Просто загадай желание, кретин...

Если меня спросят, кто самые несчастные существа на земле, то я смело отвечу, что это Джины. Да, да, именно Джины! Только представьте, каково это, вечность сидеть в тесном сосуде в ожидании встречи с простым смертным. Отстой же? Вот и я такого же мнения. А когда эта встреча наконец-то происходит… Ай, ладно, чего я разнылся-то? Даже у Джинов не всегда всё плохо, бывают и счастливые моменты. Откуда я это знаю? Да потому что я сам являюсь Джином. Всегда им был. Вечность или около того, хотя, кто считает? Нет у нас такой привычки. Обычно мы ведём подсчёт только смертным, которых встретили, и соответственно их желаниям, которые исполнили. Итак, за последние полвека у меня накопилось сто девяносто человек. Не густо, надо сказать, совсем не густо. Если за год не наберу ещё хотя бы десять, то не пройду аттестацию, а если так, то не видать мне больше насиженного местечка у острова Чеджу. Сошлют куда-нибудь в Арктику! Брр, даже представить страшно. Но как мне набрать столько людей? Да ещё с таким неказистым сосудом — неприметной зелёной бутылкой? Тьфу на неё, да и только! А ведь кому-то достаются сказочной красоты сосуды, лампы из чистого золота или серебра, украшенные рубинами с сапфирами… Не то чтобы я завидовал, но всё же, где справедливость? Их-то всем видно издалека, чего уж говорить про человеческие руки, так и тянущиеся к блестящим дорогим побрякушкам. А моя несчастная бутылка испокон веков только всяких алкашей привлекает. Ну ладно, тут я слегка слукавил, ведь не каждому дано встретить Джина. За это отвечают силы, уже совсем неподвластные мне или любому другому моему соплеменнику. Но даже зная это, все равно не могу избавиться от подозрений. Есть у меня стойкое ощущение, что кто-то из этих самых сил меня недолюбливает… Ой, что происходит? Неожиданно мой сосуд, спокойно дрейфовавший по дну морскому вот уже несколько месяцев, подхватило подводным течением и понесло вперёд. А дальше, сливаясь с волной, мою потёртую бутылку донесло до берега и выбросило на песок. Асса! Неужели сегодня тот самый день, и я исполню чьё-то желание? Хотя, если быть точным, то ночь, ведь на остров уже давно опустился закат. Но, к моему огорчению, людей на пляже практически не было. Оно и понятно, зима, ветер… — Оппа, ну пожалуйста! — донёсся женский голосок. — Ты обещал! — Может, потом? — канючил мужчина, оглядываясь по сторонам. — Нет, сейчас! — топнула его спутница ногой. — Ты обещал! Смотри, на пляже и нет никого! Ну же! Я начинаю мёрзнуть… Я присмотрелся к этой шумной парочке средних лет. Может, кто-то из них? Тот, чьё желание я должен исполнить? Но, увы, они были слишком далеко, чтобы увидеть мой сосуд… — Боже, напомни мне, зачем я это делаю, — продолжал упираться мужчина. — Я же не мальчишка давно для такого… — Дорогой, мужчина должен отвечать за свои слова, — пристыдила его женщина. — Тебя никто за язык не тянул. Обещал, делай! — Хорошо, — засмеялся он. Женщина радостно захлопала в ладоши и замерла в ожидании. Я тоже. Только вот чего именно мы ждали, мне было не совсем понятно. Хотя в итоге всё оказалось довольно банально, для людей, я имею в виду. Мужчина подошёл к воде, поднёс ладони поближе ко рту, словно рупор, и принялся выкрикивать то, что так жаждала услышать от него спутница. — Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, СУХЁН! — от души орал он. — ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ! Женщина подошла к нему и обняла со спины. — Хорошо, — спокойно сказала она. — Я выйду за тебя. Новоиспечённый жених облегчённо выдохнул. — А с первого раза нельзя было согласиться? — Нет, — усмехнулась она. — Где моё кольцо? — Я не взял его с собой. — Чего?! — женщина, смеясь, хлопнула его по спине. — Вдруг бы ты не согласилась? Зачем таскать такую тяжесть… — Я на третьем месяце, идиот, — закатила она глаза. — Если вернусь в Сеул без кольца, мои родители порешат нас обоих. Мужчина повернулся к своей невесте, после чего нежно погладил её живот. — Спаситель ты мой, — обратился он к своему будущему ребёнку. — Ну что, отдадим мамочке её кольцо? — Ах ты! — воскликнула женщина. — Всё-таки взял его с собой! Она шутливо замахнулась на него кулаком, но мужчина перехватил её руку. Достав золотое обручальное колечко из кармана своей куртки, он быстро надел украшение своей невесте на палец. — Теперь не отвертишься, — ухмыльнулся он. — Вместе навсегда. — Вместе навсегда, — повторила женщина клятву. — Да будет так, — шепнул я, когда парочка, обнимаясь и счастливо смеясь, уже покидала пляж. В моей голове тут же раздался болезненный звон. Предупреждение от Высших. Напоминание о том, что я не имею право даровать своё благословение — вот так запросто, первым встречным. Но, несмотря на боль в голове, приятное в этой ситуации всё же было. Высшие не могли отменить моё благословение этой паре. Наказать меня – да, но это не изменит того, что отныне эта семья под магической защитой. Не знаю, чем они меня так зацепили, что я иду против системы, когда на носу аттестация. — Видимо, искренняя любовь находит отклик даже в моём сердце, — нашёл я себе оправдание, но не ожидал, что меня кто-то услышит. Я был так поглощён этой милой парой, что даже не обратил внимание на то, что недалеко от моего сосуда кто-то лежал. Именно лежал! И как я не почувствовал запах перегара? Услышав меня, молодой парень откинул кожаную куртку с лица и сел. — Любовь? — раздался его хриплый голос. — Ха! Что в ней такого особенного? В любви этой… Любишь одного гада, любишь, а он, хоп, и оказался натуралом! Всю жизнь мне испортил, чёртов Ким Ханбин... — Чего он там бормочет? — не понял я и решил не обращать внимание на этого юного пьяницу. Да, правильно! Хватит с меня этих алкашей. Сегодня я обязательно встречу кого-нибудь особенного, главное, верить… — О! У меня что, ещё осталась выпивка? — парень бросил рассеянный взгляд на мой сосуд. — Высшие мира сего, только не этот смертный! — принялся я отчаянно заклинать. — Умоляю, умоляю, умо… ДА ЧТОБ ВАС ВСЕХ! Парень протянул руку и схватил сосуд, и таким образом снял с него печать. Значит, это всё-таки он, тот человек, ради которого я здесь и оказался? Хотя было у меня опять подозрение, что это всё-таки ответная издёвка от Высших… Ладно, алкаш, вздохнул я про себя, сейчас быстренько с тобой разберусь и вернусь обратно. Для статистики, в конце концов, и ты сгодишься. Дай попробую угадать, чего ты хочешь. Годовой запас бухлишка? Или деньжат на него? Мне самому стало стыдно, с каким противным смешком я предстал перед этим смертным, когда бутылка с дешевым эффектом дымка растворилась в его руке. Пока парень разевал рот от изумления, я решил представиться. — Приветствую тебя, смертный! Я Джин! В моей власти исполнить… — Что за говорящая моль? — парень сузил свои и без того невыдающиеся глаза, отчего шрам над его бровью стал выделяться тонкой белой линией. — Моль?! — я задохнулся от возмущения. Хотя, чему я собственно удивляюсь? По новым правилам после встречи с нами смертные ничего не помнили. Высшие им попросту стирали память. Поэтому люди давным давно утратили знание о том, как выглядит истинный Джин. А последние поколения вообще не верят в нас. Их развлекательная индустрия описывает нас как нечто большое, синее и коварное. До первых двух пунктов я явно не дотягиваю. Не большой. Не синий. И вообще чем-то напоминаю фею из человеческих сказок. Такой же миниатюрный, да ещё и прозрачные крылья за спиной с голубым отливом имеются. Но чтобы такое миленькое существо назвать молью?! — Я Джин, — проглотив обиду, повторил я. — И исполню… Парень снова перебил меня, махнув рукой. — Три желания, знаю я, знаю, — взъерошил он свои волосы, хотя те и до этого уже напоминали гнездо. — Бутылка моя где? Я вздохнул, чувствуя, как по крыльям пробежала волна раздражения. Почему из всех возможных людей на земле мне попался именно этот имбецил? — Дослушай, человек, — я терпеливо сжал зубы. — Я Джин, и исполню… — Да чего ты заладил-то?! В меня полетела горсть с песком, но я успел увернуться и быстро выпалил, заканчивая фразу: — … одно твоё желание, смертный!  Этот полоумный уставился на меня своими тёмными глазами и долго смотрел, не отрываясь. О чём он там думал, мне было неизвестно. Может, почему желание вдруг одно, а не три, как привыкли все заблуждаться? На самом деле с самого сотворения этого мира Джины исполняли только одно желание, хотя смертный имел право думать над ним три дня… Надо ли говорить, что все, кого я когда-либо встречал, выпаливали своё желание чуть ли не сразу? Нет, конечно, попадались мне и особо вдумчивые представители человеческой расы. Один, помню, сутки извилины напрягал, в итоге надумал стать королём… — Нет у меня желаний, — вдруг изрек парень со злобой в голосе и поднялся на ноги. — Проваливай! — Как это… нет желаний? — оторопел я. — Так не бывает! Игнорируя меня, парень принялся отряхиваться от песка. Затем накинул кожаную куртку, достал из заднего кармана джинсов черную кепку и, водрузив на голову, надвинул её почти на самые глаза. Когда шатающейся походкой он направился прочь с пляжа, мне пришлось полететь за ним. До тех пор, пока смертный не загадает желание, мы с ним связаны. А если он вдруг будет тянуть больше трёх дней, то я обрету свободу, хотя и не ту, которую стоит желать… — Может, деньги? — спросил я, поравнявшись с ним. — Вы, люди, вечно желаете богатств… — Отвянь, — теперь в меня полетела смятая пачка сигарет. Но в этот раз я не растерялся, поймал её в руки, после чего кинул обратно в человека. Пачка отскочила от его щеки, но парня это отчего-то развеселило. — Маленький, но вредный, да? — хмыкнул он. Боже, как же мне отделаться от него? Три дня? Да я и часа с таким придурком не выдержу! — Женщина? — предположил я с надеждой. — Джин не в силах подарить взаимную любовь, но можно сделать так, чтобы она хотела только тебя. Ну, есть кто-нибудь на примете? — Женщина, блин… — сплюнул парень. — Проваливай, я сказал! Хватит уже зудеть возле уха, надоедливая малявка! Он тупой или притворяется? Давно меня так не бесили смертные! Я подлетел к нему поближе и громко заорал: — ПРОСТО ЗАГАДАЙ ЖЕЛАНИЕ, КРЕТИН! — не удержавшись, я дёрнул его за серёжку в ухе. — И ТОГДА Я ИСЧЕЗНУ! — Ааа! — завопил он, пытаясь откинуть меня в сторону своей рукой. — Чего дерёшься, мелкий? Тебе всяк нельзя причинять вред людям. — Кто сказал? — я мстительно улыбнулся, складывая руки на груди. Может, хоть угрозы на него подействуют. Но, похоже, эта мысль была поспешной, так как парень неожиданно прыснул. — А ты миленький, — вдруг сказал он. — Как, говоришь, тебя зовут? — Джин, — недовольно отозвался я. — Это я уже понял, а зовут как? — Джин, говорю же! — я стал закипать. — К чему все эти вопросы, человек? Просто загадай же… — Джин по имени Джин? — заржал он. — Что за бред! У меня целых два имени, а тебе, получается, даже одно зажали? Хм, кажется в его словах был резон. Опять же, очередной плевок в сторону Высших. — Ай! — в моей голове снова раздался болезненный звон, но буквально через пару секунд исчез. Очередное маленькое напоминание о том, что за мной следят. Однако, отличная штука жизнь! Это люди любили так себя успокаивать. Мне не помогло. — Есть же столько отличных имён, — продолжил парень. — Чживон, Бобби… и опять-таки Чживон. — Очень умно, — скривился я. — Значит, это всё твои имена, смертный? — Ага, — Бобби остановился у пешеходного перехода, светофор светился красным. — Давай и тебе что ли замутим? — Если это твоё желание, — послушно кивнул я. — Хорошая попытка, Чжини! — усмехнулся Бобби и вдруг встрепенулся. — А что? Тебе идёт! Был у меня знакомый Чжини в детстве, вылитый ты, кстати. Всё вырасти мечтал, в пупок мне вечно дышал. — И что, вырос? — Не знаю, — пожал плечами Чживон. — Я тогда в Америку с родителями и братом улетел. Как же того мальчишку полностью звали? Может Чжинхван? Точно! Ли Чжинхван! Как тебе? Я молчал, но Бобби принял моё молчание за положительный ответ. — Значит решили, будешь Чжинхваном! — щелкнул он пальцами. — Только не Ли, а Ким. Ты же мой Джин, значит и фамилию должен носить мою! Ким Чжинхван! Во! — Я что собачка, чтобы быть твоим? — буркнул я недовольно. — Зелёный горит, иди уже! Бобби, несмотря на своё недавнее пьянство, резво побежал через дорогу, а я молча полетел следом. Ким Чжинхван. Повторяя мысленно, я как будто пробовал данное мне имя на вкус. Вообще я никогда не слышал, чтобы у Джинов были человеческие имена. Но судя по тому, что меня в ту же секунду не поразило болью, кажется, это не было запрещено правилами. А раз так, то у меня и правда появилось имя? Так странно и волнующе. Но уж лучше пусть мои крылья отсохнут, чем я признаюсь в этом смертному! — Чжинхван? — позвал Бобби. — Да? — я отозвался, даже не подумав. Странно, но услышав его заливистый смех, я впервые не разозлился. Почувствовав искорку тепла, зарождавшуюся где-то внутри, я растянул губы в улыбке, а мои крылья между тем сменили голубой цвет на оранжевый.