Глава 4
6 марта 2016 г., 20:04
Утро близилось к обеду. Гробыня ругалась, Ванька тормошил Таню. Гломов любовно протирал губкой коллекцию пивных бутылок (наверное, это и было причиной проклятий Склеповой).
Демид лежал на полу, все так же вытянувшись в полный рост, и смотрел в потолок. Он лежал так часов с пяти утра, будить кого-то не было резона, да и есть не хотелось с прошлого еще века. Люди, все-таки странные существа. То поесть им, то попить, то поспать. А тут — погулял ночью в темном переулке — и мертв. Все просто. И ни еды тебе, ни воды. Со скуки и вязать научишься, и с парашютом прыгать. И без.
Таня проснулась. Первым ее вопросом стало «Где Ягун?». Вопрос был трудный. Гробыня тут же замолчала, Гломов выронил самую навороченную бутылку. Демид машинально подхватил ее, не вставая с места, и бросил обратно в руки Гломову. Ванька присел на корточки и задумался.
— Может, пошел сам что-нибудь себе купить? Разведут его упыри какие-нибудь. Опять Лоткова будет кирпичи кидать, — неожиданно выдал Демид. — А что? Его как книжку открытую читать можно. — Он развел руками, отвечая на немой вопрос.
— Ты бы столько всего не «прочел» с одного только поведения и черт лица. — Ванька выпрямился и сделал осторожный шаг к двери.
— Там замуровано, — напомнила Гробыня.
— А… — Валялкин хлопнул себя по лбу и попятился к стене.
— Ты прав. Наверно, много у тебя книг было по психологии, — разнесло по комнате эхо. Все удивленно и испуганно воззрились на пол. Демида там не было.
— Ты прав, а я слева, — вкрадчиво подсказали Ваньке. Тот машинально запулил Искрис фронтис через левое плечо. Где-то позади послышалось злобное «Ух ты ж блин». Ванька резко обернулся, подав знак Гломову. Позади ничего не оказалось. Даже части стены.
— Вот ведь… — озадаченно почесал в затылке Гломов.
— Да вообще, — поддакнул Ягун.
Ван Вал молчал. Он все понял.
***
— Кто-нибудь знает древнегреческую мифологию, ну или еще что-нибудь в этом духе? — Ванька толкал догадку. — Нет. Но сейчас узнаю, — Гробыня поднялась, размяла пальцы, потерла перстень и тихо что-то пробормотала. Глаза ее закатились, руки сначала затряслись, потом судорожно взметнулись вверх. Она повалилась на пол. В руках у нее была книга «Древняя Греция. Темные тайны богов.» Гломов тихо выдохнул что-то похожее на «Бросай, мать, свои ритуальчики», остальные уселись плотным кольцом вокруг Гробыни, уже открывшей книгу. Она некоторое время все пролистывала страницы десятками, потом остановилась на рукописи с заглавием «Деймос». — «Переводят как „ужас, смятение“». Больше здесь ничего нет. Ну все ясно. — Гробка захлопнула книгу, пыль взметнулась в воздух. — Плохая, значит, книга. Я читал, что у него мать Афродита, брат Фобос и сестра Гармония. — Ван Вал довольно потянулся. Его догадка оказалась верна. — Трудный ребенок, — хохотнул играющий комментатор.
