила твоя подруга. Или вы поссорились? — Нет, мы не ссорились. Просто… Адриан, не боясь перепачкаться, руками разделил круассан на две части. «Пустой? — удивилась Натали, — в этот раз она ничего не добавила?» — И поэтому ты такой расстроенный? — Я не расстроен, просто… — Просто что? — Не важно… — отмахнулся парень и вышел из-за стола. — Мне пора, иначе опоздаю в школу. Удачного дня, Натали. — И тебе, Адриан, — ответила женщина, смотря в след уходящему старшекласснику. «Из-за чего же сегодняшний без начинки? Могло ли что-то случиться?» — размышляла Натали, пока взглядом не зацепилась за бумажный пакетик лежащий на столе. В такие обычно пекарни упаковывают для клиентов заказанные хлеб и сладкую выпечку. На черной эмблеме сверху вниз, золотыми буквами было выведено — Пекарня. Кондитерские изделия. Миндальное печенье, шоколад, карамель и конфеты. А черные колосья обвивали латинские буквы «TS».* «Что-то знакомое… А, это же то здание рядом с центральным парком», — вспомнила Натали и набрав по телефону определенный номер, вызвала себе машину. Когда она приехала по нужному адресу, то сразу же почувствовала не ладное. Несмотря на утреннее время, у пекарни не было ни одного человека. А ведь французы известны тем, что если уж им не удается провести свой завтрак в кофейне, то они обязательно зайдут по пути на работу в такую вот кондитерскую и купят различную выпечку. Но ни одного посетителя не было ни снаружи, ни внутри. На стеклянной двери висела табличка с надписью «закрыто». «Странно, — подумала женщина, постучав. Но никто ей не ответил. — Неужели и правда, никого нет?» Помощница Агреста-старшего была упрямой, иначе бы никогда не привлекла внимания такого человека, как ее босс. Поэтому, постучав еще несколько раз, она осталась ждать. И ожидание не было напрасным. Через несколько минут дверь изнутри отварилась, и к ней вышел высокий, тучный мужчина. — Простите, но мы сегодня не работаем, — произнес он тихо. — Ох, я вижу, но мне нужно кое-что узнать, — начала Натали. — Этот пакет из Вашей кондитерской? Мужчина мельком взглянул на протянутый предмет и слегка кивнул, не показывая никакой заинтересованности. — Еще раз простите, но сегодня не лучший день… — Папа, все в порядке? — послышался девчачий голос внутри пекарни. Из-за спины отца выглянула девушка, с двумя завязанными хвостиками. «Это ведь одноклассница Адриана», — подумала Натали, припоминая, что уже видела эту девушку. — Ой, Вы же работаете у отца Адриана, — узнала гостью брюнетка. — Маринетт, ты знаешь эту леди? «Л-леди?» — удивленно подумала женщина. Интересно, когда ее так в последний раз называли? Пока дочь объясняла своему отцу что, да как, Натали мельком заглянула внутрь пекарни и поняла, почему мужчина выглядел таким расстроенным. — Что у вас произошло? — спросила она, обращая внимание на разгром, устроенный внутри. — Ох… — только и произнес отец Маринетт, заходя обратно, будто приглашая женщину зайти. Натали аккуратно ступала по кафельному полу, стараясь не наступать на многочисленную выпечку и осколки витрин, разбившихся по пока не понятным для нее причинам. — Добро пожаловать. Простите, за такой беспорядок, — сказала женщина, азиатского происхождения. «Наверное, это ее мама». — Так что здесь произошло? Натали внимательно слушала рассказ пекаря. Оказалось, что перед самым открытием, когда он и Маринетт вынесли всю утреннюю выпечку на продажу и вернулись обратно на кухню, неизвестные вскрыли несложный замок на входной двери и разгромили семейный магазин. Все произошло так быстро, что когда семья прибежала на шум, в пекарне уже никого не было, так же, как никого не было и снаружи. — Вы вызвали полицию? Такое нельзя оставить безнаказанным. — Да, они тут уже были и обещали найти виновных. Но я не понимаю, кто бы это мог быть? Со всеми пекарями в округе и хозяевами кондитерских мы в хороших отношениях. «Значит это не конкуренты, а просто хулиганы?» — Тогда что вы собираетесь делать? Рабочий день только начался, если поторопитесь, то еще успеете напечь нового хлеба. А иначе потерпите убытки, — со знанием дела произнесла Натали. Уж она-то прекрасно разбирается в продажах. — Это бесполезно, — сказала мама Маринетт. — Даже если используем оставшиеся продукты и приберем здесь, витрин все равно нет. Мы и так уйдем в минус, это понятно. — Мама, папа, не вешайте нос, — поддержала родителей старшеклассница. — Для начала нужно все убрать, а потом и видно будет, как дальше поступать. Натали смотрела на эту жизнерадостную девочку и тоже воодушевилась, хотя не имела никакого отношения к беде этих людей. У помощницы Агреста-старшего зазвонил телефон. — Простите, мне нужно ответить, — нажимая на зеленую кнопку, пояснила женщина и вышла обратно на улицу. — Слушаю, шеф. — Натали, ты нашла кондитеров на сегодняшний вечер? — спросил Габриэль Агрест, — ты же не забыла? — Нет-нет! Что Вы! — врала так, как никогда раньше женщина. — Отлично, тогда пошли их данные в мэрию. Отключившись, Натали прокляла все и всех. «Забыла! Как же такое важное событие могло вылететь у меня из головы?!» — женщина была готова от отчаянья рвать на голове волосы. Ну где она их найдет?! До званого ужина в резиденции мэра осталось меньше двенадцати часов. А нужно найти людей, подписать контракты, которые быстро не подписываются, убедиться, что еда, которые эти кондитеры готовят, съедобна! — Эм… С Вами все в порядке? — услышала она голос Маринетт позади себя и обернувшись, внимательно посмотрела на обеспокоенную девушку. — Да… Теперь, думаю, в порядке, — в глазах Натали загорелся азартный огонек. — Мне нужно поговорить с твоим отцом. Обговорив все детали, подписав все нужные бумаги и отослав данные и реквизиты в мэрию, помощница Агреста-старшего облегченно вздохнула. — Вы и правда уверены, что я подойду на такую роль? — все еще сомневался отец Маринетт, — Вы ведь даже не пробовали мою выпечку. Вдруг она не будет дотягивать до нужного уровня? — Ты слишком самокритичен, дорогой, — успокаивала мужа Сабина Ченг. — Вот именно, — кивнула их дочь. — После сегодняшнего вечера, у нашей пекарни отбоя не будет от новых клиентов! — К тому же, — начала Натали. — У Вас нет никаких рисков. Все продукты оплачивает наша компания. Плюс ко всему, деньги за Вашу работу, должны будут покрыть все сегодняшние расходы и даже еще немного останется. И как сказала Ваша дочь, это неплохая реклама для Вашей пекарни. Том сдался под натиском трех положительно настроенных женщин. И все же одно не давало ему покоя. Поэтому перед тем, как его спасительница уйдет, он решил задать один вопрос. — Натали, Вы же не пробовали того, что я готовил? Почему же так уверены, что всем этим людям понравится моя стряпня? — Потому что Ваша стряпня нравится сыну моего босса, — ответила женщина, желая увидеть реакцию девушки на свои слова. — А у этого мальчика отличный вкус. Красная, как помидор или же клубника из того самого, первого круассана, Маринетт только и могла повторять одну фразу, «Нравится… Адриану нравится…» Довольная собой, Натали села в машину и попросила водителя отвезти ее еще по нескольким адресам. Рабочий день еще не закончился. Ближе к вечеру, Адриан вбежал в свой дом с такой скоростью, будто и не было у него тренировок последние несколько часов. — Ты выглядишь бодрее, — заметила изменения в парне Натали. — Это ведь Вы сделали? — сразу же спросил блондин, — я о пекарне Маринетт. Она пришла на занятия во второй половине дня и рассказала, как Вы помогли ее отцу. — С чего ты решил, что это я? — полностью погрузившись в свой планшет, спросила женщина. — Может, это твой отец решил? — Отец такие вопросы оставляет на Вас. — Какие вопросы? — услышали они низкий голос у дверей. — Босс, Вы вернулись, — скорее констатировала факт, чем спрашивала Натали. Мужчина кивнул и подошел к сыну. — Мы с Адрианом говорили о кондитере, которого я нашла для сегодняшнего вечера. — Кондитере? Он один? Думаешь, он успеет приготовить достаточное количество еды? — Я в нем уверена. К тому же, Адриану очень нравится его выпечка. Да, Адриан? — лукаво улыбнулась женщина, — я так ему и сказала. Он был очень рад, что сын самого Габриэля Агреста предпочитает его выпечку другим. Даже его жена и дочь были рады это слышать. Адриан, Маринетт тебе этого не рассказывала? Юноша чуть заметно покраснел. — Вы сказали Маринетт, что мне нравятся выпечка ее отца? — Скорее, это звучало так, что тебе нравятся круассаны, которые пекутся в их пекарне. «Сказано было не совсем так, но наблюдать за тем, как эти дети смущаются, довольно весело ». — Маринетт… — протянул Габриэль, — это та девушка, что выиграла конкурс шляпок? Тогда, думаю, проблем не возникнет. Такая талантливая девочка могла родиться у поистине талантливых людей. Дав несколько указаний прислуге, Агрест-старший позвал Натали с собой, оставляя сына в комнате в полном одиночестве. — Адриан, твоя подружка очень милая. Не ссорься с ней, — проходя мимо парня, сказала женщина. — Она мне не подружка, а подруга, — возмутился парень, щеки которого, от услышанного, изрядно покраснели. «Конечно-конечно», — про себя подумала женщина и улыбнулась.