Второй шанс

– О чем это он? – МакКой обернулся к Споку. Первый офицер ответил доктору невозмутимым взглядом. – Понятия не имею. Если я вам больше не нужен, то я иду рассчитывать обратный курс. – Что насчет Неро? – В каком смысле? – спросил Спок. – В прямом. Ты собирался что, его пристрелить? – Да. – Спок? – МакКой отступил на шаг от биокровати с Кирком и присел на стул. – Ты серьезно? – Абсолютно. Мне казалось по этому пункту нашего плана мы с капитаном пришли к согласию. – Что? Когда? Когда были у клингонов? Не может быть! В любом случае он явно передумал! – Нет. В ходе последней миссии судьба Неро нами не обсуждалась. – Так и что? Ты что сейчас собрался делать? – Я уже сказал – я должен рассчитать обратный курс. Более верный термин – скорректировать, поскольку я уже рассчитывал этот курс, до того, как сообщить капитану о своих совершенных действиях и намерениях. Я исходил из того, что мы будем возвращаться в районе Эридана 40, сейчас же следует найти звезду, схожую с параметрами вулканского солнца и подкорректировать расчеты. Полагаю это займет у меня тридцать семь минут. Спок склонил голову, заканчивая разговор, и направился к выходу из лазарета. МакКою хотелось кинуться за вулканцем, схватить его за рукав, убедиться в том, что он не собирается вот прямо сейчас совершить убийство, но почему-то он не сделал этого. Возможно, со стороны биокровати послышался тихий стон и какие-то слова, возможно, он не сразу осознал глубину возникшей проблемы, не мог же и в самом деле Спок, их Спок! вулканец, чтящий жизнь и все такое, вот так внезапно пойти и казнить, да, да именно казнить без суда и следствия их пленника. Кто же тогда возражал плану Маркуса и Джима по ликвидации Харрисона? Когда МакКой узнал подробности той «операции» он реально зауважал вулканца. За принципиальность, объективность, за высокие моральные стандарты. Так что же получается мораль хороша только если не касается тебя лично? Нет, да не мог Спок такое предлагать всерьез! Или мог? Ну да, они обсуждали ситуацию и так и сяк, но не пришли к единому выводу. Так казалось МакКою. Или пришли? Что скрывалось за фразой: «Найдем Неро, потом подумаем, что делать дальше»? Это что же, каждый решил все для себя, и действует сообразно собственному пониманию ситуации? Но тогда это вина капитана. Надо было лучше расставлять акценты и принимать определенное решение! С другой стороны, невозможно просчитать заранее, как обернутся их поиски. Может быть, стоит решать проблемы по мере их поступления? Сейчас его проблемой был Джим. Его сон был поверхностным, что-то беспокоило молодого капитана. Обычно в таких случаях человека будят, вырывая из страшных грез, но МакКой не для того усыплял пациента, чтобы потом будить. Возможно, дело не во сне, хотя показатели дельта волн говорили именно о кошмаре, может быть, есть иная физиологическая причина, мешающая мирному и спокойному отдыху? МакКой проверил показатели Джима. Затем запустил еще одно сканирование, мало ли, да и когда еще будет возможность спокойно, без возмущенных криков и уговоров, сразу заставлявших Леонарда припомнить свою педиатрическую практику на третьем курсе, проверить капитанский организм. Результат не то чтобы был идеальным, но с учетом обстоятельств приемлемым. Активность коры головного мозга снизилась до верхней границы нормы, обезвоживание ликвидировано, что до дельта волн, то от кошмаров еще никто не умер. МакКой ввел еще одну дозу седатива, погружая таки беспокойного пациента в глубокий сон. Где два часа, там и четыре, Спок вполне может порулить звездолетом без Джима. Будет занят делом, а не… МакКой покусал губы. Черт. Вдруг он недооценивает вулканца? Не хотелось бы ошибиться. Что ж, он должен проверить состояние задержанного. Это стандартная процедура. И такое дело вполне можно поручить любому другому медику, но не любой другой медик сможет защитить ромуланца от первого офицера корабля, если уж на то пошло. Зато любой другой медик вполне может понаблюдать за состоянием капитана. Дав соответствующие указания, МакКой, взял сумку с медоборудованием и вышел из лазарета. – Данные о звездных системах по нашему курсу получены, мистер Спок, – энсин Чехов обернулся к вулканцу, сияя своей обычной улыбкой. – Есть одна подходящая звезда в системе Тета Сигни, сэр. – Перешлите данные на мою станцию. Анализ занял больше времени, чем рассчитывал Спок. Возможно из-за того, что звезда имела существенные отличия от Эридана 40 в гравитационной составляющей, и 19 планет, в отличие от 3 планет Эридана, а возможно потому, что мысли Спока то и дело уходили далеко в сторону от астрометрических вычислений. – Вы уверены, что планет девятнадцать? Проверьте еще раз, полагаю рядом с двенадцатой есть еще одна. Ничем иным нельзя объяснить результат сканирования ее магнитосферы. Чехов склонился к приборам. Что означали слова капитана? Запрет касаться Неро? Спок был далек от того, чтобы понять слова Джима буквально. Определенно, речь шла о запрете на причинение ему вреда. Но почему? Что может быть логичнее? Спок обдумал вероятность того, что Джим сам хочет совершить правосудие, так люди называют наказание преступника, но отбросил эту мысль. Последняя эмоция капитана, которую Спок уловил был гнев. Причем не на Неро, а на него, Спока. Гнев и возмущение. Тем, что он собирался сделать. Что же случилось? Спок был уверен, что в целом, несмотря на отдельные оговорки Джим дал ему понять, что не будет препятствовать Споку в том, что он задумал. И он же пытался помочь Споку, там в ледяной пустыне Рура Пента. Так что же могло случиться за несколько минут? Нет, не за несколько минут! Как же он сразу не понял! Гнев! Вот разгадка. Кирк говорил, нет, кричал в отчаянии, что ему нет дела до Вулкана, и обвинял Спока в том, что план не продуман. Споку до сих пор больно вспоминать ту сцену. Но… тогда он был под воздействием и клингонского пыточного устройства и клингонского же лекарства. Не стоит считать те слова искренними. Или он высказал именно то, что было в глубине его души? Спок вспомнил поговорку, слышанную им от Чехова: «Что у пьяного на языке, то у трезвого на уме». Нет ли в этом причины изменения мнения капитана? Как это можно узнать? А обман Спока с трансварпом? Может быть, он тоже сыграл свою роль? Да нет же! Капитан согласился с его планом после того, как они оказались в прошлом. Как же узнать? Применить мелдинг? Сейчас это не доступно. Впрочем, – подумал Спок, – зачем ему это знать? Какая разница, почему отдан приказ, если Спок не собирается ему подчиняться? Возражения доктора в расчет можно не брать. Во-первых, Леонард МакКой всегда излишне горячо реагировал на происходящее, а во-вторых, первый офицер не подчиняется корабельному врачу. Пока Спок ведет себя спокойно и адекватно никто кроме капитана не может ему помешать. Но как же трудно понять мотивы поведения людей и их истинные чувства! Мать говорила, что не все в этом мире можно измерить логикой и уж точно эмоции не поддаются логическому измерению. Но все имеет свою причину. И эмоции тоже. Нужно только правильно понять. – Вы были правы, мистер Спок, – прервал размышления вулканца Чехов. – Там есть некий объект искусственного происхождения. – Задействуйте все сканеры, нужно проверить, что это за объект. Весьма нежелательно если он начнет самостоятельное движение в момент нашего маневра. Все расчеты окажутся неверны, и не мне объяснять вам последствия. Надо признать, что выбор солнечной системы оказался не самый лучший. Девятнадцать планет слишком усложняли расчеты. Теоретически можно просчитать и при большем количестве, но в таком случае катастрофически быстро исчезает возможность корректировки любой ошибки. А это не очень хорошо. Нелепая случайность может погубить корабль. Требовалось ювелирной маневрирование. Спок окинул взглядом поглощенных в работу офицеров мостика. Все были заняты, кроме лейтенанта Ухуры, которая уже неоднократно, но безуспешно, пыталась поймать его взгляд. То, что Спок не отвечал ей, на такое требование какого-либо взаимодействия, не означало, что он не замечал его. – Но мистер Спок! – воскликнул Павел Чехов. – Расстояние слишком большое, мы должны подлететь поближе, если хотим узнать все. Или лучше поискать другую звезду? – В данном секторе выбор ограничен, – ответил Спок. – Мистер Сулу, варп 3. Проложите курс к системе Тета Сигни, держитесь параллельно нейтральной зоне. В тоже время, мистер Чехов, вы правы. Проведите дополнительный поиск. Хотелось бы иметь возможность выбора. Это займет людей на мостике больше, чем он рассчитывал. Да и Джиму будет легче принять правильное решение. – Если мы не отойдем от границ нейтральной зоны, то попадем в зону слежения либо ромуланских сторожевых постов, либо наших станций наблюдения, – сообщил Сулу. – Постарайтесь этого избежать. Никаких контактов ни с кем. В то же время, – Спок взглянул на Ухуру, – вы должны прослушивать все частоты, как субпространственные, так и обычные радиоволны. Мы должны, как сказал бы доктор МакКой, быть тиши воды и ниже травы, но в то же время держать ушки на макушке. Ему удалось изобразить что-то похожее на улыбку. Голос ровный, тон уверенный. Теперь самое главное. Пока экипаж будет занят делом, а капитан находится в лазарете, самое время… – Мистер Сулу. Мостик ваш. Я должен допросить нашего заключенного. Спок ощутил волну лояльности, прокатившуюся по мостику. Никто ничего плохого не подозревает. Ситуация, если исключить то, что они находятся в прошлом, практически штатная. Люди воспринимают происходящее как обычный полет, рядовое исследование. Спок ощутил нотку предвкушения от разрешения загадки искусственного образования в системе. Это заинтересовало бы и Спока. Но не сейчас. Еще раз окинув команду мостика уверенным взглядом, Спок повернулся к дверям турболифта. Ухура вскочила было, намереваясь добиться разговора, но Спок отрицательно покачал головой, делая извиняющий жест. Дело есть дело, разговоры потом, все в порядке – транслировал он ей свои намерения как визуально, так и ментально. Девушка села на место почти успокоенная. Но был какой-то штришок, заставляющий ее немного сомневаться и даже нервничать. Все ли так хорошо, как говорит ее возлюбленный? Почему в памяти зафиксировалась не ласковая улыбка, адресованная ей, а пальцы, судорожно сжавшиеся в кулак за секунду то того, как двери турболифта закрыли ей обзор? – Одиннадцатая палуба, – сказал Спок в сенсор турболифта. Накатило какое-то странное ощущение раздвоенности. Часть Спока просчитывала его дальнейшие действия, исходя из принципа достижения максимальной цели с минимальными затратами. Все было легко осуществимо. На одиннадцатой палубе отсек с задержанными. Достаточно отправить охрану куда-нибудь прогуляться, да хоть проверить соседние коридоры и пленник окажется в его полном распоряжении. Силовое поле отключается командными кодами, вообще не вопрос. У него есть фазер и как из него стрелять Спок прекрасно знает. Все займет меньше минуты. Все получится. Спок поморщился. Именно эти слова сказал ему Джим Кирк в их первой, действительно первой совместной миссии на борту «Нарады». И хотя тогда вероятность успеха была не более 25 процентов – эти слова принесли в душу Спока немалую долю уверенности. «А вдруг?». Вдруг получится? Сейчас ему некому было сказать получится или нет. Убить Неро без сомнения выйдет, но вернет ли это Вулкан? А вдруг нет? Вдруг то, что он сделает сейчас, будет напрасным? Вдруг у Неро есть запасной план? Вдруг Джим Кирк каким-то своим фантастическим чутьем предвидит это и поэтому запретил Споку… Или может быть его капитан знает или придумал другой способ? И тогда Споку не нужно будет… Мысли проносились в голове первого офицера, и он не препятствовал им. Было интересно отстраненно смотреть на эти хаотичные всполохи ментальной активности. Все это было неважным. Как несколько дней назад неважным стало уважение и доверие его друга, как неважным станет любовь Ухуры, все его собственные надежды и устремления, весь он сам после того, как он исполнит свой долг. Риск неприемлем. Да, капитан может придумать что-то еще. А может и не придумать. Да, возможно убийство Неро не приведет к спасению Вулкана (почему нет, должно привести!), ну хорошо есть вероятность иного развития событий, но Спок готов рискнуть. Он знал, что готов. Рискнуть и заплатить за попытку. Своей жизнью. Что значит одна его жизнь, его репутация, честь, достоинство, любовь, все его мысли, чувства и желания если на другой стороне Вулкан? Тут нечего обсуждать. Это надо сделать и все. Последствия для него не имеют значения. Двери турболифта распахнулись, Спок шагнул в коридор. Теперь отсек для задержанных. Охранник встал, отдавая честь. – Мистер Спок? – Вольно, энсин. Как здесь дела? – Я заступил на смену семь минут назад, – молодой землянин явно рассчитывал на одобрительный кивок за такую точность, – никаких признаков сопротивления. Все в порядке. – Отлично, – сказал Спок. – У меня для вас поручение. Спок передал юноше падд. – Отнесите своему начальнику. Отдать лично в руки. – Да, сэр. Но я не могу покинуть пост, – сказал молодой человек. – Вызовите замену, я подожду здесь. Это займет пару минут. Но падд требуется передать срочно. – Есть сэр. Секундочку, сэр. Парень, косясь на Спока, направившегося в сторону камеры задержанного, быстро вызвал сменщика, и обрисовал ситуацию. Спок обернулся, показывая удивление, что охранник еще здесь и того ветром сдуло из помещения. В голове Спока включился счетчик. Дверь за молодым человеком еще не успела сомкнуться, как Спок был уже у камеры и вводил в блок управления свой код-идентификатор. Неро, увидев посетителя, поднялся с арестантской лежанки. Его движения были плавными, тягучими. Он не знал, что именно сейчас происходит, но был готов использовать малейший шанс. Вулканцы – пацифисты. Это все знали. Но способны ответить ударом на удар. Драка со Споком не входила в ближайшие планы Неро, сколько бы лет не было этому Споку и где бы он не находился. Лучше всего вступить в переговоры, возможно, удастся узнать кое-что полезное. Убрались же они с клингонской базы, что само по себе было неплохо. Но что он набирает на панели? Выключает поле? Зачем? – Мне очень жаль, – сказал Спок и поднял правую руку. Инстинкт подсказал Неро, что от смерти его отделяет доля секунды. Он поднырнул под руку Спока, уходя с линии огня, невероятно быстро метнулся в сторону и схватил вулканца за запястье. Луч фазера ударил в потолок, плавя обшивку. Они сражались за контроль над фазером. И за каждым из них корчились миллиарды жизней, сгорали в огне взорвавшейся звезды, утекали в другое измерений черной дыры. Каждый был прав в своей мести, и в желании не допустить гибели своего мира. – Спок! Что вы делаете?! Спок! В отсек вбежали охранники в красном, мелькнула синяя форма МакКоя. Спок отвлекся на миг и Неро отшвырнул вулканца в сторону. Фазер Спок из рук не выпустил. Но теперь между ним и его целью были люди. Да и цель удалялась прочь с бешеной скоростью. – Отдайте фазер, Спок! – МакКой кинулся вулканцу наперерез, но Спок грубо отшвырнул доктора, потом еще кого-то, третьим был начальник службы безопасности Хендроф. Землянин отличался впечатляющими габаритами, но против вулканской силы устоять не смог. Спок выскочил в коридор. Ромуланец мелькнул в его конце. Взвыла сирена. – Внимание всем постам, – раздался сдавленный голос Хендрофа. Из-под стражи сбежал задержанный ромуланец. Он опасен. Оглушить по нахождении, доставить обратно. Конец связи.