Возвращение или Коралина в стране кошмаров 2

Стоило только мальчику хлопнуть дверью квартиры, как на него уставилось две пары глаз, полных волнения и недоумения - это были миссис и мистер Картер. Они сидели за небольшим обеденным столом, который они временно установили прямо посреди квартиры. - Том, что за дела?- строго начала Хилари, ставя только что приготовленный ужин на стол,- Почему так поздно? Юноша лишь опустил голову, не желая встречаться со взглядом миссис Картер. Ещё не отошедшее от недавней волны адреналина сердце колотилось в груди, ноздри жадно втягивали воздух, глаза тревожно бегали из стороны в сторону, а в голове пулями проносились кадры только что произошедших событий - пацан явно не был настроен на разговоры. - Ты почему запыхавшийся такой?- нахмурил брови Джеймс и, развернувшись, сел к Тому полубогом,- Опять что-то натворил? - Ничего я не натворил!- громко выдохнул мальчик. - С тобой всё в порядке?- взволновано спросила Хилари,- Ты выглядишь... испуганным. - Да хорошо всё у меня!- неестественно громко для себя рявкнул Том, чем неприятно удивил своих родственников - ещё никогда он не поднимал на них голос. Молча сверлить взглядом - да, бурчать оправдания, потупив взгляд - да, но кричать - ниразу. Женщина так вскинула брови, что они были теперь гораздо выше оправы её очков и испугано приложила к сердцу ладонь. - Ты чего так кричишь?- громким шепотом спросила она мальчика,- Я тебе что-то плохое сказала? В ответ нетерпеливое сопение. - Чтобы больше такого я не слышала,- она медленно села на выдвинутый ею же стул,- садись ужинать. - Я не буду,- Том решительно направился к своей комнатке. - А ужин тебе тётя что, зря готовила?- возмутился слегка прифигевший Джеймс, нахмурив густые, рыжие брови. Однако его замечание было проигнорировано. Парень молча пошел в свою комнату,- Том! Если бы у него в комнате была дверь, он непременно бы ей хлопнул, но вместо неё висела лишь старая тонкая шторка, которую мальчик рывком сдвинул в сторону и, войдя, так же резко её задвинул. Он застыл на месте, пытаясь унять закипающую в груди злобу, в которую превратилось обычное раздражение. Картер даже понять не мог, что злило его больше: невозможность поделиться увиденным или эта наигранная, ненужная забота его дяди и тёти. Она не может быть не наигранной! По-настоящему могут заботиться только родители, а он им всего лишь племянник. Ему не нужно от них ничего. Да и чего греха таить, он их не любил, знал всего пару месяцев. Они ничего не понимают. Достали! И пусть только попробуют зайти в его комнату! К его облегчению, никто не заходил. Тому было достаточно сделать два шага, чтобы оказаться у своей кровати - настолько мала была его комната. Он с громким скрипом матраца сел на неё, открыл сумку и вывалил всё её содерживое прямо на покрывало своей постели. Кукла, ключ, пару конфет, фантики, фонарик, ножик. Кинув опустевшую вещь на пол, Картер с опаской осмотрел тряпочную копию себя. Он осторожно взял её в руки и чуть ли не в плотную приблизил к лицу, словно пытаясь разглядеть каждую её ниточку. Она будто улыбалась ему своим зашитым ртом, пуговицы её блестели, как только что начищенные ботинки, и, судя по весу и ощущениям, была набита песком. А ещё она сильно пахла пылью. Черт знает, сколько Том просидел в таком положении, но за это время страх вновь начал терзать сознание мальчика и он просто отложил куклу на весящую над его кроватью полку. Была мысль выбросить её, но парень быстро отказался от неё : вдруг она оживёт и придёт к нему мстить? А что? После того, что он повидал в квартире Джонс... Он стал ожидать чего угодно. Помимо куклы на полке были ещё и фотографии. Их Картер хранил не только в красивых настольных рамках, но и на стенах своей комнаты, прикрепя их к старым обоям иглами. На снимках был изображен сам мальчик и привлекательная, худая, высокая женщина с черными волосами, длиною по плечи. На всех фотографиях они выглядели счастливыми: здесь Том сидит на лошади, а женщина держит её за поводья, здесь ещё семилетний мальчик в её объятиях на фоне вечернего пляжа, здесь он, более взрослый, делает селфи, а женщина сзади глупо улыбается, высунув язык и показывая большой палец. А рядом с рамками лежали рисунки, где по-детски неряшливо тоже были изображены та самая тётенька и мальчик с надписями:" Самая лучшая мама и самый лучший сын". Пуговицы куклы засияли особенно ярко. Сквозь громкий храп тёти Марты, доносящийся из соседней комнаты, послышался шорох - это Хавчик выполз из-под шторки и, едва слышно цокая по полу коготками, подошел к ногам своего любимого хозяина, который, казалось бы, вовсе не замечал его, на этот раз изучая ключ. Он царапал его, надеясь стереть черноту, вертел в руках. Плакали его любимые отмычки. Ключ тоже был положен на полку, а сам Том, стряхнув с кровати лишнее, снял кроссовки и прилег на большую, мягкую подушку. Собака, не дожидаясь приглашения, сама прыгнула на постель и только сейчас заметивший его мальчик погладил её морду. - Знаешь, Хавчик, после сегодняшнего я уже наверно никогда не буду взламывать двери. Парень уставился на начинающий облезать потолок, думая о том, кто всё-таки мог разговаривать с ним там, в другом мире. Вдруг это пленница, которую заперли? Почему тогда она не сбежала, когда он отпер дверь? Почему её голос такой ласковый, родной, манящий?... Словно мамин... А эти птички и бабочки? Что это вообще такое? Как появился этот тоннель? А сама семейка Джонс в курсе о его существовании? Ничего не понятно... Уснуть Тому удалось только под утро.