Gift

      Чимин упорный до поры до времени. Быстро загорается, но перегорает еще быстрее, от того кажется, что столько усилий приложил и все ровно облажался. Обидно до злости.       - У меня нет таланта! – плаксиво пищит Чимин в трубку, а Тэхен в очередной раз закатывает глаза на чиминовом «Бля-я-я-ять».       Тэхену на деле плевать, что там у Чимина в очередной раз. Он постоянно фанатирует какими-то идиотскими идеями по типу "научиться вязать шарфы" или "шить", или "печь печенье". Все это обязательно происходит в один прекрасный момент, например, ночью, когда Тэхен сладко спит, пуская слюни на подушку. У Чимина постоянные приступы «Я должен попробовать это!», и он Тэхена об этом с пеной у рта оповещает, взахлеб подписываясь, что в этот раз точно все прокатит и вообще, Тэхен, ты что не веришь в меня?       Тэхен верит, но просто заебался, что у них в квартире разгром пожизненно. Чимин однажды предложил: «А давай пополам снимем?» - а Тэхен, дебил наивный, согласился. Теперь уже и ни денешься никуда.       Чимин дело до конца концов никогда не доводит, потому что при первом же провале переключается на что-то новое в надежде, что тут он сразу будет асом. Тэхен уже просто наблюдает за всем этим и угорает тихонечко, чтобы не прилетело от друга.       У Тэхена на самом деле огромное желание Чимина пиздануть, когда тот сжигает очередную кастрюлю в попытках стать шеф-поваром, но он же Ким добрая душа Тэхен, потому остается только биться об стену лбом и надеяться, что Чимин себя все-таки отыщет.       - Да есть он! – злобно орет Ким, на деле готовый уже признать, что Чимин прав, но как-то это не по-дружески.

***

      У Чимина недельные пиздострадания по утраченной надежде научиться делать гербарии. Он бесформенной субстанцией ползает, как неприкаянный, по квартире и тихий настолько, что Тэхен об него чуть ли не спотыкается.       Пак оседает на диване перед телевизором и бессмысленно переключает каналы, останавливая на каком-то очередном шоу «Сделай своими руками» и утыкается в излюбленный блокнот, который оберегает, как дракон принцессу, от наглого Тэхена.       Чимин краем уха слушает, о чем говорят в телевизоре, и делает наброски карандашом, бросая настороженный взгляд в сторону Тэхена в розовом фартуке. Только на пару секунд, чтобы уловить основной образ, а в блокноте пририсовать этому демону рога, вилы и парочку грешников в сегодняшнем ужине.       Тэхена жаба душит и смерть как интересно содержимое блокнота, в котором Чимин время от времени чиркает, он подкатывает незаметно, пока Чимин увлечен процессом, и как жираф из-за спины смотрит.       Чимин улыбается как умалишенный и хихикает злобно, подправляя контур и тени, а потом шарахается резко, потому что над ухом, протяжное и задумчивое: - Может, вот это твой талант?       Тэхену не обидно даже, что Чимин его извергом видит: он ведь прав от части, потому что где-то глубоко в душе Тэхен… но вышло действительно неплохо, он признает.

***

      - Почему бы тебе не заняться рисованием? - Тэхен Чимину на уши третий день приседает, потому что чувствует задницей, что это действительно то, чего Чимин так искал: даже Тэхен не понимал, как можно было не заметить.       Он выпросил у Чимина все рисунки в обмен на обещание, что подгонит ему пару книг по выпечке и не будет орать, если тот спалит дом. Чимин, конечно же, купился, а Тэхен охуевал, потому что, мать твою, Пак Чимин!       - Вот, – Тэхен нависает над депрессией Чимина, как светлый ангел аки спаситель во плоти, и пихает тому в нос бумажку с номером, убеждая позвонить.       Чимин бесится. Чимин думает. Чимин материт Тэхена и сдается, звонит при нем и взглядом от Тэхена отрезает кусочек, аккуратно жрет, но какого-то черта рад, что похвалу получил.

***

      Юнги в шестой раз покушается на холодильник, но там почему-то до сих пор сама по себе не появилась еда и это чуточку удручает. Он вздыхает тяжело и устало, признавая, наконец, что ему нужно работать. И это, черт подери, логично, что в двадцать пять тебе нужно работать. Только вот проблемка: работать Юнги может только на уровне «по пояс», и только если будут катать. Юнги недовольным взглядом пилит кружку, в которой горький чай без сахара и решается-таки переступить через свою нелюбовь к общественности и недоверие к людям в целом.       Книги и живопись занимают все жизненное пространство тихого и мирного Мин Юнги, потому что больше взять у мира не получается, но Юнги и так доволен: это в любом случае лучше чем ничего, а для полного счастья не хватает холодильника, забитого едой.       Юнги неплохо готовит и лежит на кровати, но научить этому не может, потому единственным приемлемым вариантом видится рисование. К тому же он не жадный и за символичную плату готов поделиться своим бесценным опытом с новичками, лишь бы купить сахарных пончиков к чаю.       Интернет - чудесная вещь в этом мире для Юнги: как глоток свежего воздуха и место, где можно не париться насчет своего положения, он с немного неспокойной душой, выкладывает на сайт объявление и оставляет номер в надежде, что пончикам быть и дело выгорит.