Fates Entwined

      Давным–давно жили две маленькие девочки, родившиеся с разницей всего в несколько месяцев. Одна из них была принцессой процветающего королевства Терновник, а другая, дочерью рыцаря в соседнем королевстве Глиндбёрн.       С начала времен между двумя королевствами велась долгая и кровопролитная война, но юных девушек держали в неведении от всего этого, пока они не станут совершеннолетними. Поэтому, когда судьба впервые свела их вместе, они увидели лишь другую девочку, не похожую на себя, и от того ещё более интересную. В сумерках того рокового вечера любопытство и желание общения подтолкнули их друг к другу.

***

      Эмма всегда была храброй девочкой. А иначе и быть не могло, ведь она была дочерью рыцаря, к тому же такого отважного воина, как её отец. Имя его было Джеймс Чарминг, которое полностью соответствовало его жизни. Все очень любили рыцаря, но никто настолько сильно, как его дочь Эмма.       Джеймс и его жена Снежка поняли это в тот момент, когда их дочь показала, что больше любит играть с мечами, нежели с куклами. С тех пор, Джеймс почти каждый день брал дочь с собой на тренировки по фехтованию и верховой езде. В итоге Эмма стала намного смелее и решительнее, чем другие девочки её возраста.       Вот почему ей стало любопытно, когда она увидела девочку своего возраста, бесцельно бродящую в сумрачном лесу. Не колеблясь ни секунды, Эмма подошла к девочке и заговорила с ней. Впоследствии, она не могла с точностью сказать, почему сделала это. В конце концов, Эмма пришла в такое сумрачное время в лес с важной миссией, которая не предполагала намерений найти нового друга. Нет, она хотела увидеть ведьму, которая предсказывала будущее.       Все друзья Эммы побоялись пойти с ней. Не только потому, что ведьма обладала сильной магией, но и потому, что её домик находился на границе королевства Глинбёрн и вражеского королевства Терновник. Все знали, что в той части леса часто патрулируют охранники.       Эмма же не боялась. Однако, она признала, что не отказалась бы от компании, когда пошла на эту авантюру. Будучи единственным ребенком в семье, Эмма провела слишком много времени, играя одна, и теперь, ей хотелось завести как можно больше друзей. Возможно, именно поэтому она подошла к хорошенькой темноволосой девочке, гуляющей меж деревьев с задумчивым взглядом: - Привет! – сказала Эмма, шагая навстречу девочке. - Привет, - нерешительно ответила та. - Я – Эмма Чарминг. А тебя как зовут?       Брюнетка прошлась взглядом по девушке сверху вниз, отмечая платье цвета спелой клюквы, которое было слишком хорошим для крестьянки, но ниже её королевского статуса. - Странная фамилия. Моё имя - Реджина.       Эмма улыбнулась и пожала плечами, прежде чем ответить: - Я знаю, действительно немного странная. А что ты здесь делаешь?       Реджина гордо подняла голову и посмотрела прямо в глаза Эммы, но когда ответила, в голосе прозвучала неуверенность: - Ну, я… Я… - Потерялась? Хэй, так ты заблудилась или нет? – дерзко спросила Эмма, улыбаясь ещё шире. - Нет! – гнев вспыхнул в девичьих глазах цвета темного дерева, но тут же угас. – Ну, может быть, немного. Я убежала от мамы и думаю, что увлеклась и зашла слишком далеко. Это не имеет значения. Хоть я и не хочу ещё пока возвращаться, моя мама всё равно найдет меня, - потупила взгляд девчушка и посмотрела на своё желтое платье, подол которого стал коричневым из-за грязной земли. - Ого, это звучит, как какой-то ловкий трюк. У тебя что, есть очень длинный невидимый поводок, который она держит? – брови Эммы взлетели от удивления. - Нет. У неё есть… магия. Она найдет меня, когда я ей понадоблюсь, - поджала губы Реджина из-за надоедливости блондинки. - О, хорошо, - попыталась скрыть свое удивление Эмма. Она старалась не нагрубить девочке, потому что её так воспитали: - Так что же ты собираешься делать, пока мама не нашла тебя? Продолжать бродить здесь и дуться? - Я не дулась! Ты не можешь говорить со мной так, ведь я… - Реджина замолчала. Она хотела сказать принцесса, но вовремя остановилась. Девочка прекрасно знала, что открой она, кем является, Эмма тут же начнет обращаться с ней по-другому. А ей так хотелось поговорить с кем-то, кто будет относиться к ней, как к обычной нормальной девочке: - Ты ведь даже не знаешь меня. - И то, правда, но я могу узнать тебя, если ты пойдешь со мной к ведьме. Конечно, только, если это не слишком страшно для тебя? – вызывающе и насмешливо подначивала Эмма странную девчонку.       Слова возымели над Реджиной должный эффект. Её оливковая кожа могла слегка побледнеть от страха, что она потерялась, или расстройства из-за строгости матери, но она всегда отвечала смело, поддаваясь глупой браваде. - Конечно же, я не боюсь! Страх для слабых! – вспыхнула Реджина, понимая, что эти слова скорее сказала бы её мать, а не она. - Отлично! Тогда ты пойдешь со мной, чтобы увидеть ведьму. Она посмотрит наше будущее и расскажет нам, - решительно сказала Эмма и направилась в сторону домика ведьмы.       Реджина не была уверенна в мудрости этой затеи, однако не хотела казаться менее смелой перед этой девочкой, поэтому поплелась за ней по вязкой грязи. Через некоторое время Реджина заметила, что её сердце тяжело бьется, и усомнилась в правильности своего решения. В конце концов, она не знала эту девочку. А вдруг блондинка ведет её в какую-нибудь ловушку. Что она будет делать тогда? - Эй, я… Я не уверена, что это хорошая идея. Не то, чтобы я боялась или что-нибудь ещё. Просто темнеет, и я думаю, что нам нужно вернуться до того, как мы перестанем различать дорогу в темноте, - как можно более уверенно сказала Реджина, придавая своему голосу больше смелости.       Эмма знала, что Реджина права и им следует повернуть назад, но ведь они уже почти пришли, и девочке не хотелось сдаваться сейчас, когда они зашли так далеко. - Смотри, ещё не совсем темно, а мы уже почти пришли. Поверь, я отлично знаю этот лес. Просто держи меня за руку и всё будет в порядке. Ты должна пойти со мной, потому что все остальные испугались, они не такие отважные, как мы с тобой. Они никогда бы не осмелились гулять в лесу в одиночку, - заговорщицки подмигнула Эмма девчушке, беря её за руку.       Реджина ничего не сказала, лишь плотнее сжала губы. Эмма приняла это за знак согласия и продолжила путь, держа руку девочки в своей. Вскоре они подошли к хижине, которая, казалось, была сделана из веток и сухих листьев. Какое-то время девочки стояли, просто смотря на неё. - Я не хочу туда заходить, там грязно, - брезгливо поморщилась Реджина, качая головой. - Ах, придешь домой и помоешься, - пренебрежительно бросила Эмма и направилась к чему-то, что, скорее всего, являлось дверью.       Она уверенно зашла в хижину, таща за собой Реджину. Комнатка была маленькой и всего одна: в центре горел огонь, с потолка свисали различные странные вещи, а воздух был тяжелым и затхлым. Эмма осмотрелась и увидела ведьму в темном углу хижины. - Кажется, она спит, - прошептала Эмма, пристально смотря на ведьму. - Тот, кто спит до наступления темноты, либо пьян, либо ленив, - сухо сказала Реджина в плохо завуалированной попытке скрыть свой дискомфорт.       Она уже было повернулась, чтобы уйти из хижины, как наткнулась на какую-то гадость, свисающую с потолка, от чего испугалась и взвизгнула, разбудив при этом ведьму. Ведьма тут же подскочила и закричала, чтобы они убирались из хижины. Эмма почувствовала, как взволнованно бьется её сердце. Она действительно находится здесь и разговаривает с настоящей ведьмой. Придавая своему виду больше смелости, а голосу серьезности и решительности: - Мы уйдем, как только вы предскажите нашу судьбу.       Ведьма посчитала блондинку дерзкой, но зла в ней не увидела, не смотря на её грубость. - И с какой такой стати я должна это делать? – лениво поинтересовалась ведьма. - Таким образом, вы сможете избавиться от нас. Вы предскажете нашу судьбу, а мы уйдем и расскажем нашим друзьям, что вы здесь больше не живете. А посему вас больше никто не побеспокоит.       Ведьма расхохоталась, но всё же согласилась. Ей захотелось хоть как-то разбавить монотонность этого вечера. Она взяла острый нож и, поиграв им немного, хитро прошипела: - Так и быть, я предскажу тебе твою судьбу, но для этого мне нужно попробовать твою кровь. Ну, что, девочка, сможешь ли ты порезать свой палец ради этого?       Эмма почувствовала, как ускорилось её сердцебиение, и вспотели ладони. Она не боялась ни боли, ни крови, потому как не раз резалась мечами во время тренировок. Взяв нож из рук ведьмы, она уверено надрезала большой палец. Как только Эмма убрала нож от раны, ведьма схватила её за руку и засунула кровоточащий палец в свой рот. За спиной Эмма услышала вздох Реджины и тут же отдернула в шоке и отвращении свою руку.       Взгляд ведьмы затуманился, когда она заговорила: - Тебя ждет необычная жизнь. Ты вырастешь, но в отличие от остальных девушек, ты не станешь горничной, женой или девицей для ночных утех. Ты станешь рыцарем. Как и все рыцари, ты влюбишься… в прекрасную женщину.       Реджина фыркнула, посчитав слова ведьмы глупостью, однако Эмма, зная, что её внимание всегда привлекали больше девочки, нежели мальчики, оставалась спокойной и лишь внимательней стала прислушиваться. Ведьма не сводила с Эммы мутных глаз и продолжала: - Ты уже знакома с ней. Это твоя спутница на сегодняшний вечер. Твоя кровь говорит мне, что множество дорог может быть в твоей судьбе, но по какой бы ты не пошла, Эмма Чарминг, ваши судьбы все равно переплетутся, - резко проговорила ведьма, указывая на Реджину. - Не смотря на всё, что вас разделяет, вопреки тому, что вы будете стараться избегать друг друга, всё равно вас свяжет судьба. Вы обе пройдете через страдания, обе будете нести огромную ответственность на своих плечах, но вы навсегда останетесь, друг для друга, единственными, кто полностью понимает. Вы единое целое. А теперь идите, пока я не распробовала, насколько сладка ваша кровь и не захотела выпить её полностью, - прошипела ведьма и зашлась в приступе жуткого смеха.       Эмма замерла, будто приросла к месту, не уверенная в том, действительно ли ведьма предсказала будущее или устроила представление. Но если это представление, тогда откуда, она узнала имя Эммы и то, что она стремится стать рыцарем, как и её отец? Ведьма продолжала громко и мерзко смеяться, когда Эмма почувствовала, что Реджина взяла её за руку и сказала голосом, в котором неожиданно прозвучала злость, а не испуг: - Давай выбираться отсюда, эта женщина явно сумасшедшая, мы и так потратили слишком много времени здесь!       Эмма позволила себя увести из хижины, и девочки вместе отправились в обратный путь. Когда они дошли до места, на котором встретились, Реджина закрыла глаза и прислушалась. Ветер нес сквозь деревья голос. Строгий голос, который повторял её имя.       Реджина вздохнула и пробормотала: - Моя мать пытается найти меня. Она будет тут в любую секунду. Тебе лучше поторопиться домой. Она будет очень не довольна, если обнаружит здесь ещё кого-то, кроме меня.       Эмма посмотрела вокруг. Сейчас, голос девчушки казался более напуганным, чем в хижине у ведьмы. Она посмотрела на явно дрожащую брюнетку и шепотом спросила: - Ты уверена, что мне лучше уйти… Может, я останусь и объясню твоей матери, что это я тебя задержала так надолго?       Реджина покачала головой и грустно улыбнулась: - Не волнуйся, она просто чуть разъярённей, чем обычно. По крайней мере, если я буду одна, она может поверить, что я вот только заблудилась.       Голос в деревьях звучал все громче и ближе. - Просто иди, - крикнула Реджина. И было в этой брошенной короткой фразе что-то такое, что не позволило Эмме ослушаться. Она побежала к своей деревне, увязая в липкой грязи и лишь раз позволяя себе махнуть на прощанье заинтриговавшей её темноволосой девчушке.

***

      Позже, той ночью, когда обе девочки направлялись к своим кроватям, они вспоминали каждую деталь этого вечера. Однако произошедшие события казались им нереальными. Будто это был сон, или история, рассказанная на ночь.       С годами, события того вечера и вовсе стали казаться им плодом их воображения, пока, в один прекрасный день, они и вовсе не решили, что этого не происходило. Они обе практически достигли совершеннолетия, когда память услужливо похоронила эту историю, о которой они никогда и никому не рассказывали, в сокровищнице туманных воспоминаний о детстве.